Тропой василиска (джен)

Внимание служащего серпентария привлекла необычная семья. Двое мальчиков и их родители. Отец семейства — тучный мужчина с блеклыми жидкими волосами, пушистыми моржовыми усами и невыразительными водянистыми глазами. Его супруга, дамочка с агрессивно выступавшим острым подбородком, чопорно поджатыми губами и ярким маникюром, который совершенно не подходил к платью — в объемах же она уступала мужу раза в три. Мальчишки совершенно не походили на родных братьев. Один точно оказался в отца: слишком упитанный для своих лет. Бесцветные бегающие глазки и капризная гримаса выдавали избалованного, наглого ребенка. На полосатой рубашке расстегнутые верхние пуговицы: не из-за жары, а ради спасения маленького толстяка от удушья. Второй мальчик не был похож ни на одного из взрослых. Ни по внешности, ни даже одеждой: растянутый воротник ветхой футболки, неподходящая по размеру рубашка, болтающиеся на широком ремне брюки, истоптанные ботинки. За стеклами заношенных очков блестели ярко-зеленые глаза. По сравнению с остальными, мальчик выглядел действительно заинтересованным.

Дурсли взяли Гарри в зоопарк. Не от большой любви, и не для того, порадовать племянника, совсем нет. Дело было даже не в самом Гарри. Случилось так, что его кузен Дадли недосчитался двух подарков на свой день рождения. Во избежание нервного срыва у «ненаглядного сыночка», чета Дурслей приняла единственно верное решение: поехать на увеселительную прогулку в зоопарк, где под шумок докупить отпрыску подарков. А Гарри Поттера нельзя оставлять дома одного. В такие желанные минуты уединения, пока никто не видит, мальчишка непременно должен «шастать по дому», стараясь «что-нибудь испортить, сломать или разбить», и вообще он «ненормальный». В отличие от Дадли, который за пятнадцать минут разорил родителей на Сникерс, сладкую вату, гамбургер и диетическую колу, Гарри купили самое дешёвое мороженое за сорок пенсов. По иронии судьбы с лакомством Дурсли угадали: лимонное, с кусочками фруктов, Гарри любил больше всего. Кроме того, дядя Вернон строго-настрого запретил «использовать свои ненормальные фокусы», пригрозив запереть в чулане. И хотя малыш прожил в тесном и пыльном закутке, гордо именуемым чуланом, всю сознательную жизнь, голодать в заточении три дня не хотелось.

Поэтому Гарри, сосредоточенно обсасывая тающий лед, стоял перед витриной серпентария, где за толстым стеклом спал удав. Рядом долбил в перегородку пухлой ручонкой Дадли, из последних сил пытаясь добиться ответной реакции от змеи. Нужно заметить, посетители в радиусе пяти, а то и десяти метров, давно обратили внимание на бесплодные попытки невоспитанного толстяка и осуждающе качали головами, многие хмурились, но опасались связываться с китоподобным родителем. Наконец папаша оттащил Дурслика, и они ушли смотреть на кроликов, которые выражали свою жизнедеятельность куда более активно, чем спящий удав. Теперь Гарри мог понаблюдать за животным в спокойной обстановке. Он внимательно разглядывал перламутрово-кофейные кольца свернувшегося боа и, скользя пальцем по прозрачному стеклу, незаметно для себя начал с ним говорить:

— Привет... Тебе тут совсем скучно? Все приходят, смотрят, тычут пальцами, — чуть слышный шепот полностью заглушила проходившая толпа школьников. Но Гарри продолжал говорить — он делал это скорее для себя, и потому совсем не заметил, что за ним внимательно наблюдают. — Как ты можешь так спокойно лежать? Или тебе, наверное, не слышно: стекло-то такое толстое? А у тебя есть семья? Ты по ним скучаешь? Откуда ты? — мальчик поднял глаза и вздрогнул: змея подняла голову и, не мигая, смотрела ему в глаза, в то время как хвост определенно куда-то показывал. Проследив направление, Гарри увидел табличку

«Боа-констриктор. Длина — 270 см. Вес — 30 кг. Самец. Возраст — 8 лет. Обитает в амазонских джунглях. Бразилия, Южная Америка».

Именно то, что Гарри Поттеру было всего девять лет, когда он пошел в зоопарк, можно считать волей провидения. Это поистине чудесный возраст! Это время, когда не задумываясь разговариваешь с животными, пусть и с огромным трехметровым удавом, который способен проглотить тебя целиком и не подавиться. Тогда как любой человек чуть постарше удрал бы с криками и визгом к администратору, психиатру или упал в обморок, девятилетний Гарри Поттер просто спросил: «Ты меня слышишь?»

