Маги, магглы и сквибы (джен)

Полковник Огден никогда не ждал Джона в своем кабинете, но и его никогда не приходилось ждать дольше пары минут. «Чертова магия», — привычно откомментировал Джон со смесью отвращения и зависти. Он прекрасно понимал что испытывает, но продолжал позволять себе подобную слабость. «Всё эти чёртовы бабы. Совершенно невыносимые существа. Всю кровь выпьют, но когда уходят, еще хуже. Лучше бы их вообще не было».

— Ну что, Джон, что вы хотите выпытать у меня сегодня?

— Сегодня, полковник, меня интересует история. В нашу первую встречу мы говорили о Второй мировой и участии в ней магов. Вторая война была продолжением Великой войны, и трудно понять ее вполне не зная что происходило раньше. Надеюсь, вас не затруднит в общих чертах обрисовать мне участие магов в магловских войнах в последние сто лет? Хогвартсовский учебник для меня скопировали. Там практически ничего нет.

— Это потому, что обрисовывать нечего. Великая война маглов, как и многие предыдущие, для магов таковой не была. Сражения велись на ограниченной территории, никакого оружия массового поражения… не считать же таковым глупые облака газа, которые рассеиваются даже магом-недоучкой. Вот после войны… когда развалились магловские Империи, на их обломках началась резня. В Европе все утихло быстро, маги МКМ просто открутили головы всем желающим вмешаться в магловские конфликты, но Турция и Россия так легко не отделались.

Что происходило в России мы так до сих пор и не знаем, но в тамошней кровавой вакханалии маги приняли самое активное участие, и жертвы среди них были громадные. Часть эмигрировала в Европу или Америку, а некоторые покинули этот мир, уйдя в другие. Знакомый моего отца с непроизносимой фамилией, что-то на Чап, по слухам, нашел путь во Внутреннюю Монголию, его научный оппонент, барон Унгерн, отхватил себе какое-то из царств мертвых…

— Прошу прощения, полковник. Вы говорите о множественных мирах, в которые можно переселиться? Не значит ли это, что и из них к нам могут пожаловать незваные гости?

— Не стоит так волноваться. Эти миры существуют дольше, чем люди, хотя и люди существуют гораздо дольше, чем ваши, якобы, ученые, разрешают себе думать. Из других миров приходили, в них уходили. Настолько серьезных последствий, чтобы это попало в магловские учебники истории, считай, и не было. Даже на демонов нашлась управа. Вам, как христианину, об этом должно быть известно лучше других. А уж упокоить мертвых вам и вовсе не проблема, проще даже, чем магам.

— Собирая обо мне сведения, вы мне безусловно льстите, полковник. Однако я не уверен, что понимаю вас вполне.

— Не понимаете, и ладно. Это к теме нашей беседы не относится. Достаточно сказать, что прорыва демонов не было уже очень давно, одиночек-экспериментаторов быстро находят, и один раз предупреждают, первый и последний. Демонологию преподают сейчас только индивидуально, по рекомендации совета МКМ, для противодействия возможным вторжениям.

— И у нас в Британии такие маги есть?

— Конечно. Но они вне политики. Искать их не нужно.

— Понятно.

Джон сделал пару глотков чая, оставленного секретарем полчаса назад, но все еще горячего, привычно завистливо ругнулся про себя, и продолжил:

— И что же было дальше с Россией?

— Война всех против всех. Самым успешным оказался самый беспринципный — суеверный сквиб с Кавказа с особо непроизносимой фамилией. Настолько, что даже для русских ему пришлось использовать кличку «Сталин». Сталин пользовался услугами отдельных магов для устранения конкурентов, но никто из тех, кто ему поверил и помогал, не выжил. Укрепив свою власть в России, он начал искать, кто бы помог ему разрушить устоявшийся в мире порядок.

В какой-то момент этот кавказец спелся с Гитлером. Гитлер, кстати, тоже был сквибом и тоже любил маскировать свои замыслы. Но если Сталин хотел оставить только несколько «ручных» магов для укрепления своей власти, а от остальных на всякий случай избавиться, то Гитлер был очарован Гриндевальдом и с самого начала собирался строить единый маго-магловский мир, поэтому их конфликт был делом времени.

Впрочем, драка началась еще раньше, чем мы думали. Хотя Сталин и его банда понаделали больше всех в мире танков и самолётов, концепции современной магло-магической войны они не понимали, поэтому чуть не потеряли всё.

