План Мародера (джен)

Северус наблюдал, как тест-полоска зелья стала ярко-розовой, и нахмурился.

Свет в масляных лампах на стенах на мгновение замерцал в тусклой частной лаборатории зелий, располагавшейся сбоку от его покоев в Хогвартсе. Лаборатории не хватало современного оснащения, которое Тёмный Лорд предоставил в своём поместье для работы Северуса, но Северус предпочитал собственное пространство. В конце концов, он потратил несколько лет, превращая его в лабораторию, о которой мечтал.

Это был квадратный зал со шкафами вдоль стен, заполненными ингредиентами, книгами и оборудованием, и квадратным рабочим столом в центре с раковиной. Почётное место на рабочем столе занимало зелье, которое он готовил как противоядие к Напитку Спящей Красавицы, которым были опоены эльф Крауча и бывшая заложница Тёмного Лорда.

Зелье находилось на деликатной стадии — в двух ингредиентах от идеального противоядия, но всё ещё могло не получиться. Учитывая прозрачные намёки на то, что мисс Саммерс, в частности, знала нечто, что Тёмный Лорд не хотел предавать огласке, было крайне важно, чтобы Северус завершил зелье безупречно.

Но это оказывалось проблематичным. Розовый цвет указывал на то, что зелью нужно больше кислоты, однако очевидный контр-агент сделал бы его ядовитым для эльфа, при том что для людей оно осталось бы безвредным. Менее очевидный контр-агент нельзя будет собрать ещё пять месяцев. Столько времени у них не было. Эльфу придётся подождать.

Он осторожно потянулся за толчёными головами жуков и добавил в зелье лишь несколько совсем крошечных кусочков. Они будут настаиваться без помешивания, чтобы получить максимальную пользу, в течение дня, размышлял Северус, сопротивляясь желанию потянуться за серебряной мешалкой рядом с ним. Его работа над зельем была закончена ещё на один день. Он взял отложенную палочку и наложил заклинание, которое переведёт зелье в стазис ровно через сутки после добавления жуков. Стазис гарантировал, что он сможет вернуться в любое удобное для себя время.

Северус проверил время. У него оставалось совсем немного времени до отправления в поместье, чтобы приступить к Восстанавливающему зелью. Он не мог отрицать, что на чисто интеллектуальном уровне с нетерпением ждёт этого вызова. В самом деле, между тем как Блэк привлёк его к созданию контр-зелья для мисс Саммерс, и тем как Тёмный Лорд поручил ему доставку Восстанавливающего зелья, у него выдался самый увлекательный год за всю карьеру. Он тоскливо подумал о той карьере, о которой когда-то мечтал, — где он всегда изобретал бы и создавал зелья, — прежде чем убрал эту ностальгическую мысль подальше. Он бросил последний взгляд на свою лабораторию и, удовлетворившись тем, что всё в порядке, вышел из комнаты.

Он побрёл обратно в гостиную и взял газету, которую до этого отбросил. Он поморщился от заголовка, провозглашавшего счастливую весть о вчерашней женитьбе Люпина, и от сопровождающей фотографии, на которой был изображён улыбающийся Род Блэков с явно довольным происходящим Поттером.

Он был озадачен тем, что важная новость о гибели Фенрира Грейбека оказалась погребена на страницах газеты как нечто едва большее, чем сноска. Об участии Люпина не было сказано ни слова — заслуга в убийстве приписывалась болгарам. О нападении Кэрроу на Ферму Блэков не упоминалось вовсе. Северус был осведомлён о полном масштабе произошедшего вместе с Военным Советом ещё до свадебного бала.

Стук в дверь прервал его размышления, и он пригласил посетителя войти, хмурясь, поскольку снова проверял время.

Альбус вплыл внутрь, и Северус едва сумел скрыть удивление от того, что директор уже вернулся в Хогвартс. Он ожидал, что Альбус останется в Болгарии большую часть дня, занимаясь последствиями свадьбы.

— Северус, — Альбус тепло улыбнулся ему, — я рад, что застал тебя.

— Едва-едва, — сухо заметил Северус, — мне скоро нужно будет уходить.

— Конечно, — успокаивающе сказал Альбус, — я тебя не задержу.

Северус был уверен, что Альбус задержит его ровно настолько, насколько намеревался. Он озвучил свою первоначальную мысль:

— Я удивлён, что вы здесь, а не на разборе с Блэком.

Альбус слегка пожал плечами:

— Не было необходимости, — произнёс он с оттенком неодобрения. — Там почти не осталось никого, кого можно было бы допросить.

Северус нашёл дискомфорт Альбуса от безжалостности Блэка весьма забавным. У него лично не было никаких возражений ни против кончины Грейбека, ни против кончины Алекто Кэрроу.

— Вы хотели поговорить со мной?

— Да, — снова улыбнулся Альбус, — я хотел спросить, как продвигается противоядие?

Северус скрыл раздражение от вопроса Альбуса.

— Приемлемо. Сегодня утром мне пришлось внести небольшую корректировку, которая сделает его непригодным для эльфа, но я считаю, что разговор с мисс Саммерс — наиболее важный результат.

— Полагаю, ты вернёшься к вопросу об эльфе в другой раз? — спросил Альбус.

— Если Блэк пожелает, чтобы я продолжил. — Северус выделил имя Блэка, тонко давая понять, что именно Блэк финансирует проект.

— Ты должен начать Восстанавливающее зелье сегодня, — начал Альбус. — Думаешь, Бартемиус будет там?

— Возможно, — согласился Северус, — несмотря на его просьбу обсудить со мной ингредиенты зелий, он мне не доверяет. Конечно, это предполагает, что он будет использовать исчезающий шкаф, к которому у него есть доступ, а не покидать Хогвартс обычным способом.

Альбус тихо промычал что-то себе под нос:

— Мне нужно, чтобы ты предупредил Бартемиуса об обыске, который Аластор проведёт с началом семестра.

Северус замер. Он знал, что Блэк хотел поймать Крауча — чтобы форсировать столкновение с Тёмным Лордом до того, как тот вернёт своё тело. До того как Поттеру придётся столкнуться с любым ужасом, который предполагал ритуал. Он не мог винить Блэка за желание дать Поттеру преимущество во встрече мальчика с Тёмным Лордом — фактически он разделял этот принцип, — что и порождало вопрос: почему, если Северус соглашался с Блэком в этом вопросе, директор не разделял его точку зрения?

— Если я предупрежу его, мы потеряем возможность схватить его до третьего задания, — мягко предупредил Северус. — Более чем вероятно, что Поттер в итоге столкнётся с Тёмным Лордом в полную силу.

— Пророчество предполагает, что они встретятся как равные, — сказал Альбус беспристрастно.

— Если они действительно должны встретиться как равные, — сухо произнёс Северус, — тогда, несомненно, они должны встретиться до того, как Тёмный Лорд получит новое тело.

Альбус бросил на него укоризненный взгляд.

— Появились новые свидетельства, подтверждающие их встречу после того, как Волдеморт проведёт ритуал. — Должно быть, он уловил слабый намёк на недовольство, промелькнувшее на лице Северуса. — Эта информация касается потенциальной силы Гарри, с помощью которой он сможет победить Волдеморта.

Следовательно, не только информация была отнесена к категории «нужно знать», определил Северус, — она была определённо слишком опасна для него, учитывая его положение шпиона.

— Что Блэк думает об этих новых свидетельствах? — уклончиво спросил Северус.

— Сириус хочет уберечь Гарри от любого столкновения, — признал Альбус. Он спрятал руки в складки своей лимонно-зелёной мантии. — Я считаю, было бы лучше позволить пророчеству развернуться без вмешательства.

Северус подавил немедленный ответ о том, что просьба Альбуса сама по себе может быть расценена как вмешательство. В этот раз он оказался в крайне неудобном положении — на стороне Блэка.

— Моя клятва — защищать Поттера, а не способствовать его гибели. — Его тон был резким. Это предупреждение Альбусу, что его не удастся заставить следовать за собой.

Свет в голубых глазах Альбуса немного потускнел, но он собрался:

— Я искренне верю, что Гарри победит.

Северус фыркнул.

— Вы верите, что четырнадцатилетний, едва обученный волшебник одолеет значительно более опытного взрослого волшебника, который является Мастером Тёмной магии?

— У Гарри есть сила…

— Возможно, — перебил Северус, — но она есть и у Тёмного Лорда, а ваше желание, чтобы именно Поттер одержал победу, не означает, что так и будет.

Альбус вздохнул.

— Мы не можем бороться с судьбой.

— Но мы не обязаны помогать ей на её пути, — парировал Северус. — Как бы мне ни было больно это признавать, Блэк прав, настаивая на том, что мы должны попытаться найти Тёмного Лорда и разобраться с ним, прежде чем позволить ребёнку сражаться с ним.

— Предоставление информации Бартемиусу укрепило бы твои позиции, — Альбус попробовал другой подход. — Военный Совет в целом не принял во внимание, что как шпион ты должен предоставлять информацию другой стороне в той же мере, в которой делишься ею с нами.

Северус смотрел на него долгую минуту. Блэк рисковал жизнью, чтобы закрепить положение Северуса как шпиона на Йоль, доставив его к Краучу. Он не мог поверить, что Альбус так легко готов пренебречь этим — или, возможно, Альбус полагал, что Северус пренебрежёт этим сам, потому что речь шла о Блэке. Он поднял руку, когда Альбус собрался продолжить.

— Крауч, скорее всего, решит, что в любом моём предупреждении кроется какая-то ловушка. Он не доверяет мне, я не доверяю ему. Мы оба знаем это друг о друге.

— Если ты предупредишь его, он будет тебе должен, — заметил Альбус. — Он всё же сделал жест дружбы в твою сторону.

Северус насмешливо приподнял одну бровь.

— Бартемиус Крауч-младший безумен. Он не способен реагировать предсказуемым образом.

