Палочка для Рой (джен)

— Повреждения вызваны не падением, — сказала Мадам Помфри. — Эти юноши были многократно избиты тяжёлым тупым предметом, перед тем как упали. Я составила список всех повреждений.

— Мог бы носок, заполненный галлеонами, вызвать такого рода повреждения? — спросил Снейп.

Помфри нахмурилась.

— Мог. Мне кажется маловероятным, что одиннадцатилетняя девочка обладает навыками, необходимыми для причинения такого ущерба. Повреждения, причинённые суставам, были нанесены весьма точно, чтобы вызвать боль и вывести их из строя, без доведения до летального исхода. Если бы юноши оказались у маггловских целителей, то, вероятно, суставы так и остались бы поврежденными навсегда.

— Ты же сама рассказала ей, что волшебники могут заново выращивать кости, — отозвался Снейп.

— Ты уверен, что её не защищает кто-то другой? — спросила Мадам Помфри. — Кто-то больше и сильнее, например?

— Магглорожденную в Слизерине? — переспросил Снейп. — Кого она могла бы найти, кто пожелал бы зайти так далеко, защищая её? У неё не было контактов с волшебным миром, насколько нам известно.

Меня не было в комнате; я сидела, прислонившись к стене у кабинета Директора, опять в своей привычной позиции, с закрытыми глазами, и подслушивала. Они уже приглашали в кабинет моих соседок по комнате, для дачи свидетельских показаний, и отослали их обратно, в нашу комнату. Миллисент пряталась под одеялом, а Трейси все проспала.

— Мисс Эберт зарекомендовала себя как весьма находчивая личность, — сказал Дамблдор. — И, тем не менее, прежде чем рассказать нам сочинённую ей историю, честно рассказала Северусу истинное положение вещей.

— Зачем ей лгать? — спросила МакГонагалл.

— Потому что рассказанная ей история намного более позорная, — ответил Снейп. — Во-первых, она выставляет всех троих нападавших некомпетентными идиотами. Во-вторых, остаётся подозрение насчет мотивов проникновения в её комнату.

— Что? — спросила МакГонагалл.

— Войти в её комнату, чтобы преподать магглорожденной, слишком много мнящей о себе, урок, это сделало бы их героями в глазах других слизеринцев. Но в её варианте предполагается, что они вошли по другим причинам. Это кидает тень сомнения, которая обратит против них всю женскую половину Дома.

— Ей одиннадцать! — воскликнула МакГонагалл. — Она никак не может знать достаточно, чтобы даже предполагать…

— Она американка, — ответил Снейп. — Некоторые части их маггловской культуры не так защищены, как у нас.

Я скривилась. Он что, только что назвал всех американок шлюхами? Мой список претензий к нему рос. Я ему ещё Надзор припомню.

— Это повредит их репутации так, как не повредило бы простое порицание, — продолжил Снейп. — И практически наверняка окажется для них более болезненным, чем перенесенное избиение.

— Я думала, что ты преувеличиваешь, когда предполагал, что могут быть проблемы, — сказала МакГонагалл. — Не думала, что всё будет настолько плохо.

— Я не думал, что эти идиоты так быстро попробуют атаковать её напрямую, — признался Снейп. — Я ожидал, что они будут оскорблять её, возможно, что она в ответ пнёт их по болезненным местам.

Это он так решил, потому что нож у меня отобрал.

— Если это всё, чего ты ожидал, сомневаюсь, что ты попросил бы меня быть там, — сказала МакГонагалл.

— Я научился ожидать неожиданного от мисс Эберт, — признался Снейп. — И твоё присутствие заглушило бы любые жалобы насчет фаворитизма в отношении магглорожденной.

Если некоторые из учеников были детьми Пожирателей Смерти, они, несомненно, нажаловались бы своим родителям насчёт меня. Присутствие там МакГонагалл дало ему прикрытие и возможность быть более справедливым, чем в противоположном случае. Снейп сможет свалить на МакГонагалл раздачу наказаний.

— Меня интересует, как она сумела так хорошо двигаться в темноте? — спросила МакГонагалл. — Даже после превращения в кошку, моего зрения недостаточно, чтобы пронзить эту тьму.

— Меня не удивит, если она забыла упомянуть, что каким-то образом раздобыла Руку Славы, — сказал Снейп.

