Маги, магглы и сквибы (джен)

Гермиона встретила Синтию у двери. Растрёпана она была еще сильнее, чем вчера, тени под глазами намекали на ночь без сна — или почти без сна.

— Синтия, пойдем, послушай, что у меня получается. Я... я просто не могу, я взорвусь сейчас!

— Конечно, пойдем. Только ты мне ничего не говори.

— Как же так?! У меня такое получилось, что аж жуть, я сама себе не верю. Давай ты посмотришь быстренько?

— Думаю, у меня есть идея получше. Давай ты, наоборот, постараешься временно все забыть, и мы займемся вторым годом. Ты же родителям ведь не рассказывала еще, верно? Они, в отличие от меня, не со вчера ждут, а два года. Дэн, Эмма, доброе утро!

— Доброе утро, Синтия. Все накрыто, чай заваривается. Мы готовы начинать.

— Второй год начался с драки в книжном магазине в Косой аллее. Сцепились отец Рона и отец этого противного слизеринца Малфоя. Никогда не видела, чтобы взрослые маги на кулаках дрались. Гарри потом сказал, что ему показалось, что сразу после драки Малфой сунул сестре Рона какую-то черную тетрадку, но он не придал этому значения.

Тетрадка была с секретом. В ней была частица души Волдеморта, и когда Джинни, это та сестра Рона, начала в ней писать дневник, тетрадка отвечала. И пока отвечала — она подчиняла себе Джинни и пила ее силу. Джинни, сама того не зная, выпускала из Тайной комнаты чудовище Салазара Слизерина. Слизерин — это один из основателей Хогвартса, который жил тысячу лет назад. На первый раз чудовище чуть не убило кошку завхоза, а на стене была надпись «Тайная комната снова открыта, трепещите, враги наследника». Какое-то время ничего не происходило, а потом начались нападения на студентов.

Мы тогда не знали, что это за чудовище, но догадались, что это какая-то змея, потому что только Гарри его слышал, а в Хогвартсе только Гарри умеет разговаривать со змеями. Уже ближе к концу года, после того как у Хагрида передушили всех петухов, я догадалась, что это василиск, но когда хотела проверить свою догадку, застыла сама.

Хагрида арестовали. Оказывается, пятьдесят лет назад в замке погибла ученица, и в ее смерти обвинили Хагрида, потому что он тогда выращивал ядовитого паука-акромантула. Хагрид любит всяких страшных зверей. Он успел шепнуть Гарри и Рону, что пауки могут подсказать ответ. Гарри и Рон пошли к паукам в лес, и там их чуть не съели, но они все же получили подсказку и догадались где искать вход в Тайную комнату.

Сделать ничего не успели, потому что проклятая тетрадка опять подчинила себе Джинни. Когда Гарри и Рон пришли в учительскую все рассказать, в школе началась тревога, потому что Джинни пропала, а на стене появилась надпись, что она останется в Тайной комнате навеки. Учителя растерялись, Гарри с Роном тоже, а потом решили найти учителя Защиты, чтобы он им помог найти Джинни. Учитель пытался напасть на них и сбежать, но они его обезоружили и заставили пойти с собой. Гарри открыл проход, они спустились в подземелье. Там учитель запаниковал, отобрал у Рона палочку и попробовал стереть им память, чтобы сбежать, но палочка Рона была поломана, и учитель случайно стер память сам себе. Одно из заклинаний ударило в потолок, и Рону завалило проход, поэтому Гарри опять пришлось идти вперед одному.

Книжка выпила столько сил из Джинни, что с Гарри разговаривал уже почти телесный молодой Волдеморт. Оказалось, он создал эту книжку еще в школе. Точнее, тогда его звали Том Риддл, но он уже придумал себе новое имя. В общем, Волдеморт натравил на Гарри василиска, но Гарри победил василиска с помощью феникса директора и меча Гриффиндора, а потом уничтожил книжку ядовитым клыком. Сам он был ранен, но феникс его вылечил своими слезами. Джинни очнулась. Нас всех расколдовали. Хагрида отпустили и разрешили использовать волшебную палочку.

Чуть не забыла. Когда Хагрида арестовывали, тогда же и директора отстранили. От этого, конечно, никому лучше не стало, а когда Гарри победил, директора опять восстановили. Это тоже Малфой запугал попечителей и заставил отстранить Дамблдора.

