Тропой василиска (джен)

Объявление Дамблдора о рождественских каникулах застало Гарри врасплох. Со всеми контрольными, уроками зельеварения и укрывательством Сириуса Блэка он совершенно потерял счёт времени. Наверняка друзья разъедутся по домам. Гарри уехать не мог, впрочем, не слишком огорчался: Риш и Азар собирались отправиться в Южную Америку, Арчи оставался присматривать за замком, а семья... Мальчик улыбнулся своим мыслям — вся его семья была здесь, в Хогвартсе.

Замок был открыт два дня назад, когда профессор поймал Петтигрю. Когда за завтраком на студентов обрушились десятки вопиллеров от взволнованных родителей, мальчик заметил, как директор расслабленно откинулся на стуле. Теперь надо было срочно придумать, что сказать Драко и Рону. Ведь на каникулах в школе редко оставалось больше десяти студентов. Может, папа что-нибудь посоветует. Кстати, можно ещё забежать в библиотеку, доработать записи по зелью.

― Мистер Поттер, ― окликнул его директор. ― Не могли бы вы зайти в мой кабинет, скажем, завтра в одиннадцать часов? Вы ведь собираетесь остаться на каникулы?

Гарри отошёл от двери, пропуская поток учеников.

― Да, профессор, конечно, ― кивнул он. ― Что-то случилось с... ним?

Только бы с Сириусом всё было в порядке, только бы ничего не произошло. Дамблдор лукаво улыбнулся и, пригладив бороду, склонил голову:

― Мой мальчик, не обязательно что-то должно случиться, чтобы мы могли встретиться, не так ли? ― голубые глаза весело сверкнули.

― Думаю, вы правы, сэр, ― Гарри постарался улыбнуться в ответ. По дороге в библиотеку, он продолжал думать о том, что ему может сказать директор.

Через несколько дюймов исписанного пергамента, над головой раздался ликующий возглас:

― Рон, иди сюда! Я так и знал! ― на соседнюю скамью опустился Драко, следом плюхнулся Рон. ― Где ещё найти ученика зельевара, если в лаборатории никого нет? Правильно, в библиотеке!

― Привет, ребята, ― негромко ответил Гарри, пытаясь ненавязчиво намекнуть, что здесь надо бы потише, но блондин только махнул рукой.

― Гарри Поттер, ― он деловито сложил руки на груди и закинул ногу за ногу. Рон даже не пытался сидеть хотя бы наполовину так серьёзно, все его старания были направлены на то, чтобы не расхохотаться, глядя на выражение лица Драко. ― Сегодня последний день перед каникулами, неужели ты думаешь, что кто-то... ― он кинул недовольный взгляд на Гарри. ― ...кто-то ещё додумается прийти сюда и заниматься?

Гарри послушно огляделся по сторонам: мадам Пинс, не особенно интересуясь, читала «Ведьмополитен», иногда кидая печальные взгляды в маленькое зеркальце, в дальнем углу несколько эльфов украшали стеллаж с книгами праздничной гирляндой. В остальном же библиотека пустовала. Гарри опустил голову, смирившись с поражением. Напротив трагично вздохнул Драко.

― Все ребята уже собрали вещи, Гарри, ― поделился Рон, доставая из сумки кусок пирога. ― Мы хотели успеть до полудня, чтобы сходить в Хогсмид, а вечером устроить небольшую вечеринку. У тебя есть около часа, если хочешь пойти с нами.

― Сколько сейчас? ― Гарри поднялся, аккуратно сложил записи и чернильницу в сумку и вернул книги мадам Пинс.

― Ты за пять минут успеешь? ― подмигнул ему слизеринец.

― О нет, ― выдохнул Гарри. ― Только не это.

― И не вздумай сказать, что не пойдёшь с нами, Поттер, ― угрожающе начал Драко, но Гарри поспешно кивнул:

― Почему, пойду. Вот прямо сейчас возьму и пойду, ― Гарри довольно улыбался, зачем-то отступая к выходу.

― Поттер, ― предупреждающе окликнул Драко.

Словно его имя было сигналом, Гарри выскочил за дверь:

― Я только сумку закину и приду! Подождите меня во дворе! ― крикнул он из коридора.

Друзья переглянулись. Рон пожал плечами и в его смеющихся глазах ясно читалось: «Ну, я же говорил». Драко пихнул его в бок.

* * *

Паб мадам Розмерты был уже переполнен вопящими студентами, когда ребята, промокшие под метущим на улице снегом, переступили порог. Драко невозмутимо снял шапку и перекинул через руку зимнюю мантию, оставив на плечах тёплый кашемировый шарф в слизеринской гамме: на одной стороне надпись «Слизерин» была вышита серебряным цветом, на обратной стороне ― зелёным. Рон нашёл в углу вешалку и быстренько расстегнул клетчатый пуховик. Гарри размотал красно-золотой шарф, рассовал по карманам куртки варежки, подаренные Арчи в начале зимы и, подождав друзей, вместе с ними подошёл к стойке:

― Мадам, нам три сливочных пива, пожалуйста, ― попросил Гарри. Драко и Рон сели справа. ― Всё в порядке, я угощаю, ― сказал он.

