↓
 ↑
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

План Мародера (джен)


Переводчики:
kroki с I части по IV/7, Alter ago с IV/8, little_marauder с V, Ленивая макака c VIII/8
Оригинал:
Показать
Беты:
Nata6ka книга I, Теmр с IV/8, lissa_i с VI части
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
не указано
Размер:
Макси | 2803 Кб
Статус:
В процессе | Оригинал: Закончен | Переведено: ~49%
Предупреждение:
AU
После побега из Хогвартса Сириус решил остаться в Англии. Теперь у него на первом месте – защита Гарри.
Независимый Сириус, Дамблдор – манипулятор, не Дамбигад
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Часть VII. Глава 5

Золотистый шакал Ноттов поклонился такому же золотистому грифону Поттеров, тот гордо кивнул в ответ, затем шакал посмотрел на Гарри и испарился в дымке.

Тот с облегчением выдохнул, только сейчас осознав, что задержал дыхание. Слишком многое связывало его с родовой магией, чтобы он мог спокойно к ней относиться. Сириус улыбнулся ему с противоположной стороны кабинета Минервы, и от Гарри не укрылись искорки схожего облегчения в серых глазах отца от того, что всё прошло гладко. И наконец Гарри обратил свой взор на Тео; тот кивнул ему.

— Полагаю, теперь я по-настоящему служу роду Поттеров, — сказал Тео с удовлетворением, явным даже для Гарри, который обычно с трудом понимал чувства слизеринца.

— Что ж, добро пожаловать? — с неуверенной улыбкой поприветствовал Гарри.

Отец Тео опередил сына с ответом:

— Я знаю, что вы позаботитесь о моём сыне, лорд Поттер.

Гарри напрягся, но отрывисто кивнул.

— Разумеется, лорд Нотт, — вежливо ответил он.

— Сириус, могу я переговорить с тобой наедине перед уходом? — спросил лорд Нотт, отворачиваясь.

Сириус нахмурился, но согласился.

— Не мог бы ты подождать меня снаружи? Я скоро освобожусь, — обратился он к Гарри.

— Конечно, — ответил тот. Он хотел побыть с Сириусом наедине. У него была куча вопросов по поводу суда, которые тот хотел обсудить только при личной встрече.

— Я напишу тебе в ближайшее время, Тео, — сказал лорд Нотт сыну, положив руку ему на плечо. — Веди себя хорошо.

— Разумеется, отец, — тепло отозвался тот.

Гарри вышел из кабинета и закрыл дверь. Тео неуверенно замер, и Гарри указал ему на ближайшую лестницу.

— Тебе не обязательно ждать со мной.

Тео пожал плечами и прислонился к стене.

— Сегодня воскресенье.

И это всё объясняло — в воскресенье никогда ничего не происходило. Они должны были делать домашние задания. Гарри с тоской вспомнил воскресенья отца и сына, которые они проводили с Сириусом летом, и почувствовал волну разочарования от того, что тот вернётся домой сразу после того, как они обсудят суды и учёбу.

— Кроме того, если я вернусь в гостиную, всё что меня ждёт, это Малфой, дующийся на меня из-за моего служения роду Поттеров, и Гринграсс, рассуждающая над тем, пригласить ли тебя в Хогсмид на следующей неделе или нет, — продолжил бодро Нотт.

Гарри испуганно уставился на слизеринца.

— Что?

Тео ухмыльнулся.

— Ты же понимаешь, что вся школа обсуждает, с кем ты пойдёшь? Ты вообще планируешь кого-то приглашать?

— Нет, — машинально ответил Гарри.

— Отлично, — заметил Тео с искренней радостью. — Забини должен мне галлеон.

Гарри мрачно уставился на него и скрестил руки на груди.

— Я собираюсь встретиться с Сириусом. — Он подумал. — Вообще-то, я пойду с друзьями. Если хочешь, можешь присоединиться.

Тео удивлённо моргнул.

— Ты хочешь, чтобы я присоединился?

— Ты теперь часть рода, Тео, — пожал плечами Гарри. — Рон, Гермиона и Невилл тоже идут.

Тео неуверенно кивнул.

— Спасибо, но у меня… — он замялся, внезапно засомневавшись. — Я иду в Хогсмид с Джереми.

Гарри удивлённо распахнул глаза, но тут же осознал, что это может показаться грубым, а Тео напрягся так, будто ожидал плохой реакции.

— Джереми кажется хорошим парнем, — проговорил Гарри.

Тео расслабился и вновь кивнул.

— Да. — Он прикусил губу. — Готов спорить, Дафна пригласит тебя. Её отец заинтересован в том, чтобы она нашла себя хорошую пару, и ты… С тобой все хотят встречаться.

— Я не… не… — промямлил Гарри. — Я не ищу пока девушку? — неуверенно закончил он.

— Ну… можешь говорить так, но тебе следует подумать о свидании с одной из девушек, которым ты доверяешь, — посоветовал Тео. — Или остальные подумают, что у них есть шанс.

— В самом деле? — обеспокоенно спросил Гарри. Тео недоверчиво посмотрел на него.

— Ты довольно недогадливый.

Гарри ощетинился из-за нелестного замечания, но, по сути, Тео был прав.

— Я просто… Я не понимаю, почему им так хочется быть со мной.

Брови Тео взлетели вверх.

— Поттер, даже если не учитывать часть Мальчика-Который-Выжил, хотя ты об этом не подумал, но ты являешься главой своего рода и наследником другого очень могущественного рода. И если этого недостаточно, вот ещё одна причина — ты по-настоящему хороший парень и герой-спаситель. — Он махнул на Гарри рукой. — И ты также не совсем ужасный ловец, хотя если мои слова услышит кто-то из слизеринцев, я буду до последнего отрицать сказанное.

Гарри почувствовал, как его щёки покраснели, и пожелал провалиться сквозь землю.

— Слушай, я тебе советую пригласить на ненастоящее свидание Грейнджер, Лавгуд или Боунс, чтобы люди подумали, что ты занят — Гринграсс, возможно, тоже согласилась бы на это. Не думаю, что она по-настоящему заинтересована в тебе, она лишь хочет угодить отцу, чтобы он от неё отстал.

Гарри нахмурился. Ему не нравилась эта идея, но это действительно могло помочь отвлечь внимание от отсутствия у него пары и его неопытности. Он мог бы обсудить идею Тео с друзьями. Возможно, не будет ничего страшного, если он сходит на ненастоящее свидание — они могли бы использовать эту возможность для практики, чтобы Гарри не облажался на реальном свидании.

Дверь за спиной Гарри внезапно открылась.

Выглянул Сириус и удивлённо посмотрел на Тео, но быстро взял себя в руки, кивнул ему и жестом пригласил Гарри внутрь.

Тот махнул Тео рукой на прощание, и вошёл. Сириус закрыл дверь, уселся на стол и установил чары конфиденциальности, в то время как Гарри устроился в уютном кресле.

— Прости, что так вышло, — начал Сириус. — Бенджамин хотел предупредить меня, что Венлок начинает собирать оппозицию, будто я и сам не мог догадаться...

Гарри понимающе кивнул, поскольку Сириус уже рассказал ему о Венлоке и возможных политических волнениях.

— Так что произошло на суде, о чём ты не мог рассказать мне по зеркалу?

Сириус поморщился и сел прямо лицом к Гарри.

— Помнишь, как перед Кубком я сказал тебе, что Волдеморта с крысой видели в Литтл-Хэнглтоне?

Гарри кивнул, задаваясь вопросом, чего ради Сириус сейчас об этом заговорил.

— Там они взяли кости из могилы Томаса Реддла...

— Отца Тома? — удивлённо уточнил Гарри.

— Именно. Берти и Альбус предположили, что они могут использовать кости отца в особом ритуале, чтобы создать Волдеморту тело. Для этого нужны ещё два ингредиента.

Гарри почувствовал, как у него засосало под ложечкой.

— Почему мне кажется, что мне не захочется узнать о них?

— Один из них необходимо забрать у врага, — мрачно сказал Сириус.

— У меня, — тут же догадался Гарри. Сириус резко выдохнул.

— Мы так думаем. Ритуал очень долгий и сложный. Но на финальной стадии необходимо взять что-то у врага, который на протяжении девяти месяцев был в страхе за свою жизнь и подвергался испытаниям. Эта финальная стадия должна произойти накануне летнего солнцестояния.

Сердце Гарри заколотилось.

— И из-за этого все записки с угрозами и… попытка похищения?

Сириус кивнул.

— Мы считаем, что та попытка была лишь упреждающим ударом, а реальной целью является привлечь тебя к Турниру Трёх Волшебников. Он должным образом подготовит тебя к ритуалу, и им не придётся больше ничего делать.

Гарри облизал пересохшие губы.

— Так все теперь пытаются предпринять всё возможное, чтобы я не попал на турнир?

— Это одна из причин, почему мы применили множество защитных мер к артефакту, Кубку Огня, который будет определять чемпионов от каждой школы.

Но защитные меры не гарантировали эту самую защиту, по мнению Гарри.