Они смотрели друг на друга долгую минуту. Северус задавался вопросом, что происходит в голове Альбуса, что тот решается идти против желаний Блэка в отношении Поттера. Насколько он мог судить, директор уже шёл по тонкому льду в своих отношениях с Блэком — после разоблачения жестокого обращения в доме, куда Альбус поместил Поттера; за то, что не заметил насилия; за попытки направить события по своей воле даже после того, как Блэк стал опекуном; за события на Йоль. К сожалению, невольно размышлял Северус, готовность почтенного старого волшебника рисковать отношениями с Блэком и Поттером свидетельствовала о том, насколько Альбус должен быть уверен в неизбежности разворачивающегося пророчества.

— Ты не готов предложить Бартемиусу информацию? — спросил наконец Альбус.

— Не без одобрения Блэка, — подтвердил Северус, удивив себя почти так же, как и Альбуса.

Глаза Альбуса комично расширились, прежде чем он встряхнулся. — Я обнаруживаю, что сожалею о том, что поощрял тебя и Сириуса к примирению, — признал он.

— У нас с Блэком действительно общие цели, — ровно сказал Северус.

Альбус выглядел совершенно обескураженным, и хотя Северус испытал определённое удовольствие, видя Великого Альбуса Дамблдора столь выбитым из колеи, его кольнула совесть. Невзирая на то что в основе заботы Альбуса о Северусе лежала борьба с Тёмным Лордом, Альбус всё же заботился о нём. Северус знал, что за годы преподавания в Хогвартсе ему была предоставлена немалая свобода действий. Возможно, он был что-то должен директору…

— Бартемиус предвидел обыск, — произнёс Северус, нарушая тишину. — Крайне маловероятно, что в новом семестре вы сможете установить его личность.

Альбус встрепенулся от слов Северуса.

— Более того, даже если бы его поймали, он безумен, — повторил Северус. — Он, скорее всего, убьёт себя прежде, чем предоставит какую-либо информацию о местонахождении Тёмного Лорда, особенно если будет думать, что его гибель помешает Блэку. — Он дал время Альбусу на осознание только произнесённого им. — Я не верю, что нам удастся обнаружить местонахождение Тёмного Лорда до третьего задания.

— И вот этим мнением ты поделился с Блэком? — деликатно поинтересовался Альбус.

— Да, — подтвердил Северус, сделав короткую паузу. — Он его разделяет.

— Тогда…

— Мы оба по-прежнему убеждены, что было бы лучше найти Тёмного Лорда, и не будем делать ничего, чтобы этому препятствовать, — твёрдо сказал Северус.

Альбус сник, и Северусу снова напомнили о возрасте директора. — Боюсь, я снова подтверждаю мнение Сириуса обо мне как о старом волшебнике, который суёт нос не в своё дело, — пробормотал он.

Северус решил, что его согласие здесь не требуется.

Альбус выпрямился.

— Северус, я был бы признателен…

— Блэк не услышит об этом разговоре от меня, — вкрадчиво подтвердил Северус.

— Спасибо, Северус. — Альбус склонил голову, его мягкая шляпа почти соскользнула. — Я оставлю тебя готовиться.

Северус проводил взглядом покинувшего его лабораторию Альбуса. Он покачал головой и проверил время. Ему нужно было уходить…

Деревянная шкатулка на каминной полке начала вибрировать. Он выругался себе под нос и достал зеркало, подаренное ему Блэком. Он уставился на богато украшенное ручное зеркало, раздираемый между восхищением изобретательностью Мародёров и привычным к ней же отвращением.

— Блэк, — отрывисто пробормотал Северус.

Понадобилось лишь мгновение, чтобы лицо Блэка выплыло в поле зрения.

Блэк выглядел усталым и измотанным. События предыдущего дня, несомненно, нагнали его.

— Снейп.

Северус ответил на приветствие хмурым взглядом.

— Это должно быть быстро. Я должен начать Восстанавливающее зелье, и директор уже задержал меня. — Он сделал паузу. — Его раннее возвращение стало для меня неожиданностью.

— Болгары занимаются официальной зачисткой, — заметил Блэк, — Военному Совету особо нечего делать. — Он встряхнулся, заставив изображение пойти рябью. — Альбус сказал тебе, что Амикус Кэрроу был замечен въезжающим в Бельгию сегодня утром? — спросил он, меняя тему.

— Нет, — сказал Северус, скрывая раздражение на Альбуса; это была весьма ценная информация.

Блэк поморщился.

— Можешь поделиться этим с Краучем, чтобы тот передал Тёмному Лорду.

Северус медленно кивнул. Он понимал логику Блэка: Кэрроу провалил свою миссию и сбежал. Наказание Тёмного Лорда послужит местью Блэка, пока тот не доберётся до него сам.

— Я проинформирую его, — подтвердил Северус.

— Если сможешь, покопайся в этом зелье оборотней, — тяжело вздохнул Блэк. — Мы отнесли это к категории «нужно знать». К тебе отправлены образцы крови для анализа.

Северус не отреагировал на само собой разумеющееся предположение, что он займётся ими. Зелье, обращавшее поражённых им мужчин и женщин в их волчью ипостась без полной луны, действительно требовало изучения и противоядия — как можно скорее.

— Я начну, как только они прибудут. — Он откашлялся. — Мне нужно идти; у меня небольшой промежуток времени, чтобы начать Восстанавливающее зелье.

— Прикрывай спину, Снейп, — сказал Блэк, и зеркало потемнело.

Северус убрал зеркало в деревянную шкатулку и призвал к себе мантию. Блэк оказался на удивление компетентным лидером. Он замер на полную секунду, поражённый этой мыслью, прежде чем отогнать её. Они, возможно, примирились достаточно, чтобы уважать умения и опыт друг друга, но Блэк всё же оставался Блэком.

* * *

20-е апреля 1995 года

— Великий Мерлин! — выдохнула Клара рядом с Сириусом. Она прикрыла глаза рукой и уставилась на импровизированную воздушную акробатику над головой. — Это безопасно?

Сириус ухмыльнулся ей и взглянул вверх. Он скрыл собственное невольное вздрагивание от скорости и трюков Гарри. — Безопасно — нет, — сухо сказал он.

— Может, ему стоит спуститься? — заметила Шан.

Сириус бросил на неё взгляд, и она отвернулась со слабым румянцем. С момента нападения она вела себя странно рядом с ним, и у Сириуса было чувство, что это как-то связано с динамикой стаи и тем, что он доказал себя компетентным бетой — пусть его собачья форма была Гримом, а не волком. Поскольку они обычно всё равно с трудом выносили друг друга в одной комнате, он решил, что проигнорирует всё это.

Ещё один подросток пронёсся у них над головами, и Сириус вздохнул. Это было так типично для Гарри — заметить, что у молодняка стаи не было уроков полётов, и настоять на покупке мётел и обучении до возвращения в Англию.

Эта мысль вызвала волну меланхоличной горечи при мысли о возвращении, и Сириус проигнорировал и это тоже. Его с Гарри европейские каникулы были великолепны — если не считать скрытных атак вампиров, — и хотя большая часть его просто хотела продолжать путешествовать с Гарри, не думая ни о чём, кроме следующей экскурсии, у них были обязанности и жизнь в Англии, к которой им нужно было вернуться.

Конечно, возвращение в Англию также означало признание того, что им предстоит вернуться к проблеме с Волдемортом и третьего задания; к Краучу, который, скорее всего, скрывался в Хогвартсе под видом студента. Сириус пришёл к выводу, что Крауча не поймать чем-то столь простым, как поиск контрабанды; что Хвост каким-то образом помог ему обойти карту (Гарри заметил, что это объяснило бы, почему Джордж и Фред никогда не замечали, что крыса была Петтигрю); это означало, что Крауч серьёзно подходил к своей маскировке. И даже если его поймают, Сириус разделял теорию Снейпа, что Крауч убьёт себя прежде, чем выдаст какую-либо информацию. Им нужен был Хвост, который явно продал бы собственную мать, лишь бы спасти собственную шкуру…

— Он в порядке. — Сириус вернул себя в настоящее и к беспокойству двух женщин рядом с ним. — Скоро спустится.

— Я не знаю, как ты это выдерживаешь, — призналась Клара. — Я бы всё время беспокоилась, что он упадёт.

— Он хороший летун, — твёрдо заявил Сириус. К тому же он знал, что Гарри мог превратиться в Снитча в мгновение ока, спасая себя.

— По нему будут скучать, — с нежностью сказала Клара.

— Когда вы переедете в поместье Блэков, будете видеть его чаще, — сказал Сириус.

Шан издала цокающий звук.

— Не понимаю, почему мы не можем вернуться прямо сейчас.

— Шан, — предупреждающе сказала Клара.

— Политика, — всё равно ответил Сириус. — Мы хотим, чтобы люди привыкли к мысли о вас, прежде чем ошарашивать их присутствием настоящей организованной стаи на британской земле.

Шан скорчила гримасу, но утихла.

— Когда Ремус должен вернуться?

Ремус и Дора отправились в Париж на медовый месяц, как только завершился свадебный бал. Сириус подарил им эту поездку в надежде, что подобие нормальности уравновесит крайне ненормальный день свадьбы.

— Альфа и его пара вернутся в течение часа, — подтвердила Клара.

Шан фыркнула и быстро ушла.

Сириус покачал головой:

— Она так и не смирится с тем, что Ремус занят, не так ли?

— Смирится, если хочет остаться в стае, — ухмыльнулась Клара. — Конечно, она также поняла, что выгоду можно найти в сближении с его бетой.

Сириус посмотрел на неё ровным серым взглядом:

— Желаю Патрику всего наилучшего с ней.

Клара расхохоталась.

Сириус улыбнулся в ответ. Ему нравилась Клара. Он понимал, почему Ремус был так ею очарован, — до того как его друг узнал, что она сама предпочитает прекрасный пол. Она также казалась искренне привязанной к Доре, что делало её ещё более симпатичной для Сириуса.

— Жаль, что вы с Гарри не можете остаться подольше, — с оттенком тоски сказала Клара, пока они следили за подростками в небе. — Для стаи было хорошо, что вы гостили здесь.

— Нам тоже понравилось, — просто сказал Сириус.