— Это Тёмная Магия, — отозвалась МакГонагалл. — Где она вообще могла найти ее?

— Она сумела найти Косую Аллею, хотя ей никто о ней не рассказывал. Возможно, она сумела закупиться в Лютном Переулке, и при этом не оказалась схваченной.

На секунду повисла тишина.

— Мне кажется, что более не следует позволять Мисс Эберт хранить у себя эти шарики, — сказал Дамблдор. — Принимая во внимание возможность несчастных случаев в школе с таким количеством лестниц, как у нас.

— И какое наказание мы должны ей назначить? — спросил Снейп.

— За самооборону? Если бы она училась на Гриффиндоре, я бы начислила ей баллы, — сказала МакГонагалл.

— Нам всем будет лучше, если перевести её в Ильвермони или Бобатон, — заметил Снейп.

— Сомневаюсь, что будучи американкой, она знает другие языки, — сказал Дамблдор. — Что оставляет её плохо подготовленной для Бобатона. И дома, в Америке, у нее никого нет.

— У нее никого нет здесь, — сказал Снейп.

— Возможно, близкое столкновение с целеустремлённой, сильной духом магглорожденной пойдёт твоим подопечным на пользу, — отозвался Дамблдор.

Снейп ничего не сказал. Он просто пристально смотрел на Дамблдора.

— Иногда мне кажется, что система Домов принесла больше вреда, чем пользы, — продолжал Дамблдор. — Слишком легко думать наихудшее о ком-то, с кем ты никак не пересекаешься.

Сказал так, словно это было откровением. В Уинслоу банды хотя бы возникали сами по себе, а не пополнялись усилиями администрации.

— Значит, для вас эта девочка — эксперимент? — спросил Снейп. — Вам не кажется, что рано или поздно подобное повторится?

Я не могла сказать, пытался ли Снейп защитить меня или других слизеринцев от меня. Может быть, и то, и другое. Что бы ни случилось, ситуация со мной ставила его в неловкую позицию, и ставила под удар его работу двойным агентом.

В его голосе присутствовала странная резкость, вместе с тем. Звучало похоже на застарелый гнев. Случалось ли такое ранее?

Я сама когда-то была двойным агентом и понимала, что это означает, что он не может позволить себе выказывать симпатию в отношении меня.

— При наличии набирающего силу Тома, мне кажется важным, чтобы молодые люди услышали и другие точки зрения. Иначе для них будет слишком легко разделить заблуждения своих старших.

Я практически могла ощутить разочарование Снейпа с того места, где сидела.

— У нас освободилось место старосты, которое я заполню завтра, — в конце концов сказал Снейп, сдаваясь.

Что ещё он мог сделать, когда власть была у Дамблдора.

Я не могла просчитать Дамблдора. Он не выступал активно против меня, как это делала Блекуэл, но также, определённо, не спешил мне помогать.

— Полагаю, это будет мудро, — сказал Дамблдор. — Ограничить их доступ к ней, по крайней мере на эту ночь, может в целом снизить накал проблемы. После того, что случилось в прошлом году, меньше всего нам нужны ещё распри.

— Годами я говорил вам, что разделение слизеринцев и гриффиндорцев сделает обучение более гармоничным.

— И в этом году я наконец согласился с тобой, — признал Дамблдор. — Посмотрим, как пройдёт этот эксперимент. Надеюсь, ты более мудро выберешь следующего Старосту.

— Я приложу усилия, чтобы выбрать кого-то, кто будет менее.. склонен к соблазнам.

Дамблдор сказал:

— Возможно, полукровку?

— Как нам следует поступить с мальчиками? — спросила МакГонагалл. — Не стоит оставлять без рассмотрения и вариант с исключением.

— Боюсь, что их семьи не поймут, — ответил Дамблдор. — И они могут, по факту, предъявить мисс Эберт обвинения в нападении. В таком травмированном состоянии, в каком она, без сомнения, находится, подозреваю, что дела её в Азкабане пойдут не слишком хорошо.

— Они не отправят одиннадцатилетнюю в Азкабан, — сказала МакГонагалл шокированно.

— Могу припомнить три случая, когда такое происходило, — ответил Дамблдор. — Ни разу на срок более трёх недель, но и этого хватило, чтобы разрушить этим детям всю жизнь. Дети не должны попадать под такого рода пытки.

