Маги, магглы и сквибы (джен)

Высокий маг в серебристо-сером, безупречный от носков туфель тонкой кожи с серебряными пряжками, и до кончиков слегка завитых на концах платиновых волос, с трудом скрывал раздражение. В Министерство Магии ему приходилось заходить почти каждую неделю, и хорошо еще если удавалось встречаться с нужными людьми на уровне атриума. Увы, аппарировать в Министерстве было невозможно, и слишком часто приходилось пользоваться лифтами, в которые кто только не лез.

Неотмытое быдло, работающее в министерстве за гроши, и экономящее не только на одежде, но кажется, даже на чистящих заклинаниях и мыле, не способные удерживаться в дергающихся лифтах на месте, наступающие ему на новые туфли, которые после этого приходилось выкидывать, мнущие мантию своими вялыми, корявыми и одышливыми телами, не знавшими влияния тенниса и сквоша… ужас. Чернь, дегенераты, мнящие себя чистокровными волшебниками. По его опыту, а Люциус Малфой, лорд Малфой, провел немало времени в магловских министерствах и офисных зданиях, маглы на соответствующих постах доставляли куда меньше хлопот. У маглов как-то успешнее получалось доводить служащих до приемлемых стандартов… хотя, конечно, и им еще есть куда расти.

Министр Фадж уже ждал — вышел навстречу, и даже не в приемную, а в коридор к лифту. «Совсем прижало, или не хочет говорить при этом рыжем?». Фадж внимание к своему секретарю заметил. «Персиваль Уизли — совершенно надежный молодой человек, много раз проверенный. Готов на всё, чтобы наконец порвать с тяжелым семейным наследием и стать приличным магом». Не поверим, но запомним.

Выдать Фаджу неофициальную премию для этой дуры в розовом. Фадж, понятно, большую часть оставит себе. Даже интересно, жабе вообще хоть что-нибудь останется, или поработала за спасибо? Наверное, что-то подкинет. Фадж небольшого ума, но если бы был аж настолько жадным дураком, что не кормил своих людей хотя бы объедками, столько бы в министерском кресле не просидел.

Теперь аккуратно поделиться слухами, что маглы проявляли интерес к делам аврората. Скримджер ничего не докладывал? Ему же хуже. Сам ничтожество, Фадж видит заговоры против своей власти даже в мелочах. В принципе, дело сделано, Фадж наживку заглотил, но с другой стороны, почему бы, раз уж карта сама идет в руки, не познакомиться с магловским премьер-министром? Никогда не знаешь, в какой момент может понадобиться.

Да-да, Корнелиус, прямо сегодня. Если вам так уже неприятно, я вас лично поддержу. Кстати, я слышал, у вашей троюродной племянницы давно нет работы, а мне как раз в недавно купленный магазин в Эдинбурге нужен управляющий. Фаджу не нужно знать, что с каждым новым проектом найти толкового человека становится всё труднее. Справится племянница — прекрасно, не справится — выгоню к Моргане. Фаджу, судя по всему, не долго осталось, надо выжимать. Вот этот портрет передаст магловскому премьеру, что мы прибудем с визитом? Прекрасно. Не желаете пока со мной отобедать, министр?

* * *

Джон Мэйджор ненавидел всё, что было связано с этим говорящим портретом, висящем на стене его собственного кабинета. Что портрет не удавалось снять — ерунда. К нему через камин приходили какие-то маги… Господи, выживший в разборках в британском парламенте, и не сломленный своим прошлым боссом, которую не зря звали Железной Леди, премьер-министр Великобритании был крепким орешком. Магов он переживет, и спляшет на их могилах. К чему он не был готов, так это к тому, что последовало за их первым визитом.

Вызванный начальник охраны «успокоил». «Кому надо» о магах знают, и премьер-министру незачем беспокоиться и поднимать шум. Он всю жизнь шел к этому посту, наивно полагая, что Великобритания — монархия конституционная, в стране демократия, то есть избирают самого достойного, и он служит стране, а короли и королевы лишь символы преемственности, обязанность которых избавлять премьера от нудного официоза.

Конечно, он давно понял, еще до получения первого министерского портфеля, от самой Тэтчер, между прочим, что всё сложнее, что даже ей, во всем блеске славы после выигранной войны, приходится идти на компромиссы, учитывать интересы огромного количества людей и организаций, согласовывать, уговаривать, и даже умолять. Но ровно неделю, до первого появления магов, у него было ощущение слона в посудной лавке… и вдруг оказалось, что никакой он не слон.

Он всего-то дорос до того, что ему позволено узнать некоторые тайны, и не более. Не он тут хозяин. Начальник охраны вежлив формально, а по сути, смеется ему в лицо. Секретная служба только номинально подчиняется премьер-министру. «Если мы не сработаемся, мое место займет другой человек, но отбор кандидатов вне пределов ваших полномочий».