Европейские маги сначала самоустранились. Постоянные конфликты между Францией и Габсбургами заставили МКМ обосновалась в Швейцарии, и с тех пор эта страна держит строгий нейтралитет. Гитлера и Гриндевальда это вполне устраивало. Не афишируя участия магов, маскируя их воздействие рассказами о каких-то новых тактических приемах, они быстро разгромили магловские армии — и европейские, и этих авантюристов из России, но постепенно правда об использовании артефактов, которые гриндевальдовцы предыдущие двадцать лет собирали по всему миру, выплыла наружу. Маги многих стран взялись за палочки, и началась магическая мировая война, в которой МКМ заняла выжидательную позицию — просто от невозможности остановить лавину.

Этому сквибу из России пришлось объявить амнистию выжившим священникам и магам, прятавшиеся в Сибири… а может, и где подальше маги помогли остановить продвижение немцев. А когда американцы наладили снабжение, мы отстояли Пирамиды, русские зимой надавили… злые у них заклинатели погоды, я вам скажу, и немцев начали теснить уже со всех сторон, тогда пошли слухи, что Аненербе готовит настоящее оружие массового поражения. Остававшиеся нейтральными маги из МКМ объявили, что в этом случае им придется вмешаться, и «чудо-оружие», что бы под ним ни подразумевалось, никогда не применялось.

Вам я бы шутить с МКМ не советовал. Это не бюрократы из ваших лиг и организаций. Каждый из них по силе сойдет за полк, и при необходимости они появятся там и тогда, когда им будет удобно. Сами они захватить власть над миром не смогут никогда, слишком разные у них интересы, да и Церковь не спит, но и вам разгуляться не дадут. В общем, спите спокойно и занимайтесь своими делишками, но не надо строить планы, как перекроить наш мир.

— А если мир уже собираются перекроить?

— Кто?

— Я не привык делиться подозрениями.

— Но и шутить такими вещами не привыкли?

— Совершенно верно.

— Что ж, вам удалось меня озадачить. Держите меня в курсе, если нужно — появляйтесь чаще.

* * *

Сириус лениво листал очередной подсунутый ему учебник, на этот раз «неорганической химии», и поражался: до чего маглы умеют одновременно создать простые на вид схемы — и тут же все запутать и лишить практической пользы. Вооружившись учебником заклинаний и палочкой, даже посредственный студент мог многого добиться. Поттер-сквиб по учебнику зелий сварил что-то толковое, причем без подсказок и из дряных ингредиентов. Что можно было сделать с помощью этой химии? Харви говорил, они в школе делали взрывчатку. Вот только эти знания были не из учебника, а передавались из рук в руки. Какой прок читать эту муть, было совершенно непонятно, поэтому Сириус больше смотрел на старания сквиба, выписывающего руны, а потом заряжающего их по одной, по две. На большее у него не хватало сил, и он по совету Сириуса пил какао с шоколадными конфетами, поглощая их с неимоверно серьезным видом.

— Мистер Блэк, мистер Блэк?

— Чего тебе?

— А есть способ мне как-то стать сильнее? Ну, как волшебнику.

— Ты уже стал сильнее.

— Ну да, наверное, но я же все равно ужасно слабый. Вы когда мне показывали как руны заряжать, сколько сделали? Целый контур, пятнадцать штук, и совсем не устали. А я вон как мучаюсь!

— Мне бы так мучаться. Целыми днями шоколад жрёт, бедняга.

— Ну я серьезно!

— Если серьезно, то можно, но ты не захочешь.

— Я очень хочу! Как? Вы знаете?

Сириус посмотрел на недо-Поттера. Хороший мальчишка, наивный. Даже жаль, но, пожалуй, пора уже рассказывать.

— В общих чертах знаю, и знаю, где уточнить. Есть такой раздел магии, ритуалистика называется. Что-то типа того, чем ты сейчас занимаешься. Строятся схемы с рунами, они заряжаются, получается полезный эффект. Или вредный — смотря что ты задумал. Такое баловство, как у тебя, даже никак не называют, как огонек спички не называют пожаром. При ритуалах обычно заряжают сразу всю схему, и можно очень многого добиться. Поместья Блэков чужие не смогут найти ещё тысячу лет, и если кто-то захочет серьезно Блэку навредить в его доме — сильно пожалеет.

— Но мне их так сразу не зарядить, поэтому не получится?