— Преинтересный рассказ. Спасибо. Если тетрадь Волдеморта подкинул Малфой и ему же удалось отстранить на время вашего директора, то это интрига или Малфоя, или Волдеморта. Тут вроде бы все понятно. Вопросы скорее по чудовищу. Начнем с простого. Что такое василиск?

— Это такая огромная змея. Его называют Король Змей. Искусственно выведенное существо. Очень долго живет, очень сильное, очень ядовитое, да еще умеет убивать взглядом. Жертва превращается в камень. Потом выяснилось, что если на него смотреть не прямо, а через отражение или какой-нибудь предмет, то только становишься твердой, думаешь и чувствуешь ужасно медленно, но не умираешь.

— По школе ползал огромный Король Змей, способный убить одним взглядом, но его не пытались поймать и школу на закрыли? Почему?

— Никто не знал, что это василиск. Никто, кроме закаменевших, его не видел. Он ползал по трубам внутри стен, а выползал в заброшенном женском туалете с привидением. Потом оказалось, что это привидение той девочки, которую василиск убил в прошлый раз, пятьдесят лет назад, когда его выпустил сам Волдеморт. Но тогда никто не понял, что произошло, а Волдеморт обвинил Хагрида, который тоже был студентом. Волдеморт был старостой школы, и ему поверили все, кроме Дамблдора, но Дамблдор еще не был директором, и Хагрида исключили и сломали его палочку, то есть запретили колдовать.

— Хагрид, когда отправлял Гарри и Рона к паукам, он знал, что это за пауки?

— Шли они за пауками, убегавшими из замка, но пришли к потомкам Арагога, того первого паука, которого Хагрид вырастил.

— То есть Хагрид знал, что это ядовитые пауки, и посоветовал двум школьникам к ним сходить в гости?

— Ну, он думал, что их не тронут, потому что его самого пауки никогда не трогали.

— Кто-то кроме вас знает о том, что Гарри и Рон были в лесу и их чуть не съели?

— Э-э-э, не знаю.

— То есть в лесу находится неизвестное количество ядовитых пауков, которые могут запросто съесть школьника, но вас это совершенно не волнует?

— Ну, в Запретном лесу много всяких опасных существ. Он поэтому так и называется, что школьникам туда ходить запрещено.

Синтия пыталась как-то утрясти всю эту дичь у себя в голове. Такое отношение к смертоносной фауне она бы ожидала услышать от девочки из Камбоджи. После многолетнего террора с массовыми убийствами и публичными казнями, иностранных солдат, которые не то захватчики, не то освободители, но уж точно не ангелы, такие мелочи, как тигры в джунглях, уже не пугают.

— Теперь мне стало еще интереснее. Кто на год раньше отправил в лес с огромными ядовитыми пауками двух первоклассников в сопровождении собаки? Вам Хагрид приказал туда идти?

— Да. То есть нет. Сначала нас позвал на отработку мистер Филч, завхоз. Он нас отвел к Хагриду.

— И в какой момент обычная отработка превратилась в этот смертельный аттракцион?

— Не знаю, Синтия. Мне почему-то очень страшно становится. Страшнее, чем тогда ночью в лесу. Наверное потому, что тогда я шла рядом с большим, сильным и добрым Хагридом…

— Так, стоп. Вы туда НОЧЬЮ ходили? Дети. В Запретный лес. В лес с огромными ядовитыми пауками. Ночью. Искать убийцу. И единственный взрослый бросил двух детей посреди леса в сопровождении одной только собаки. Гермиона, это уже всё, или я еще что-то пропустила?

Дэн, плесни мне чего-нибудь на два пальца. И себе тоже. Поражаюсь вашей выдержке.

Дэн открыл бар и щедро налил коньяка в три широких бокала.

— Мы же врачи, Синтия. Мы умеем сдерживаться, хотя это и не легко. Нам повезло, что ты разбираешь весь этот кошмар с таким хладнокровием и дотошностью. Но вообще, конечно, это не школа магии. Это ожившие кошмары Кафки, где монстры ставят эксперименты на маленьких детях.

Синтия заставила себя молча отрешиться от услышанного и сконцентрироваться на коньяке, более чем просто хорошем, и не столько ради удовольствия, но чтобы не сорваться. Нужно было ослабить давление на Гермиону, чтобы суметь помочь девочке самой продолжать анализировать события, не пытаясь защищать себя, друзей или других людей, которых она может уважать, и кто, как подозревала Синтия, и стоит за всеми этими танцами со смертью.