— Я не могу поверить, что он так быстро оправился, — тихо прокомментировала Клара, скрестив руки и слегка потирая их.

— У него преимущество молодости, — с иронией сказал Сириус, — и Гарри — настоящий выживший. — В некоторые дни он жалел, что Гарри пришлось пройти через столько, сколько он прошёл, но должен был признать, что ценит то, что Гарри не погряз в тоске из-за событий дня свадьбы.

Гарри сумел отодвинуть в сторону ужас от преследования оборотнем, нападения вампиров и вида мёртвой ведьмы — с удивительным самообладанием. Или так, или он приберегал свой срыв для целителя разума.

Но Сириус беспокоился, что Гарри просто слишком привыкает к ситуациям, угрожающим жизни. Он сам всё ещё боролся с тем, что произошло — с тем, что едва не произошло, — в достаточной мере, чтобы занимать их целителя разума месяцами.

Он провёл криминалистическую экспертизу до прибытия авроров и убрал доказательства хладнокровного устранения Нарциссой Алекто Кэрроу. Сириус не собирался сдавать свою беременную кузину аврорам за то, что она прикончила ведьму, которая убила бы всю их семью. Нарцисса не сделала ничего, чего не сделал бы сам Сириус на её месте.

Это была довольно удручающая мысль.

Но ведь он и Нарцисса всегда были безжалостны в защите людей, которых любили. Честно говоря, он был впечатлён тем, что она просто задула Кэрроу, как свечу, а не отрубила ей голову — так же как её сестра и племянница отрубили Кэрроу руки (и Сириус уделил мгновение тому, чтобы подивиться, насколько же страшными были все его кузины на самом деле).

И всё же… возможно, неодобрение Альбуса удовлетворением Сириуса от смерти Кэрроу было не вполне необоснованным.

Затем он вспомнил, как Симеону потребовался целый день на исцеление, прежде чем он, Анна и Джейсон отправились обратно в Австралию; как Тед провёл последние несколько дней в больнице Святой Хельги в болгарской столице, восстанавливаясь от ран… и крошечный намёк на раскаяние, который он ощущал, исчез, как снег под весенним солнцем.

Сириус взглянул на Клару. Не только женщины рода Блэков были страшными, размышлял он, вспоминая, как она расправилась с вампиром. Он подумал, не впервые, что она была бы хорошей парой для Ремуса. Но теперь у Ремуса была Дора, и Сириус чувствовал себя значительно более оптимистично насчёт этих отношений после свадьбы.

Клятвы были особенно трогательными и красноречивыми, размышлял Сириус, наблюдая, как Гарри демонстрирует резкий поворот с удивительной точностью. Обязательство Ремуса построить партнёрство, похожее на то, что было у его родителей, стало прекрасным утешением для Доры — так же как её заявление, что Ремус — тот, кого она хочет, стало прекрасным утешением для его тревоги о том, что никто никогда не увидит за волком человека.

Может быть, подумал Сириус, наблюдая за очередным манёвром Гарри, Ремус и Дора всё же найдут счастье, которого заслуживали; счастье, которое, как он когда-то верил, должен был породить их союз — до того как ребёнок всё усложнил. Доре приходилось взрослеть быстрее; Ремусу нужен был кто-то, на кого можно опереться посреди его обязанностей Альфы.

Им в какой-то момент придётся поговорить о продолжении Ремусом должности управляющего, тогда как на самом деле ему нужно было полностью принять своё положение Альфы — быть лидером по праву. Сириус лучше понимал это, проведя время со стаей. Но он знал, что Ремус не захочет полностью отказаться от роли управляющего — Ремус был слишком упрям и благороден для своего же блага, — однако им придётся прийти к какому-то компромиссу.

Ещё одна вещь, о которой нужно подумать среди всего прочего — о том, что им нужно начать планировать третье задание; покончить с Волдемортом раз и навсегда.

— Должна признать, — сказала Клара, прерывая его мысли, — я думаю, Гарри справляется с этим лучше, чем я.

— Ты защищала свою стаю, — сказал Сириус.

— Я убила, — кратко сказала Клара. Она крепче обхватила себя руками. — И что хуже — я убила как оборотень. Я знаю, это был всего лишь вампир, но…

— Ты защищала свою стаю, — твёрже повторил Сириус. — Если бы тебе не дали зелья, если бы ты была ведьмой в тот момент, а не оборотнем — что бы ты сделала?

Её лицо сменило выражение с раздражённого на задумчивое, а затем — на пристыженное. — Хм. — Она вздохнула и встретилась с его взглядом. — Не знаю, хочу ли я благодарить тебя за то, что ты открыл мне глаза на реальность: я убила бы этого вампира в любом случае.

— Мне было девятнадцать, когда я убил своего первого Пожирателя Смерти, — ответил Сириус. — Одис Брано. Он разыскивался за убийство и изнасилование целой семьи маглорождённых — Перкинсов. Я учился в школе с младшим братом, Дэвидом Перкинсом. Он был хаффлпаффцем, искренне хорошим парнем. Мы выследили Брано до этой дрянной маленькой таверны в Уэльсе, и… была драка. Ему удалось наложить особенно мерзкое заклинание на Сохатого — Джеймса, отца Гарри, и тот упал, а Брано уже собирался… — Он сделал паузу. — Пожалуй, я тогда немного потерял над собой контроль. Моё заклинание огненного хлыста разрубило его надвое. Я думал… думал, что только что дал всем, кто говорил, что я Тёмный, потому что я Блэк, — наглядное тому доказательство.

Клара не перебивала, когда он снова сделал паузу; она просто ждала.

— Я был в ванной, меня рвало в унитаз, когда вошли Джеймс и Лили. Они держали мои волосы, заставили меня прополоскать рот и сделать освежающее заклинание. А потом оба обняли меня что было сил и поблагодарили за спасение жизни Джеймса; сказали мне, что не имеет значения, что я убил кого-то, — что я хороший человек, защитивший своего брата, свою семью. — Сириус предавался воспоминаниям, не осознавая нежности, которая звучала в его голосе и светилась в серых глазах. — Думаю, когда они попросили меня стать крёстным отцом Гарри, это было потому, что они знали: я убью, чтобы защитить его. Я убил вампиров, защищая его и остальную стаю, больше, чем ты, и хотя таким, как Альбус Дамблдор, это может не нравиться, я знаю, что я всё ещё хороший человек. — Он протянул руку и мягко коснулся её плеча. — И ты всё ещё хорошая женщина, Клара.

Клара слабо выдохнула, но кивнула. — Спасибо.

Порыв ветра — Гарри пронёсся мимо них на посадке, и молодой мальчик, с которым он летал, приземлился прямо за ним — нарушил общий момент товарищества и взаимопонимания.

Гарри похлопал Дугала по спине и помахал ему на прощание, когда молодой оборотень поскакал к дому.

Сириус встретил сына широкой улыбкой. — Хороший полёт?

— Лучший. — Гарри ухмыльнулся. — Обожаю эту метлу.

Поскольку упомянутая метла была его рождественским подарком от Сириуса, эти слова подарили Сириусу тёплое чувство.

— Всё хорошо? — спросил Гарри, проницательно уловив серьёзный подтекст между Сириусом и Кларой.

— Я беспокоилась из-за того, что убила вампира, — честно призналась Клара, снискав этим уважение Сириуса своей прямотой. — Твой отец помогал мне расставить всё по местам.

Беспокойство Гарри растаяло, он бросил взгляд на Сириуса:

— Он умеет это делать.

Клара кивнула.

— Лучше пойду проверю, закончены ли все работы в новой главной спальне. Не хочу, чтобы Ремус и Тонкс вернулись в наполовину готовую комнату. — Она помахала им и направилась обратно к дому.

Сириус распорядился превратить место, где погибла Кэрроу, в кладовую. Он переустроил комнаты в том крыле, разместив главную спальню под самой крышей фермерского дома. Найти волшебную строительную компанию, согласившуюся прийти и сделать работу в столь сжатые сроки, оказалось настоящим кошмаром, однако и Богдан, и Грегор дали ему полезные рекомендации.

Гарри ткнул его в руку.

— Мы всё ещё уезжаем завтра?

Сириус кивнул и обнял Гарри за плечи, когда они двинулись обратно.

— Боюсь, что так.

— Будет хорошо вернуться, — сказал Гарри, удивив Сириуса. — Не то чтобы здесь не было здорово и здорово видеть всех, но… — он тяжело вздохнул, — это плохо, что я просто хочу, чтобы вся эта история с Томом уже закончилась?

— Совершенно нормально, если ты спросишь меня, — спокойно ответил Сириус. Он и сам просто хотел, чтобы это закончилось. — В начале следующей недели будет Военный Совет, — первая неделя после возвращения в школу, — нам нужно будет кое-что спланировать. Посмотрим, что выйдет из рейда директора на контрабанду, а Снейп думает, что скоро подготовит зелье для мисс Саммерс — теперь, когда ему не нужно беспокоиться о создании смеси, которая одновременно разбудила бы эльфа.

— Планирование — это хорошо, — сказал Гарри. — Нам нужно, чтобы члены альянса подумали о том, что делать с Краучем в школе. И Гермиона сказала, что они с Дафной говорили на свадебном балу о третьем задании.

Сириус кивнул.

— Думаю, у них есть ещё несколько заклинаний, которые мне нужно выучить. — Гарри нахмурился. — Она сказала, что Ханна говорила, будто не уверена, стоит ли им с Сью приходить на встречи после того, что случилось на втором задании.

— Они думают, что их могут использовать в третьем задании в качестве заложников? — спросил Сириус, озадаченный.

Гарри подтолкнул очки вверх по носу и перехватил метлу поудобнее. — Они ведут себя странно со всей этой историей с Сью и Седриком.

Должно быть, для Сью это было в чём-то унизительно — оказаться выбранной заложницей Седрика, — и, конечно, последствия и инцидент с угрожающим письмом не помогли делу. Но казалось крайней мерой полностью отказаться от помощи Гарри, а обе принесли клятву верности Наследника, а значит, магия могла осудить их бездействие. Сириус задумался, не нужно ли поговорить с Ричардом и выяснить, что происходит. Он мысленно добавил это в свой список дел.