— Возможно, отстранение от занятий на две недели, — сказал Снейп. — Это даст всем время прийти в себя. Принимая во внимание то, что я знаю об их воспитании детей, подозреваю, что семьи накажут их намного сильнее, чем сможем мы за это время.

— Заставив их ненавидеть её ещё больше, — добавила МакГонагалл.

— Это произойдет в любом случае, — сказал Дамблдор. — Если мы исключим их, они просто скорее вступят в ряды подручных Волдеморта, что может привести к ещё большему горю.

Волдеморт? Это что, суперзлодейское прозвище Тома?

— Что же, тогда значит отстранение, — сказал Снейп. — В сопровождении достаточного количества отработок, чтобы я смог донести до них глупость выбранных ими способов. Вы свяжетесь с их родителями?

Дамблдор кивнул.

— Тогда я должен проводить мисс Эберт обратно в её комнату. Осмелюсь сказать, что пребывание без сна не облегчит общение с ней.

Они все встали, и мгновение спустя дверь рядом со мной открылась.

— Пойдемте, мисс Эберт.

Я встала и последовала за ним. Я заметила, что он держал руку на палочке и проявлял осторожность, держа меня рядом с собой, а не позади.

Мы прошагали пару минут, прежде чем он заговорил.

— Я удивлен, что вы не проявляете любопытства насчет исхода встречи.

— Вы бы сказали мне, если бы у меня были неприятности, — ответила я. — И если у тех, кто нападал, нет неприятностей, то, подозреваю, я узнаю об этом завтра.

— Очень практично.

— Профессор, — сказала я.

Он остановился и повернулся ко мне.

— Вы могли бы починить мои носки? Кажется, я их повредила.

Принимая во внимание, что у меня их было всего шесть пар, не такой уж и страшный запрос.

Он уставился на меня.

— Оставьте их у подножия кровати, и к утру домовые эльфы починят их, — сказал он.

— Должны ли они извещать персонал, если найдут кровь на одежде? — спросила я. — В конце концов, я уверена, что у людей бывают инциденты, когда они режут ингредиенты для зелий.

— Тогда вас отправят в медпункт, — сказал Снейп. — Я всё же попросил бы вас попытаться свести количество крови к минимуму.

— Не подпускайте их ко мне, и я никого не побеспокою, — серьезно ответила я. — Но если они продолжат нападать на меня, пока я пытаюсь поспать, у меня не будет другого выбора, кроме как сделать так, чтобы им не хотелось нападать на меня.

— Этой ночью у вас не должно быть никаких проблем, — сказал Снейп. — Я помещу дополнительные чары на вход на лестницу, ведущую к девочкам, так что если кто-то из учеников мужского пола попробует повторить попытку, я получу сигнал тревоги.

Я кивнула.

— А ученицы?

— Мне кажется, вы вскоре обнаружите, что, по большей части, их методы не столь... физические.

Он говорил, что девушки Слизерина были больше похожи на Эмму и Мэдисон, чем на Софию. С этим можно было жить.

— Значит, они будут распространять обо мне сплетни и попытаются ранить мои чувства.

— Если у вас есть, что ранить, — сказал он, — но мы оба знаем, что вы довольно живучи.

— Они никогда не полюбят меня, — ответила я. — Но если они оставят меня в покое, я буду счастлива просто сосредоточиться на учёбе.

Единственная возможность, при которой я смогу жить в этом мире — это если Темный Лорд и его последователи будут мертвы или, по крайней мере, за решёткой. Но без навыков в магии я не смогу сделать так, чтобы это произошло. Даже с навыками, я не смогу осуществить этот замысел в одиночку. Мне нужно будет обзавестить союзниками, и я не могла позволить себе портить отношения с теми, кто еще не был настроен против меня.

— Я поддержу вас в этом, — сказал Снейп. — Вас ждут трудные времена в последующие дни, но если кто и сможет выжить, подозреваю, что именно вы.

Я кивнула.

К тому времени, когда я добралась обратно до своей комнаты, все девушки уже спали.

Казалось, что моя голова только коснулась подушки, когда я проснулась от звуков движения внизу. Снейп созвал всех слизеринцев на встречу, а меня не пригласили.