Премьер-министр — человек с миллионом обязанностей, которого после любой неудачи может возненавидеть вся страна, которым пожертвуют когда сочтут нужным, а его охрана, и все, кто стоит выше нее — неприкасаемые. Он, Джон Мэйджор, будет не спать ночей, пытаясь отсрочить очередной кризис, и ему могло еще долго казаться, что он будет делать это ради себя, семьи и страны, но после визита магов стало кристалльно ясно — ради тех, кто хочет царствовать без забот.

Ему дали полномочия, и довольно широкие, это верно, но за это он будет на бешеной скорости играть в тетрис, причем в «стакан» будут валиться отнюдь не аккуратные фигурки, но куда менее приятная субстанция. А когда эти авгиевы конюшни переполнятся — его с позором выпроводят вон… или с почётом, если случится умереть на посту.

И вот опять маги. Первый визит после представления министров шесть лет назад. У них новый министр, или новые проблемы? В кабинет зашли двое, тот же грузный маг в котелке, только более потрепанный, и человек слишком ухоженный, чтобы занимать должность в министерстве, кто-то из хозяев жизни. Впрочем, какая разница? Протокол до него «довели». За дверью магов ждет представитель секретной службы в штатском, которого на одном из приёмов министр видел в мундире адмирала. Джон так и не дал себе труда выяснить какого именно. Слова «вице» и «контр» он знал, помнил, что исторически адмиралы были еще и «реар», но не с его работой терять время на такую ерунду.

К удивлению министра, лощеный красавец пожелал остаться с ним, и оказался отличным собеседником, неплохо ориентирующемся во внешней и внутренней политике Королевства, любителем тенниса, бравшем уроки у восходящей звезды Андре Агасси, ценителем кальвадоса, и в отличие от своего спутника, совершенно не кичился своим превосходством мага. Министру даже показалось, что заговорив о семье, маг был даже готов предложить продолжить знакомство в менее формальной обстановке, но сдержался.

* * *

Два седовласых джентельмена сидели в креслах у незажженного камина в комнате отдыха премьер-министра. Несколько одутловатый и растрепанный смотрел с неприкрытым раздражением, а более ухоженный терпеливо, помогая себе округло-плавными жестами рук, объяснял, почему сотрудничество магловской полиции с магами абсолютно необходимо для поддержания Статута Секретности. Единственное, что он может со своей стороны предложить министру Магии — лично проконтролировать кто из магов будет этим заниматься, так же как он, член Тайного совета Её Величества, уполномоченный заниматься сношениями с магами, определяет списки допущенных к тайнам маглов.

Министр, до того только нервно шевеливший пальцами, воспользовавшись небольшой паузой, перевел разговор в интересующую его плоскость:

— Почему вы занялись этим делом именно сейчас?

— Меня попросили разобраться в ситуации почти три года назад. Один маг, работавший с магловской полицией, не имея полномочий объявить в розыск какого-то вашего беглеца, повлиял магией на вышестоящего начальника. Наша служба внутренней безопасности, конечно, отследила вмешательство. В тот раз мы спустили ситуацию на тормозах, только ваш сотрудник был лишен доступа и заменен на другого.

— Мне об этом не докладывали.

Ухоженный чуть искривил углы рта, трудно было понять, желал он этим выразить скептицизм или сарказм. Министра, впрочем, это не остановило.

— Меня интересует почему вы недавно потребовали аудиенции у начальника Аврората. Что случилось сейчас?

— Не могу сказать чтобы я вполне разобрался в ситуации, но надеюсь, что Министр будет любезен мне помочь, и ответит на несколько вопросов.

— Каких еще вопросов?!

— Судя по тому, как вы нервничаете, вы лучше меня знаете в чем дело. Давайте я не буду вас ограничивать, а вы сами мне расскажете в удобном для вас формате?

Министр начал багроветь.

— Вы. Явно. Наслушались. Дамблдоровских бредней.

— Не имел чести быть знакомым с этим господином. Что он говорит?

— Дамблдор — бывший директор школы, был уволен и находится в розыске за то что собирал тайную армию для борьбы с министерством.

— Это я знаю. Я читаю газеты.

— Тогда зачем вам знать что он говорит?!

— Министр, вы только что явно обвиняли меня в том, что я действую исходя из слов какого-то господина, которого я лично не знаю, и не желаете мне рассказать в чем суть его возмутительных речей. Почему же вы думаете, что я могу вам что-то толковое сказать, если вы же держите меня в неведении?

Фадж посмотрел на оппонента. Тот спокойно ждал, переплетя пальцы рук.

— Дамблдор опять разыгрывает карту Того-Которого-Нельзя-Называть.