— Думаю, Невилл практически исчерпал своё терпение с Ханной, — лениво прокомментировал Гарри, пока они поднимались по ступенькам. — И, думаю, Рон подумывает о том, чтобы расстаться с Лавандой.

Губы Сириуса дёрнулись от этих подростковых страстей; с ностальгией он вспомнил времена, когда его собственная жизнь была поглощена подростковыми романами. — Жаль будет, если у Ханны и Невилла не сложится, — прокомментировал он. — Думаю, обе семьи надеялись, что из этого выйдет нечто большее.

— Ага. — Гарри выдохнул. — Просто…

— Ты беспокоишься, что следующими на шаткой почве окажетесь вы с Гермионой, — сказал Сириус, понимая невысказанную тревогу, окрашивавшую тон Гарри, потому что слышал то же самое в голосе Джеймса много лет назад. — Есть ли причина для беспокойства?

— Не особо, — с сожалением признал Гарри. — Просто… я знаю, она не рассчитывает, что мы продержимся. Пару раз она намекала, что большинство людей не остаются со своими первыми девушками или парнями, и… — он пожал плечами. — Думаю, мне кажется, что разрывы других как бы снова подтверждают её точку зрения?

— Ну, она права, — ответил Сириус. — Большинство подростковых пар не остаются вместе на всю жизнь. — Он остановил Гарри; они были почти у самого дома, но Сириус знал, что разговор как-то само собой будет считаться законченным, как только они окажутся внутри. — Вы с Гермионой отличная пара, но вы молоды, и если бы вы расстались, это не стало бы концом света — даже если бы так казалось несколько дней или недель.

— Я не хочу расставаться с ней. — Гарри с досадой ковырнул землю носком ботинка. — И не хочу, чтобы у неё появились мысли о разрыве из-за того, что расстаются другие.

— Ну, тебе просто придётся верить, что она этого не сделает, — сказал Сириус. — Я не думаю, что она сделает. Гермиона не из тех, кто поддаётся влиянию окружающих.

Гарри кивнул, в его зелёных глазах мелькнуло облегчение:

— Она была довольно раздражена всей этой кошачьей историей.

Гарри потребовалось применить семейную магию, чтобы превратить её обратно. Что она незамедлительно и сделала — без одежды. Минни быстро дала ей одеяло, но это было глубоко унизительно для Гермионы, и прошёл целый день, прежде чем она заговорила с Гарри без того, чтобы они оба не залились краской.

— Если она не бросила тебя из-за того, что ты превратил её обратно голой, думаю, у вас всё довольно прочно, — прокомментировал Сириус, разворачивая их в сторону фермерского дома.

— Она знает, что я сделал это не специально, — заметил Гарри, снова залившись румянцем. Он отвёл взгляд и снова посмотрел. — Как ты думаешь, что-то значит то, что она… что её форма не имеет ничего общего с моей?

— Мерлин, нет, — фыркнул Сириус. — Это приятная романтическая мысль, что любовь всей твоей жизни разделит и твою анимагическую форму, но редко бывает, чтобы пара вообще могла стать анимагами вместе. Твоя мама могла обнаружить, что её форма зеркально отражает папину, однако она так никогда и не трансформировалась в неё.

Гарри снова замолчал.

Они вошли через заднюю дверь, Гарри убрал метлу в подсобку. Сириус сбросил верхнюю мантию и с удовольствием побрёл на кухню, где воздух был пропитан восхитительным запахом рагу.

— Пахнет изумительно, — сказал Сириус, с сияющим одобрением глядя на Гилби. Эльфы были недовольны приказами Гарри держаться в безопасности (и Сириус понимал защитный инстинкт, заставлявший Гарри хотеть держать эльфов подальше от всего этого, даже если они могли оказаться полезными), но их обиду быстро смягчила необходимость грандиозной уборки. Кричер не разговаривал ни с кем из них, обиженный тем, что ему отказали в возможности защищать Нарциссу.

Живот Гарри требовательно заурчал. Он снова покраснел.

— Полагаю, я нагулял аппетит.

— Ты растущий организм, — легко согласился Сириус, пока Гилби бросился хлопотать, чтобы у Гарри был перекус.

— Значит, Ремус возвращается сегодня вечером, — сказал Гарри, благодаря Гилби за тарелку сэндвичей, которую ему подсунули.

— Да, — сказал Сириус, — а мы возвращаемся завтра.

Гарри кивнул, задумчиво жуя сэндвич с курицей.

— Знаешь, хотя я хочу поехать домой и покончить со всем этим делом с Томом, будет странно вернуться в Хогвартс после этих каникул.

— Странно, — весело согласился Сириус.

Гарри выразительно закатил глаза. — Можем мы навестить стаю летом? Я пообещал Дугалу, что мы сыграем в квиддич.

Сириус почувствовал, как у него немного отлегло от сердца. Это был первый раз, когда Гарри предложил планы на время после окончания учебного года. Это давало надежду, что Гарри намерен пережить своё столкновение с Волдемортом.

— Да, — сказал Сириус, игнорируя ком в горле и протягивая руку, чтобы взъерошить Гарри волосы, — мы можем навестить их снова летом.

* * *

23 апреля 1995 года

Гермиона с облегчением вздохнула и рухнула на кровать. Поездка на поезде обратно в Хогвартс была долгой и изматывающей, приветственный пир — скучным, и она была рада уединиться в своей спальне и насладиться покоем, пока не пришли соседки по комнате.

Живоглот запрыгнул рядом с ней и ласково боднул её головой. Она рассеянно гладила его, покусывая нижнюю губу и размышляя о том, что её анимагическая форма оказалась кошачьей. Знал ли об этом её фамильяр? Именно ли это привлекло его к ней? Она знала, что если трансформируется, маловероятно, что сможет понять его. Он останется книззлом, а она будет человеком, превращённым в кошку. Конечно, сначала ей нужно было действительно суметь трансформироваться.

Она издала ещё один, более глубокий вздох и задалась вопросом, действительно ли хочет продолжать попытки превращаться в кошку. Она была несколько разочарована своей формой. Кошек она любила, правда. И своего фамильяра тоже любила, поспешно напомнила она себе, снова погрузив пальцы в его шерсть. Но она не была уверена, что готова принять то, что это говорило о ней.

В её форме было немало положительного, твёрдо сказала себе Гермиона. Кошки умны, любопытны и независимы. Это была она. Они ещё и хитры, безжалостны и могут быть отчуждёнными. Ладно… возможно, это тоже была она. Она нахмурилась. Её задевало, что она оказалась не кем-то другим — это она могла признать себе. Ей нравятся кошки, но ей хотелось быть кем-то более свирепым… кем-то иным.

По крайней мере, это объясняло, почему они с Роном так часто сталкивались лбами. При его внутреннем псе и её внутренней кошке удивительно, что они вообще умудрялись находить общий язык. Впрочем, не умудрялись бы, напомнила себе Гермиона, если бы не Гарри. Гарри, чья истинная форма — ворон.

Птица.

Кошки охотятся на птиц. Что же это говорит об их отношениях? Она покачала головой, разметав волосы и заставив Глотика бросить на неё неодобрительный взгляд. Она уже выслушала лекцию от Сириуса и профессора МакГонагалл о том, что не следует придавать слишком большое значение своим отношениям с другими из-за анимагической формы. И Гарри определённо смотрел на неё с восхищением, когда она была голой…

Она почувствовала, как лицо заливается краской от вспомнившегося смущения. Она потянулась и накрылась подушкой, словно пряталась от воспоминания.

Может быть, стоит поговорить с Луной, размышляла Гермиона. Когтевранка стала хорошей подругой и, казалось, всегда помогала Гермионе обрести ясность.

Она слегка встряхнулась и убрала подушку. Казалось эгоизмом сосредотачиваться на своих анимагических проблемах, когда произошло так много всего. Свадьба оказалась удивительно трогательной — несмотря на то что была вызвана беременностью, — а последствия…

События на ферме Блэков затмили свадебный бал. Её и её родителей переправили в Министерство и прекрасно о них заботились, пока Сириус остался с аврорами разбираться с зачисткой. Это было страшно, но быстро забылось. Она знала, что её родители говорили с Сириусом о том, безопасно ли посещать что-либо ещё, пока вопрос с Волдемортом не будет решён раз и навсегда, и пришли к выводу, что не позволят ему победить, оставаясь в стороне. Гермиона была им благодарна — тем более зная, что до её удочерения Домом Блэков её родители могли принять совершенно иное решение просто из-за отсутствия знаний и понимания волшебного мира.

Дверь спальни открылась, и Лаванда вбежала внутрь, бросившись на свою кровать с воплем.

Глаза Гермионы расширились, когда она с трудом поднялась и села, готовясь утешать другую девушку. Парвати поспешила следом и закрыла дверь, сразу направившись к Лаванде.

Гермиона соскочила с кровати:

— Что случилось?

Парвати гладила Лаванду по волосам, пока та рыдала в подушку.

— Рон разорвал с ней! — Её тёмные глаза обвиняюще уставились на Гермиону.

Гермиона подняла руки.

— Не смотри на меня! — сказала она. — Я понятия не имела, что он планировал это сделать!

И правда не имела. Мальчишки, с раздражением подумала Гермиона.

— Я не понимаю! — рыдала Лаванда. — Нам было так хорошо вместе!

Может быть, слишком хорошо, мысленно заметила Гермиона. Она знала, что Молли отчитывала Рона во время пасхальных каникул за непристойное поведение, которое позволяла себе пара, — близнецы дразнили его почти всю обратную дорогу. Она вздохнула и попыталась утешительно похлопать Лаванду по руке.

— Я могла бы пойти и попробовать разузнать что-нибудь? — немного нерешительно предложила Гермиона.

Лаванда выпрямилась так стремительно, что Парвати чуть не упала с кровати, и заставила Гермиону отступить на шаг, чтобы не получить локтем по лицу.