Когда на столе появились три бутылки, друзья подняли их:

― За то, чтобы этот год принёс только хорошее, ― негромко произнёс Драко, и что-то мелькнуло в его серых глазах...

― За то, чтобы профессор Люпин снял проклятие со своей должности, ― пожелал Рон. Гарри почувствовал, как в груди разлилось тепло от слов друзей.

― За то, чтобы мы всегда были друг у друга, ребята, ― почти шёпотом закончил он.

Когда бутылки опустели, Рон предложил зайти в «Зонко», а Драко в книжный.

― Я хотел вам кое-что сказать. А потом мы пойдём, хорошо? ― попросил Гарри, оглянувшись по сторонам. Студенты, достаточно согревшись, уже разбредались по деревне. Паб постепенно пустел. Друзья пересели за круглый столик.

― Думаю, у нас есть ещё два-три часа до возвращения в школу, ― согласился Драко.

― Я останусь в школе на каникулы, ― осторожно начал Гарри.

― Но почему, Гарри? ― сразу же возмутился Рон. ― Ты можешь поехать ко мне в Нору, мама с папой будут рады тебе.

― Или ко мне, ― добавил Драко. ― Я уверен, родители будут не против. У тебя возникли какие-то проблемы? ― проницательно спросил он.

― Нет, дело не в том, что я не могу уехать, просто надо остаться, ― терпеливо объяснял мальчик.

― Так, Поттер, ― по фамилии Малфой обращался не так часто. ― Не юли, слизеринец здесь я, а не ты. Ты можешь сказать нам, что происходит? Это касается Блэка?

― Он в Хогвартсе, ― ответил Гарри. ― Вы знаете, за что его посадили в Азкабан?

― В Пророке писали, что он взорвал целую улицу и убил тринадцать магглов и своего друга Питера, от которого остался только мизинец. Папа рассказывал мне, что в Азкабан его привезли совсем невменяемого: он только кричал и смеялся. Очень жутко, ― вспомнил Рон, задумчиво почёсывая нос. Гарри вздохнул, лучше рассказать всё с начала.

― Слушайте, когда профессор Снейп был студентом, на его курсе учились Сириус Блэк, профессор Люпин, мои родители и Питер Петтигрю. Профессор Снейп учился на Слизерине, а остальные были гриффиндорцами. Когда началась война, мои родители решили скрыть свой дом заклинанием ― Фиделиус. Суть заклинания в том, что никто не может найти дом, скрытый Фиделиусом, если только Хранитель ― маг, не скажет адрес. Так вот Хранителем Поттеров назначили Сириуса Блэка.

― Почему? ― спросил, внимательно слушавший Драко. По тону его вопроса, Гарри понял, что у слизеринца уже есть выводы, которым требуется только подтверждение.

― Сириус Блэк мой крёстный, ― кивнул он. Рон ахнул, Драко невозмутимо ждал продолжения. ― Конечно, сейчас все думают, что он был Пожирателем смерти, но доказательств нет, так как у Сириуса нет Метки. Раньше я думал, что он предал моих родителей, сказав Волдеморту их местонахождение, и в ту ночь Поттеров убили, ― голос сорвался, и Гарри замолк. ― Но в этом году я нашёл Карту Мародёров.

Он показал Карту друзьям в тот же вечер, как ушёл с отработки у Филча. Только тогда друзья ещё не знали, что значат те имена, и кто такие Мародёры. Гарри не торопился им говорить.

― На ней я увидел Петтигрю, он был в нашей спальне. Я наблюдал за ним по Карте. Он редко куда-то уходил...

― Гарри, у нас нет никакого Петтигрю, тем более в комнате! ― воскликнул Рон. Драко шикнул на него и, достав палочку, пробурчал себе под нос заглушающие чары.

― А если я скажу, что он — незарегистрированный анимаг, у которого по прежнему нет одного пальца, ты мне поверишь? ― наклонился к нему гриффиндорец. Рон на секунду замолчал, а потом потрясённо уставился на друга:

― К-короста?! Крыса Перси?! Это же не может быть крыса! Короста живёт в нашей семье уже...

― Тринадцать лет, Рон, ― припечатал Драко, не сводивший глаз с рыжика. ― Ни одна крыса столько не живёт.

― А сколько? ― поинтересовался Гарри.

― В общей сложности до трёх лет, редкие крысы доживают до четырёх, ― ответил слизеринец. ― Отец рассказывал мне про некоторые опыты в Отделе тайн. Самой старой крысе было семь с половиной лет.

― Сейчас Питер у профессора Снейпа и директора. Думаю, его допросят и отправят в Азкабан.

― За что? ― удивился Рон.

― Подумай, рыжик, ― лениво протянул Драко. ― Блэка упекли за решётку без суда и следствия за убийства, которые он, может и не совершал. А теперь, одна из его жертв оказывается жива тринадцать лет спустя. Ни на какую мысль не наводит?

― Мерлин... ― выдохнул растерянный мальчик. Гарри похлопал его по плечу.