— Прошлой ночью произошел инцидент, — сказал Снейп. — Я слышал, что вы говорили о нём, и это правда. Прошлой ночью трое ваших одноклассников мужского пола решили вторгнуться в спальню девочек, злоупотребив для этого привилегиями Старосты.

— Они направлялись в комнату грязнокровки, — услышала я бормотание одного из парней.

Он был одним из тех, которые подзуживали остальных.

— В данный момент им заново отращивают кости, — сказал Снейп. — Мисс Эберт повреждений не получила.

В толпе воцарилась мёртвая тишина.

— Иногда я удивляюсь, что же случилось с этим Домом, — продолжал Снейп. — Когда-то это был Дом амбициозных, хитрых и умных.

Он пристально посмотрел на бормотавшего парня.

— Насколько хитро было направиться в комнату магглорожденной менее чем через час после её прибытия? Чего они добились бы, если бы каким-то образом преуспели в издевательствах над одиннадцатилетней девочкой? Они действовали, как гриффиндорцы, и поплатились за это.

— Грязнокровка ушла бы, — пробормотал парень.

— Так почему она до сих пор здесь? — спросил Снейп. — Она спокойно спит в своей комнате, тогда как трое учеников пятого курса находятся в лазарете с повреждениями, которые навсегда бы подорвали здоровье маггла.

— Ей повезло, — сказал парень.

— Неужели? — спросил Снейп. — Насколько удачливой ей нужно было быть, чтобы выйти из подобного столкновения без ущерба? Три парня с палочками поднялись, и три сломанных тела скатились вниз, а она даже не использовала палочку.

На лицах нескольких людей в толпе было сердитое выражение, но остальные выглядели более задумчивыми.

Снейп покачал головой:

— Если бы они сумели избить её, они ничего бы не достигли. Теперь же, они не только отстранены, но ещё все знают, что они некомпетентные идиоты. И эта вонь никогда не выветрится. И Директор, и его Заместительница в курсе случившегося, и они будут приглядывать за ситуацией. После событий прошлого школьного года, они поклялись быть менее терпимыми к прямым нападениям. Мне кажется, что этот инцидент сделает их более толерантными к тем ужасам, которые мисс Эберт решит совершить.

— Потому, что она грязнокровка?

— И потому, что они всё ещё считают ее ребенком, — сказал Снейп. — И независимо от правды, они поверят, что она защищала себя.

Я слышала сердитое бормотание в толпе.

— Сражаться с ней, по сути, бессмысленно, — сказал Снейп. — Победите — вас заклеймят хулиганом, издевавшимся над невинным ребенком… проиграете, и она сотворит с вами, что пожелает, а сама выйдет сухой из воды.

— Так что, мы просто должны принять её?

— Она никогда не будет одной из вас, — сказал Снейп. — И никто не может принудить вас к взаимодействию с ней вне класса. Если вы окажетесь достаточно глупы, чтобы попробовать навредить ей, я уверен, что ситуация разрешится сама собой, без моего вмешательства.

— Так вы не будете ничего делать? — спросил глупо выглядящий парень.

Я видела, как несколько человек вокруг него поморщились после вопроса. Очевидно, они быстрее ухватывали суть, чем он.

— Не люблю посещать похороны, — сказал Снейп. — На ваши я не приду.

Секунду спустя он ушёл, и бормотание в комнате стало громче. Я слышала, как несколько человек орали на других.

— Она сказала мне, что однажды ночью я проснусь и обнаружу её стоящей у моей кровати, — услышала я слова Драко. — А на лестнице мальчиков защитных чар нет.

Я встала с кровати и начала готовиться к новому дню, слушая последовавшие обсуждения и споры. Я начала понимать, кто к какому лагерю относится; не все слизеринцы были громогласными сторонниками чистоты крови, хотя некоторые, несомненно, являлись таковыми.

Те, кто вёл себя тихо, те, кому было неловко, когда другие начинали выкрикивать расистскую хрень; это были люди, до которых я, возможно, смогу достучаться, хотя большинство из них, скорее всего, никогда не наберутся достаточно храбрости, чтобы открыто меня поддержать.

И всё же, Снейп сделал то, что обещал, и по крайней мере попытался удержать их от нападений на меня. Если найдутся люди, слишком глупые, чтобы не последовать его инструкциям, мне придется сделать всё, что в моих силах, чтобы просветить их.