— Ты бы сделала это?!

Гермиона махнула рукой в сторону двери.

— Я пойду прямо сейчас.

Лаванда робко улыбнулась ей, глаза блестели от новых слёз.

— Спасибо!

Позади неё Парвати выразительно закатила глаза.

— Спасибо, Гермиона. Пока ты это делаешь, я приведу Лав в порядок.

Гермиона кивнула и поспешила к двери. Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы спуститься по лестнице, пробраться через оживлённую гостиную — и, серьёзно, разве старосты не должны уже загонять всех в спальни? — и подняться по лестнице для мальчиков в спальню четверокурсников. Она открыла закрытую дверь и ворвалась внутрь.

Невилл, слева от неё, взвизгнул и нырнул за кровать, задёрнув полог, чтобы спрятаться.

— ГЕРМИОНА! — Рон нырнул на свою кровать, и она успела заметить бледную веснушчатую плоть, прежде чем его тело исчезло под одеялом.

У кровати рядом с ним Гарри схватил брошенное полотенце и намотал его вокруг нижней части тела. Её глаза расширились, когда она увидела его голый торс.

Полуодетый Симус упёр руки в боки — брюки расстёгнуты, открывая трусы с Мерлином, — и сердито уставился на неё. — Мерлин, Грейнджер! Ты не стучишь?!

К счастью, Дин, судя по всему, был в ванной — об этом свидетельствовало фальшивое исполнение последней песни Take That на фоне слабого шума душа.

Гермиона почувствовала, как лицо горит, — знала, что покраснела, — и отвела взгляд от Симуса. Она невольно повернулась к Гарри, чья рука сжала синее полотенце до белых костяшек. Она нахмурилась.

— Почему ты здесь? — потребовала ответа Гермиона.

— Разве не мы должны спрашивать ТЕБЯ об этом? — проворчал Рон, кутаясь в одеяло.

Она сердито посмотрела на него.

— Лаванда в слезах. Я пришла узнать, почему ты её бросил! — рявкнула она, игнорируя восклицание Симуса при этом откровении, и вернула внимание к Гарри.

— Ну?

— Сириус попросил тётю Мин… то есть профессора МакГонагалл, могу ли я чаще оставаться в спальне в этом семестре, — сказал Гарри, свободной рукой нашаривая на кровати сзади свою мантию.

— О. — Гермиона смутно припомнила, что он говорил ей что-то о плане Сириуса снова приучить его к Гриффиндору, пока они были в Париже. — Но как насчёт Крауча? Если он притворяется студентом, разве тебе не опасно оставаться в спальне? — Она уставилась на Симуса, словно её взгляда было достаточно, чтобы определить, самозванец он или нет.

— Симус и все здесь прошли проверку крови на личность, и Сириус будет прямо за дверью с объявлением отбоя. — Гарри пожал плечами. — Кроме того, я же говорил тебе: на вчерашнем собрании альянса все согласились вести себя так, будто мы на самом деле ничего не подозреваем, чтобы не спугнуть Крауча, и просто следить за тем, чтобы никогда не оставаться одному, — так он не сможет выбрать кого-то из нас целью. — Он крепко сжал свою мантию.

Гермиона слегка покраснела, вспомнив, как ранее сбежала в комнату, чтобы побыть одной. Она пообещала родителям быть особенно осторожной, зная, что как девушка Гарри будет иделальной мишенью для Крауча. Её родители были близки к тому, чтобы забрать её из Хогвартса — на самом деле, многие члены альянса были недовольны идеей отправлять детей обратно в школу, зная, что Крауч, по всей вероятности, скрывается среди учеников. Потребовалось немало обсуждений, прежде чем было решено, что все вернутся и будут приняты меры безопасности.

— Что насчёт Лаванды? — спросила Гермиона, меняя тему и сердито глядя на Рона.

— Я сказал Лаванде, что, по-моему, у нас недостаточно общего, чтобы продолжать встречаться! — парировал Рон, отвечая на её главный вопрос. — Не в долгосрочной перспективе.

Это было на удивление проницательно со стороны Рона, подумала Гермиона, прежде чем мысленно одёрнуть себя за несправедливость к рыжему.

— Лучше закончить до того, как мы зашли дальше, — заключил Рон.

— Совершенно верно, — согласилась Гермиона. — Это был очень разумный поступок, Рон.

Рон выглядел ошеломлённым её одобрением.

— Э-э, Гермиона… — Гарри держал мантию в одной руке, полотенце в другой. — Ты не могла бы…

Она прикусила губу, поняв, что Гарри всё ещё краснеет. — О, прости. Я отвернусь, если хочешь надеть мантию.

— Спасибо, — с чувством сказал Гарри.

— Или же, как вариант, мисс Грейнджер могла бы удалиться и вернуться в свою спальню, — донёсся из-за плеча Гермионы сухой голос профессора МакГонагалл.

Гермиона медленно обернулась к открытому дверному проёму и залилась ярким румянцем при виде декана Гриффиндора, стоявшего между профессором Грюмом и сияющим директором. — Профессора! Это, э-э…

— Мы всё слышали, мисс Грейнджер, — строго сказала профессор МакГонагалл. — Поскольку вы удовлетворили своё любопытство в отношении окончания романа мистера Уизли с мисс Браун, предлагаю вам откланяться.

— Конечно! — немедленно сказала Гермиона, сгорая от стыда. Она оглянулась через плечо на Гарри, который сочувственно улыбнулся ей в ответ.

— Увидимся завтра, — тихо сказал Гарри.

Гермиона кивнула и вышла из комнаты.

— Возможно, в следующий раз стоит сначала постучать, девочка, — прокомментировал Грюм, когда она протискивалась мимо него, чтобы спуститься по лестнице.

Она снова покраснела, но кивнула в знак согласия.

— Так, сейчас же! — голос Грюма прогремел в лестничном пролёте. — Встать рядом со своими сундуками! Выборочная проверка на контрабанду!

Гермиона поспешила вниз в гостиную и обратно в свою спальню. Она быстро закрыла за собой дверь и прислонилась к ней.

— Ну?! — нетерпеливо спросила Лаванда, отрываясь от Парвати, чтобы подойти к Гермионе. — Что сказал Рон?

Гермиона устало потёрла переносицу.

— Немного, — призналась она. Она подтолкнула Лаванду обратно к её кровати. — Нас прервали…

— О, профессора! — выпалила Парвати. — Они проводили проверки на запрещённые предметы!

— Но Рон что-то сказал? — Лаванда была как собака с костью, её внимание ни на секунду не отрывалось от Гермионы.

Гермиона присела на край кровати.

— Он сказал, что не думает, что у вас достаточно общего, чтобы отношения развивались дальше.

Надежда на лице Лаванды сменилась растерянностью.

— О.

— Мне жаль, Лав, — сказала Парвати, откидывая волосы Лаванды за плечо и обнимая её.

— Нет, — шмыгнула носом Лаванда, — на самом деле, может, в этом и есть смысл. — Она рассеянно теребила покрывало. — Нам действительно было особо не о чем говорить, как только мы переставали, ну, знаешь…

— Целоваться до потери пульса? — с лёгкой иронией предложила Парвати.

Лаванда слабо толкнула её и ухмыльнулась.

— Ну, примерно. — Она вздохнула. — Он фантастически целовался.

Гермионе удалось сдержать гримасу.

— Ладно. Ну, мне пора готовиться ко сну.

— Спасибо, Гермиона, — искренне поблагодарила Лаванда. — За то, что разузнала.

Гермиона отмахнулась от её благодарности, направляясь в ванную. Она закрыла дверь и покачала головой. Подумать только — выставила себя на посмешище перед директором, профессором Грюмом и профессором МакГонагалл без всякого реального результата…

Вся нелепость её вторжения в спальню мальчиков снова промелькнула в голове, и смешок застал её врасплох — веселье пробилось наружу, когда она вспоминала, как они все нырнули в укрытие. Она улыбнулась, направляясь в душ. По крайней мере, они с Гарри теперь квиты, с удовольствием подумала она. Он видел её, когда она трансформировалась обратно из кошки, а теперь она видела его. Это заставляло её чувствовать себя значительно лучше по поводу этого.

Теперь всё, что ей нужно, — это почувствовать себя лучше по поводу того, что она кошка, и половина её проблем будет решена.

Если бы только проблемы Гарри можно было решить так же легко, подумала Гермиона с гримасой. Её парню всё ещё предстояло финальное задание турнира и развязка любой подлой схемы, состряпанной Волдемортом. Но он был не один, и Гермиона твёрдо намеревалась быть рядом с ним так долго, как только сможет, — желательно без того, чтобы кому-то из них пришлось быть голым.

* * *

— Ну, это было близко, — сказал Симус, как только дверь закрылась за тремя уходящими профессорами.

Гарри, который наконец-то избавился от полотенца и переодевался в пижаму, взглянул на Симуса и снова задался вопросом, почему решил, что проводить время в башне — хорошая идея. Он внутренне вздохнул. Это была хорошая идея, если он хотел снова почувствовать себя частью Гриффиндора. Но не мог не пожелать на мгновение оказаться снова в комнатах с Сириусом, где никто не врывался в спальню без стука.

Симус перепрыгнул через свой сундук и направился к окну. Он открыл его, потянулся за окно к карнизу на стене и извлёк оттуда большую бутылку маггловского ирландского виски. — Та-да!

— Вот это да! — пробормотал Рон.

— Стащил с кухни моей мамы вчера вечером, — гордо сказал Симус.

Дин вышел из ванной, остановился и несколько секунд смотрел на Симуса. — Я что-то пропустил?

— Ничего, — сухо ответил Невилл, разглаживая пижаму на груди. — Только профессора проверяли, нет ли у нас бутылок виски, и Гермиона хотела узнать, почему Рон бросил Лаванду.

— Ты расстался с Лавандой? — Дин моргнул, глядя на Рона. — Серьёзно?

— Да, — Рон смущённо пожал плечами, — не сошлись характерами, понимаешь?