— Альбус уверил меня, что этого не произойдёт — Хогвартс абсолютно безопасен, особенно благодаря работе Грюма. — Сириус утомлённо вздохнул. — Но мы все знаем, в какой безопасности ты был в Хогвартсе всё это время.

Гарри прикусил губу от едкого тона его слов, хоть и знал, что это было не по его душу, и всё же не мог не чувствовать и доли своей вины. Но тут в голову пришла новая мысль.

— Постой, ты сказал, Волдеморт с Питером взяли кости, когда были в Литл-Хэнглтоне?

И это значило, что Сириус знал о ритуале и остальном, но не сказал ему! Гарри показалось, будто ему нож всадили в спину. Сириус прямо посмотрел ему в глаза.

— Да. Я тогда принял решение не рассказывать тебе о ритуале.

Гарри вскочил на ноги — он не знал, что собирался или хотел сделать, но сидеть на месте он не мог. Сириус встал напротив него.

— Не хотел бы ты выслушать мои объяснения?

Гарри скрестил руки на груди и отрывисто кивнул.

— Мы не знали наверняка, были ли верны предположения Берти и Альбуса, — начал Сириус. — Кости предков используются и в других ритуалах. И да, этот был самым вероятным, но мы не знали наверняка. Я не хотел рассказывать тебе о наших предположениях, особенно после угроз смерти — с ними и пророчеством у тебя было достаточно причин для беспокойств.

— А что изменилось теперь? — довольно резко спросил Гарри.

— Кости нужно вымочить в околоплодной жидкости — это жидкость, которая...

— Я знаю, — перебил Гарри, краснея.

— Так вот, — поспешно продолжил Сириус, — Амелия велела отделу магического правопорядка предупредить об опасности целителей и потребовать, чтобы они предупреждали всех беременных об опасности, но… Амелии доложили, что в четверг пропала беременная женщина, а на суде мы узнали, что исчезла ещё одна. — Он приостановился. — Оказалось, что брат одной из этих женщин был под маской Дэнниса Трэверса в суде. Трэверс пропал.

— Оу, — оторопело произнёс Гарри, опуская взгляд и обдумывая сказанное. Он понимал, почему Сириус скрывал это от него и почему рассказывал теперь, но...

— Я бы мог с этим справиться, — сказал он. — Я уже не ребёнок.

— Но ты и не взрослый, — возразил Сириус. Он поднял руку, предупреждая возражения. — Есть причина, по которой ты считаешься подростком, Гарри. Нельзя не признать, что ты через многое прошёл и у тебя на плечах гораздо больше ответственности, чем у твоих сверстников, с чем ты обычно справлялся просто превосходно. — Он вновь заглянул Гарри в глаза. — Но я не намерен извиняться за то, что забочусь о тебе и решаю, что моему четырнадцатилетнему сыну не нужно переживать о том, с чем он ничего не может поделать, пока в этом не появится необходимость.

Гарри неуверенно замялся под прицелом понимающего, хоть совсем не виноватого взгляда отца.

— Просто… — он вздохнул. — У меня уже есть профессор Дамблдор, который вечно что-то недоговаривает, а теперь и ты тоже и… — он пожал плечами, не в состоянии связать мысли в слова.

Сириус шагнул к нему и приобнял. Гарри сначала напрягся, но забота Сириуса в конце концов растопила лёд в его сердце, и он обнял отца в ответ, наслаждаясь чувством покоя.

— Знаю, тебе кажется, что от тебя что-то скрывают — Альбус уж точно, и мне ещё предстоит обговорить с ним это, — но, утаивая что-то от тебя, я лишь стараюсь не допустить твоего сумасшествия, — пробормотал Сириус. — Ты не представляешь, как тщательно я всё взвешиваю, решая рассказать тебе или нет — Лунатика это с ума сводит.

Гарри сдавленно фыркнул, представив лицо Ремуса после таких рассуждений Сириуса.

— Я хотел рассказать тебе после второй угрозы, но… — Сириус тяжело вздохнул. — Все по-прежнему считали, что главной целью является заманить тебя на турнир, а я хотел, чтобы ты приятно провёл остаток каникул и повеселился, не волнуясь ни о чём. И если говорить на чистоту, ты бы поступил иначе во время Чемпионата, если бы знал об этом?

Гарри хотел бы сказать, что поступил бы — он бы остановился и подумал, стоит ли ему следовать за Роном; и точно не кинулся бы за тем, кто охотился на него, но совесть не позволила ему солгать. Даже если бы Гарри знал правду, он, скорее всего, поступил бы точно так же.

— Я не всегда буду принимать правильные решения, — признал Сириус. — Иногда я буду ошибаться, но… Я лишь надеюсь, правильных решений будет достаточно для того, чтобы нам в будущем не пришлось ходить к целителю разума.

Гарри вновь издал приглушённый смешок от сухого тона Сириуса.

— Поэтому ты перенёс время сеансов с целителем Алленом? — Ему не нравилось, что теперь вместо раннего утра он будет ходить в больничное крыло в то время, когда его могут заметить.

Сириус погладил его по спине.

— Я только что рассказал тебе о реальной угрозе того, что Волдеморт пытается провести мерзкий ритуал, включающий похищение беременных женщин и изъятие костей его отца. Поэтому да, я перенёс твои сеансы, чтобы ты мог обсудить это с целителем Алленом, если захочешь.

— Вы знаете ещё что-то о ритуале? — спросил Гарри, отстраняясь и заглядывая Сириусу в лицо.

— Да, но… — он вздохнул и положил ладони на плечи Гарри. — Берти всё ещё пытается разобраться, к чему может привести наше вмешательство. Если я расскажу тебе подробности, это может всё испортить.

Гарри нахмурился.

— Разве не этого мы добиваемся?

— Скажем так — ритуал похож на зелье, которое нужно взбалтывать пять раз. Допустим, ты знаешь об этом и хочешь испортить его, взболтав дважды или трижды. Но если взболтать трижды, зелье может взорваться и навредить тебе, а дважды — зелье сработает с двойной силой. Думаешь, было бы разумным нарушать инструкции, не зная результата?

Нет, вовсе нет. Гарри вздохнул и решил перевести тему.

— А что насчёт Трэверса?

В прессе об этом даже не упоминали. «Пророк» лишь сообщил о суде и его результатах.

Сириус подтолкнул Гарри обратно к креслу.

— «Крысиный отряд» пытается отследить Трэверса. Мы знаем, что его подменили в тюрьме за день до суда с помощью подставного адвоката. Идентификация проводится только на работниках министерства, а не на посетителях — это изменится с завтрашнего дня. В зале суда все поклялись не разглашать информацию, и пресса получила ложные данные, поскольку тому, кто притворялся Трэверсом, сказали, что они убьют его сестру, если он не выполнит их требования. Он теперь находится в укрытии.

— Они? — спросил Гарри, чувствуя, как в нём вновь нарастает беспокойство.

— Наш неизвестный нападающий, Петтигрю и Волдеморт, — перечислил Сириус. Гарри кивнул и потёр предплечья, внезапно почувствовав холод.

— Мы знаем, что неизвестный с оборотным передвигается по Лондону и за его пределы — обе беременные были украдены с рынка и… И он знает о происходящем в министерстве, и как-то попадает внутрь — будем надеяться, что проверки личности остановят это. Кто-то помог сбежать Трэверсу — единственному, кто не сдал Волдеморта и ничего не сказал аврорам. Мы предполагаем, что Волдеморт и Петтигрю скрываются за пределами города, в глуши, где можно спрятать женщин. Возможно, Трэверс нужен, чтобы охранять их.

Гарри задрожал. Звучало не слишком радужно.

— Амелия делает всё, что в её силах, — заверил его Сириус.

«Но будет ли этого достаточно?» — подумал Гарри. Он размышлял об этом, провожая Сириуса к воротам замка — тот мог бы уйти через камин, как сделал лорд Нотт, но они использовали любую возможность провести больше времени вместе.

К тому времени, как они с Сириусом распрощались, Гарри уже было пора на встречу с целителем. Он поспешил в сторону больничного крыла, используя обходные пути, о которых он узнал в прошлом году из карты мародёров, чтобы никого не встретить.

Кабинет, выделенный под целительные сессии, был тёплым и уютным — маленький, с удобными креслами с одной стороны камина, и столиком с инвентарём — с другой.

Гарри поздоровался с целителем Алленом и занял своё место. Ему совсем не хотелось говорить — он ещё не успел обдумать сказанное Сириусом. Седеющий колдун посмотрел на него тёплым взглядом карих глаз.

— Быть может, сегодня ты предпочтёшь рисование разговору? — ласково спросил он.

Гарри уставился в пол и коротко кивнул. Затем подошёл к столу и взял альбом с карандашом. Его рисунки был так себе, но сам процесс фокусировки на рисунке помогал ему очистить голову и направить мысли на нужную волну.

Когда он закончил, рисунок походил на определённый артефакт из его прошлого.

— Могу я посмотреть, Гарри? — спросил целитель Аллен.

Гарри поднялся и передал ему альбом, а затем плюхнулся обратно в уютное кресло напротив целителя.

— Расскажешь мне о рисунке? — мягко спросил целитель Аллен.

Гарри откинул голову на подушечку и уставился в потолок.

