План Мародера (джен)

Книга I: План Мародера (Основные шалости)

Часть I. Начало операции «Сохатик» (Шалость лорда Бродяги)

Глава 1

9 июня 1994г.

Сириус приземлился у руин дома Поттеров в Годриковой Лощине. С трудом преодолев порыв взобраться на гиппогрифа и продолжить путь, он оставил Клювокрыла утолять жажду у ближайшей лужи. Когда Сириус спешно покидал Хогвартс, у него не было определенной цели, но что-то заставило его приехать в старый дом Поттеров.

Вместо дома были скрытые в темноте развалины. Коттедж был свадебным подарком от Поттера старшего, который этим признал, что, от молодой пары не требуется жить в семейной резиденции с отцом Джеймса — мать Джеймса умерла, когда ему было всего семнадцать. Перед глазами Сириуса дом стоял в своем первозданном виде: наружные стены были укрыты плющом, из-под которого, то тут, то там виднелись покрытые побелкой стены, цветущий сад с лавандой и жимолостью, сверкающие окна, с цветами на подоконниках, которые были гордостью и радостью Лили.

У него перехватило дыхание. Сириусу не следовало возвращаться, но ему некуда было податься — только домой. А коттедж, с его ярко-синей дверью и грифоном в виде дверного молотка, когда-то был и его домом. Здесь ему всегда были рады. Он даже жил здесь некоторое время после плена у Пожирателей Смерти, когда чудом спасся от гибели. Конечно, после смерти лорда Поттера, Джеймс с Лили и Гарри переехали в Резиденцию, но вскоре им пришлось вернуться...

Сириус снова закрыл глаза под натиском воспоминаний: светлые солнечные комнаты; Гарри, заливающийся от смеха в своей кроватке; Джеймс, ухмыляющийся над какой-то шалостью; Лили, со смешинками в глазах поддразнивающая их обоих...

Потерев лоб, он почувствовал, как рассеивается туман, окружавший его в течение многих лет. Двенадцать лет в Азкабане оставили свой след, как и его слепая ярость на Питера. Все началось на том самом месте, где он сейчас стоял.

На Сириуса нахлынули воспоминания о той ночи: болезненные образы потери, всеобъемлющей паники, когда он осознал, что Питера нет; шок от горя и ужаса при виде дома и мертвого Джеймса... Джеймса, его лучшего друга...

Горе придавило его к земле, он упал на колени, также как той страшной ночью.

Потом был Хагрид с Гарри и приказом забрать его крестника к Дамблдору и сестре Лили, Петунье. Сейчас он понимал, что должен был поехать с ними и рассказать Дамблдору о Питере. Он не должен был упускать Гарри из вида. Но он искренне верил, что с директором Гарри будет в безопасности, и это развязывало ему руки для погони за Питером. Каким же глупцом он был.

Открыв глаза, Сириус снова окинул взглядом разрушенный дом. «Я все испортил, Джеймс! Я предложил Питера в качестве Хранителя тайны, и он знал, что я приду за ним. Он хорошо подготовился к встрече».

Сириус покачал головой. Его преследовало воспоминание об их столкновении, как будто оно произошло вчера: холодный воздух, запах дождя, самодовольное выражение лица Питера, когда тот выкрикивал обвинения, и удушающее ощущение жара от внезапного взрыва.

Взрывом его смело назад, из раны на голове лилась кровь. Наверное, у него было сотрясение — в мыслях царили туман и неразбериха. Дальнейшие события не сохранились в памяти... Он не помнил суд — вообще, а был ли суд? Он не помнил ничего, кроме того, что спустя дни, недели, а может и месяцы он пришел в себя в Азкабане, без возможности связаться с кем-то, кто мог бы ему помочь. Он находил спасение в знании, что невиновен, и слабое утешение в том, что Гарри в безопасности. После этого Сириус потерял счет времени... пока Министр при обходе не дал ему газету. В конце концов, его единственной мыслью было — защитить Гарри от Питера.

Сириус остановился, чтобы вздохнуть, внезапно осознав, что говорил вслух. «Разговор с самим собой — первый признак сумасшествия, не это ли ты всегда говорил мне, Джеймс», — сказал он тихо. Он вздохнул и поднял взгляд на руины дома. Его снова охватил порыв покинуть это место — забраться на Клювокрыла и направиться куда-нибудь далеко, где тепло и солнечно, где он сможет придти в себя после Азкабана. Но это будет означать, что ему придется бросить Гарри...

«Гарри живет с твоей сестрой, Лили» — сказал Сириус, «Я отправился навестить его, когда выбрался из тюрьмы». Это было первое, что он сделал — Сириус хотел проведать крестника до того, как направится на север, чтобы подкараулить Питера в Хогвартсе. Когда он увидел, что Гарри убегает из дому, то изменил свои планы. «Он... он несчастлив. То есть, он замечательный, Джеймс, просто замечательный — он спас мне жизнь! Но он... он слишком худой и маленький. Он сразу захотел жить со мной! Ну какой ребенок захочет переехать жить к совершенно незнакомому человеку? Он ненавидит свою жизнь там. Мне кажется, твоя сестра и ее семья плохо обращаются с ним, Лили. Мне нужно забрать его от них! Конечно, я не могу, пока я в бегах, а это вряд ли изменится в ближайшем будущем».

Он встал на ноги, и снова с трудом смог преодолеть порыв уехать. Нахмурившись, Сириус начал обдумывать ситуацию.

