Маги, магглы и сквибы (джен)

Гарри Поттер бежал по подземному тоннелю из Хогвартса. Этот был куда более ухоженный, чем тот, что вел в Визжащую хижину — пол и стены вымощены светлым песчаником, с плавными поворотами. Зная, что впереди три четверти мили, он начал размеренно, по три шага на вдох и выдох, но долго не продержался, перешел на два-два, а потом и вовсе понесся со всех ног, стараясь только не уронить волшебную палочку, которой освещал тоннель.

Не желая возбуждать подозрения, он сначала вышел из замка проводить Рона и Гермиону почти до ворот, потом нарочито неторопливо вернулся внутрь, сдерживая желание перейти на рысь, зашагал к коридору второго этажа, убедился, что в коридоре никого нет, накинул мантию-невидимку, открыл тайный проход… в общем, отставал минут на восемь, а ему казалось важным не пропустить момент, когда его друзья разойдутся в Хогсмиде. В том, что они разойдутся, Гарри был уверен на все сто.

Перед люком пришлось отдышаться, чтобы правильно выговорить «Хоминум ревелио». Хорошо, что Сириус летом показал заклинание для определения, есть ли рядом человеческие существа, иначе выходить из тайного подземного хода через люк в полу подвала магазина было бы слишком опрометчиво. Впрочем, Гарри уже накрутил себя достаточно, чтобы заподозрить, что хозяева магазина о ходе могли знать. Или, скорее, не могли не знать. Вроде бы этим ходом пользовались только он да близнецы Уизли, а уж братья-то точно знали толк в маскировке. С другой стороны, Фред и Джордж чуть ли не каждую неделю таскали в замок всякую контрабанду, в том числе спиртное, неужто ни разу за несколько лет не попались? Им же каждый раз нужно было дважды проходить через лавку, иногда и поздно вечером…

Ладно, о своей наивности можно подумать потом. В мантии он пройдет чисто, главное — не спешить и дождаться, пока кто-нибудь из третьекурсников откроет входную дверь. Малышня почти всегда первым делом бежала набивать карманы сладостями, далеко обгоняя всех старшекурсников, а он еще и немного задержал Гермиону своим заказом. Самому Гарри выход в Хогсмид был запрещен лично Амбридж.

Повезло — и первую стайку хаффлпаффцев ждать не пришлось, и улицы были еще пусты. Заняв место на пригорке на входе в деревню, он приготовился ждать Гермиону и Рона, но неожиданно увлекся наблюдениями за студентами. Раньше он если и следил за кем-то, то это были отдельные люди, а тут перед ним проходила процессия школьников, на которых он раньше не обращал никакого внимания, их имен Гарри не знал и мог только различать факультеты по оторочке мантий, шарфам и поблескивающим значкам старост.

Младшекурсники шли в основном большими группами, и чаще девочки кучковались отдельно от мальчиков, парами шли редко, и никогда девочка с мальчиком. Пятый-шестой курсы, наоборот, в основном смешанными компаниями, а седьмой — уже практически только с соблюдением гендерного баланса, парами или четверками.

Вот пара хаффлпаффских хохотушек пытаются развлечь пару слизеринцев с холодными лицами, которые, правда, периодически освещаются ухмылками. За ними пара слизеринских красавиц, которым оказывают знаки внимания пара старшекурсников с Райвенкло. Вот Форджи с гриффиндорскими загонщицами, Анжелиной и Алисией. Все четверо шутят, иногда толкаются, кто за кем тут бегает и кого пытается впечатлить, так сразу и не скажешь.

Тут Гарри неприятно кольнуло, что в смешанных компаниях зелёных было чуть ли не больше, чем алых. Видимо, Дамблдор не настолько преуспел в изоляции слизеринцев, как ему раньше казалось, глядя только на его собственный курс. Эта мысль была странной, его собственной, в этом он не сомневался, и непонятно откуда взявшейся одновременно. Черт, подобные странные мысли посещают его все чаще, а с Гермионой он так и не поговорил — сморило, а на следующий день вокруг все время кто-то крутился. Видимо, придется ему послушать Рона и последить и за Гермионой, и за Малфоем… а попадется в поле зрения Рон — так и за ним самим. Гарри Поттер — Шерлохомец, всех выведет на чистую воду.

Дорога из Хогвартса почти уже опустела, и Гарри начал волноваться, не упустил ли он всех, за кем собрался проследить, но тут как раз на пригорок перед Хогсмидом вышли Малфой со своей парой прихлебателей, Крэббом и Гойлом.

— Никого не упустим? — вдруг сказал Крэбб, шедший слева и чуть позади Малфоя.

— Да куда они денутся! — ответил Гойл и продолжил: — Хогсмид не Лондон. Если что, босс найдет. Образцы с тобой?

— Конечно.