— Это зеркало Еиналеж.

— Почему, по-твоему, ты его нарисовал?

Гарри вздохнул.

— Почему, по-вашему, я его нарисовал?

Целитель понимающе хмыкнул, игнорируя угрюмость Гарри, поскольку, очевидно, угрозы Волдеморта легко связывались со сказанным Сириусом и зеркалом.

— На первом курсе Волдеморт весь год пытался убить меня, — вслух произнёс Гарри. — И теперь...

— И теперь он снова пытается это сделать, — мягко закончил целитель. — Что ты увидел в зеркале, когда впервые в него взглянул?

— Родителей, — сказал Гарри, ком застрял у него в горле. Тяжело было вспоминать о тех ночах, которые он провёл перед тем зеркалом.

— Как ты думаешь, что ты увидишь теперь?

Резонный вопрос, но Гарри немного оторопел. Тогда он отчаянно мечтал о семье, и в его воображении родители были некими волшебными существами, которые примчатся ему на помощь и спасут от Дурслей. Но он тогда не знал о существовании Бродяги и Лунатика; не подозревал о том, что суровый декан его факультета меняла ему подгузники и нянчилась с ним, когда ему не было и года. Гарри больше не тосковал по родителям, хоть его и расстраивало их отсутствие, но благодаря Бродяге у него появилась семья, которая любила его, и его родители были бы от этого счастливы. Гарри хотел бы, чтобы родители могли быть частью этой семьи, но… Он любил Бродягу.

Но, несмотря на появление у него семьи, кое-что оставалось неизменным...

— Я хочу жить, не думая о Волдеморте и его жажде убить меня, — признался Гарри. Он вновь посмотрел на целителя. — Каждый раз, когда в моей жизни происходит что-то хорошее, появляется он и всё портит.

Ни один не сможет жить, пока жив другой.

— Это кажется неизбежным, — медленно проговорил Гарри.

— Пророчество? — уточнил Целитель.

— Кажется, будто я не могу ни остановить это, ни получить то, что хочу, пока… — Пока не уничтожит Волдеморта с некой силой, о которой он даже не знал, но которая могла быть Дарами, но не обязательно, или могла быть родовой магией. И всё имеет свою цену. Пророчество не гарантирует, что после этого он останется в живых.

Не в этом ли заключалась причина, по которой он нарисовал Зеркало? Потому что в конечном итоге Зеркало было уничтожено.

— И ты хочешь жить без постоянных покушений на твою жизнь?

И на жизни людей, которых он любил. Его родители погибли, защищая его от Волдеморта, и он не хотел, чтобы подобное случилось с Бродягой. А он мог бы это сделать — он бы встал перед ним, защищая его...

Гарри не мог даже мысли допустить о том, что он может потерять Бродягу.

Приём закончился, и Гарри направился в башню Гриффиндора, всё ещё сбитый с толку. Он вошёл в общую гостиную и замер, когда понял, что все вдруг замолчали при его появлении.

Он почувствовал, как щёки розовеют, но никто из присутствующих не мог объяснить ему, что он сделал, чтобы заслужить такое внимание. Поэтому он широкими шагами пересёк гостиную и направился наверх, убеждая себя, что он вовсе не пытался избежать странной атмосферы гостиной.

Войдя в комнату, он замер на пороге при виде Гермионы и Невилла, пакующих его чемодан, и Дина с Симусом расхаживающих по комнате и передающих им его вещи.

— Поверить не могу, что Рон так поступил, — возмущалась Гермиона. — Он не имел права так просто...

— Что тут происходит? — резко обратился к ним Гарри.

Все четверо замерли.

Это выглядело почти комично.

Дин посмотрел на Симуса, тот на Невилла, тот на Гермиону, которая вздохнула и закрыла глаза. Дин подтолкнул Симуса к выходу.

— Нам уже пора… У нас там… это.

— А, точно, это самое, — тут же подхватил Симус и передал Гермионе то, что держал в руках — сменную мантию Гарри, — и потащил Дина к выходу, мимо Гарри и вниз по лестнице.

Гарри скрестил руки на груди и пристально уставился на Гермиону с Невиллом.

— Ладно, — начала Гермиона. — Но обещай, что не выйдешь из себя?

— Знаешь, когда ты так говоришь, именно это мне и хочется сделать, — ответил Гарри.

Гермиона молча смотрела на него, поэтому он махнул ей рукой.

— Ну, Рон думал, что после встречи с Ноттом ты сразу вернёшься в башню, — начала объяснять Гермиона. — Поэтому, когда ты не появился, он подумал, что лорд Нотт мог что-то с тобой сделать, или Тео, или… — она пространно взмахнула рукой, — или ещё кто-то.

Гарри подошёл к ним и сел на кровать. Беспокойство Рона было не ново.

— Полагаю, он перерыл мой сундук, пытаясь найти карту? — Он указал на пергамент в руках Гермионы. — И он нашёл меня?

Гермиона с Невиллом синхронно кивнули.

— И он понял, что я в больничном крыле, — закончил Гарри и вздохнул, со стоном откидываясь на кровать.

«Это плохо, — с отчаянием подумал он. — Очень, очень плохо».

— Он… ну, он подумал, что ты ранен? — предположил Невилл.

— Невилл понял, почему ты в больничном крыле, поскольку ты был в кабинете целителя Аллена, — мягко сказала Гермиона. — И попытался остановить Рона, но...

— Он не слушал, — со вздохом закончил Невилл.

— И тогда я тоже попробовала с ним поговорить, но, кажется, только ухудшила ситуацию? — сказала Гермиона таким неуверенным голосом, что Гарри выпрямился, чтобы посмотреть на неё.

Она выглядела расстроенной, её пушистая шевелюра падала на лицо, скрывая её стыд.

— В общем, Рон подумал, что ты рассказал нам о встречах с… хм, целителем, но не ему и… — продолжила Гермиона.

— И он умчался, — закончил Невилл.

— Но перед этим ударил Невилла и обвинил в краже лучшего друга, — добавила Гермиона, на её лице показалась злость. Невилл покраснел.

— Он просто толкнул меня. Я в порядке.

Гарри нахмурился, но тот действительно выглядел в порядке.

— Я упал на кровать.

— Проблема в том, Гарри… — нервно начала Гермиона, — в общем, дело в том, что...

— Рон как бы… кричал, — сказал Невилл, содрогнувшись, и указал на открытую дверь.

Гарри быстро сложил два и два — странные взгляды в общей комнате и крики Рона — и застонал, откидываясь обратно на кровать.

— Теперь все думают, что я чокнутый?

— Да.

— Нет, конечно!

Гарри покосился на друзей, которые обменялись недовольными взглядами. Гермиона посмотрела на Гарри с огорчением.

— Не то чтобы люди думают, что ты сумасшедший, — она бросила на Невилла суровый взгляд, — а просто...

— Что у меня не все дома? — сухо предложил Гарри.

Невилл фыркнул.

— Нет ничего плохого в том, чтобы ходить к целителю разума, — слабо проговорила Гермиона, откидывая волосы с лица. — Просто некоторые не понимаю, что это не означает, что с тобой что-то не так. Они просто не понимаю, почему.

В её голосе проскользнула нотка любопытства. Она тоже хотела знать, почему Гарри ходил к целителю разума.

Гарри почувствовал волну раздражения.

— Тебе не кажется, что смертельные угрозы каким-то образом в этом замешаны, Гермиона?

Она опустила взгляд.

— Чёрт, — пробормотал Гарри, вновь садясь и проведя рукой по лицу.

И что ему теперь делать?

Единственное, что он хотел сделать, так это задёрнуть полог кровати и надеяться, что всё рассосётся само собой. Но этого не произойдёт. Ему придётся разобраться с Роном. Если тому что-то взбрело в голову, он мог быть упёртым, как стадо баранов. У Гарри было желание просто оставить Рона кипятиться в одиночку, поскольку из-за него теперь все знают, что он ходит к целителю разума. Да и вряд ли Рон станет его слушать.

Но они состояли в альянсе дружбы, и Рон не подразумевал ничего дурного. Гарри следовало разыскать его и всё объяснить. И потом позвонить Сириусу по зеркалу и предупредить о возможном завтрашнем заголовке «Пророка» — «Мальчик-Который-Выжил-Из-Ума!»

Он лениво вытянул руку и призвал Карту мародёров с помощью беспалочковой магии, не замечая восхищения во взглядах Гермионы и Невилла. Он достал палочку и постучал по пергаменту, называя пароль. Рона быстро отыскался рядом с квиддичным полем.

Гарри вздохнул, сложил пергамент и бросил обратно в сундук.

— Ребят, не нужно собирать мой чемодан, я сам этим займусь, когда поговорю с Роном.

Гермиона с Невиллом переглянулись и синхронно покачали головами.

— Мы всё сделаем, — твёрдо сказала Гермиона. — Я хочу сказать, мы фактически виноваты во всей этой истории с… — она пространно взмахнула рукой, что Гарри расшифровал как «поведать всему свету о том, что Гарри Поттер сошёл с ума».

Гарри скатился с кровати и вышел. И вновь все в гостиной замолчали при его появлении, он густо покраснел и спешно ретировался.