Дин медленно кивнул и направился к своей кровати. — Жаль это слышать, приятель.

— Иногда не сходятся, — мрачно сказал Невилл, тяжело опускаясь на свою кровать.

Гарри надел очки и посмотрел в сторону своего крестника.

— Ты и Ханна?

— Я расстаюсь с ней завтра, — подтвердил Невилл. — Сегодня была последняя капля.

Остальные мальчики переглянулись, а затем посмотрели на Гарри.

Гарри закатил глаза на безмолвную просьбу вмешаться. Он подошёл и сел рядом с Невиллом.

— Хочешь поговорить об этом?

— Вот, — внезапно сказал Симус, — давайте соберёмся и выпьем. — Он отвинтил крышку и сделал глоток, прежде чем передать бутылку Невиллу.

Невилл поморщился, но сделал глоток. Он предложил её Гарри, который покачал головой.

— Только если вы хотите, чтобы моя магия вышла из-под контроля и сравняла Хогвартс с землёй, — сказал Гарри, вспоминая лето и свою катастрофическую попойку с американскими друзьями.

Невилл немного побледнел и передал бутылку Рону, который, спотыкаясь, добрёл и сел рядом с Гарри. Он сделал глоток, закашлялся и сквозь жжение передал её Дину, который сел на полу перед Невиллом рядом с Симусом.

— Итак… — Симус махнул бутылкой. — Ты и Ханна?

— Она и Сью должны были ехать со мной в одном купе в поезде, — объяснил Невилл. — Только они не пришли на Кингс-Кросс, и когда я пошёл их искать, Ханна сказала, что Сью не в состоянии никого видеть, и велела мне уйти. — Его голос неуклонно повышался, и Гарри не мог не думать, что нотка негодования в конце была вполне оправданной.

— Вот это да, приятель, — Рон покачал головой и потянулся за бутылкой. Он сделал большой глоток и передал её Невиллу.

Невилл сделал глоток, поморщился и вернул её Симусу, который снова выпил, прежде чем передать Дину.

— Просто… — Невилл тяжело вздохнул, его щёки порозовели от алкоголя, — она мне действительно нравится, но это последняя капля. Она продолжает отменять встречи со мной ради Сью, а Сью просто не может прийти в себя после всей этой истории с Седриком!

— Это ядовитое письмо действительно травмировало её, — тихо заметил Гарри. Он сочувствовал Сью. Если бы у него не было совиной защиты и гиперопекающего Бродяги, он, наверное, сам получал бы подобные письма. Он понимал желание Сью спрятаться.

— Я знаю, — сказал Невилл, просто передавая бутылку Рону, когда Симус протянул её ему, — и я не говорю, что она не вправе расстраиваться и всё такое, но разве это так неправильно — хотеть проводить время со своей девушкой?

— Нет, Нев, — согласился Гарри со вздохом. Это был весомый аргумент, и Ханна давала ясно понять, насколько неважен для неё Невилл, игнорируя его ради Сью. Он действительно желал Невиллу лучшего — тот заслуживал того, чтобы кто-то ставил его на первое место, или хотя бы поддерживал хоть какое-то подобие отношений, помогая другу.

— О-о-о, — глаза Рона внезапно расширились, и он сделал жест с бутылкой, из-за которого виски едва не выплеснулось на кровать Невилла.

Гарри схватил бутылку и передал её Дину.

— Что?

— Я просто подумал о том, что Грюм говорил об изменении привычек, и… — Рон уставился на Гарри, ужас в его бледно-голубых глазах, — ты ведь не думаешь, что Крауч-младший скрывается под видом Сью или Ханны?

Все уставились на Рона с разной степенью ужаса.

— Нет! — Невилл дико затряс головой. — Просто… нет!

— Но это объясняет, почему они ведут себя так ненормально! — возразил Рон. — Та из них, кто является им, держит другую под Империусом! Они алиби друг для друга! Всё сходится!

— Ничего не сходится, — твёрдо заявил Гарри, скрестив руки на груди. Хотя, размышляя об этом, он понимал, почему Рон пришёл к такому выводу. Они и правда вели себя странно, пусть на то и были весомые причины.

— Сходится! — спорил Дин. — Рон прав! Ханна не обращалась бы с Невиллом так на Рождество!

Невилл побледнел.

— Но это… этого не может быть…

— Послушайте, — сказал Гарри, — Сью и Ханна были дома на Пасху, а мы вполне убеждены, что если Крауч маскируется под студента, то на праздниках он был здесь. Значит, это не могут быть они!

— Или у Крауча есть целая группа студентов, которыми он поочерёдно прикидывается! — парировал Рон.

— Что если они действительно в беде? — вслух задался вопросом Невилл.

Гарри отвёл взгляд от Рона и посмотрел на Невилла.

— Нев?

— Просто… — Невилл сделал нетерпеливый жест, — они ведут себя странно!

— Сью угрожали! — сказал Гарри с некоторым раздражением. — Ханна её защищает! Они дружат много лет!

— Даже так, — вмешался Рон, — полностью игнорировать своего парня? Сью прячется как тихоня? Она чуть не снесла мне голову на дуэльном клубе в начале года!

— В этом есть смысл, — сказал Симус со своей развалившейся позиции на полу. Почти пустая бутылка виски болталась в его пальцах, и Гарри перехватил её, закрыл и убрал в сторону, пока она не пролилась и комната не пропиталась запахом алкоголя.

— Нам надо расследовать! — внезапно провозгласил Рон, вставая на кровать. — Нужно проследить за ними завтра!

— Я не думаю, что преследовать их — хорошая идея, — сказал Гарри, стараясь держать голос ровным и твёрдым.

— Это отличная идея! — спорил Рон, заплетающимся языком. — Мы проследим за ними, и когда у нас будут доказательства, что они — это он, нападём на них!

Гарри ущипнул себя за переносицу и снова пожелал оказаться в своих комнатах с Сириусом. Почему он всегда должен быть разумным, устало размышлял он. Наверное, потому что он единственный трезвый.

Это раздражало.

Он вздохнул и прервал лепечущие планы окруживших его мальчишек.

— Вы не можете гоняться за девочками по школе и нападать на них! — громко сказал Гарри. — Вы попадёте в неприятности! Или вас исключат! — Мерлин, он звучал как Гермиона.

Повисла ошеломлённая тишина.

— Гарри прав, — признал Рон.

— Спасибо, — сказал Гарри.

— Нам нужно действовать скрытно! — заявил Рон.

Гарри уронил голову в ладони.

— Мы можем выбраться…

— Вы не можете выбраться! — прошипел Гарри. — Там Сириус!

— Почему? — спросил Рон, заметно озадаченный.

— Он защищает Гарри, — разъяснил Невилл. — Гарри говорил раньше, помнишь? Когда Гермиона спросила, почему он здесь?

— Чёрт, — Рон плюхнулся обратно, заставив кровать подпрыгнуть неровным толчком. — Ну, и как нам теперь прижать Сью и Ханну к стенке?

— Я скажу Сириусу завтра, — заявил Гарри с тем, что, как он надеялся, звучало как непреклонная окончательность. — Он может поговорить с их родителями, и если происходит что-то ещё, они узнают об этом таким образом.

Рон проворчал, но кивнул.

Невилл коротко кивнул в знак благодарности.

— Спать, — объявил Гарри. — У нас ранний подъём. — Он направился к своей кровати, и остальные последовали к своим. Симус беспорядочно пошатывался, чтобы просто броситься поверх одеяла.

Свет погас, и Гарри перевернулся, взбивая подушку в более удобное положение. Мог ли Рон быть прав, задавался он вопросом. Он покачал головой. Крауч умён. Если бы он был Краучем, то выбрал бы студента, у которого нет видимой связи ни с кем из альянса. Фактически — кого-нибудь, кто ни с кем не особо дружит и может оставаться в тени…

Гарри тяжело нахмурился.

Он не мог представить, что Крауч займёт место первокурсника… нет, Крауч не сможет скрыть свои знания, а значит, он прячется на старших курсах. Вероятно, в Слизерине или Когтевране — там, где продвинутые знания заклинаний не вызовут подозрений…

Громкий храп слева успокоил его скачущие мысли. Он не уснёт, пока не поговорит с Сириусом и не поделится с ним своими подозрениями. Он выскользнул из-под одеяла и схватил мантию. Пошлёпал босыми ногами к двери спальни и открыл её.

Чёрный Грим на площадке немедленно поднял голову. Гарри вышел из комнаты и тихо притворил за собой дверь.

Сириус тотчас же сменил облик. — Что случилось?

— Можем мы вернуться в наши комнаты? — срочно спросил Гарри. — Мне нужно поговорить с тобой.

Сириус серьёзно кивнул, и Гарри с облегчением вздохнул, пока они спускались по лестнице.

* * *

Сириус поднял бровь, когда Гарри запнулся и остановился.

Он откашлялся.

— Итак, давай подведу итог, просто чтобы убедиться, что всё правильно понял, — начал он. — Ты пошёл ночевать в спальню мальчиков и в итоге пресёк пьяную попытку слежки за Сью и Ханной, пообещав поднять передо мной вопрос о том, что они могут быть частью схем Крауча?

Гарри кивнул и отхлебнул из кружки с горячим шоколадом, которую Добби дал ему, как только они с Сириусом вошли в их привычные комнаты в Хогвартсе. Сириус сделал глоток из своей кружки и откинулся на плюшевые подушки дивана в гостиной.

— Но потом ты задумался о том, кем, скорее всего, является Крауч, и составил… профиль. — Сириус поджал губы. С логикой Гарри было трудно поспорить.

— Ты думаешь, я прав, не так ли? — сказал Гарри.

— Думаю, у тебя есть очень правдоподобная теория о том, что Крауч — один из семикурсников, — подтвердил Сириус. — Я поговорю с деканами утром — ну, позже этим утром; вероятно, мы сузим круг до тех, кто независим и потенциально ни с кем не дружит.

— Но доказательств нет, — вздохнул Гарри, проводя рукой по лицу.