Малфой при этом шел со своим привычно отстраненно-надменным видом и на разговор внимания не обратил, а Гарри застыл открыв рот. Хорошо, что под мантией его никто не мог увидеть. Кажется, это был первый раз за четыре с половиной года, когда Крэбб первым начинал беседу, а Гойл говорил полными предложениями. По крайней мере, первый раз, когда он, Гарри Поттер, их слышал!

Судя по тому, что у Малфоя при звуках голоса Крэбба и Гойла, которые на уроках исключительно мычали, не произошло выпадение челюсти, видимо, молчали они не всегда. То есть пока он, как и все гриффиндорцы, считал их в лучшем случае дрессированными обезьянами, они просто морочили всем голову. В принципе, если бы они действительно были тупыми гориллами и проваливали больше двух предметов в году, то их должны были бы сначала оставить на второй год, а потом и выгнать из Хогвартса, а не переводить из класса в класс, об этом правиле Гарри как-то слышал от старшекурсников. Списать на экзаменах в большом зале было нереально, значит, программой они должны были более-менее владеть, то есть полными идиотами быть не могли.

Гарри не знал никого со своего факультета, кто вел бы себя подобным образом. Представить себе скрывающего свою эрудицию райвенкловца он тоже не смог. Барсуки… барсуки хотя и не гнались за баллами, друг за друга переживали и не стали бы волновать своих понапрасну. Чертовы Змеи! Или правильно сказать — «какая удача, что я сегодня не занят Роном и Гермионой?»

А вот, кстати, и они. Гермиона, вся в красных пятнах, быстро догоняет Малфоя, но, не желая идти мимо него, резко отворачивает в сторону параллельной улицы. Рон с задумчивым видом неспешно идет позади, тоже пятнистый, но, в отличие от Гермионы, это ни о чем не говорит: краснели рыжие по любому поводу.

Гарри последовал за Гермионой, которая не сбавляя шага понеслась к «Трем метлам», выскочила оттуда на улицу, покрутила головой и опять забежала внутрь. Малфой с «гориллами» уставились в витрины «Зонко» в квартале от паба мадам Розмерты, Рона не было видно. Что-то было не так. Встречаясь с Рональдом, Гермиона никогда от него не убегала, а Рональд, если не встречал их на полпути, то ждал в пабе. Рональд всегда выглядел и действовал если и не оптимально, то безупречно. Опаздывает или что-то случилось?

Краем глаза Гарри заметил какое-то движение. По противоположной стороне улицы уходил какой-то волшебник в потрепанной коричневой мантии. Шел он в сторону от магазинов и пабов, к холмам, поросшим лесом… или просто живет на околице? Рассудочность никогда не была сильной стороной Гарри, но решения он принимал быстро. Гермиона наверняка будет ждать, значит, вернуться он успеет.

Потрепанная мантия, как он и ожидал, вышла из Хогсмида и свернула в перелесок, где вскоре нашлась вторая такая же, только еще и заляпанная грязью, надетая на столь же неприятном на вид худом типе средних лет, рядом с которым лежал какой-то сверток. Присмотревшись, Гарри увидел, что из-под толстого слоя веревок торчит край знакомой синей материи с серебряным шитьем. Что ж, волнение Гермионы было понятным…

— Нучётамля?

— Тихо. Девка лохматая из «Мётел» выбегала. Нам эта нужна?

— Хрензна! Сказали — девкуля, исё.

— На записку ловим?

— Дамнепох. Ведисюда, ярешу.

Еще полгода назад Гарри наверняка начал бы со своего любимого обезоруживающего, а потом попытался бы мерзавцев задержать, но с тех пор он пообщался с Сириусом. Сириус вроде как и не его учил, так, пьянствовал с близнецами, и в лицо очень их хвалил за то, что не лезут в драку, а придумывают, как сначала незаметно ослабить противника, рассорить или сделать смешным, в общем, понизить шансы на успешное сопротивление и помощь со стороны, выиграть бой до самого боя… и это было правильно. Этот грязный, с кашей во рту, выглядел опасно. На месте не стоял, казалось, просто переминался с ноги на ногу да покачивался как пьяный, а поди в него прицелься. Еще и мантия в грязных пятнах цветов голых стволов и подгнившей опавшей листвы...

Пока Гарри думал, как его достать пакостью, которую в тот же вечер тщательно разучил, первый бандит уселся на поваленное дерево, достал клочок пергамента, оторвал совсем уж замызганный конец и начал что-то писать. Упускать такой шанс было никак нельзя. Заклинание, точнее, наверное, правильно было бы сказать — «проклятие», не давало видимого следа, а мантия его отца, как он давно выяснил, не только давала идельную невидимость, но и шорох шагов, и шепот глушила надежно.