* * *

Уже стоя на платформе в Хогсмиде, Драко положил одну руку на плечо гриффиндорца и посмотрел ему в глаза:

― Поттер, прошу тебя, будь осторожен. Если что, сразу беги к Снейпу, он за тебя самому министру голову отгрызёт.

Гарри смог только кивнуть и проглотить огромный комок в горле.

― И пиши каждый день. Рон приедет ко мне в поместье, если родители разрешат, так что пиши в Малфой-менор нам обоим, ― было видно, как слизеринцу непросто сдерживать страх и волнение за друга.

― Драко, всё будет хорошо, ― Гарри смотрел, как ребята садятся в поезд. ― Пока, Рон!

Хогвартс-Экспресс погудел на прощание. Гриффиндорец направился к замку. Его ждал разговор с директором.

* * *

Гарри даже не пришлось вспоминать пароль: горгулья начала поворачиваться, как только он подошёл на расстояние трёх шагов. Значит, директор уже ждал его.

В кабинете раздавался тихий мелодичный перезвон и перестукивания разных приборов, часов, молоточков, были слышны негромкие разговоры портретов. Гарри нечасто бывал в кабинете директора, поэтому не мог отвести глаз от многочисленных колокольчиков, стрелочек, цепочек, зеркал...

― Гарри, ― Дамблдор стоял на небольшой лестнице. ― Я рад тебя видеть. Очень хорошо, что ты решил зайти.

― Но вы ведь сами пригласили меня, сэр, ― неуверенно ответил гриффиндорец, действительно начиная сомневаться в обоснованности своего визита.

― Разумеется, Гарри. Теперь нынешняя молодёжь куда-то бежит, торопится. Я, признаться, и не думал, что ты вспомнишь о моей просьбе, ― проговорил директор, спускаясь на пару ступенек.

― Я здесь, сэр, ― мальчик не знал, что ещё сказать. Дамблдор плотнее запахнул мантию, словно ему было холодно, Гарри заметил, что камин горит ярче обычного.

― Сейчас мы отправимся в подземелья к профессору Снейпу, Гарри. Также там будут профессор Люпин и мистер Блэк. Нам всем предстоит нелёгкий разговор. И прежде чем мы пойдём туда, я спрошу тебя: не хочешь ли ты, ― глаза за очками-половинками беспокойно блеснули, ― что-нибудь рассказать мне?

Если раньше у Гарри и были сомнения, то теперь они рассеялись окончательно. Директор знал. Он точно и совершенно определённо всё знал. Ну а раз так...

― Нет, сэр, ничего.

Так трудно было выдержать проницательный и в тоже время почему-то виноватый взгляд... Но вот Дамблдор улыбнулся и, отойдя к камину, протянул горшочек с Летучим порохом.

― Я буду следом, Гарри, ― пригласил директор.

Мальчик шагнул в камин:

― Кабинет профессора Снейпа! ― чётко произнёс он.

Глядя, как изумрудные всполохи огня снова становятся багряно-золотыми, старый маг горько прошептал:

― Если бы ты только знал, мой мальчик, если бы ты только знал...

* * *

Драко и Рону удалось найти свободное купе, которое слизеринец сразу же запер. На недоумённый взгляд друга Малфой только поднял бровь:

― Чтобы нас никто не побеспокоил, ― он сел рядом и взял ладонь мальчика в свою. Рон сглотнул: иногда у него возникало странное чувство, что Драко бывает слишком близко к нему и почему-то совершенно не обращает на это внимание. Или это сам Рональд настолько одичал без постоянных объятий любвеобильной Молли Уизли?

― Драко, что ты делаешь? ― отчаянно покраснел гриффиндорец, пытаясь высвободить свои пальцы из цепкой хватки Малфоя.

― Да перестань, Рон, стесняться надо в душевой команды по квиддичу, а я твой друг! Ведь друг? ― внезапно спросил он, заглянув прямо в голубые глаза рыжика.

― Д-друг, ― тяжело сглотнул Рон, сдаваясь и прекращая вырываться.

― Тогда оставь свои девчоночьи замашки, сядь тихо и не вздумай крутиться, ― посоветовал Драко. ― Сейчас будем думать, почему у тебя отказывается работать палочка.

Свободной рукой Рон почесал нос и с облегчением подумал: «Он всего лишь собирается измерить твою руку, как Олливандер, всё хорошо...»

До конца пути Драко составлял и решал непонятные арифмантические уравнения, включая туда размерности ладони, и изредка что-то бормотал себе под нос. Рону было откровенно скучно, поэтому всю дорогу до Лондона он смотрел, как кончик пера скользит по тонкой переносице слизеринца, как раскрываются его искусанные губы, едва слышно выдыхая заумные фразы, и старался совсем не шевелиться, когда Драко внезапно отрывался от записей и проводил аристократично аккуратным и ухоженным указательным пальцем с фамильным перстнем по мозолистой ладони игрока в квиддич.

«Смотри в окно, Рональд Билиус Уизли. Он просто измеряет твою ладонь. В окно!»