Ухоженный джентльмен в идеально сидящем светло-сером костюме продолжал смотреть на министра с выражением вежливого внимания. Пришлось продолжать:

— Базируясь на бреде одного эмоционально и магически нестабильного мальчишки, Дамблдор требует немедленно поднять в стране тревогу, увеличить штаты Аврората, менять внутреннюю и внешнюю политику. Это невозможно. У меня нет возможности нанимать больше людей. Дамблдор это знает и расчитывает на набор добровольцев-мракоборцев. Эти горячие головы обязательно надо будет занять делом, или они начнут бесчинствовать. Занять делом, когда никакого дела нет, можно только устроив им курс аврорской подготовки. И вот у Дамблдора есть выученные за счет министерства банды смотрящих ему в рот анархистов, которым только бы повоевать, не важно с кем! Дамблдор уже обвиняет уважаемых людей в сотрудничестве с Тем-Которого-Нельзя-Называть, его послушают — и в стране начнется война, сама собой, на основании одних только слухов.

— Совершенно с вами согласен, министр. Отряды добровольцев-энтузиастов это несерьезно и опасно. Новички без опыта должны включаться в состав уже существующих подразделений, где они могут быть урезонены опытными бойцами. Кстати, раз уж вы упомянули аврорскую подготовку. Мне не кажется разумной и идея кратно усиливать одно силовое ведомство, так оно приобретает слишком большой вес…

— Да-да, конечно. Очень верные соображения. Но у министерства в любом случае нет бюджета на увеличение штатов.

Магл посмотрел на министра оценивающе.

— Нет бюджета — это я понимаю. Но если на секунду предположить, что за это не вовсе бредни… Прошу вас, министр, дослушайте. Если это НЕ бредни, и Тот-Которого-Нельзя-Называть, как бы ни была мала вероятность этого, всё же каким-то образом перевоплотился?

— Это будет катастрофа, которую мы не переживем.

— Почему?

— Потому что начнется паника. Она уже начинается…

— Из-за массового побега?

— Да, из-за побега, и из-за Дамблдора с Поттером, это тот мальчик. Начнется паника, все благонравные граждане попрячутся, прекратится всякая общественная и экономическая жизнь, многие потеряют работу и средства к существованию, поднимется преступность. Не будет денег даже чтобы платить нынешним штатам министерства. Вы же первый должны понимать, что грабить начнут тех, у кого есть что взять, и кто не сможет себя защитить!

— То есть маглов.

— Ну конечно! И ничего хорошего не будет. Если вдруг, как вы говорите, Тот-Которого-Нельзя-Называть, что очень маловероятно, все же возродился, то через три месяца он просто придет в министерство, объявит себя министром, и никто даже не попробует его остановить. Но скорее всего это очередная интрига Дамблдора. Он добивается дестабилизации. Он добивается массовых нарушений Статута, войны между нами и вами. Еще немного нагнетания напряженности — и мы увидим как в Британию прибывают отряды МКМ. Будут разнимать нашу с вами заварушку и массово стирать память целому поколению. Вам это надо?

— Министр, вы прекрасно понимаете, что мне этого не надо. Но вы сильно преувеличиваете возможности МКМ. Нет уж, дослушайте. Вы забываете, что я служу Королеве. Так вспомните, что Королева — глава англиканской церкви. Вторжения МКМ в Британию не будет. Любая церковь всегда будет на стороне христиан-маглов, а не магов. МКМ пришлет своих людей только с разрешения представителя Святого Престола, и только чтобы остановить ВАС.

Но это не потребуется. Конечно, истинно верующих сейчас меньше в относительном выражении, чем во времена заключения Статута, но в абсолютном — гораздо больше. И поверьте, у священников Её Величества найдется достаточно времени и желания чтобы провести все необходимые обряды во всех городах и селах, где вы засветились, разрушить ваше колдовство слой за слоем, пока и следа не останется.

Я вам больше скажу, если бы это было в наших интересах, это уже давно бы случилось, но правительство Её Величества помнит опыт предыдущей войны и высоко ценит вклад магического сообщества. Поэтому мы склонны закрывать глаза на мелкие нарушения Статута, но серьезные жертвы среди маглов недопустимы. Делайте что хотите, но или вы контролируете ситуацию, или уходите, а если не справится и ваш преемник, то мы найдем ответственных за безобразия, передушим их как котят, и правила игры изменятся не в вашу пользу. Не можете соблюдать Статут сами — будете подавать прошения на каждый акт колдовства, и вести книги учета. Я понятно выражаюсь?

Теперь пара выглядела по-другому. Фадж сгорбился, и казался избитым, тогда как лощеный джентльмен в сером подобрался как зверь, готовый к прыжку, глаза его яростно блестели из-под очков. Впрочем, он быстро взял себя в руки, и спокойно продолжил:

— Если вам понадобятся дополнительные средства — передадите запрос, с обоснованием, конечно, нашему представителю в Визенгамоте, или при министерстве Магии. Да, я знаю, что эта позиция вакантна. Явная это будет должность, или тайная, для меня не имеет значения, достаточно чтобы у моего человека был доступ в министерство, а у вас — возможность передавать через него свои пожелания. Никаких условий не ставлю. Вам нужны средства — вы и придумывайте, как и когда всё организовать.