Что будет дальше с ушедшим в деревню, Гарри более-менее представлял. К тому времени, как он дойдет до таверны, мерзавец сможет только молиться, чтобы туалет был свободен, и просидит внутри не меньше получаса, за которые Гарри попробует придумать, что делать с этим вторым — видимо, настоящим лесным жителем.

Минуты шли, второму никак не сиделось на месте, а заклинание было длинноватым и требовало точного указания цели. В конце концов, Гарри утешал себя, шанс обезоружить может представиться, когда негодяй отвлечется на Гермиону, а он пока попробует реализовать вторую часть заповеди Сириуса. С взрослыми бандитами биться по-честному он не собирался, поэтому численное преимущество не повредит. «Энервейт». Рональд не шевелился. «Финита инкантатем». Ничего. Даже веревки не свалились. Мертв он быть не должен, иначе зачем его было связывать? Приложен чем-то очень сильным, не успел еще прийти в себя или, наоборот, быстро соображает и не хочет себя выдать?

Его раздумья прервали шорох листьев и веток и девичьи голоса. Голоса довольно неприятного тембра. Слов было не разобрать, но Гермиона явно была на взводе, да и второй голос звучал не слишком любезно. Вскоре на поляну вывалились Гермиона и Сюзан Боунс и тут же упали. Бандит в пятнистой мантии оказался сбоку от них, вне их поля зрения, и каждую коротко ткнул лапами. То есть руками, но что-то в его движениях было звериное, а поскольку руки-лапы его были пусты, то и «Экспеллиармус» от Гарри на него не подействовал. Зверочеловек метнулся на середину поляны, там остановился и, чуть покачиваясь, поворачивался всем телом и водил руками по сторонам, видимо пытаясь понять, кто на него напал. Нос его раздувался, зрачки глаз двигались асинхронно, временами разбегаясь в разные стороны. Гарри застыл.

Что делать дальше, было совершенно непонятно, голова зачем-то стала думать, что жертв его обезоруживающего заклинания, видимо, отбрасывало назад потому, что заклинание было двунаправленного действия, и отталкивало не только оружие от человека, но и человека от оружия… И тут бандит вдруг прыгнул в сторону. Точнее, попытался прыгнуть, потому что все еще стянутый веревками Рональд успел зацепить его за лодыжку. Упасть бандит, конечно, не упал, но какие-то доли секунды потерял, и в него с шипеним и треском вонзились сразу два заклинания, и тут же еще два, и еще. Вскоре он был упакован уже не хуже Рональда и свалился на землю с глухим стуком. Явно профессионалы — колдовали невербально, в том числе и финальный «Петрификус».

Выходить на поляну никто не спешил, и Гарри тоже решил не отсвечивать понапрасну. Вдруг тишину прорезал резкий полувздох-полукрик. Гермиона. Очумело поводив головой, она сначала бросилась к неподвижной Сюзан, попыталась выхватить палочку из рукава, но там ее не было, потом бросилась к Рональду и начала его тормошить. За ее спиной с земли приподнялась Сюзан, тоже в шоке, и тоже подскочила к Рональду, но когда она попыталась вытащить свою палочку из рукава, ее руки вдруг застыли в воздухе.

— Так я и знала! Следили за мной?

— Не надо было? — раздалось из пустоты, а потом воздух рядом с ней видимо уплотнился, и проявившаяся фигура в сером аккуратно помогла Сюзан встать с земли и только потом убрала руки.

На краю поляны проявилась вторая.

— Сюзан, мы этих двоих забираем, а ты студентку в школу отведи.

— Одного. Кто второй, я знаю и разберусь сама.

— Ладно. Но с тебя письмо Амелии.

Тут подал голос второй:

— Погоди! Может, Обливиэйт этой лохматой?

Сюзан не думала и секунды.

— Не, не надо.

— Уверена? Она не очень-то мирно себя вела…

— Уверена. Нужный человек, просто у нас стресс был, у обеих.

Гарри был уже готов влезть и напомнить о втором бандите, которого, скорее всего, еще можно успеть застать со спущенными штанами, но что-то его остановило. Действительно, даже Сюзан вовсе не обязательно знать, что у него есть мантия-невидимка, а этим в сером, готовым стереть Гермионе память, и подавно. Да они вообще для начала приложили бы его чем-нибудь неприятным и только потом разбирались. В «Три Мётлы» он и сам может заглянуть… и что потом?

Ладно, главное, что никто всерьез не пострадал. Девушек только проводить до безопасного места…

Тут один из серых, схватив связанного бандита под руку, с негромким хлопком аппарировал, а силуэт второго опять истаял в воздухе. «Что ж, девушек провожать есть кому». Сюзан и Гермиона с двух сторон подперли уже развязанного Рональда и повели к деревне. Как показалось Гарри, куда бережнее, чем этот молодой человек с целыми руками и ногами заслуживал.