На полпути к квидичному полю Гарри столкнулся с Драко, Крэббом и Гойлом. Он кивнул им в знак приветствия и собирался было пройти мимо, но Драко преградил ему путь. Гарри мрачно посмотрел на слизеринца — он считал, что их былая вражда позади.

— Малфой?..

— Думаю, тебе следует знать, что Уизли растрепал всем, что ты чокнутый, — резкие черты лица Драко казались ещё резче, чем обычно. — В прошлом году я бы насладился столько лакомым кусочком информации о чокнутом Потти, но это в прошлом году…

— Благодарю за сдержанность, Драко, и я осведомлён о последних сплетнях Хогвартса, но спасибо, что счёл нужным предупредить меня, — сухо сказал Гарри.

— Да без проблем, — широко улыбнулся Драко и отчалил.

Гарри поправил очки и продолжил свой путь. Он нашёл Рона на трибунах Гриффиндора. У него был весьма грозный вид — он сгорбился, скрестил руки на груди, губы сжались в тонкую полоску.

Гарри сел рядом и наложил чары конфиденциальности.

— Я с тобой не разговариваю, — громко заявил Рон.

— Вообще-то ты уже разговариваешь, — заметил Гарри сухо. — И если говорить по честному, то это мне следует перестать с тобой разговаривать! Ты умудрился разболтать всему миру, что я хожу к целителю разума!

— Что ж, если бы ты рассказал мне, как и остальным… — горячо возразил Рон.

— Я никому не рассказывал! — прокричал Гарри.

— Ты рассказал Невиллу! И Гермионе! — Рон махнул рукой в сторону школы. — Они оба в курсе!

— Я им ничего не рассказывал! — повторил Гарри. В нём закипала злость — Рон действительно считал Гарри лжецом?

— Значит, они чудесным образом догадались? — язвительно отозвался Рон.

Гарри едва не вскочил и не ушёл. Если Рон действительно думал, что он лжёт…

— Невилл сказал, что узнал имя целителя, а Гермиона… — он неопределённо взмахнул рукой. — Ну, это же Гермиона. — И, возможно, он дал ей повод подозревать, когда рассказывал о времени в Штатах.

— Как будто бы это… — Рон оборвал себя и поморщился, вытирая ладонью лоб и оставлял на коже полосу грязи. — Ну, Гермиона могла догадаться. — Он покосился на Гарри и смущённо отвёл взгляд. — Ты действительно не рассказывал им?

— Я не склонен врать, Рон, — огрызнулся Гарри. Рон вздрогнул, но кивнул.

— Знаю… Прости, приятель. — Он уставился на свои кроссовки. — И мне правда жаль, что так вышло с… ну, ты знаешь.

— О том, что ты поведал мой секрет всему миру? — язвительно отозвался Гарри, поскольку он был немного задет. Или даже не немного.

Рон покраснел и кивнул.

— Я просто… Ты не возвращался! И ты же знаешь, Грюм велел присматриваться к странному поведению, и Сириус ближе всего к тебе, и если тебя собирались похитить… — бормотал он.

— Я понимаю, Рон. — Гарри вздохнул и снял очки. — Я думал рассказать тебе о… целителе Аллене на прошлой неделе, потому что думал, мне понадобится прикрытие, но так и не решился, потому что… В общем, я вообще никому не хотел рассказывать, и сегодня Сириус поменял время моих сеансов, поскольку думал, что мне понадобится время, чтобы после нашей встречи поговорить с целителем Алленом… — он пожал плечами.

— Ты… Почему тебе нужно… уф… — Рон оборвал себя, когда Гарри приподнял брови, и густо покраснел, осознавая, насколько личным был этот вопрос. Он пробормотал: — Прости.

Гарри подумал немного и со вздохом сдался.

— У них есть достоверная информация о том, что Волдеморт может попытаться вынудить меня участвовать в Турнире. Ему это нужно для некого ритуала для восстановления тела.

Рон поморщился и потянул шнурки своих кроссовок.

— Это довольно… отстойно. Мне жаль, приятель. — Он подумал мгновение. — Значит, это и есть причина?

Сложно было продолжать держаться за свой секрет, когда в голосе Рона прозвучала искренняя обеспокоенность. Его лучший друг спрашивал не для того, чтобы удовлетворить любопытство, а потому что волновался. И если так подумать, то и у Гермионы были те же причины.

Не смотря на Рона, Гарри приподнял плечо как бы говоря, что это не имело значения.

— Ну, на данный момент да. Хотя началось это из-за Дурслей.

— Оу.

— И из-за… ты знаешь, Квиррелла и василиска. — Он слабо махнул рукой. — И потом… этим летом… и всё остальное, а теперь и это.

— Джинни отказалась идти к целителю разума, — сообщил Рон.

Это не было таким неуместным замечанием, как могло показаться. В своей непоследовательности Рон обычно говорил здравые вещи.

— Мама с папой затащили её к одному, но… она не хотела идти. — Рон вздохнул. — Я предложил, знаешь, пойти с ней? То есть… иногда я… во сне я вижу, что засранец на самом деле стёр нам память, и Джинни умерла, и я… Я подумал, ничего страшного не случится, если я тоже схожу на приём.

Гарри подтолкнул его плечом, не в состоянии говорить — именно поэтому Рон был его лучшим другом. Потому что он был таким человеком, который готов признаться в своих скрытых мыслях о целителе разума, только чтобы Гарри чувствовал себя лучше по поводу своих сеансов.

— Она отказалась, — сказал Рон, пожав плечами, будто это не имело большого значения, но Гарри на это не купился. — Я хотел попросить тебя поговорить с ней об этом, но потом она стала такой странной с этим фанатизмом и… — он отчаянно выдохнул. — Не знаю, что с ней происходит, но было бы нечестно просить тебя о таком, так что...

— Я попробую, — предложил Гарри, хотя эта идея казалась ему мучительной. — Или она поменяет своё решение, когда услышит, что я хожу к целителю разума.

Рон вновь вздрогнул.

— Ну да, мне правда жаль, что так вышло.

Гарри вздохнул.

— Скорее всего, об этом всё равно бы узнали. Люди своего рода ходят за мной по пятам. — Порыв ветра прошёлся по трибунам, и Гарри задрожал. — Ладно, пойдём обратно в замок и попробуем достать обед на кухне.

— Ага, — с энтузиазмом отозвался Рон. — Можно сходить за Гермионой.

— Думаешь, это поможет тебе избежать её лекции на тему: «я же тебе говорила»? Даже не надейся! — Гарри поднялся и подтолкнул Рона, который засмеялся. — И тебе нужно извиниться перед Невиллом.

На мгновение лицо Рона исказилось — губы недовольно скривились, а в глазах промелькнула тень — но Гарри успел поймать это выражение. Он схватил Рона за предплечье, вынуждая остановиться.

— Так, в чём дело? — требовательно спросил он.

Рон опустил взгляд и заелозил ногами по полу.

— Да ничего такого...

Гарри закатил глаза, подтолкнул Рона обратно на скамью и внимательно на него уставился.

Рон шумно выдохнул и скрестил руки на груди.

— Почему Невилл теперь постоянно с нами?

Не то, что Гарри не ожидал подобного разговора, но тем не менее не мог не почувствовать волну раздражения от ревности Рона.

— Почему тебя это беспокоит? — прямо спросил он. — Невилл — хороший парень и друг.

— Знаю, но… — Рон нахмурился и отвернулся, избегая тяжёлого взгляда Гарри. — Слушай, я знаю, как это глупо, но мне нравилось, когда были только ты, я и Гермиона. А теперь вокруг постоянно какие-то люди, в том числе Невилл… — он вновь пожал плечами.

Гарри понял, что промелькнуло между строк — он не хочет делить Гарри и даже Гермиону с кем-то ещё.

— Эти люди никуда не денутся, Рон, — твёрдо заметил Гарри. — Я состою в альянсах, и у меня есть обязанности и… И ты мой лучший друг и всегда им будешь. — Лицо Рона засияло. — Но мне хочется также завести больше друзей, помимо тебя и Гермионы.

Он видел, что Рон сбит с толку.

— В июне я думал о той размолвке с Гермионой из-за Молнии, помнишь? — сказал Гарри. Рон кивнул.

— И я подумал, что если мы с тобой повздорим, то с кем бы я общался? С Гермионой, разумеется, но с кем ещё? Я осознал, что я в некотором роде, хм, прячусь за вашими спинами из-за всего этого внимания к Мальчику-Который-Выжил, — признался Гарри. — Поэтому мне больше не к кому было бы пойти.

— Кроме Невилла, — пробормотал Рон.

— Не совсем. Никто из нас особенно не обращал на Невилла внимание всё это время, и, если так подумать, то это было некрасиво с нашей стороны. У нас было на кого положиться, а кто был у Невилла? Он никогда нам не жаловался, но ему явно было нелегко из-за того, что мы с тобой, Дин и Симус его постоянно игнорировали.

— Не постоянно, — пробурчал Рон.

— Почти постоянно, — настоял Гарри. Он взглянул в небо. — Я иногда представляю, что я мог оказаться на его месте, один, без друзей. Если бы только зашёл в купе к кому-то другому...