Удав кивнул в ответ. Мальчик снял очки (у него немного тряслись руки), протер их полой рубашки и заинтересованно заметил:

— Я понимаю тебя, ты понимаешь меня. Ты знаешь английский?

Боа кивнул снова. Гарри потрясенно уставился на него. Это могло поразить кого угодно: удав из Бразилии понимал и говорил по-английски! Странно, ведь в Бразилии говорят по-португальски, Гарри слышал по телевизору, и удав тоже должен говорить по-португальски! Гарри не настолько любил португальское телевещание и не воспринимал коренных бразильцев на слух, но язык должен быть не такой как английский. Нет, невозможно! Зеленоглазый ребенок восторженно прошептал:

— Ты что, знаешь два языка?!

В ответ он услышал неровный свистящий звук, а голова собеседника мелко затряслась, словно от смеха.

Тут мальчика сбил с ног вернувшийся Дадли. С криком «Пап, смотри, оно шевелится!» толстяк замахнулся для повторения номера «разбуди пожарный шланг», но его намерениям не суждено было осуществиться. Рука прошла по воздуху, потому что стекло толщиной в полдюйма куда-то исчезло. Лишенный ожидаемой точки соприкосновения, Дурслик по инерции пролетел через ограждение и попал прямо в прудик. В серпентарии раздались дикие вопли: Петуния увидела, что её «сладенький Дадличек» подан в качестве закуски к ужину амазонского боа. Те же вопли плавно перетекли в истерику, когда удав выполз наружу, а стекло самым волшебным образом появилось снова, надежно изолируя обезумевшего от страха Дадли. Петуния разрывалась между двумя низшими инстинктами — сохранением потомства и спасением себя любимой (желание забраться на ближайший стол и продолжать истошно вопить становилось непреодолимым). Обстановку разрядил отец семейства:

— Гарри Поттер!! Ты гадкий мальчишка! Что ты опять натворил! — брызжа слюной не хуже бешеного бульдога, орал дядя Вернон. Схватив мальчика огромными волосатыми ручищами за грудки, Дурсль почти прижал его к стенке. — В чулане! Понял, ненормальный, я запру тебя в чулане! И ты никогда — слышишь, больше никогда оттуда не выйдешь!

Сзади постучали по плечу. Разъяренный Дурсль развернулся. Перед ним стоял представительный молодой человек в форме консультанта. С вежливой рабочей улыбкой он произнес:

— Прошу прощения, ситуация находится под полным контролем администрации зоопарка, сейчас сюда прибудет дежурная бригада. Вашему ребенку ничего не угрожает. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

— Какое спокойствие?! Вы!... вы!... Если моего сына сейчас же не вытащат из этой проклятой клетки, я подам на вас в суд!

Служащий нехорошо улыбнулся и, пристально смотря в глаза возмущенному мужчине, медленно отчётливо произнес:

— Мистер Дурсль, всё в порядке. Через минуту вы заберете сына из зоопарка и отправитесь домой. Гарри Поттер ни в чем не виноват, понятно? — изумрудные глаза консультанта сверкнули, и, к безмерному удивлению Гарри, дядя послушно кивнул. В неясном оцепенении дядя Вернон молча снял супругу со стола, подождал, пока вытаскивали Дадли, и, сделав Поттеру знак следовать за ним, пошёл к выходу. Мимо мальчика прополз боа. Подняв голову на один уровень с головой человека, он прошипел:

— Насследник, я признателен тебе зза долгожданное освобождение. Да пребудет с тобой сила Медиума. Как я могу отблагодарить тебя?

Гарри смущенно взъерошил волосы и ответил:

— Да не за что, мистер...?

Удав заинтересованно посмотрел на него:

— Мое имя Иррах, Насследник.

Малыш немного смутился. Ну чем удав мог его отблагодарить? Мальчик заметил, дядя с тетей никуда не торопились, а отстранённо наблюдали за парой кузнечиков. Мда, интересный был денёк. Чтобы не искушать судьбу, Гарри поторопился и выпалил первое, что пришло в голову.

— Можешь иногда забегать ко мне, ой, я хотел сказать, заползать. И друзей приводи, вместе будет веселей.

Иррах благодарно поклонился.

— Сспасибо, Насследник, это большая чессть. Я призову вам Короля. До встречи, Насследник.

* * *

В дальнем конце залы служащий серпентария довольно усмехнулся, глядя на оглушённого мистера Дурсля, идущего к машине, и Гарри, который вприпрыжку догонял почтенное семейство.

«У тебя достойный Наследник, Эриш — ты оказался прав. Со временем он займет свое место в Кругу Медиумов. А пока я присмотрю за ним».

Тряхнув черными как смоль волосами, мужчина вернулся к заполнению бланков.