— Гермиона, прости меня. Я действительно слабая магла, на которую слишком много свалилось. Но ты сильная девочка, поэтому ты сейчас соберешься и назовешь всех действующих лиц этой истории еще раз. С самого начала. Кстати, за что вам назначили отработку?

— Ну, Хагрид пытался завести себе ручного дракона… да, да, я понимаю, опять Хагрид, а мы просто как слепые котята видели только глуповатого здоровяка, а сами были такие умные и самостоятельные, что куда там. Неважно. Дракон рос слишком быстро, и мы нашли, как отправить его в заповедник. У Рона брат драконолог, и он с друзьями дракона забрал. А на обратном пути нас поймала декан. Сняла кучу баллов и влепила нам отработку.

— Ваша декан знала, что отработка будет вечером в лесу?

— Нет. Ой! Она же нас сама привела на отработку к Филчу поздно вечером. То есть отработки у нас почти всегда вечером после занятий, но в этот раз нас собрали уже после отбоя. Знала ли она про то, что мы пойдем в лес, я не могу сказать.

— Декан — это вашего факультета декан, которая от вас отмахнулась, когда вы хотели предупредить администрацию, что кто-то хочет украсть камень?

— Да, она.

— И твое мнение?

— Не знаю… может быть, она просто такая же слепая, как и мы?

— Не удивлюсь. Наблюдательные люди умны почти всегда, но среди кажущихся умными просто поразительно много слепых. Так увлекаются своими идеями, что дальше собственного носа не видят.

Ладно, Гермиона, мы сильно отвлеклись от второго года. Вот ты догадалась, что это василиск. Это было очень сложно?

— Довольно сложно. Василиск обычно убивает, а в тот год никто не умер. Я догадалась, только предположив, какое влияние могут иметь отражения и фильтры.

— А Гарри кому-нибудь кроме тебя рассказывал, что он слышал змею?

— Кажется, да. Но он тогда еще не знал, что это змея. Просто только он слышал голос.

— И никто не знал, что он умеет говорить со змеями?

— Тогда никто. Потом уже у нас был в школе дуэльный клуб, и там Гарри, чтобы спасти другого мальчика от змеи, приказал ей убираться. Тогда уже вся школа узнала.

— А откуда появилась эта змея?

— Ее наколдовал тот самый противный Малфой. Он хотел натравить ее на Гарри, но так получилось, что змею отбросило к Джастину, и тот очень испугался.

— И часто у вас дети в школе наколдовывают змей?

— Э-э-э… нет, я только тогда видела. Ой, перед тем, как Малфой наколдовал змею, ему профессор Снейп что-то шептал. А еще раньше профессор поймал нас с Гарри около закаменевшей кошки, и Гарри говорил ему про голос, который он слышит…

Гермиона остановилась, не в силах продолжать. Она смотрела на Синтию с широко открытыми глазами, уголки ее рта подрагивали.

— Синтия, я такая дура! Получается, профессор почти сразу проверил, что Гарри понимает змей. А директор несколько раз говорил Гарри, что доверяет профессору. Значит, или профессор Снейп директора продолжает обманывать, или директор уже тогда знал, что по замку ползает именно змея. А никаких змей, способных вызывать окаменение, больше нет, только василиск. Я перерыла всю библиотеку…

А еще директор знает, что Волдеморт умеет разговаривать со змеями. А еще он работал в школе, когда василиск убил ученицу в прошлый раз, и тоже знает, где она умерла. И он ничего нам не сказал!

— Гермиона, Гермиона! Остановись! Директор ничего и не должен был вам говорить. Он что, должен был помочь Гарри найти василиска, чтобы Гарри там побыстрее умер?

— Синтия, мне очень нужно поговорить с Гарри. То есть сначала хорошо подумать, но потом все равно поговорить с Гарри.

— Ну так поговори. Это же твой друг.

— Я не знаю как! Если писать письмо, получится слишком длинно, непонятно и неубедительно. И уже было так, что его почту перехватывали. А я не знаю, где он живет, только что с родственниками, которые его очень не любят. Они могут не разрешить ему сюда приехать и сами точно не повезут.

— Напиши письмо или позвони по телефону и узнай адрес.

— Телефона я тоже не знаю. И в адресной книге его нет.

— А как родственников зовут, знаешь?

— Дурсли. Отчим Вернон, его сын Дадли, а как тетку зовут, я не помню.

— Более чем достаточно. Где у вас телефон?