— Как странно, приятель, я тоже иногда думаю, что у меня могло бы не быть друзей, если бы, ну, вы с Невиллом росли вместе, как и должны были...

Гарри кивнул; Рон, очевидно, начинал понимать, о чём он говорит.

— Правильно. Но мы не росли вместе, и ты зашёл ко мне в купе, поэтому… Невилл остался в одиночестве, — он вздохнул. — Он не заслуживает этого, мы все можем быть друзьями.

— Полагаю, я понимаю, — тяжело вздохнул Рон. — Просто… меня бесит, что вы вечно болтаете о том, что вы крёстные братья. Ты мой лучший друг!

— Так и есть, — горячо согласился Гарри. — Но наши с Невиллом родители были лучшими друзьями; наши отцы были как братья. Если бы они не погибли, мы бы росли, как братья, так что… Я не собираюсь игнорировать тот факт, что он мог быть моей семьёй. — Рон начал было спорить, но Гарри сурово на него посмотрел. — У тебя есть семья, Рон. У тебя есть братья и Джинни.

— Я рад разделить их с тобой, — тут же предложил Рон.

— Я ценю твой настрой, но это не совсем возможно. Они твоя семья, — заметил Гарри. — И ты не понимаешь, какого это не иметь семьи, Рон. Ты не знаешь, какого это открывать подарки на рождество, зная, что среди нет ни одного от родителей — и, правда, я надеюсь, ты никогда не узнаешь. — Он дал Рону мгновение осмыслить сказанное. — Но Невилл понимает, какого это. Поэтому если мы с ним можем стать друг другу семьёй, что ж, этого бы хотели наши родители.

Рон медленно кивнул и вновь вздохнул.

— Я вел себя как придурок, не так ли?

— Ага, но ты мой лучший придурок, — с улыбкой сказал Гарри. — Ну же, идём на обед. Предлагаю поесть на кухне, чтобы избежать разговоров о моём сумасшествии.

— Зато мы всё ещё не видели твоих сталкеров! — жизнерадостно заметил Рон, когда они начали спускаться с трибун.

Гарри просиял. Действительно, никто за ним не последовал, когда он выходил из башни. Возможно, его предполагаемое сумасшествие отгонит от него орду желающих встречаться с ним барышень.

Хм.

Возможно, правильно говорят, что нет худа без добра.

o-O-o

Сириус вновь задался вопросом, было ли правильным его решение перенести их беседу в кабинет Альбуса, вместо того чтобы остаться в Блэк-Мэноре после Военного Совета. Возможно, было бы удобнее начать этот неприятный разговор о секретах Альбуса на территории Сириуса, с официальностью Военного Совета. Но Сириус хотел навестить Гарри на обратном пути, и к тому же, ступив в кабинет директора, он не почувствовал ни малейшего дискомфорта или неуверенности.

Фоукс подлетел к нему с приветственным вскриком, когда Сириус сел в кресло. Он погладил его. Альбус предложил ему напиток, тот не отказался.

Тут же появился домовик с чайником и булочками.

Альбус разлил чай по изящным фарфоровым чашечкам и передал Сириусу одну с любопытством на лице.

— Должен признать, Сириус, я полагал, что ты захочешь обсудить со мной скандал о том, что Гарри ходит к целителю разума. Я впечатлён, что ты сумел избежать широкой огласки в прессе, хотя мисс Скитер всё же умудрилась вставить некоторые намёки в статью.

— Я, или скорее Брайан, напомнили редактору, что Гарри несовершеннолетний, и всякое оглашение его медицинской информации будут незаконными. Когда Гарри вчера рассказал мне о случившемся, он упомянул, что на него все пялились.

— Ах, что ж, полагаю, ему не привыкать к излишнему вниманию, — заметил Альбус. — Но в данном случае, полагаю, наша политика против травли предупреждает всякое неподобающее отношение к нему в этой связи. — Он широко улыбнулся, его глаза сияли. — Это и то, что многие студенты во главе с мистером Малфоем не хотят портить отношения с Гарри из-за его политических сил, которыми он теперь умеет пользоваться.

Сириус согласно хмыкнул.

— Из положительно стоит отметить, что после новостей о Гарри к доктору Джордан обратилось пятеро новых учеников с просьбой о приёмах с целителем разума, — заметил Альбус.

— И сколько из них действительно нуждаются в помощи? — сухо уточнил Сириус.

— Трое из пяти, — радостно сообщил Альбус.

Сириус медленно кивнул. Ну, хоть что-то хорошее из этого вышло.

— Но если говорить серьёзно, Гарри ненавязчиво дал всем понять, что необходимость в целителе разума возникла из-за угроз смерти, — продолжил Альбус. — Полагаю, все сочли это достаточно веским основание для того, чтобы любящий родитель отправил его к целителю разума.

«Умный маленький ворон», — восхищённо подумал Сириус. Во время их вчерашнего разговора Гарри намекал на то, что у него есть план — обвинить во всём Сириуса было отличной идеей.

— Должен признать, я по-прежнему сомневаюсь, что было разумным рассказывать ему о ритуале, — сказал Альбус.

Это замечание, а скорее его неприкрытая критика, приковало внимание Сириуса и напрягло. Он взял в руки чашку и сделал глоток чая, чтобы взять себя в руки.

— Гарри считает, что я должен был рассказать ему гораздо раньше, — начал он. — Он напомнил мне, что уже не ребёнок.

— Ты с ним согласен? — спросил Альбус.

Губы Сириуса дрогнули в усмешке — у него было ощущение, что Альбус пытался утешить его или наставить на правильный путь.

— Я считаю, что сказал в должное время. — Он вперил в Альбуса суровый взгляд. — И это плавно подводит нас к тому, о чем я собирался с вами поговорить сегодня.

— А? — недоумённо отозвался Альбус. Нечасто на его лице можно было застать удивлённое выражение, и мародёр внутри Сириуса зарделся, хотя зрелая его часть (которая очень напоминала Ремуса) напомнила ему, что он здесь по серьёзному вопросу и ему необходимо сосредоточиться.

Сириус допил свой напиток и отставил чашку.

— Почему вы до сих пор не поделились со мной деталями пророчества, Альбус?

Альбус замер на мгновение, затем быстро дожевал то, что было у него во рту, и коснулся уголков рта ярко-зелёной салфеткой, совпадающей по цвету с его мантией.

— Тебе действительно нужно знать детали?

— Я не уверен, — с лёгкостью солгал Сириус, — нужно ли?

Старый волшебник взял в руки чашку и сделал глоток, явно оттягивая время ответа, поскольку вопрос Сириуса привёл его в замешательство.

— В конце концов, — сухо заметил Сириус, — довольно сложно решить, не зная этих самых деталей.

— Сириус...

— Вы рассказали Джеймсу? — резким тоном спросил Сириус. — Или Лили? — Его глаза потемнели, когда выражение лица Альбуса стало печальным. — Они знали подробности того, почему на их сына была устроена охота? И почему им угрожала опасность?

Альбу побледнел и отвёл взгляд.

Фоукс издал печальную трель.

— Я не вдавался в подробности, — признался директор, когда тишина затянулась. — Я сообщил им о существовании пророчества, которое затрагивает Гарри и Невилла; что один из мальчиков может оказаться тем, кто уничтожит Волдеморта. И есть что-то ещё, но Волдеморт этого не знает. — Он поднял взгляд. — Была война, и рассказывать обо всём даже им было рискованно.

Сириус тяжело вздохнул и сцепил руки на коленях.

— А теперь?

— Если Волдеморт узнает… — начал Альбус.

— Вы действительно думаете, что я мог бы ему хоть что-то рассказать, если бы он меня спросил? — в неверии спросил Сириус.

— Он мастер Легилименции, — заметил Альбус.

— И мой разум под защитой, — отрезал Сириус.

— Это неразумно так рисковать...

— Не вам решать в этот раз, Альбус, — резко оборвал его Сириус. — И я не уверен, что и тогда вы имели право принимать это решение самостоятельно.

Некоторое время они напряжённо смотрели друг на друга. Треск огня нарушил тишину. Альбус откинулся на спинку кресла, сдаваясь.

— Я могу показать тебе воспоминание о пророчестве в Омуте памяти. Тебя это устроит?

Сириус вздохнул.

— Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца…

Глаза Альбуса удивлённо распахнулись.

— ...и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей силы его... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой, — закончил Сириус.

— Как ты… — начал было Альбус, но остановился и закрыл глаза. — Есть только один способ прослушать пророчество.

— Да, — невозмутимо подтвердил Сириус.

— Гарри знает? — спросил Альбус, вновь открывая глаза и печально смотря на Сириуса.

— Знает, — вновь подтвердил Сириус.

— Волдеморт...

— Гарри тренируется в Окклюменции и у него есть защита родового перстня, — уверил его Сириус. — Кроме того, если Волдеморт окажется настолько близко к Гарри, что сможет прочитать пророчество в его мыслях, то этот момент и будет кульминацией исполнения пророчества. Кроме него о пророчестве знают Ремус и Берти, у обоих есть ментальная защита.

Альбус резко вдохнул и шумно выдохнул.