— Проверка на контрабанду прошла примерно так, как мы и ожидали: ничего не нашли. — Сириус сделал жест кружкой. — Ну, кроме небольшого количества алкоголя, кое-каких вещей для розыгрышей и одного кошмарно пушистого кролика, которого кто-то держал в качестве питомца. И он определённо не отображается на карте.

— Значит, у него всё ещё где-то спрятан исчезающий шкаф. — Гарри прикусил губу.

— Если мы сузим круг подозреваемых, сможем следить за ними, — сказал Сириус. — Снейп думает, что Крауч будет пытаться нести своё дежурство, пока он занимается зельем, по мере возможности. Если так, мы поймаем его за использованием шкафа и установим его личность.

Сириус всё ещё не мог решить, стоит ли оставлять Крауча на месте, если они его опознают. У обоих вариантов были свои плюсы и минусы. В глубине души Сириус хотел, чтобы Крауча арестовали или уничтожили. Он поморщился. Время для решения быстро приближалось, и принимать его было не только ему одному.

Гарри зевнул.

— А что насчёт Сью и Ханны?

— Я не думаю, что кто-то из них — Крауч или находится под его заклинанием, — рассеянно ответил Сириус, его мысли всё ещё были заняты тернистым вопросом о том, что делать, если они найдут Крауча.

— Я тоже, — многозначительно сказал Гарри, — я имею в виду… Рон был прав, что с ними что-то не так.

— Я поговорю с Леонардом и Ричардом, — сказал Сириус. — Вероятно, девочки реагируют на нападение на Сью, но, похоже, справляются с этим нездоровым образом.

Гарри кивнул, облегчение залило его усталое лицо.

— Можем мы просто остаться здесь сегодня?

Сириус внимательно посмотрел на Гарри и с хмурым видом прочёл тревожную надежду, написанную там. Хорошо, что Гарри чувствовал, что может расслабиться в убежище их комнат; плохо, что Гарри не чувствует себя комфортно, возвращаясь в спальню.

— Ты не хочешь идти обратно? — мягко спросил Сириус. — Проснуться с остальными завтра?

Гарри покачал головой.

— Уже поздно, и… у них у всех будет похмелье.

— Это так, — вздохнул Сириус и кивнул. — Иди тогда. В постель. Я попрошу Добби забрать то, что ты оставил в спальне.

Гарри бросился вперёд и быстро обнял Сириуса, прежде чем выкрикнуть бодрое «спокойной ночи» и взбежать по лестнице прежде, чем Сириус успел набрать воздуха, чтобы пожелать ему того же.

Похоже, первая попытка снова приучить Гарри к Гриффиндору потерпела оглушительный провал. Сириус вздохнул и направился к своей кровати.

Следующее утро принесло с собой шквал активности, поскольку Сириус возвращался к рутине жизни в Хогвартсе. Гарри проспал допоздна, наспех позавтракал и отправился на учёбу в компании Билла Уизли, едва обмолвившись словом об их ночных разговорах. Пенни прибыла ровно в девять, и Сириус без промедления взялся за гору работы, которая его ждала. Он отправил приглашение на ужин Эбботам и Боунсам, прежде чем погрузиться в бумаги, которые Пенни отложила для него.

День пролетел в мгновение ока. Отпуск в Европе и свадьба означали, что дел накопилось более чем достаточно. Сообщения деканам факультетов, два звонка по зеркалу с Ремусом внесли ясность в некоторые вещи, и слишком скоро Сириус желал Пенни доброго вечера, когда вернулся Гарри с новостью, что Невилл расстался с Ханной за обедом.

Сириус отправил его переодеться для Военного Совета как раз в тот момент, когда Добби приветствовал гостей из Министерства у двери; Корнелиуса, Берти и Амелию. Альбус тоже был тут как тут, прибыв вместе с Аластором и Снейпом. Несколько минут спустя прибыла Минни и также была отправлена в кабинет. Сириус подождал, пока Гарри присоединится к ним, прежде чем вызвал Ремуса по зеркалу и начал встречу.

— Мы почти у цели, — начал Сириус. — С тех пор как мы взялись за это, мы добились хорошего прогресса; большинство сокровищ, которые мы искали, найдено. — Он кивнул Берти. — Только змея остаётся возможным якорем для Волдеморта в этой жизни. Охота за сокровищами устранила все прочие.

Амелия подняла чашку в сторону Берти, и он принял похвалу наклоном головы.

— Буду скучать по молодому Биллу, когда он вернётся к гоблинам, — с тоской признал Берти. — Он и Каро проделали превосходную работу. — Он сделал паузу. — И мы также должны помнить Лоуренса.

— Он не будет забыт, когда это закончится, — мягко пообещал Сириус. Он повернулся к Корнелиусу. — Наша силовая игра в Визенгамоте тоже многое принесла.

Корнелиус просиял.

— Наши цели достигнуты, — самодовольно заявил он. — Альянс Поттеров удерживает большинство; мы протолкнули законы о существах и магических расах с улучшением отношений по всем направлениям. Наши новые законы о магглах вступят в силу в течение ближайших пары месяцев. Финансово мы начинаем восстанавливать стабильность государственного бюджета. — Он резко кивнул. — Мы в хорошем положении.

— Без тебя, Корнелиус, у нас бы ничего не вышло, — искренне сказал Сириус, и Корнелиус приосанился от похвалы. — И я бы согласился с тем, что наши цели достигнуты. Волшебный мир меняется, и Волдеморту будет не так-то легко захватить власть. Его прежние сторонники связаны своими Метками, однако среди них мало по-настоящему беспрекословно лояльных, а поддержка среди их наследников минимальна.

— Но мы не должны недооценивать тех, кто ненавидит и возмущается нынешним ходом событий, — едко прокомментировал Снейп. — У него всё ещё есть поддержка, пусть часть её и основана на страхе.

Сириус принял замечание Снейпа кивком головы и взглянул на Амелию.

— Я знаю, ты считаешь «Пятнашки» не слишком успешной стратегией, но они помогли нам, даже если не всегда приводили к арестам и ценным сведениям.

Амелия выдохнула, но резко кивнула.

— Кое-каких успехов мы всё же добились, — признала она. — Но не стану отрицать: нужно работать лучше, если мы хотим поймать ублюдка. — Она вздохнула. — Факты таковы: главные игроки остаются на свободе — Реддл, Петтигрю, Крауч и Трэверс. Нам также, возможно, придётся добавить Амикуса Кэрроу в этот список, поскольку он ускользнул от властей на континенте и, по всей видимости, направляется в Британию.

Сириус не стал оспаривать её оценку успехов. Несмотря на то что они поймали Трэверса-старшего, обезвредили ловушку в Италии и приложили руку к арестам на Чемпионате мира, отряд провалил свою главную задачу по выслеживанию Волдеморта и его дружков. Именно миссия Грейбека по уничтожению Ремуса привела к гибели старого оборотня, и в этом столкновении отряд никакой роли не сыграл.

— Крауч, однако, является главной непосредственной угрозой, — продолжила Амелия. — Учитывая информацию профессора Снейпа, у нас есть основания полагать, что он находится в Хогвартсе с целью вмешательства в третье задание турнира и что у него есть исчезающий шкаф, позволяющий обойти защиту. Ввиду опасности, которую он представляет для студентов, нам необходимо найти его безотлагательно.

— Совершенно верно, — сказал недовольный Аластор. Сириус знал, что бывший аврор в ярости от того, что Крауч нашёл способ обойти выстроенную им систему защиты.

— Полагаю, что турнир и Хогвартс должны взять на себя долю ответственности, — прокомментировал Альбус, и в его глазах не было ни искорки. — Нам не удавалось обеспечить безопасность студентов в турнире на каждом этапе. Единственным благом стало выступление Гарри, которое, несомненно, лишило Тома победы, которой он добивался, вовлекая Гарри в турнир.

Аластор фыркнул, но больше ничего не добавил.

Губы Сириуса дёрнулись.

— Думаю, Альбусу удалось кратко изложить суть. Турнирная стратегия Гарри остаётся в силе… — он кивнул в сторону Гарри, и сын улыбнулся ему в ответ. — Однако Волдеморту удалось втянуть его в это, Хогвартс не в безопасности и не будет в безопасности, пока всё это не закончится. — Он сменил позу, слегка выпрямившись. — Что подводит нас к тому, о чём нам нужно поговорить, — к финальному этапу. — Он поочерёдно встретился взглядом с каждым членом Совета, молча устанавливая согласие, прежде чем остановился на сыне. — Гарри?

Гарри шагнул в центр свободного круга. Он был одет в простую распахнутую мантию поверх тёмной маггловской одежды: чёрных джинсов и изумрудной рубашки на пуговицах. Наряд создавал впечатление официальности, а не юности, и Сириус был горд выбором Гарри: тот усваивал, что производимое впечатление — это половина битвы.

— Мы все знаем, что есть два варианта покончить с этим, — сказал Гарри, — найти Волдеморта до третьего задания и закончить тогда, или подождать и спланировать контратаку после третьего задания. — Он сцепил руки за спиной. — Первый вариант зависит от того, найдём ли мы его до третьего задания, — это план А. Проблема в том, чтобы найти его…

— Что делает этот план чертовски маловероятным для успеха, — проворчал Аластор, его глаз вращался. — Он хорошо спрятался и не выходит на связь ни с кем, за кем мы следим.

— Мы знаем, что Крауч в Хогвартсе, — усмехнулся Снейп.

— Мы подозреваем, — поправила Амелия. — Хотя, надо признать, это сильное подозрение.

— Мы исключили учителей, все они добровольно прошли проверку личности, — удручённо сказал Альбус. — К сожалению, это оставило студентов как единственное возможное место для поиска.

— Студенты Дурмстранга и Шармбатона проверены, — грубовато подтвердил Аластор. — Поскольку у нас нет разрешения проверять наших учеников, более чем вероятно, что Крауч — один из них.

— Кстати об этом… У Гарри было несколько соображений, и мы сузили список подозреваемых на основе его профиля. — Сириус постучал палочкой по столу, и появился пергамент.