— Скорее всего, получится. Ритуалы делают не на своей силе, а на заемной. То есть можно и на своей, но это опасно, можно умереть.

— А на чужой не опасно?

— Обычно — нет. Если все правильно делать, конечно.

— А почему?

— Так не твою же силу забирают.

— А тот, у кого забирают, для него опасно?

«Точно, совсем ребенок. Интересно, только этот конкретный или у маглов все такие?»

— У того, у кого забирают, не спрашивают, а потом уже и некого спрашивать.

— То есть что, они умирают, что ли?

— Ага.

— Убивают, значит, людей?

— Убивают, да, но это мелочи. Надо ведь силу взять для ритуала. Просто так силой никто не делится. Поэтому жертву ломают. Через страх, боль, кровь, отчаяние. Дают надежду — и отнимают. Лучшие результаты получаются, если использовать молодых сильных девушек. У них и сила, и эмоции хлещут. Берут такую вот Гермиону — и расходуют для получения желаемого эффекта. А что она плачет, кричит, хрипит, все кровью залито — это не побочные эффекты, а необходимая часть процесса. Если подходящей ведьмы не нашли, иногда удается заменить парой сотен маглов, но это так, второй сорт. Ведьма-девственница лучше всего. Понял?

— Понял. Мне не подходит.

Парень оказался крепче, чем казался на первый взгляд. Посерел только немного, но почти без паузы продолжил.

— Мистер Блэк, а вы поэтому из семьи ушли? Не хотели в таком участвовать?

— Не только. Но и поэтому тоже. Спасибо Дамблдору, раскрыл глаза.

— А мне, значит, тренируйся не тренируйся, а сильным не стать?

— Сильным — нет. Может, станешь великим, но сильным — никак.

— А великий — это какой?

— Великий — это другой уровень. Наверное, великие волшебники и сильные тоже, но, может быть, это и не обязательно.

— Вы извините, мистер Блэк, но я не понял ничего.

Сириус немного помолчал, потом решительно встал и поманил Харви за собой. По дороге он прихватил на кухне кружку, в сарае — жестяное ведро и привел Харви к крану в наружной стене, к которому был прикручен поливальный шланг. Сириус аккуратно набрызгал из шланга в кружку, налил ведро доверху, и дал кружку Харви.

— Обычные маги, когда колдуют, используют ту силу, что у них есть в запасе. У тебя сил как в этой кружке. Давай, плесни на цветы. Вот и всё, раз колданул какую-то ерунду — и сил нет. Жди, пока накопятся заново. Только не спрашивай откуда. Я не знаю. У меня сил полное ведро. Даже, может, целая бочка. А великий маг — это который умеет кран крутить.

Сириус повернул кран на полную, нажал на рычаг насадки в виде пистолета, и струя воды из шланга добила до середины заднего двора.

— Думаешь, чтобы открыть кран, надо много сил? Нет, но нужно знать, где этот кран находится. Надо понимать, как этот мир устроен. Нет, не просто понимать, а чуять, потому что эти водопроводы, эти потоки магии — их не так просто найти, не просто включить, и еще сложнее направить, чтобы цветы полить, а не смыть к Моргане и самому с головы до ног не облиться. Но кто может — тот творит настоящие чудеса, потому что магии в этом мире гораздо больше, чем у любого отдельного человека или даже всех магов, вместе взятых.

— А сейчас есть великие маги?

— Говорят, Дамблдор великий маг. Некоторые считают, что Волдеморт тоже, но я не знаю, великие они или просто очень сильные и много знают и умеют. Что в школах учат — это ерунда. Настоящими секретами маг только со своим личным учеником поделится, да и то не всеми и не сразу. Так что великими быть не учат. Только если сам. В общем, я бы не обольщался. Но если у кого и есть шанс — так это у тебя. Все погружающиеся в магию немного странные, а может, и не немного. Ты уже тоже странный.

— Я странный?

— Ага. — Сириус зевнул. — Я такого неугомонного первый раз вижу. Не помню, от кого слышал, но Дамблдор такой же в молодости был — только и делал, что читал про магию да опыты ставил, поесть забывал и даже по девкам не бегал.

— Я бы бегал, да они меня в упор не видят.

— Вот я и говорю — странный. Вместо того чтобы придумать, как сделать, чтобы на тебя девки внимание обращали, ты зелья вонючие мешаешь да руны свои дурацкие заряжаешь. Запомни мои слова: с девками дело иметь куда приятнее, чем с пробирками.