— И всё же я не согласен с твоим решением ознакомить Гарри с пророчеством, Сириус. Он не должен нести такую тяжкую ношу в столь юном возрасте.

Сириус приподнял бровь.

— Позвольте мне решать, что лучше для моего сына, — твёрдо сказал он. — Но ответьте мне на один вопрос: пока я не сбежал из Азкабана, когда вы собирались рассказать ему, Альбус? — Директор вновь опустил взгляд. — Я знаю, что в конце своего первого курса он спрашивал вас, почему Волдеморт хочет его убить. И в конце его второго курса у вас был хороший повод рассказать правду, когда он победил василиска. Вы даже могли сказать ему на третьем курсе, если бы удосужились объяснить, почему все думают, что Сириус Блэк хочет его убить.

— Он был слишком юн...

— В одиннадцать — возможно. Но в двенадцать, столкнувшись с Волдемортом дважды, он заслуживал знать правду хотя бы в общих чертах. И в тринадцать лет, зная, что серийный убийца хочет его убить, он определённо заслуживал знать правду, пусть даже не пророчество дословно, — сказал Сириус.

Альбус упрямо покачал головой.

— Гарри прав, Альбус, — продолжил Сириус. — Он уже не ребёнок и то, что он пережил в магическом мире, разрушили его шанс на нормальное детство. — Альбус отвёл взгляд. — Он видел, как человек сгорает заживо под его руками. Он убил монстра и едва не умер сам. Он столкнулся с человеком, который сдал его и его родителей Волдеморту. Как ни прискорбно это признавать, но так оно и было. И поэтому он больше не является ребёнком.

— Он и не взрослый, — воспротивился Альбус, вцепившись в край стола.

— Нет, — согласился Сириус и этот разговор слишком напоминал их спор с Гарри. — Возможно, вы имели право принимать решения касательно Гарри до того, как я стал его опекуном, как я и говорил, но теперь я решаю, что Гарри следует знать или не следует — это моё право. Я также помню, что в начале лета вы обещали помогать Гарри, Альбус, а держать его в неведении совсем ему не помогает, вы должны это понимать.

Было заметно, что его слова произвели впечатление на старого волшебника — он был напряжён, щёки чуть порозовели от смущения или даже стыда, желваки подёргивались.

— И даже если не брать во внимание Гарри, — продолжал Сириус. — Я-то взрослый, и вы определённо не можете решать, что мне следует знать о том, что касается моего сына, и, учитывая моё положение, что мне следует знать о том, что связано с войной.

Альбус сдался. Он медленно кивнул.

— Признаю, я не подумал о моём решении утаивать слова пророчества теперь, когда расстановка сил изменилась. — Он щёлкнул языком. — Я постоянно забываю, что...

— ...работаете в команде? — предложил Сириус, когда Альбус не смог подобрать подходящего слова.

Альбус издал звук, похожий на согласие. Сириус глубоко вздохнул.

— Обсудим пророчество. У вас было больше времени подумать над ним и о том, что оно значит. Я бы хотел услышать ваши мысли на этот счёт.

Его почти позабавило удивлённое выражение лица Альбуса от того, что он захотел узнать его мнение. Сириус потянулся к своей чашке чая и указал Альбусу на его забытую плюшку. Тот понял намёк и вновь принялся жевать, обдумывая свой ответ.

— Очевидно, первая часть указывает на личность избавителя, — начал он. — Я пытался посмотреть на это с разных сторон — седьмой месяц, те, кто трижды бросали вызов, и так далее — но в конце июля стало очевидным, что кандидатами были Невилл и Гарри — последний был младше и потому более вероятен.

— Только Волдеморт должен был отметить его как равного, — заметил Сириус.

— Он не слышал этой части пророчества, конечно, иначе он бы не стал их искать. Но он отметил Гарри как равного, когда решил устранить его как потенциальную угрозу и сделать из него жертву для своего нового крестража, — согласился Альбус, вытирая пальцы о салфетку и беря в руки чашку чая. — И он выбрал не чистокровку, а того, у кого также были маггловские корни, пусть и не такие прямые.

— То есть он выбрал того, кто был больше похож на него — полукровку — потому что посчитал его большей угрозой, — вслух размышлял Сириус.

— Именно, — подтвердил Альбус, обхватывая пальцами чашку. — Полагаю, остальные могут посчитать шрам Гарри меткой, но я считаю, что в тот момент, когда он решил выбрать Гарри, всё уже было предрешено — его жизнь уже не была бы прежней, вне зависимости от событий той роковой ночи.

— Нет.

— Также я считаю, что та ночь в Годриковой Лощине не была исполнением пророчества — уничтожением — а была лишь его частью — меткой, — продолжал Альбус. — Том стоял напротив Гарри той ночью, думая, что уничтожает своего возможного врага, но вместо этого он его создал, в прямом смысле делая его равным себе посредством случайной передачи ему частицы своей души.

— И вы не верите, что его исчезновение в тот день было тем, которое предсказывалось пророчеством?

— О, нет, — покачал головой Альбус. — Том не был уничтожен в тот день, а лишь своего рода сравнялся со своим врагом. И хотя очевидно, что природная сила Гарри помогла ему пережить Смертельное проклятие, но мы с тобой оба знаем, что Джеймс и Лили сыграли в этом не последнюю роль. Однако, с точки зрения равнозначности, Гарри всё ещё был младенцем, а в ту ночь Том своего рода принял схожий беззащитный вид и они стали равны во всех смыслах.

— И когда силы и возможности Гарри росли, крепчали и силы Волдеморта, — понял Сириус. Они с Ремусом об этом не подумали.

— Да, — подтвердил Альбус. — И когда Гарри вернулся в магический мир, вернулся и Том. И теперь, когда к Гарри возвращаются союзники, это происходит и с Томом. Судьба держит их в равновесии.

— Но «ни один не сможет жить, пока жив другой», — пробормотал Сириус. Его пальцы сжимали чашку с такой силой, что тонкий фарфор мог с лёгкостью треснуть.

— Действительно, — мягко ответил Альбус, — но более метафорически, чем буквально, — они живы, но не могут жить полной жизнью. Пока пророчество не исполнится, ни один не сможет жить той жизнью, какую хочет — они выживают, влачат жалкое существование. — Он нахмурился. — К сожалению, пророчество заканчивается неопределённо — неясно, кто победит. У Гарри есть сила, способная победить Тома, но «один из них должен погибнуть от руки другого», поэтому исход неизвестен.

И Сириус ненавидел эту часть пророчества. Почему оно не могло сказать, что Гарри уничтожит Волдеморта и будет жить долго и счастливо?

Сириус вздохнул. Настало время приступить к самому главному вопросу этого разговора.

— А что насчёт «силы, ему неизвестной»?

— Ну, я думал, что это связано с древней магией, которую задействовала Лили, — уныло признал Альбус, наглаживая бороду, — но я забыл о родовой магии Поттеров. — Он встретился взглядом со взглядом Сириуса. — Кажется, у него есть право использовать её и магию других родов, находящихся с ним в союзе.

Сириус кивнул — после случившегося на заседании Визенгамота он уже не мог этого отрицать.

— Помню, была такая сказка, в которой говорилось, что самый могущественный волшебник поколения сможет воззвать ко всей родовой магии? — неуверенно сказал Альбус.

— Мы тоже знаем об этой сказке, и Гарри думает, что, возможно, он мог бы призвать родовую магию в отчаянный момент, — прямо признал Сириус. — Но он считает, что ему придётся заплатить за это своей жизнью.

— Ох, — помрачнел Альбус. — Ну, тогда...

— Как вы понимаете, мы с Ремусом предлагаем Гарри подумать над иными вариантами «силы, о которой неизвестно Волдеморту», — резко заявил Сириус.

Альбус понимающе кивнул.

— Думаете, есть иной вариант?

И это было прекрасным началом для того самого разговора.

— Что насчёт Даров? — предложил Сириус. — Гарри — последний из Певереллов. И Дары представляют из себя силу, о которой не знает Волдеморт, с которой он прежде не имел дела.

— Мне казалось, мы согласились спрятать Воскрешающий камень куда подальше? — В голосе Альбуса послышалась резкость, что выдавало его озабоченность этой темой.

— Вы знали, что мой дед провёл последние годы своей жизни в поисках того, как Гарри сможет уничтожить Волдеморта? — лениво спросил Сириус.

Глаза Альбуса расширились.

— Арктурус?

— Да. — Сириус поставил чашку на стол. — Они с Лили дружили. Она рассказала ему правду, прежде чем уйти в укрытие. Кровная защита на Бирючиной Аллее была установлена благодаря книге, которую он ей дал. Из другой книги, принадлежащей моей бабушке, Лили взяла заклятие, которое она использовала, чтобы защитить Гарри.

— О мой… — поражённо пробормотал Альбус.

— Он наткнулся на книгу о Дарах — Ремус пытается найти первоисточник — в общем, в ней упоминается, что Дары были созданы с помощью родовой магии Певереллов, чтобы уничтожить Тёмного лорда Северна, — продолжал Сириус. — Все три предмета действуют сообща.