Амелия взяла его первой.

— Два когтевранца, гриффиндорец, четыре слизеринца и хаффлпаффец.

Минни мрачно кивнула.

— На основе профиля Гарри, которым Сириус поделился с деканами сегодня, это лица, соответствующие заданным параметрам. Все они оставались на Пасху; учатся на старших курсах; они… одиночки или антисоциальны и имеют мало связей за пределами школы. — Она откашлялась. — Никто из этих студентов, судя по всему, не ведёт себя нехарактерно.

— Карта также показывает всех восьмерых так, словно они и есть они сами, — подтвердил Сириус.

— Мы полагаем, что Хвост нашёл способ обойти её, — донёсся из зеркала на каминной полке голос Ремуса.

Сириус повернулся и кивнул ему.

— Или у него всегда был способ обойти её.

— Это, в общем-то, не важно, раз мы теперь знаем, что карта нам не поможет, — сказал Гарри.

Сириус кивнул.

— Даже имея этот список, найти Крауча среди них будет нелегко.

Снейп склонил голову, тёмные волосы упали вперёд.

— Если нам удастся сузить этот список, — он указал палочкой на пергамент в руках Амелии, — до одного конкретного человека, остаётся проблема: как захватить его, не подвергнув опасности другого студента, и как заставить Крауча говорить, если его возьмут. — Он сделал паузу, которая показалась Сириусу нарочито театральной. — Он безумен. Я убеждён, что он убьёт себя и всех, кто окажется рядом, прежде чем позволит нам одержать хоть какую-то победу, захватив его живым.

— Согласен, — сказал Аластор. — Крауч — это бомба с ненадёжным взрывателем, готовая рвануть.

— Тем не менее, — ледяным тоном произнесла Минни, — один из этих студентов потенциально удерживается Краучем в заложниках, пока тот использует его личность. Мы обязаны найти и спасти его.

— И Крауч убьёт его в тот момент, когда решит, что его прикрытие раскрыто, — возразил Снейп. — Студент в большей безопасности там, где его спрятал Крауч. Если мы установим, кем из студентов является Крауч, разумнее оставить его на месте под наблюдением. — Он обвёл взглядом потрясённую группу. — Со временем я, возможно, смогу получить от Крауча подтверждение того, где он держит студента, чтобы мы могли обеспечить его безопасность в конце.

Аластор громко хмыкнул.

— Я знаю, нам приходится принимать жёсткие решения, но держать невиновного взаперти месяцами ради возможного получения какой-то информации — вот этого я принимать не намерен. Я давал клятву защищать и служить, и я знаю, что сам не захотел бы сидеть взаперти как ингредиент для зелья дольше, чем необходимо, парень.

— Слушайте, слушайте, — решительно сказала Амелия.

Гарри поднял руку.

— Мы ведь не можем позволить Краучу продолжать выдавать себя за студента? Это подвергает риску слишком много людей.

— Хорошо сказано, Гарри, — сказал Ремус. — Наш первоначальный план должен состоять в том, чтобы установить личность Крауча и попытаться захватить его ради получения сведений о местонахождении Волдеморта.

— Но Северус указал на проблемы с этим планом, — заметил Альбус.

— А именно что Крауч безумен, — сказал Гарри, скрестив руки на груди.

— И опасен для окружающих, — задумчиво добавил Сириус. Он позволил взгляду остановиться на своём бывшем противнике. — Я понимаю, почему Северус выступает за тактику «установить и не трогать»: она даёт некоторую гарантию того, что студент, которого он изображает, и остальные ученики выйдут из этого невредимыми — как бы парадоксально это ни звучало.

— Может быть… — начал Гарри, в его глазах появилось то выражение, которое Сириус узнавал как признак того, что сын что-то обдумывает; разгадывает головоломку.

— Что? — нетерпеливо потребовал Снейп.

Гарри слегка раздражённо посмотрел на него, но, кажется, проглотил всё, что готово было слететь с губ. Он сглотнул и начал снова. — Послушайте, главная причина для вычисления Крауча — в том, чтобы он привёл нас к Тому, но он безумен, и он не позволит нам сделать это ни через слежку, ни через захват.

— Полагаю, мы уже высказали эту мысль, Поттер, — резко сказал Снейп.

Тут уже Сириус смотрел на него с раздражением; Гарри закатил глаза, явно привыкший к такому обращению со стороны профессора.

— Значит, план А с использованием Крауча — провален, — просто сказал Гарри. — Это тупик. Нет смысла преследовать Крауча с целью, чтобы он привёл нас к остальным. — Он остановил Амелию поднятой рукой, когда та собралась заговорить. — Нам нужно искать его только затем, чтобы помочь тому, кого он держит в заложниках.

— В этом есть полный смысл, Гарри, — одобрительно сказала Минни.

— Тактически грамотно, парень, — подтвердил Аластор.

Альбус счастливо улыбнулся.

— У тебя есть идея, Сохатик? — с гордостью подсказал Сириус, игнорируя слегка кислый взгляд Снейпа на похвалу Гарри другими.

— Думаю, да, — сказал Гарри, поправляя очки. — Если мы предположим, что он — один из восьми, тогда, если они согласятся, мы попросим домового эльфа незаметно следить за каждым из них в следующий раз, когда профессор Снейп уйдёт заниматься зельем. Я знаю, что для домовых эльфов есть определённый риск, но на них никто не обращает внимания, и он не задумается дважды над домовым эльфом, убирающимся рядом с ним, если и заметит такого.

— Думаю, риск будет приемлемым, — задумчиво сказал Альбус. — Мы можем лишь попросить их участвовать.

— Значит, домовые эльфы установят, кто из восьми покидает Хогвартс через исчезающий шкаф, — пробормотал Берти.

— Что поможет нам обнаружить проклятую вещь, раз прошлой ночью нам не повезло, — сказал Аластор.

— В любом случае, как только мы узнаем, кто это, мы позволим ему вернуться в замок и попросим домовых эльфов продолжать следить за ним, так что он, надеюсь, приведёт их туда, где держит своего заложника, — продолжил Гарри. — Затем, ранним утром, мы попросим профессора Снейпа вывести его из Хогвартса под предлогом того, что его раскрыли, пока другая команда спасает заложника.

— Это сопряжено с определённым риском для профессора Снейпа, Гарри, — заметил Альбус.

— Но это оправданный риск, если мы хотим спасти ребёнка, которым притворяется Крауч, — возразил Снейп, удивив Сириуса — и Гарри, который на мгновение округлил глаза, пока не скрыл это, покачав головой.

— Итак, мы договорились? — спросил Сириус, бросая на Гарри гордый взгляд. — Отказываемся от Крауча как от плана А и сосредотачиваемся на спасении заложника?

Послышался одобрительный гул со всех сторон.

— После этого нам придётся закрыть школу на карантин, — предупредил Аластор. — Никаких посещений Хогсмида, и никто не выходит без проверки личности при возвращении.

— Думаю, мне удастся убедить Попечительский совет в необходимости такого шага, как только у нас будут доказательства того, что Бартемиус столь легко похитил студента, — грустно сказал Альбус.

— Значит, я правильно понимаю, что это фактически закрывает план А ещё до того, как мы начали? — спросил Ремус из зеркала. — Других зацепок у нас нет.

— К сожалению, я разделяю вашу оценку, — сказал Берти.

— А что насчёт мисс Саммерс? — спросила Амелия, поставив чашку со стуком. — Он очень не хочет, чтобы у неё была возможность поговорить с нами.

— Сомневаюсь, что он беспокоится о том, что она выдаст его нынешнее местонахождение, — ответил Снейп. — С тех пор как мы её нашли, он переезжал несколько раз.

— Скорее всего, это как-то связано с ритуалом, — сказал Берти. — Он боится, что она раскрыла нечто, дающее нам преимущество.

— Ну, если мы откладываем план А до появления хоть какой-то зацепки насчёт его местонахождения, правильно ли я говорю, что ритуал сыграет большую роль в плане Б? — спросила Амелия.

Гарри махнул рукой в сторону себя.

— План Б состоит в том, что мы позволяем событиям идти своим чередом с третьим заданием, и Том пытается схватить меня.

Сириус почувствовал, как у него перехватило дыхание — точно так же, как перехватывало каждый раз при мысли о том, что Гарри похитят и используют в ритуале. Он ненавидел эту идею. Ненавидел её. Словно Гарри почувствовал его мысли, сын подошёл ближе и встал рядом с ним.

— Мы можем использовать меня как приманку, и когда он заберёт меня, я приведу нас к нему, — просто сказал Гарри. — Он проводит ритуал. Мы берём его и всех, кто ему помогает.

Никто в комнате не выглядел довольным.

— Глупое гриффиндорское безрассудство, — пробормотал Снейп себе под нос, достаточно громко, чтобы его слова были слышны.

— Ты соглашаешься на это? — резко спросил Альбус, всё его внимание было направлено на Сириуса.

Сириус тяжело вздохнул. — Хочу ли я этого? Нет. Я предпочёл бы потратить время между сейчас и тогда на попытки осуществить план А, чтобы до этого никогда не дошло. Я не хочу, чтобы Гарри использовали как приманку. — Он ответил так же резко, как был задан вопрос. — Я не хочу, чтобы эта мерзость была где-то рядом с моим сыном.

— Но это самый простой способ поймать Реддла в ловушку, — тихо сказал Берти.

— И это возможность, к которой мы можем подготовиться — так же как мы знали, что они нанесут удар по свадьбе, — добавил Ремус.

— Но это возможность, в которой мы можем победить? — прямо спросила Амелия.

— Я не собираюсь проигрывать, — сказал Гарри, встречая её взгляд.

В его юных глазах была твёрдая решимость, и Сириус почувствовал, как его переполняет гордость, даже когда сердце сжималось от тревоги.

— И вот это, дамы и господа, — сказал Сириус, кладя руку на плечо Гарри, — наш финальный этап.

Гарри победит этого ублюдка, мрачно подумал Сириус, потому что любая иная возможность была просто такой, с которой Сириус жить не мог.