«Проблема в том, что, как бы мне ни хотелось это признавать, я действовал как гриффиндорец», — раздраженно сказал Сириус. «Я погнался за Питером, когда вы умерли, и все, что я сделал после побега — это снова попытался добраться до Питера, ну и что, что для защиты Гарри. И там, и там, результат один — неудача». Он тяжело вздохнул. «Если я хочу защитить Гарри, мне надо начать думать, и прекратить спонтанно действовать».

Навязчивая мысль на задворках сознания покинуть Британию, покинуть Гарри резко исчезла. Он только что стряхнул заклятье принуждения, осознал Сирус. Похоже, это Дамблдор. Старик наверняка думал, что, заставив Сириуса убраться как можно дальше, действует в его интересах, чтобы его не поймало Министерство. А может, чтобы он не оставался рядом с Гарри.

Эта мысль надолго задержалась у него. Он встряхнулся как Бродяга, пытаясь избавиться от от этой навязчивой мысли. Но он пообещал себе начать думать, что и сделал, нервно расхаживая взад-вперед.

Зачем Дамблдору держать Сириуса вдали от Гарри? Хорошо, признал Сириус, он нуждается в лечении от воздействия Азкабана и могут иметься разумные сомнения в его способности присматривать за подростком. Но Сириус — крестный Гарри!

Он мог понять, почему Дамблдор забрал маленького Гарри к сестре Лили сразу после смерти Джеймса и Лили. Фактически, он, хоть и с большой неохотой, согласился с этим, когда передал Гарри Хагриду. Очень мало людей знало, где живет сестра Лили в мире магглов, а Сириус знал, что Лили установила защиту вокруг этого места. Он также мог понять, почему Дамблдор оставил его там, когда Сириуса посадили в тюрьму, а крестная Гарри, Алиса Лонгботтом, подверглась нападению. Многие считали, что предпочтительнее отношения кровных родственников, и, возможно, Дамблдор предположил, что Петунья была назначена опекуном Гарри. Сириус не мог припомнить, видел ли Директор когда-либо завещание Поттеров. Возможно, Дамблдор не знал, насколько Петунья ненавидит магию, а если даже знал, то, может быть, думал, что родная тётя все равно будет заботиться о Гарри, потому что он — часть семьи. Хотя, это не умаляет вины Дамблдора. Когда Гарри поступил в Хогвартс, тот проигнорировал признаки жестокого обращения с ребенком, или, что хуже, пренебрег ими и оставил Гарри у Дурслей, несмотря ни на что.

Сириус остановился. Почему Дамблдор оставил без внимания признаки жестокого обращения? Он мог верить, что признаки плохого обращения не заметили. В конце концов, когда Сириус подвергался жестокому обращению со стороны своей дражайшей матери, этого тоже никто не замечал, пока он не сбежал из дома. Но он не мог упустить очевидного намерения Дамблдора держать Сириуса и его крестника на расстоянии. Возможно, Дамблдор считал, что маггловские родственники Гарри могли предоставить ему более безопасную среду, чем Сириус и, откровенно говоря, он не может обеспечить дом для Гарри, пока находится в бегах.

Или, возможно, Дамблдор просто не доверяет Сириусу.

Что ближе к истине, потому что Дамблдор всегда с трудом воспринимал Сириуса отдельно от фамилии Блэк.

Не потому ли Сириус не удостоился встречи с лидером Ордена Феникса, после того как попал в тюрьму? Похоже, у Дамблдора второй шанс получали все, кроме Сириуса. Интересно, он просто отстранился бы и позволил, чтобы его поцеловал дементор? Конечно, очевидно, что ребята получили от Директора одобрение на его спасение, но... но только почему детям пришлось спасать его? Почему Дамблдор не мог гарантировать ему справедливый суд? Разве он не Верховный Чародей? Сириус знал, что старый волшебник не любил слишком часто пользоваться властью, которой его наделил волшебный мир, но у него была эта власть.

Власть. Когда-то она была и у родов Поттеров и Блэков: несомненно — огромная магическая сила, но обе семьи также создали разные политические и финансовые альянсы. Именно такая сила сейчас нужна Сириусу, если он собирается защищать Гарри от Пожирателей Смерти, Питера, возможного возвращения Волдеморта. Именно такая сила поможет Сириусу получить от Министерства то, что ему нужно — восстановление его доброго имени и опекунство над Гарри. Он хочет дать Гарри все, в чем тот так нуждается: любовь, счастье, радость, безопасность...

Несомненно, ему нужна эта сила, для того чтобы гарантировать — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор не сможет помешать Сириусу быть рядом с Гарри.

Сириус посмотрел на ночное небо. Порыв ветра легонько коснулся его, взъерошив волосы и принося с собой нежный аромат лилий. По крайней мере, он получил ее одобрение. «Ты всегда говорила, что сделаешь все, чтобы обезопасить Гарри, Цветочек. А я всегда говорил, что тоже сделаю все, но не понимал до сих пор, что «все» означает действительно «все».

Еще один порыв легкого ветра коснулся его. Он был таким знакомым, дарил утешение, ощущения привязанности, безопасности и семьи, которые, смешавшись в единый клубок, говорили ему о любви.

Сириус снова закрыл глаза. Горе тяжелым грузом давило на него. Послышался безрадостный смешок. «Тебе, определенно, не понравится мой план, Джеймс! Мерлин, даже мне не нравится мой план».

Но если Сириусу нужна сила... Он оглянулся на дом и свистнул Клювокрылу. Настало время вернуться в место, которое он никогда не называл домом.