Альбус не проронил ни слова. Сириус тяжело на него уставился, отчего он опустил взгляд.

— Уверен, вы и сами нашли схожую информацию.

— Объединение Даров, — начал Альбус, хмурясь, — предназначено для того, чтобы наделить волшебника, объединившего их, силами Смерти. Поэтому в сказке сказано, что он станет хозяином Смерти. Но на то нет доказательств.

— Кроме как источник, который нашёл мой дедушка. — Сириус решил, что Альбусу не следует знать, что эту информацию дед получил от Олливандера. — Который явно даёт понять, что все три Дара дают силу, способную победить Тёмного Лорда, — он уставился на Альбуса тяжёлый взглядом. — Мы знаем, где находятся мантия и камень...

— И местонахождение палочки лучше хранить в секрете, чтобы Том не попытался её заполучить, — перебил его Альбус. — Ты сам согласился, что это правильно, когда мы нашли камень.

— Я не соглашался — я просто не стал углубляться в эту тему. И это было до того, как я узнал, что Дары могут быть «силой, ему неизвестной», которая понадобится Гарри для победы над Волдемортов, — спокойно парировал Сириус.

— Сириус...

— Секреты, Альбус, — подчёркнуто сказал тот. — Разве не это мы только что обсуждали? Если вам известно местонахождение палочки, разве не должны вы рассказать об это мне, как лидеру этой войны, в которой эта палочка может сыграть решающую роль, а также как отцу Гарри, последнему из рода Певереллов, которому эта палочка может в действительности принадлежать?

Фоукс подлетел к Альбусу, чтобы подбодрить его, и старый волшебник погладил птицу, выигрывая время на раздумья. Наконец он поднял глаза и вновь встретился с пристальным взглядом Сириуса.

— Полагаю, теперь ты скажешь, что уже знаешь, где находится палочка.

— У моего деда была теория, — бросил Сириус, стараясь смягчить напряжённый момент.

Альбус мягко фыркнул. Он уже достал свою палочку из рукава мантии, а Фоукс вернулся на свою жердочку. Старшая палочка легла на стол.

Сириус не шелохнулся.

— Гарри не против, чтобы она побыла пока у тебя.

Альбус резко вдохнул.

— Он знает?

— Да, — прямо подтвердил Сириус.

— Но тогда...

— Мы понимаем, почему вы никому не рассказывали, Альбус, — нетерпеливо перебил его Сириус, — но, честно говоря, мы с Гарри считаем, что палочке с вами лучше всего, но также мы считаем, что вам следует перестать утаивать информацию, связанную с Гарри — связанную с Волдемортом.

За этим последовала долгая тишина.

— Должно быть, он меня ненавидит, — в конце концов пробормотал Альбус.

— Его беспокоит ваша скрытность в его отношении, тогда как вы пообещали ничего не скрывать, — твёрдо сказал Сириус. — Как и меня.

Альбус вздохнул.

— Мне нечего сказать в своё оправдание, Сириус, кроме правды — многие годы я решал, что было правильным и нет. Боюсь, мне нужно было много времени, чтобы осознать, что у меня теперь нет на это права, и я больше не играю той роли, которую играл в прошедшей войне.

Сириус кивнул.

— Если ещё что-то, что вам бы следовало мне рассказать? Что-то приходит на ум?

— Пока ничего не приходит на ум, но я подумаю над этим и дам тебе знать, — сухо ответил Альбус.

Сириус кивнул.

— Так что насчёт Даров? — спросил Альбус, указывая на Старшую палочку. — Или ты заговорил о них лишь для того, чтобы поставить меня на место?

— Хотелось бы, чтобы так они и было, но нет, — ответил Сириус, поглаживая подбородок. Он вздохнул. — Мы с Ремусом почти уверены, что Дары и являются той силой, о которой говорится в пророчестве — в основном потому, что когда мы проводили над Гарри ритуал благословения, чтобы перенести кровную защиту с рода Эванс на Блэк, появился дух Морганы Ле Фэй и сказал о том, что Гарри станет хозяином Смерти.

Брови Альбуса взлетели так высоко, что почти слились с линией волос.

— Появился дух Морганы Ле Фэй? — недоверчиво переспросил он.

— Берти объявил это делом совершенно секретным. Все присутствующие принесли клятву молчания, — объяснил Сириус. — Очевидно, Берти не заставил меня принять эту клятву, и я считаю, что эта информация может быть тебе полезна.

— Поразительно, — пробормотал Альбус.

— Так и было. В общем, тогда слова Морганы были нам непонятны, но позже они обрели смысл. На мой взгляд, она указала на Дары потому, что они помогут Гарри выжить. — Сириус указал на палочку. — Однако мы с Ремусом считаем, что нам необходимо найти первоисточник информации, предоставленной дедом, и найти, каким образом объединение Даров должно сработать, прежде чем это произойдёт.

Альбус кивнул.

— Вполне разумно. — Он усмехнулся. — Я пересмотрю свои материалы. Прошло много лет, но, возможно, мне удастся что-то найти.

Сириус разгладил складки мантии.

— Это было бы неплохо. — Он поднялся. — Мне пора идти.

— Как бы то ни было, мне очень жаль, Сириус, — с раскаянием сказал Альбус.

— Думаю, вам следует приберечь эти извинения для Гарри, — ответил Сириус.

Голубые глаза потускнели, Альбус кратко кивнул.

— Пароль к башне Гриффиндора — «Луноцвет».

Сириус кивнул, давая Альбусу понять, что он правильно понял его намерения, и вышел из кабинета. Он тут же направился в башню.

Сириус почти дошёл до места назначения, но, завернув за угол, наткнулся на Снейпа, идущего ему навстречу. Он подавил желание юркнуть в ближайшую нишу и притвориться невидимкой. Вместо этого он распрямился и продолжил свой путь.

Когда они поравнялись, Снейп криво усмехнулся.

— Блэк.

— Снейп.

«Почти дружелюбно пообщались», — решил Сириус, продолжая путь.

— Если ты ищешь Поттера, то он в новой гостиной средних курсов, которая рядом с библиотекой, — сказал ему Снейп вдогонку.

Сириус замер и бросил на Снейпа взгляд через плечо. Тот мрачно на него смотрел.

— Спасибо, — поблагодарил он сдержанно и поменял направление.

— Блэк, — вновь остановил его Снейп и поравнялся с ним, доставая палочку. Палочка Сириуса тут же оказалась у него в ладони, Снейп изогнул бровь.

— Я лишь хочу установить чары конфиденциальности, — сухо сообщил он.

Сириус ответил мрачным взглядом, задаваясь вопросом, что ему могло понадобиться, но молча спрятал палочку обратно в чехол.

— Ты в курсе, что теперь вся школа знает о медицинском лечении Поттера? — бесцеремонно спросил Снейп.

— Да, — кратко ответил Сириус, подавляя чувство вины из-за того, что это произошло благодаря его вмешательству.

— Он… — начал Снейп и оборвал себя, неуверенно теребя пуговицы своей мантии. Он выглядел на странность нервным.

— По слухам, сеансы назначены из-за угроз смерти? — вновь начал Снейп.

Сириус не сумел скрыть удивления.

— Тебе-то какое дело, Снейп? — У него не было желания рассказывать о лечении Гарри своему бывшему врагу.

Снейп перегородил ему дорогу, когда он попытался уйти.

— Может, мне нет дела до Поттера, но Лили была моим лучшим другом.

Огромная волна гнева тут же поднялась в Сириусе.

— Лучшим другом, которому ты подписал смертный приговор, когда рассказал Волдеморту о пророчестве, — холодно сказал он, с презрением взглянув на побелевшее лицо Снейпа. — Ты думал, я не узнаю?

— А Поттер...

— Нет, — резко оборвал его Сириус. — Он сказал, что не хочем знать, кем был этот человек, если ему придётся с ним общаться. И честно говоря, я бы тоже предпочёл не знать, потому что каждый раз как я тебя вижу, мне хочется хорошенько тебе врезать и бить до тех пор, пока ты не перестанешь двигаться.

Взгляд Снейпа не поднимался от пола.

— Ты не можешь ненавидеть меня больше, чем я ненавижу сам себя.

— Прошу, попридержи своё лживое раскаяние. Если бы ты хоть немного сожалел, ты бы не стал три года издеваться над Гарри, — бросил Сириус и шагнул навстречу Снейпу. — Он её сын. Если бы ты хоть немного уважал её, ты бы постарался сделать хоть что-то, чтобы загладить свою вину в том, что Гарри не знает своей матери; в том, что единственным воспоминанием о ней является то, где она погибает, пытаясь спасти его.

Снейп покраснел, а затем резко побледнел, но не проронил ни слова. Сириус глубоко вздохнул и напомнил себе, что не может убить Снейпа.

— А теперь, раз уж лечение моего сына тебя не касается...

— Я думаю, что эти угрозы смерти имеют отношение к Беллатрисе и Лестрейнджам, — сказал Снейп, когда Сириус сделал шаг в направлении библиотеки. Он вопросительно приподнял бровь.

— Твоя кузина учила меня окклюменции, и я месяц прожил в поместье Лестрейнджей, — объяснил Снейп. — Она наложила на мои воспоминания чары отвлечения внимания, которые я обнаружил, когда почувствовал нечто знакомое в первой угрозе. Пока что мои попытки восстановить память показали только Бартемиуса Крауча-Младшего в поместье, но возможно ли, что у неё или у Рудольфуса тоже был любовник или любовница?

— Возможно, — поморщился Сириус. — Я попробую это узнать.

Он не собирался благодарить Снейпа, ему проще преклониться перед Волдемортом.

Снейп резко кивнул, отступил, убирая чары конфиденциальности, и исчез за углом.

Сириус тоже спешно направился к библиотеке, будто пытаясь убежать от Снейпа и от их разговора. Перед гостиной он остановился, чтобы восстановить дыхание — он не хотел тревожить Гарри.

Сириус сразу же его заметил — он сидел за широким столом с Гермионой, Роном и Невиллом по обе стороны от него, и Ханной и Сьюзан напротив. За соседним столом сидели слизеринцы — Блейз обменивался с Невиллом записями, тогда как Драко и Тео были поглощены дискуссией. За спиной Невилла расположилась группка девушек из различных факультетов — они все активно строили глазки парням, вместо того, чтобы заниматься.

Сириус вошёл, взял свободный стул и сел между Гарри и Роном.

— Какие прилежные ученики.

— Ага, — уныло отозвался Рон, покосившись на Гермиону — та фыркнула, не отрываясь от книги.

— Неплохо сразу разделаться с домашним заданием, Рон, особенная учитывая, что ты ещё занимаешься квиддичем, — быстро прочитала нотацию Гермиона.

— Эссе по трансфигурации, — объяснил Гарри, когда Сириус потянул на себя ближайший пергамент. — Я только что закончил. Что ты здесь делаешь?

— Разговаривал с профессором Дамблдором. Не хочешь меня проводить? — весело спросил Сириус.

— Конечно.

Рон схватил Гарри за руку, прежде чем тот ушёл.

— Постой. А ты уверен, что это действительно Сириус? — Он виновато улыбнулся Сириусу, но не уступил.

Гарри закатил глаза, но объяснил:

— Грюм говорит, мы всегда должны проверять человека, когда собираемся остаться с ним наедине.

— Постоянная бдительность! — весело продекларировал Сириус. — Хорошо, тогда спроси меня то, о чём могу знать только я. — Он не сомневался, Гарри не попросит его обернуться в Бродягу перед другими людьми.

— Куда собирается поехать Ремус? — спросил Гарри.

— В Германию, — тут же отозвался Сириус. Они обсуждали это прошлым вечером по зеркалу.

Гарри засиял и начал собирать свои вещи, и затем они свободно отчалили. Сириус установил чары конфиденциальности на случай, если кто-то за ними последовал.

— Так вот, мы с Альбусом поговорили, — начал он.

— И? — нетерпеливо отозвался Гарри.

— Он сказал, что постарается исправиться, — Сириус пожал плечами, и Гарри кивнул так, будто ему этого было достаточно. Возможно, так оно и было: Альбус уже обещал стараться, но не сдержал обещания. У него был последний шанс.

— Он думал, я хочу обсудить то, что твоё лечение стало достоянием общественности, — сказал Сириус, подталкивая Гарри. Они вышли на улицу, и в лицо ударил резкий порыв шотландского ветра. — Я так понимаю, ты сделал меня виноватым.

— Сработало просто великолепно, — улыбнулся Гарри, но тут же помрачнел. — Только на сталкеров это никак не подействовало. Гермиона говорит, что это делает меня даже более привлекательным.

Сириус фыркнул от кислого выражения его лица и поддел сына локтем.

— Инстинкты наседки. Я тоже прочувствовал это на себе, когда вернулся из Штатов. — Нора Забини по-прежнему не оставляла надежды сделать его своими следующим мужем.

— Просто потрясающе, — уныло пробормотал Гарри. — Полагаю, мне надо воспользоваться советом Тео.

— Это каким же?

— Он говорит, что мне следует пригласить на ненастоящее свидание кого-то из знакомых девушек, вроде Гермионы или Сьюзан. Возможно, Луну или Дафна? И, конечно, объяснить им ситуацию.

— Хм, — отозвался Сириус, обдумывая идею. — Неплохое предложение. Хотя я не уверен, что на твоих сталкеров это подействует.

— Ну, во всяком случае я бы мог потренироваться? — неуверенно отозвался Гарри. — Если мне придётся притворяться, что мы на свидание, то это должно выглядеть, как настоящее свидание. А это… тренировка.

— Ты как будто о квиддиче говоришь, — поддразнил его Сириус.

Гарри поморщился.

— Квиддич проще, чем девушки.

— Справедливо, — Сириус приобнял сына. — Думаю, если сами девушки будут знать правду и согласятся, то почему бы нет? Практика не повредит. Но я не думаю, что это решит проблему со сталкерами. Если их не отпугнуло твоё возможное сумасшествие, не думаю, что конкурентки помогут.

— Знаю, — угрюмо отозвался Гарри. Он глубоко вздохнул и спрятал руки в карманы. — Но зато ты сумел запретить «Пророку» печатать об этом.

— Ну, на самом деле это заслуга Брайана, — признался Сириус. — Скитер всё равно умудрилась внести несколько замечаний в последнюю статью об отсутствии прогресса в расследовании смертельных угроз, и то, как тяжко это должно быть для тебя, так что мы за ней присматриваем.

Гарри кивнул.

— По поводу этих угроз нет новостей?

— Нет, но… — Сириус поморщился. — По дороге к тебе я наткнулся на Снейпа, и он сказал, что вспомнил нечто такое, что может дать Амелии подсказку в расследовании.

— Вау! Я впечатлён! Вы со Снейпом разговаривали и никто никого не проклял!

Сириус рассмеялся.

— Мы были на волосок от этого. А как проходят твои занятия по Зельям?

Гарри пожал плечами.

— Он не снимает баллы и не назначает взысканий за то, что я дышу, поэтому… полагаю, неплохо? Всё же мне больше понравились занятия с мадам Лонгли — благодаря ей я теперь понимаю, почему некоторые ингредиенты надо нарезать, а другие — раздавливать. Ну, и он теперь не ставит мне оценки ниже «Удовлетворительно».

Он прикусил губу. Сириус нахмурился.

— Но что-то не так?

— Не с Зельями, а скорее с Трансфигурацией, Чарами и ЗОТИ, — со вздохом признался Гарри. — Просто… практические занятия слишком лёгкие. То есть благодаря моим тренировкам над контролем сил этим летом, я быстро справляюсь с заданиями и… — он немного порозовел, — Обычно я помогаю остальным, и профессора начали давать мне более сложные задания, но… это неловко, понимаешь?

Сириус понял, что ему скучно выполнять лёгкие задания.

— А что насчёт теории?

— Некоторые темы довольно сложные — то, что я не проходил раньше, но обычно всё довольно понятно. Знаю, год только начался, но у меня превосходные оценки за все эссе, — признался он несколько смущённо.

— Так это ж замечательно, Гарри, — похвалил Сириус и остановился. — Я горжусь тобой! — Он приобнял сына и отстранился, положив ладони ему на плечи и заглядывая в лицо. Тот закатил глаза, но было видно, что он доволен от похвалы, и от этого у Сириуса потеплело на душе. — Хочешь, чтобы я поговорил с Минни о твоих занятиях? Может, она что-нибудь придумает, чтобы усложнить тебе задачу?

Гарри напрягся, обдумывая предложение, и в конце концов покачал головой.

— Может, всё само наладится? Профессора дают мне другие задания, поэтому… пока не надо?

— Подождём месяц, — твёрдо сказал Сириус. — Если тебе по-прежнему будет слишком легко, мы поговорим с Минни, идёт?

Облегчение на лице Гарри говорило само за себя, и Сириус вновь приобнял сына.

— Ладно, — Сириус взглянул в небо — начинался накрапывать дождик, — беги в замок. Я прослежу за тобой отсюда и пойду домой.

Теперь Гарри сам его обнял — его объятие было крепким. Сириус наколдовал чары зонта, наблюдая, как Гарри возвращается к замку. Он вдруг понял, что ему стало легче прощаться с сыном. Ничего больше не горело в груди от воспоминаний о горе и боли потери, лишь слегка ныло от желания не расставаться и мысли о том, как он будет скучать. Он хотел быть с сыном, но это чувство смягчалось пониманием, что обучение в Хогвартсе было важным как для его социальных навыков, так и для его независимости, и Сириус поступал правильно, отпуская его.

Но его беспокоило то, что Гарри было слишком легко на занятиях. Ему следовало смириться с этим. Они должны были понимать, что после летних занятий силы и возможности Гарри возрастут и он будет на голову выше сокурсников.

И всё же… Он обещал Гарри, что они подождут месяц и он сдержит своё слово. Гарри не хочет особого отношения, но если это необходимо, то ему придётся с этим смириться. Альбус наверняка с радостью разработает для Гарри индивидуальный план занятий.

Сириус вздохнул, когда Гарри скрылся в замке, и наконец направился домой.

Глава опубликована: 12.07.2018


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 900 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая главаСледующая глава
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх