План Мародера (джен)

#небечено

— СДАЮСЬ! — выкрикнула Каро, задыхаясь от смеха: Гарри обрушил на неё мощное заклинание щекотки.

Биллу стоило немалых усилий уворачиваться от верёвочного заклинания Гарри и при этом не расхохотаться до слёз при виде Каро, корчившейся на полу Выручай-комнаты.

Он юркнул за ближайший диван и пустил в Гарри оглушающее. Гарри нырнул через кресло в укрытие, и заклинание врезалось в мебель, отшвырнув её в сторону.

Гарри послал в Билла ещё одно оглушающее; Билл успел пригнуться и попасть в Каро манящими чарами — её проволокло по полу прямо к нему. Он тут же произнёс «Фините», и Каро перестала смеяться, вытирая мокрое лицо и жадно хватая ртом воздух.

Билл выпустил вверх сноп искр.

— Всё! На сегодня хватит!

Гарри не сдвинулся с места, но колдовать перестал.

— А какая там парольная фраза про белый флаг?

Билл ухмыльнулся. В одной из их первых дуэлей он огрел Гарри сглазом сразу после объявленного тайм-аута — а потом объяснил, что Пожиратели Смерти играть честно не станут, так что Гарри должен быть настороже, даже если кто-то объявит тайм-аут или сдастся.

— Красный — мой цвет! — крикнул Билл.

Гарри вышел из укрытия, а Билл поднялся и протянул Каро руку.

Каро благодарно ухватилась за неё и метнула в Гарри недовольный взгляд.

— Ты переборщил с этим заклинанием щекотки.

Гарри покачал головой и ухмыльнулся ей в ответ.

— Зато уложил и вывел из строя.

— Чёрт побери, — выругалась Каро, отряхивая чёрные штаны.

— Тактика была хорошая, — признал Билл. — Ты в порядке, Каро?

— Задета только моя гордость, — с досадой признала Каро и убрала с глаз выбившуюся прядь.

Билл вдруг отчётливо осознал, что на Каро надеты только обтягивающие чёрные леггинсы, укороченный топ и кроссовки. Вспотевшая, с влажной кожей, она выглядела очень соблазнительно…

Гарри откашлялся.

Билл покраснел и обернулся к подростку, который теперь откровенно ухмылялся.

— Ладно, Гарри, что ты мог бы сделать ина…

По школе прокатился оглушительный грохот, и на мгновение показалось, что Хогвартс содрогнулся.

— Что это, чёрт возьми, было? — требовательно спросила Каро.

Билл перехватил рванувшего к двери Гарри.

— Держись за мной! — Он знал: бесполезно уговаривать подростка остаться в комнате. — Если ты вот так выскочишь, Сириус снимет с меня голову.

Гарри коротко кивнул.

Они приоткрыли дверь и выглянули в коридор. На первый взгляд всё было в порядке, но портрет напротив оказался пуст.

Билл сжал палочку и решительно двинулся к окну. Он выглянул наружу и заметил дым. Лазарет!

— Все ученики — в свои гостиные! Все ученики — в гостиные своих факультетов! — разнёсся по школе голос Дамблдора; в усиленном тоне отчётливо слышались тревога и беспокойство.

— Лазарет горит, — отрывисто сообщил Билл Гарри и Каро. — Гарри, надо отвести тебя обратно в твои комнаты!

— Иди помогай, — быстро сказал Гарри. — Каро меня проводит.

Каро кивнула и легонько подтолкнула Билла.

— Беги!

Билл бросил ей благодарный взгляд и рванул к лазарету. Он мчался вниз по лестницам и по коридорам, пока не оказался перед его дверями. Минерва и Филиус уже были там и колдовали. Билл выругался при виде дыма, сочившегося из-под дверей, и присоединился к ним, узнав движения палочек: чары, сдерживающие огонь, и трансфигурация двери в стекло, чтобы видеть, что происходит внутри.

— Где все остальные? — требовательно спросил Билл, добавляя чары, рассеивающие дым, и направляя их под дверь.

— Директор снаружи: разбирается с разрушениями и удерживает защитные чары, — резко сказала Минерва.

— Элен, Поппи и четверо учеников внутри, — беспокойно добавил Филиус.

Топот бегущих ног заставил Билла резко развернуться — палочка была наготове, чтобы встретить угрозу. Он с облегчением увидел Сириуса и Снейпа.

— Грюм отправился на помощь директору, — сообщил Снейп остальным.

Внезапно дерево стало стеклом, и все они, заглянув внутрь, застыли.

Внешняя левая стена лазарета попросту раскололась посередине; сквозь трещину сочился солнечный свет с улицы, и сама трещина тянулась через весь пол до внутренних помещений. Внутренняя же стена полыхала; дым и пламя образовывали сплошную огненную завесу.

— Там! — Сириус указал палочкой.

Под кроватью, как можно дальше от огня, жались друг к другу Поппи и двое учеников.

Билл и Сириус переглянулись и одновременно подняли палочки. Билл наложил на них обоих чары головного пузыря, а Сириус развеял двери потоком мощной магии, от которого задрожал воздух.

Они нырнули внутрь, краем сознания отмечая, как Снейп, Минерва и Филиус перемещаются и накладывают заклинания, чтобы сдержать жар и дым.

Сириус отбрасывал всё, что попадалось на пути, и вскоре они затормозили и опустились на колени, чтобы заглянуть под кровать.

Кровать оказалась мокрой на ощупь: Поппи, понял Билл, наверняка облила её водой, чтобы та не вспыхнула.

— Забирайте детей! — скомандовала Поппи, подталкивая к ним двух второкурсников.

Сириус подхватил истерически плачущую девочку, а Билл — мальчика.

— Мы сейчас же вернёмся за тобой, Поппи, — строго сказал Сириус.

Билл наложил головной пузырь и на неё, и её лицо смягчилось от облегчения. Она кивнула.

Они поспешили обратно через палату и передали учеников Минерве, которая увела детей по коридору.

— Быстрее! — закричал Филиус. — Мы это не удержим!

— Забери Поппи! — немедленно приказал Сириус, бросаясь к Снейпу и помогая с подавляющими чарами.

Билл ринулся обратно в лазарет и во весь опор помчался в дальний конец палаты. Поппи увидела его и начала выбираться из-под кровати. Он ухватил её, шикнул — и поднял на руки.

Когда он пробирался обратно, трещина застонала, и окна разлетелись градом смертоносных осколков.

Билл понимал, что не успеет поставить щит; что ни Сириус, ни Филиус, ни Снейп не смогут прийти ему на помощь…

Он двинулся, подставив спину окнам и закрывая собой Поппи, насколько мог, пока та слабо протестовала…

И его ничего не задело.

Билл изумлённо поднял голову.

— ШЕВЕЛИСЬ, БОЛВАН ТЫ ЭДАКИЙ! — закричала Каро из дверного проёма. Палочка была у неё наготове, и Билл сразу понял: щит поставила именно она.

Билл выпрямился, поудобнее перехватил Поппи и поспешил наружу. Трое других волшебников, не мешкая, двинулись следом.

— Вы должны вернуться! — настойчиво сказала Поппи, отталкивая Минерву, когда та попыталась начать диагностические чары. — Элен была в отдельной смотровой с двумя студентами-хаффлпаффцами!

Билл усадил её на ближайшую скамью и вернулся к Сириусу, который стоял у дверей, оценивая обстановку. Тот покачал головой.

— Здесь не пройти!

Поппи вскрикнула.

Внезапно голубая волна магической энергии, звеневшая подписью Альбуса Дамблдора, прокатилась над ними и хлынула в лазарет. Она задушила пламя и развеяла дым, оставив после себя лишь тишину и опустошение, учинённое огнём.

— Хвала Мерлину! — пробормотала Минерва, убирая выбившиеся из причёски волосы. Она утешающе сжала плечо Поппи. — Сириус, Элен…

Билл обменялся с Сириусом молчаливым взглядом, и они оба направились обратно внутрь. Билл чувствовал, что Снейп идёт следом.

Обугленная и оплавленная обстановка являла собой мрачное зрелище, а осыпающиеся внутренние стены потрясали масштабом разрушений. Они осторожно пробрались через полуобвалившийся дверной проём в небольшой коридор с отдельными палатами.

Сразу стало ясно, откуда начался пожар: у комнаты в конце трещины дверь была чёрной. Один взгляд внутрь — и Билла замутило.

Комнату разнесло в клочья и выжгло. Нечто, лежавшее на том, что когда-то было кроватью, превратилось в небольшую горку пепла. По потолку и полу разбегалась паутина трещин; одна из внутренних стен наполовину обрушилась.

Сириус крепче сжал палочку.

— Это была комната эльфа. — Он произнёс заклинание, знакомое Биллу по аврорскому справочнику, — криминалистическое обнаружение. — Взрывное устройство было здесь, но присутствует только эльфийская магия.

— Крауч, — прорычал Снейп, и Билл вспомнил, как прошлым летом Крауч использовал свою эльфийку, чтобы терроризировать Гарри.

Сириус мрачно кивнул.

— Должно быть, он раздобыл нового эльфа и решил, что прежняя ему больше не нужна.

Снейп указал палочкой вглубь коридора.

— Сюда.

Первая отдельная смотровая была пуста; вторая — тоже; в третьей нашлись следы того, что ею пользовались, но и там никого не оказалось.

Сириус поджал губы и наложил аврорское заклинание обнаружения.

— Использовали портключ.

Билл кивнул и вытер лоб.

— Значит, они в безопасности, верно?

Снейп медленно кивнул.

— Хотя мне неясно, как им удалось обойти антипортключевую защиту.

Билл с облегчением выдохнул.

Двое эльфов появились с хлопком и принялись приводить смотровую в порядок. Осторожно пробравшись наружу, волшебники увидели, что потрёпанная группа профессоров в коридоре лишилась Поппи, Минервы и студентов, зато к ней присоединились директор и Грюм.

— Мы полагаем, доктор Джордан переместилась портключом? — быстро спросил Сириус.

— Из-за взрыва защита вокруг лазарета на мгновение дала сбой. У доктора Джордан есть портключ в клинику Долины Целителей на случай чрезвычайных ситуаций, так что она уже должна быть там с двумя подопечными, — серьёзно подтвердил Дамблдор. — Они вернутся через неделю.

— Уже что-то, — не скрывая облегчения, сказал Сириус. — Поппи?

— Незначительные травмы, — ответил Дамблдор. — Как и у двух её подопечных. Минерва отвела их в запасной лазарет у Большого зала. Она собиралась вызвать целителя из Святого Мунго, чтобы тот их осмотрел. — Он тяжело вздохнул. — Взрыв повредил противопожарную защиту, но теперь она восстановлена. Все прочие чары выдержали, повреждения в основном поверхностные. Эльфы всё приведут в порядок к завтрашнему дню. Придётся пополнить запас зелий, но мы можем запросить экстренную поставку у Святого Мунго.

— Полагаю, ДМП уже в пути. — Сириус повернулся к Грюму, и тот кивнул. — Скажи им, что взрывное устройство в комнате эльфа оставил другой эльф. Я точно знаю, чёрт побери, что это был не Добби, так что…

— Значит, Крауч раздобыл себе другого для грязной работы, — прорычал Грюм.

— И чтобы скрыть свою личность, — вкрадчиво добавил Снейп.

Дамблдор откашлялся.

— Пози?

Эльфийка появилась мгновенно.

— Я полагал, что защитные чары закрывают доступ всем эльфам, кроме хогвартских. Известно ли тебе о каких-нибудь других эльфах, что побывали в школе? — мягко спросил Дамблдор.

— Много студентских эльфушков приходят и уходят. Эльфушки студентиков считаются хогвартскими эльфушками, Хозяин Дамблидор, — тут же ответила Пози, шевеля ушами.

— Мерлиновы драные яйца! — взорвался Грюм.

— Аластор! — с укором начал Дамблдор. — Здесь же дама…

— Вот тут ты прав, Грюм, — согласилась Каро.

— Есть шанс, что дело не только в том, чтобы избавиться от эльфа? — спросил Грюм у Снейпа.

Снейп изящно пожал плечами.

— Он безумен. Возможно всё.

Лицо Грюма стало ещё мрачнее.

— Нам нужно проверить все классы и общие помещения. Он мог велеть своему эльфу заложить ещё взрывчатку.

Дамблдор серьёзно кивнул.

— Пози, пусть эльфы проверят всё, что может взорваться, и немедленно доложат профессору Грюму. И ограничь доступ в Хогвартс только школьными эльфами и эльфами Блэков.

Большая голова Пози качнулась, и она исчезла.

— Я лучше пойду заберу сына, пока он не протёр ковёр до дыр, расхаживая взад-вперёд, — сказал Сириус.

— Спасибо тебе, Сириус, и тебе, Уильям. — В глазах Дамблдора блеснули тёплые искорки. — Ваша помощь была неоценима.

Билл зашагал в ногу с Сириусом и улыбнулся, когда Каро пристроилась к Сириусу с другой стороны. Она подмигнула Биллу, и тот признательно улыбнулся в ответ. Надо будет купить ей что-нибудь в благодарность за щит — может, сводить её вечером в это самое… кино, с которым она его познакомила? Огромный экран с исполинской движущейся фотографией, разворачивающей целую историю… Это было потрясающе. Чем не план?

— Всем студентам собраться в Большом зале на обед! Будут объявления! Всем студентам… — снова раздался голос Дамблдора.

Билл пропустил мимо ушей ворчание Сириуса — мол, директор нарочно всё подгадал, зная, что Сириус как раз идёт к Гарри, — и снова погрузился в мысли о своих планах на будущее.

* * *

Барти с трудом сдерживал дикий смех, следуя за остальными равенкловцами к своему столу. Он устроился между шестикурсниками и Натали Уоррен, через одно место от неё, уверенный, что в тени обворожительной старосты школы его никто не заметит.

Он не обращал внимания на жаркие перешёптывания за столом, где спорили о случившемся и его значении. Вместо этого он смотрел, как в зал входят гриффиндорцы — и Поттер среди них, держа эльфа за руку. Барти сохранял бесстрастное выражение лица. Это был тот самый эльф, что присматривал за Винки, и явно — собственный эльф Поттера. Жаль, что его взрыв не зацепил этого мелкого паразита.

Блэк поспешил внутрь вместе с наследником Уизли и светловолосой фигуристой женщиной, привлёкшей не один взгляд своим откровенным нарядом. Поттер вскочил поприветствовать их, и они подсели к нему за гриффиндорский стол.

Преподаватели прошествовали в зал, но остались стоять перед своими местами: Грюм, МакГонагалл и персонал лазарета отсутствовали.

Дамблдор дождался тишины, прежде чем заговорить.

— Благодарю вас. Мой скорбный долг — сообщить, что сегодня на лазарет было совершено нападение. Мы полагаем, что виновник — Бартемиус Крауч-младший. Сотрудники ДМП уже на месте и прочёсывают территорию, но мы считаем, что мистер Крауч действовал через эльфа, и потому найти его будет непросто.

Барти самодовольно приосанился. Он проделал отличную работу.

По залу пронеслось бормотание.

— Доктор Джордан и мадам Помфри в безопасности, как и четверо студентов, находившихся под их опекой. К несчастью, один из эльфов, состоявших на попечении школы, был убит, — объявил Дамблдор.

Снова воцарилась тишина — если не считать жалобного воя эльфа рядом с Поттером.

— Вторичный лазарет расположен рядом с Залом, за дверью в комнату у меня за спиной. — Дамблдор махнул рукой, и появились двери, в точности такие же, как те, что вели в лазарет. — Им мы будем пользоваться по меньшей мере несколько дней, пока не удостоверимся, что главный лазарет восстановлен и должным образом оборудован.

Барти поморщился. Он как-то читал о запасном лазарете в «Истории Хогвартса», но полагал, что тот давно вышел из употребления. Неважно. Его взрыв нанёс ущерб и сослужил свою службу.

— Сейчас будет подан обед, а занятия возобновятся во второй половине дня, — провозгласил Дамблдор и удалился; следом за ним на столах начала появляться еда.

Барти опустил голову, когда за столом разразилась буря споров, и вместо этого потянулся к пастушьему пирогу у локтя. Вторая половина дня обещала быть насыщенной — ему понадобится плотный обед.

* * *

Гарри со вздохом занял своё место в кабинете Зельеварения. На самом деле ему нравилось варить зелья — он терпеть не мог только уроки Снейпа. Гермиона улыбнулась ему, когда он обернулся, и Гарри улыбнулся в ответ. Едва он снова повернулся к доске, как в класс ворвался Снейп — по обыкновению, в вихре мантии.

— Можете быть уверены: этот класс осмотрен, взрывных устройств не обнаружено, — усмехнулся Снейп. Он взмахнул палочкой в сторону доски, и там появился список ингредиентов для простого Успокаивающего зелья. — Наш лазарет нуждается в зельях, и я ожидаю безупречного исполнения. — Он снова усмехнулся. — Два часа. Можете начинать.

Гарри тут же сверился с открытым учебником и убедился, что инструкции совпадают. Он просмотрел ингредиенты для зелья и с удовольствием обнаружил, что всё под рукой. Выставил котёл, проверил, чист ли он, и вручную протёр тряпкой сам котёл, мешалку и нож, который собирался использовать. Рядом Невилл делал ровно то же самое.

Снейп прошествовал мимо, на мгновение обжигая их тёмным взглядом.

Гарри и Невилл обменялись невесёлыми взглядами и снова сосредоточились на зелье.

Нарезка и отмеривание ингредиентов действовали почти успокаивающе. Готовить у Дурслей ему почти нравилось — правда, он ненавидел стряпать, когда самому доставалась самая скудная порция. Он осторожно очистил корень лавра и опустил его в котёл, залив водой так, чтобы она его покрыла.

Он был рад, что классы обыскали, потому что нутром чувствовал: на убийстве Винки Крауч не остановится. Слишком уж подозрительным казалось совпадение: именно в тот день, когда должно быть готово зелье для пробуждения леди Саммерс, Крауч решил ударить по эльфу.

За обедом Гарри спросил у Сириуса, безопасно ли зелье, и тот пообещал переговорить со Снейпом. Этим, надо думать, и объяснялись опоздание профессора, ворчливое настроение и особое заверение, что класс безопасен.

Добби был раздавлен смертью Винки.

Он плакал и выл, и лишь через добрых несколько минут Гарри сумел успокоить его настолько, что в словах эльфа стал угадываться какой-то смысл. Гарри заверил Добби, что тот не провалил свою задачу — присматривать за Винки. К счастью, Добби согласился присоединиться к другим эльфам в поисках новой взрывчатки и, похоже, был благодарен за возможность заняться чем-то полезным.

Гарри и сам был благодарен, что Снейп тоже дал им полезное занятие: варить зелья взамен утраченных — хорошая мысль.

Внезапно прямо под высоким потолком класса возник Пивз.

— Шарики! — захихикал полтергейст и выпустил из рук охапку ярко раскрашенных сфер. Он тут же исчез с безумным уханьем.

— ЗАЩИТИТЬ КОТЛЫ! — скомандовал Снейп.

Пока одноклассники торопливо набрасывали щиты на своё оборудование, Гарри вместо этого направил палочку в пол и возвёл дуэльный щит.

Он рос всё выше и выше…

Шары опускались всё ниже и ниже…

Купол почти достиг цели…

И первый шар ударился о невидимый щит с хлюпаньем.

Лаванда закричала, Парвати — следом за ней; шар за шаром разбивался о дуэльный щит, и жидкость взрывалась поверх купола.

— ПОТТЕР, СДЕЛАЙ ПРОХОД! НА ВЫХОД! — рявкнул Снейп. — ВСЕ ВОН!

Гарри сосредоточился и сформировал небольшое отверстие в щите у двери. Он глубоко вздохнул — удерживать защиту и одновременно оставлять в ней проход оказалось тяжело даже при его силе.

Снейп торопил учеников наружу, в том числе и встревоженную Гермиону, пока в классе не остались лишь он сам и Гарри. Взмах палочки — и дверь захлопнулась, запечатав их внутри.

— Под лабораторный стол и следи, чтобы ни капли зелья тебя не коснулось, — отрывисто приказал Снейп и, следуя собственному указанию, запахнул мантию и стал опускаться на пол. — На счёт «три» убираешь щит и ставишь головной пузырь.

Гарри кивнул в знак согласия, напрягаясь, чтобы удержать щит под натиском жидкого зелья.

— Раз…

Гарри рухнул на пол и заполз под стол.

— Два…

Он сосредоточился на палочке, удерживая щит, пока…

— Три!

Гарри опустил щит и попытался наложить головной пузырь, но тот тут же дрогнул и рассыпался. Он нахмурился.

Зелье хлынуло вниз, беспорядочно разбрызгиваясь по классу. Там, где оно попадало в открытые котлы, зловеще шипело.

Но хуже было там, где оно просто падало. Ударившись о пол, зелье превращалось в белый пар.

Глаза Гарри расширились, и он попытался наложить ещё один головной пузырь, прежде чем пар доберётся до него. Когда и вторая попытка сорвалась, он понял, что под столом ему не хватает места для правильных движений палочкой. Но не успел он попробовать в третий раз, как пар накрыл его.

Он вскрикнул, когда тело начало меняться…

— Поттер! Нам надо уходить! Сработали сигнальные чары в моей личной лаборатории, и… — Снейп поднялся и направился к нему.

Корчи Гарри выбросили его из-под стола в проход. Снейп остановился, и Гарри, прищурившись, посмотрел на него снизу вверх.

Снейп в ужасе смотрел на него, его голова была запечатана в головном пузыре.

— Ты… ты…

Гарри взглянул на покрытые мехом руки и зарычал.

— Анимаг. Зелье… заставляет меня! — сумел выдавить он. — Не могу совладать… уходите! — И внезапно он больше не мог остановить превращение.

Тело выгнулось дугой, одежда разорвалась…

Он приземлился на четыре огромные палевые лапы, запрокинул голову и заревел.

Снейп развернулся и бросился прочь, захлопнул за собой дверь и запер её.

Гарри с глухим стуком врезался в дверь.

Маленькая частичка Гарри знала, что он лев, что он изменился, но под мехом, когтями и зубами остаётся человеком. А куда большая часть его, всё ещё одурманенная зельем, была просто огромным хищным зверем, взбешённым тем, что его заперли. Он снова бросился на дверь.

Что он творит?

Человеческий мозг требовал ответа от животного.

Зверь зарычал и приготовился броситься на дверь в третий раз.

Глупо.

Бессмысленно.

Зачем просто кидаться на дверь?

И что это даст?

Кроме боли — потому что кидаться на дверь больно.

И вот так разум Гарри стряхнул с себя дурман — точно так же, как когда-то стряхнул принуждение кольца.

Лев сел на задние лапы и фыркнул.

Ладно, размышлял Гарри, стоит попробовать превратиться обратно в человека. Он закрыл глаза и потянулся…

Ничего.

Он обдумал положение. Оборотни, помнилось ему, оставались в зверином облике ещё сутки после того, как вдохнули зелье. Может, тут разновидность того же самого? Оставалось лишь надеяться. Он недовольно фыркнул и опустился на пол.

Гарри почти не сомневался, что пары зелья больше не опасны. Вытяжки в кабинете зельеварения зачарованы так, чтобы за считаные минуты обезвредить всё вредное: они втягивают пары в магическое пространство, там нейтрализуют, а остатки выбрасывают наружу. Делать было нечего — только ждать, пока кто-нибудь придёт и выпустит его.

Льву в нём ожидание было не по нраву — бешено хлеставший хвост выдавал его с головой.

Гарри заревел и опустил голову на лапы.

* * *

Северус захлопнул за собой дверь кабинета и запер её заклинанием. Тяжёлый удар с той стороны подтвердил, что сообразительность и чутьё его не подвели. Он развернулся и оказался лицом к лицу с толпой встревоженных студентов.

— Вы оставили там Гарри?! — горячо воскликнула Грейнджер.

— Он надышался зельем, превращающим в безмозглого зверя, — огрызнулся Северус. — Зовите сюда Блэка, пусть разбирается с ним! Мне нужно кое-что проверить в другом месте!

Он оставил их с раскрытыми ртами, поражённых его резкостью и кажущимся равнодушием к судьбе ученика, но ничего не поделаешь. Сигнал личных охранных чар означал, что кто-то проник в его покои — в его личную лабораторию.

Это был Крауч.

Иначе и быть не могло.

Он охотился за зельем-антидотом. Другого объяснения не находилось. Безумный волшебник уже устранил одну угрозу — эльфийку; логично, что он воспользуется хаосом дня, чтобы попытаться устранить и вторую.

Северус поспешил коротким путём через подземелья; чувство вины из-за Поттера змеёй обвивалось вокруг его позвоночника. Блэк лучше подходит для того, чтобы разобраться с Поттером, убеждал он себя. По крайней мере, остальных учеников они вывели до того, как те превратились бы в животных. Он содрогнулся при одной мысли о том, чтобы очутиться запертым в кабинете, полном обезумевших зверей.

Он пробежал по очередному коридору и увидел, что дверь в его покои приоткрыта. Он уже шагнул было вперёд, как во вспышке пламени рядом с ним возник директор. Фоукс взмыл вверх и устроился на балке, оставив Альбуса на полу. Старый волшебник жестом указал на комнату.

— Войдём? — тихо, чтобы голос не разнёсся дальше, спросил Альбус.

Северус кивнул, испытывая невыразимое облегчение оттого, что Альбус будет рядом. Он сделал глубокий вдох и шагнул вперёд.

* * *

Сириус вихрем промчался по коридору подземелий. Он мысленно поблагодарил Мерлина за то, что у Гермионы здравого смысла хватает на дюжину подростков. Она позвала Добби, и эльф тут же сообщил Сириусу обо всём случившемся.

Тревогу за Гарри он давил нарастающим гневом на Снейпа. Сальная летучая мышь просто не смогла удержаться, с яростью думал Сириус. Какого чёрта Нюниус оставил опоенного зельем сына Сириуса одного в кабинете?

Он свернул за угол и увидел у дверей кабинета столпившихся студентов. Гермиона пыталась отпереть замок, и Сириус нехотя мысленно отдал Снейпу должное за то, что тот уберёг детей от их же собственного любопытства: Гермиона временами действительно оправдывала свою анимагическую форму.

Сириус громко кашлянул.

Было почти забавно наблюдать, как их головы в унисон повернулись к нему.

— Кузен, — формально поприветствовал его Драко, — профессор Снейп сказал, что ему нужно что-то проверить…

— Он просто бросил там Гарри! — горячо перебил Рон.

— Это сейчас неважно, — увещевала мальчиков Гермиона. — Нам надо вытащить Гарри оттуда!

— Профессор сказал, что он безмозглый зверь! — парировал Драко. — Он бы не стал лгать о таком!

Сириус набрал в грудь воздуха. У Снейпа наверняка была веская причина уйти, и его описание Гарри немного настораживало. Ну и денёк! Он поднял руку, требуя немедленной тишины.

— Все — от двери подальше. — Он указал вдоль коридора. — Ждите в дальнем конце.

Гермиона посмотрела на него строптиво, но отошла; остальные последовали за ней. Сириус снова повернулся к двери и провёл сканирование, позволявшее оценить обстановку за нею. Очень полезное аврорское заклинание.

Результаты едва не заставили его улыбнуться.

Гарри был в зверином облике, но, похоже, успокоился: лежал на полу в некотором отдалении от двери. Ни следа действующего зелья. Сириус решил, что осторожность не повредит, и провёл ещё одно сканирование. Оказалось, что несколько минут назад сработала система вентиляции, вытягивая ядовитые пары зелья. Он нахмурился, но отпер дверь.

Сириус осторожно вошёл. Гарри, может, и выглядел мирно, но слова «безмозглый зверь» эхом звучали у него в голове. Он заглянул внутрь.

Юный лев, лежавший у стола, выглядел до крайности несчастным. Голова его покоилась на лапах, уши прижаты, чёрная грива — в диком беспорядке, а в ярко-зелёных глазах читалась грусть.

Сириус бочком протиснулся в комнату и закрыл дверь.

— Гарри?

Гарри зарычал, взглянул на свои лапы и снова посмотрел на Сириуса.

— Да, ты лев, — подтвердил Сириус, изо всех сил стараясь скрыть улыбку. — Полагаю, раз ты на меня не бросаешься, ты полностью контролируешь свою форму?

Гарри фыркнул.

Сириус вздохнул с облегчением. Его взгляд упал на разорванный шар: на резиновой внутренней поверхности ещё блестели капли липкого жёлтого зелья. Он взмахнул палочкой, и появилась коробка для улик; мгновение спустя все остатки шаров были надёжно упакованы внутрь.

— Ладно, потом проанализируем, — сказал Сириус. — Пошли. Надо перевести тебя куда-нибудь понадёжнее, чем скомпрометированный кабинет.

Гарри поднялся на лапы и потянулся; его внушительные когти царапнули каменный пол. Сириус поморщился от звука. Он был доволен, что Гарри спокойно подошёл к нему. Желание протянуть руку и потрепать его по голове было сильным, но Сириус сдержался. Льва Гарри не выбирал — в эту форму его загнали силой, и, даже если он в здравом уме, искушать судьбу не стоило.

* * *

Северус внимательно оглядел комнату со своего места сразу за порогом.

Гостиная выглядела нетронутой. Та же книга по зельям лежала на приставном столике, где он оставил её вчера вечером; защитные чары на книжных полках целы. Небольшая кухонная зона чиста и опрятна. Дверь в спальню закрыта.

Дверь в лабораторию была открыта.

Альбус жестом велел ему оставаться позади и шагнул вперёд — вошёл в комнату, как и подобает гриффиндорцу. Северус закатил глаза и последовал за ним.

Оба остановились в дверном проёме, глядя, как студент Равенкло выливает кислоту в зелье, которое Северус подготовил для женщины по фамилии Саммерс.

— Здравствуй, Северус! И директор здесь! Как восхитительно! — проворковал мальчик, не отрывая глаз от испорченного зелья. Он отставил склянку с кислотой.

— Здравствуйте, мистер Пиннер, — отозвался Альбус. — Или лучше сказать — мистер Крауч?

Барти хихикнул.

— Ах, боюсь, вы поймали меня с поличным. — Он надул губы и посмотрел на Северуса. — Ты уж прости, Северус, но я просто не могу позволить тебе закончить это зелье!

Северус сердито уставился на него. В присутствии Альбуса он мог дать волю ненависти к сопливому маленькому мерзавцу, вместо того чтобы изображать товарищество, ведь оба они служили Тёмному Лорду.

— Глупый кретин! — процедил он. — Ты думаешь, Тёмный Лорд будет тобой доволен? Ошибаешься: тебя поймали!

— Где мистер Пиннер? — спросил Альбус, переводя внимание Крауча на себя.

Барти снова надул губы.

— О, он цел и невредим. — Его глаза сверкнули самодовольным торжеством. — Я готов сказать, где он, если вы выдадите мне местонахождение прелестной мисс Саммерс!

— Боюсь, я не собираюсь менять одну жизнь на другую, — твёрдо сказал Альбус, и его голубые глаза стали жёсткими, как кремень.

— Возможно, он станет сговорчивее, когда авроры вернут его в Азкабан, — с презрением бросил Северус, крепко сжимая палочку.

— Я пойду тихо-мирно! — провозгласил Барти, невинно хлопая глазами.

— А я склонен думать, что это ложь, мистер Крауч, — светским тоном заметил Альбус.

Барти крутанул палочку Пиннера.

— Разумеется, это ложь.

И комната за их спинами взорвалась.

* * *

— Ой, ну разве он не милашка! — проворковала Лаванда.

Уши Гарри резко прижались к голове, показывая, насколько его обрадовало это замечание.

Сириус кашлянул, и превосходный кошачий слух Гарри уловил смешок, скрытый под этим звуком. Он свирепо глянул на отца.

— По-моему, Гарри не нравится, когда его называют милашкой, — натянуто заметил Рон своей бывшей.

— Он лев, — сухо заметил Драко. — Он примерно такой же милый и ласковый, как…

— Он прелесть, — настаивала Лаванда.

— Он высший хищник, способный завалить целого слона, — резко поправила её Гермиона.

— Ну, это вряд ли возможно, — возразил Драко.

Гарри взревел, выражая недовольство, чем разом заставил всех замолчать.

Сириус ухмыльнулся.

— Так, думаю, на львином языке Гарри это означает: «Я хотел бы покинуть этот коридор, и я не милашка». — Он проигнорировал яростный зелёный взгляд Гарри. — Я забираю Гарри обратно в наши покои; он останется там, пока зелье не перестанет действовать…

— Но он же должен сегодня ночевать в спальне! — возмутился Рон.

— Сможет в следующие выходные, когда не будет львом, — парировал Сириус. — А вам всем пора по своим гостиным.

— Может, кому-то стоит сообщить директору? — спросила Гермиона, скрестив руки и снова приняв упрямый вид.

Сириус пренебрежительно махнул рукой.

— Снейп наверняка уже обо всём позаботился, но я отправлю весточку, как только доставлю Гарри…

БУМ!

Коридор содрогнулся от взрыва.

— ВСЕМ В ГОСТИНЫЕ, ЖИВО! — услышал Гарри приказ Сириуса остальным, и в каждом его слове звенела тревога. Но Гарри уже бежал. — ГАРРИ!

Гарри поддался затопившему его первобытному порыву: добыча была рядом, он должен её найти, даже если для этого придётся бежать к взрыву, а не от него. Он уловил тот миг, когда Сириус обратился в Бродягу, — бегущие следом шаги сменились топотом скачущих, скребущих по камню лап.

— ВСЕМ СТУДЕНТАМ ОСТАВАТЬСЯ В КЛАССАХ! — встревоженный голос его тёти Минервы разнёсся по школе.

Гарри занесло на одном углу, потом на другом; он мчался, мчался…

Пламя заставило его яростно затормозить; он резко застыл в каких-то миллиметрах от того, чтобы опалить мех.

Гарри зарычал и заходил туда-сюда, свирепо глядя сквозь огонь. Как раз когда подскочил Сириус, Гарри заметил чёрный плащ, мелькнувший сквозь пламя. Он взревел и…

Сириус в мгновение ока стал волшебником…

Гарри прыгнул в тот самый миг, когда пламя торопливо погасили магией отцовской палочки. Гарри едва это осознал — он уже бросился за равенкловцем, удиравшим на метле впереди него.

Мальчик оглянулся и увидел, что Гарри преследует его. Он безумно рассмеялся и сильнее пришпорил метлу.

Гарри удвоил усилия; сердце колотилось, когда он мчался изо всех сил, чтобы не отставать. Метла была добротная, но в подземельях ей мешали крутые повороты и узкие коридоры. Гарри не удивился, что студент направляется к главной лестнице. Он лишь надеялся, что остальные студенты сидят по классам, подальше от опасности.

Равенкловец вдруг свернул налево, нырнул в боковой коридор и взлетел по короткой лестнице к входу, который Гарри узнал… он вёл в Астрономическую башню.

Гарри поднажал, чтобы догнать его, — вверх по лестнице…

…за очередной угол…

…метла прямо впереди, снова мелькнул чёрный плащ…

…лестница…

…поворот…

…прутья метлы почти перед самым носом…

…лестница…

…поворот…

…впереди свет!

И Гарри рванулся вперёд, вытягивая лапу…

Прутья метлы переломились под яростным ударом; метлу закрутило в бешеном штопоре, а седока сбросило на крышу башни…

Гарри приземлился неуклюже, но в мгновение ока снова стоял на лапах.

Студент кое-как поднялся на ноги и на мгновение смазался: Оборотное зелье выветрилось… оставив после себя ликующего Бартемиуса Крауча-младшего.

Грудь Гарри тяжело вздымалась — он никак не мог отдышаться; голова сама собой опустилась, уши прижались, хвост бешено хлестал по бокам, а он не сводил глаз с добычи…

Крауч покрутил палочкой.

— Так-так-так. Ты только погляди, какой хорошенький котик! И вот у меня палочка есть, а у тебя — нет!

Гарри оскалил зубы, пряча тревогу: он понял, что Крауч прав. Кроме зубов и когтей, у льва не было никакой настоящей защиты.

Крауч шагнул назад, к краю парапета.

— Я мог бы скрутить тебя и оттащить к Отцу, но… — он на мгновение словно задумался, — …но нет. Если ты тот, о ком я думаю, — а эта копна волос тебя выдаёт, — тебе и правда надо задержаться здесь до третьего задания. — Он безумно ухмыльнулся. — Нельзя же, чтобы ингредиент испортился в последний момент!

Гарри глухо, предостерегающе зарычал.

— Ну, видимо, придётся ограничиться лёгким увечьем. — Крауч вскинул палочку и метнул ярко-фиолетовое заклятие.

Гарри отпрыгнул в сторону… и оказался у правой стены, в ловушке…

— Круцио! — выкрикнул Крауч.

Заклятие врезалось во внезапно наколдованную каменную плиту.

Крауч рывком обернулся к двери на крышу башни; лицо исказилось от ненависти.

— Блэк!

Сириус грозно ступил на крышу, и Крауч сделал ещё один шаг назад…

— Отойди от моего сына! — прорычал Сириус.

— Тебе его не уберечь, Блэк! — Крауч мерзко улыбнулся. — Тебе это никогда и не удавалось! Тёмный Лорд в конце концов до него доберётся!

— Твой Тёмный Лорд — жалкий трус, напавший на младенца, — отрезал Сириус, дюйм за дюймом подбираясь к Гарри и не сводя палочки с Крауча. — Сдавайся, Крауч! Медленно опусти палочку и руки за голову!

Крауч захихикал — визгливо и громко.

— Ты думаешь, я сдамся тебе? Ты заплатишь за то, что сделал с Рэбом! Я тебя уничтожу, Блэк!

— На землю, Крауч! — Сириус уже добрался до Гарри, и тот прижался к его ногам, успокаивая отца: с ним всё в порядке.

— НИКОГДА! — крикнул Крауч. — Репаро! Акцио! — Он сделал шаг назад и прыгнул с башни…

Метла с треском обрела прежний вид и стрелой унеслась за край.

Сириус метнул красное оглушающее заклинание, но промахнулся: Крауч уже успел ухватиться за метлу и улетал прочь.

Гарри вскинул голову и взревел.

— Проклятье! — от души выругался Сириус. Он вздохнул и опустил взгляд на Гарри.

Гарри съёжился, уши снова прижались — он ждал неминуемой разгромной нотации.

— Ты сейчас не совсем ты и действуешь в основном на животных инстинктах, — признал Сириус, — так что я закрою глаза на то, что ты в одиночку погнался за спятившим психом. Причём за тем же самым психом, заметь, второй раз за год… но упаси тебя Мерлин попробовать в третий раз! Ты меня понял, Гарри!

Гарри кивнул настолько смущённо, насколько это было возможно в львином облике.

— Пошли, — сказал Сириус, снова вздохнув. — Тебе нужно укрыться в наших комнатах, а мне — выяснить, что случилось со Снейпом. Его покои выглядели так, будто в них угодила бомба.

Гарри спустился с башни вслед за отцом, в последний раз оглянувшись на пустое небо: Крауча и след простыл.

* * *

Времени ушло больше, чем хотелось бы Сириусу, прежде чем он водворил изрядно понурого льва в их покои и поспешил обратно в подземелья.

Кучка профессоров и авроров сгрудилась у двери в покои Снейпа. Все ожесточённо спорили, что теперь делать.

На Сириуса не обратили внимания, когда он бочком обогнул группу и вошёл в комнату.

Дела были плохи.

Книжные полки, по крайней мере, уцелели: защитные чары выдержали. Вся остальная мебель годилась разве что на растопку: приставные столики разлетелись в щепки, диван превратился в обгорелые руины — он явно горел. Взрыв произошёл за дверью в глубине покоев — в спальне Снейпа, предположил Сириус.

Промокший и растрёпанный профессор Зельеварения стоял перед обугленным проёмом и глядел в развалины своей личной комнаты.

— Снейп? — тихо позвал Сириус, подходя и останавливаясь чуть позади. При виде почерневшей, выпотрошенной комнаты за спиной старого врага детства он поморщился.

Снейп повернулся к нему — промокший насквозь, с совершенно раздавленным видом.

— Он загубил антидот в лаборатории.

— И, судя по всему, разнёс твои покои, — сухо сказал Сириус, следя, чтобы ни в голосе, ни на лице не проскользнуло и намёка на жалость.

— Мои книги уцелели, — почти рассеянно сказал Снейп, и внимание его вновь вернулось к спальне.

— Тебя осматривал целитель, Снейп? — спросил Сириус, обеспокоенный тем, как тот держится.

— Им пришлось сначала осмотреть директора. Он нас спас, — сказал Снейп почти растерянно. — Его увели.

Сириус осторожно протянул руку и опустил ладонь на плечо Снейпа.

— Тогда пойдём. Нужно отвести тебя в лазарет.

Снейп позволил себя увести — почти покорно. Это выбивало из колеи.

Долиш остановил их, когда Сириус выводил Снейпа в коридор.

— Эй, куда вы его ведёте?

— Долиш! — тут же одёрнул его Шеклболт. — Прошу прощения, лорд Блэк, но…

— Я попросила авроров провести расследование: они и так уже были на месте из-за взрыва в лазарете, — вмешалась Минерва, свирепо глядя на обоих.

— Мудрое решение, и я с радостью дам показания о побеге Бартемиуса Крауча-младшего, — официально произнёс Сириус. — Однако профессор Снейп в состоянии шока. Я веду его в лазарет.

Аластор одобрительно кивнул Сириусу.

— Хогвартс на карантине, парень.

Сириус кивнул в ответ. Это хорошо. По крайней мере, теперь они могут быть настолько уверены, насколько это вообще возможно, что главный агент Волдеморта покинул замок и вернуться не сможет. Пора браться за планомерные поиски шкафа. Он должен быть где-то спрятан.

Он провёл Снейпа через Большой зал во запасной лазарет. Странно было, что хлопочет вокруг и загоняет их в постель не Помфри: подошедший молодой целитель-мужчина казался совсем ещё зелёным.

— О, прекрасно! — жизнерадостно защебетал целитель. — Я как раз собирался вернуться и заняться профессором, но хорошо, что вы сами его привели.

— У него шок, — отрывисто сообщил Сириус.

— Ну конечно же.

Снейп и Сириус обменялись изумлёнными взглядами и тут же поспешно их отвели, осознав, что только что вели друг с другом молчаливый разговор.

— Выпейте это! — Целитель сунул Снейпу в руку синее зелье, и Снейп выпил его залпом.

Сириус узнал успокаивающее зелье: оно снимает физические проявления шока и оказывает лёгкое ободряющее действие.

— Несколько синяков и ссадин, в остальном всё в порядке, — поцокал языком целитель, выписывая палочкой чары, снимающие отёк и залечивающие поверхностные повреждения кожи. — И нужно снять с вас эту мокрую одежду!

В мгновение ока Снейпа раздели и переодели в лазаретную пижаму. Ещё одним заклинанием его обтёрли и высушили, а затем водворили в постель, как строптивого школьника, после чего целитель ушёл через боковую дверь.

— Ну, это унизительно, — пробормотал Снейп, теребя покрывало.

— Северус! Сириус! Это вы? — позвал Альбус из-за переносной ширмы.

Сириус отодвинул ширму — за ней обнаружился директор в полосатой пижаме, тоже уложенный в постель, правда, он сидел, опираясь на целую гору пышных подушек.

Снейп поёрзал, сел и подсунул под спину свою единственную жалкую подушку. Сириус подавил желание раздобыть ему ещё.

— Как ты, Альбус? — обеспокоенно спросил Сириус.

— Всего лишь пара шишек и синяков, — жизнерадостно ответил Альбус; мутная поволока в голубых глазах выдавала, что он, скорее всего, получил дозу того же зелья, что и Снейп. — Юному мистеру Краучу следовало бы назначить отработку, я полагаю.

Сириус обменялся со Снейпом ещё одним мимолётным обеспокоенным взглядом.

— По-моему, тюрьма — идея получше.

— Или смерть, — предложил Снейп, и в голосе сочилась горечь.

Сириус не мог с этим поспорить.

— Ты выяснил, за кого он себя выдавал? Когда я до него добрался, он уже вернул себе родную уродливую рожу; всё, что я успел понять, — что он равенкловец.

— Пиннер, — коротко бросил Снейп. — Минерва сообщила Грюму. Отправили аврора проверить его дом.

— Хорошо, — сказал Сириус, про себя гадая, не опоздали ли они спасти мальчика. — Ну и денёк. — Он устало потёр лоб.

— Полагаю, Поттер всё ещё переросшая кошка? — деловито осведомился Снейп.

— Угу, когда я оставил его в наших покоях, он всё ещё был львом, — признал Сириус, не позволяя себе завестись из-за того, как Снейп сформулировал вопрос. — Но он уже лучше себя контролировал. — Он махнул рукой куда-то назад. — Остатки зелья я убрал в коробку для улик. Можешь взглянуть, э-э, когда встанешь на ноги, а эльфы приведут твою лабораторию в порядок.

— Лаборатория цела, — сказал Снейп. — Зелье он уничтожил тщательно, но целью его была мелкая порча моего имущества, а не полное уничтожение моей работы. — Он скрестил руки на груди. — Уверен, он оставил её в покое лишь на случай, если у меня в работе есть что-то ещё для Тёмного Лорда, о чём ему неизвестно.

— Ну, это, наверное… хорошо? — неуклюже отозвался Сириус.

Снейп фыркнул, и Сириус не мог его за это винить.

— Мы возместим всё ценное, — бодро сказал Альбус. — У нас как раз есть резервный фонд на такие случаи.

И Сириус уже понимал, что фонд получит от него дополнительное пожертвование.

— Всё по-настоящему ценное я храню дома. Здесь не было ничего особо ценного, кроме книг и… — Снейп осёкся и замолчал; по землистому лицу скользнул слабый намёк на румянец.

— И? — поторопил Сириус.

Снейп смерил его свирепым взглядом.

— Ничего, что ты в состоянии понять.

Сириус отвернулся и закатил глаза.

— Нам нужно найти оставленный им исчезающий шкаф.

— Да, но теперь защитные чары предупредят меня о каждом, кто войдёт без должного уведомления. Аластор меня в этом заверил, — жизнерадостно сказал Альбус.

«Сколько же ему дали этого зелья?» — недоумённо подумал Сириус.

— Боюсь, однако, что из-за гибели домовой эльфийки и испорченного зелья мистер Крауч добился своей цели: не дал нам выяснить то, что Том хочет от нас скрыть, — продолжал Альбус всё в том же бодром тоне. — Крайне досадно.

— Досадно, — согласился Сириус, не позволяя себе обменяться со Снейпом ещё одним сочувственным взглядом.

— Я не вижу проблемы, — возразил Снейп, чем всё-таки снова притянул к себе внимание Сириуса.

— Ты не видишь проблемы в том, что случилось сегодня? — недоверчиво переспросил Сириус. Может, Снейп потрясён сильнее, чем счёл целитель.

— Твоё заявление и меня ставит в тупик, Северус, — сказал Альбус. — Эльфийка, надо признать, была призрачным шансом, и мы знаем, что Том не отдавал прямого приказа заставить её молчать. Но насчёт Мэри Саммерс он тревожился, а теперь у нас нет способа её разбудить.

— Есть, — возразил Снейп.

— Нет, — раздельно и очень чётко выговорил Альбус, — способа нет. Зелье утрачено, Северус. Ты забыл?

— Я не забыл, но зелье не утрачено, — огрызнулся Снейп.

— В него вылили кислоту, — заметил Альбус. — Оно стало бесполезным.

— Да, но оно не утрачено, — парировал Снейп с усмешкой.

— Ну конечно! — торжествующе воскликнул Альбус, просияв, когда до него дошёл ответ. — Ты можешь сварить его заново!

— Только слишком поздно, чтобы мы успели что-то узнать до третьего задания, — заметил Сириус. Но зато оно оживит женщину и спасёт её от живой смерти.

— Мне и не нужно варить его заново, — раздражённо парировал Снейп. — Часть зелья хранится у меня дома в стазисе. Я велю домовому эльфу принести его сюда. Мы всё ещё можем оживить женщину.

Сириус и Альбус уставились на него.

Снейп заёрзал под их взглядами.

— Я же говорил, что всё ценное — у меня дома.

— Снейп, — медленно произнёс Сириус, — не пойми меня неправильно, но, кажется, мне придётся тебя поцеловать.

Глаза Снейпа расширились с фантастической скоростью.

* * *

Ремус помедлил, сморщив нос от запаха горелого дерева. Дверь перед ним выглядела безупречно. Он вздохнул, коротко постучал и вошёл, когда изнутри прозвучало презрительное разрешение.

Каковы бы ни были повреждения в покоях Северуса, их явно уже устранили. Ремус не заметил и следа разрушений, о которых рассказывал Сириус. Диван был обит роскошной серебристо-зелёной тканью с узором пейсли; маленькие деревянные столики блестели полированным лаком. Ремус пошёл на запах — к входу в личную лабораторию.

Северус нехотя поднялся из кресла, в котором сидел, отложил книгу и отставил в сторону тонкую фарфоровую чашку с ароматным чаем.

— Люпин.

— Северус, — ровно ответил Ремус, не реагируя на нотку неприязни в его голосе. — Рад видеть, что после вчерашнего ты в порядке.

— Директор прикрыл меня от худшего, — почти нехотя признал Северус.

Ремус кивнул. Альбус всё ещё лежал в хогвартском лазарете: целители диагностировали у него магическое истощение. Напоминание о том, что директор уже не молод и не будет жить вечно.

— Я не знал, что ты вернулся в страну, — сказал Северус, недовольно скрестив руки на груди.

— Я собирался вернуться завтра, — объяснил Ремус. — Когда услышал, что случилось, перенёс возвращение на более ранний срок.

— Я ждал Блэка, — прямо сказал Северус.

Ремус слегка пожал плечами.

— Он не хочет оставлять Гарри, пока тот всё ещё в львином обличье.

Северус хмыкнул.

— Зелье выветрится до конца выходных.

— Сириус думал, что это может быть что-то похожее на ликантропическое зелье? — спросил Ремус, стараясь, чтобы вопрос прозвучал небрежно.

Северус фыркнул и покачал головой.

— Ликантропическое зелье — совсем другое дело, — наставительно произнёс он. — Вот это — мастерский пример того, насколько опасным может быть зелье. — Он помолчал. — Я начал работу над контрзельем, но до завершения ещё несколько месяцев.

Ремус с облегчением выдохнул.

— Приятно знать, что появится способ это остановить или обратить вспять, — сказал он. — Большинство из нас ненавидит превращения; а когда кто-то насильно обращает нас зельем и мы даже не в силах себя остановить… — он содрогнулся. — Знаю, мы со стаей с радостью испытаем твои антидоты, Северус.

— Я буду иметь это в виду, — отозвался Северус.

— Значит, вчерашнее зелье не связано с ликантропическим… — Ремус не стал договаривать, оставив вопрос висеть в воздухе.

Северус поморщился.

— Зелье для розыгрыша. — Он смерил Ремуса злым взглядом. — Оно было очень похоже на то, которым вы напоили Регулуса на шестом курсе.

— А. — Ремус вспомнил тот случай. Это был ответный розыгрыш за то, что Регулус пытался избить родного брата. Они подлили зелье ему в кубок и на час превратили в курицу.

— Полагаю, зелье было задумано так, чтобы превратить всех гриффиндорцев в львов, — продолжил Северус. — Слизеринцы остались бы нетронутыми и могли бы защищаться.

В любом случае вышла бы бойня, подумал Ремус. Либо слизеринцы покалечили и поубивали бы однокурсников-гриффиндорцев, либо наоборот.

— Поттер молодец, что успел поставить щит, — сказал Северус с кислым видом: ему явно претило хоть в чём-то отдавать Гарри должное.

— Он очень талантлив, — мягко заметил Ремус.

Северус фыркнул и жестом пригласил Ремуса пройти за ним во внутреннюю лабораторию.

— Полагаю, ты здесь за зельем-антидотом?

— Да, — подтвердил Ремус. — Меня, правда, удивляет, что ты сам не идёшь на конспиративную квартиру.

— Для меня было бы слишком опасно там появляться, если я хочу сохранить возможность всё отрицать перед Тёмным Лордом, — заметил Северус, пересекая лабораторию.

Ремус с интересом оглядел безупречно устроенное помещение. Он был впечатлён — впрочем, от зельевара с навыками и репутацией Северуса он ничего меньшего и не ждал.

— Сириус сказал, что Крауч оставил твою лабораторию нетронутой.

— Едва-едва, — огрызнулся Северус. Он направил палочку на шкаф и левитировал оттуда флакон с ярко-розовым зельем.

Ремус взял его и поморщился от цвета: совершенно кричащий.

— Как нам его давать?

— Пяти капель на язык должно хватить. Если она не проснётся, добавляйте ещё по капле каждые пятнадцать минут, но не больше десяти капель в общей сложности. Если и тогда эффекта не будет, мне придётся пересмотреть свою работу, — проинструктировал Северус. — Мистеру Пиннеру зелье не давать. Мне нужно провести полный анализ его крови, прежде чем я смогу подтвердить, что живым, но без сознания его держали тем же самым зельем.

— Понимаю. — Ремус был удивлён, что аврорам удалось найти Пиннера живым; но, видимо, Сириус с Гарри достаточно задержали Крауча при отходе, и тот передумал возвращаться в дом Пиннера и убивать мальчика.

— Если это всё, меня ждут в другом месте, — многозначительно бросил Северус.

Ремус торопливо кивнул.

— Спасибо, Северус.

Он вышел из покоев Северуса и двинулся сквозь лабиринт хогвартских коридоров к кабинету Грюма.

Когда Ремус вошёл, Грюм едва оторвался от проверки работ.

— Как твоя молодая жёнушка?

— В хорошем настроении, — ответил Ремус, и нежность при упоминании Доры накатила так стремительно, что он этого даже не заметил. — Завтра она возвращается домой.

— А отпрыск? — спросил Грюм с напускным равнодушием.

— Всё отлично. — Ремус покачал головой, думая о том, как заметно теперь Дора округлилась: мягкий изгиб живота, в котором рос их ребёнок. — Не верится, сколько уже прошло времени.

Грюм хмыкнул.

— Уж лучше ты, чем я. — Он махнул рукой на стопку пергаментов. — А эта куча — чёртов кошмар.

— Значит, продлевать контракт на следующий год не думаешь? — полюбопытствовал Ремус. Гарри был в восторге от уроков Грюма — как и все дети.

— Да чёрта с два, — пробурчал Грюм. — Я вышел на пенсию ради тишины и покоя! И что в итоге?

Ремус кивнул.

— Полагаю, с Турниром и недавними выходками Крауча о покое говорить не приходится.

Грюм хмыкнул.

— Да Турнир и бомбы-сглазы я переварю! А вот эти треклятые дети со своими вопросами и нытьём об эссе — вот чего я не выношу! «Но, профессор, — передразнил он тонким голоском, — я случайно превратил свой пергамент в собаку!»

Ремус рассмеялся.

Грюм кивнул в сторону камина.

— Тебе пора. Амелия тебя ждёт.

— Спасибо, — сказал Ремус, коротко отдав честь. Он перенёсся по каминной сети в кабинет директора ДМП и смахнул сажу взмахом палочки.

Амелия поднялась с места, и Ремус тепло поздоровался с ней; его улыбка стала ещё шире при виде её спутника — Брайана.

— Не ожидал тебя здесь встретить! — Ремус пожал руку адвокату Блэков.

— Фирму назначили защищать законные права мисс Саммерс после того, как её взяли под охрану, — объяснил Брайан.

— Разумно, — одобрительно сказал Ремус Амелии.

— Мне тоже так показалось, — сказала Амелия. Стук в дверь заставил её напряжённо улыбнуться. — Это, должно быть, остальные участники нашей встречи.

Дверь распахнулась, явив главу Отдела тайн и полную пожилую женщину с седыми волосами.

— Берти, Гленда. — Амелия пригласила их войти и закрыла дверь. Она заперла её и поставила чары конфиденциальности. — Гленда Крокер, это Ремус Люпин. Ремус, это Гленда Крокер: целительница Отдела тайн и невестка Берти.

Ремус был рад, когда целительница сразу протянула ему руку. Он тепло её пожал.

— Приятно познакомиться, — сказала она. — Полагаю, зелье у вас?

Ремус достал розовый флакон из мантии.

— Вот оно.

Амелия взяла со стола носок.

— Держитесь за него покрепче. Мы отправляемся портключом на конспиративную квартиру.

Мгновение спустя все они приложили палец к носку, и их втянуло в вихрь переноса. Они приземлились в небольшом саду за домом. Он выглядел заросшим и запущенным. Ремус почувствовал в воздухе соль и, повернув голову, увидел край обрыва и море за ним.

Коттедж, куда Амелия их привела, был маленьким. Всё жильё умещалось в одной комнате: небольшая кухонная зона со старомодной низкой фарфоровой мойкой, почерневшая плита «Ага», дающая тепло, и крошечный уголок с креслами.

Молодой человек с грохотом сбежал по узкой лестнице у дальней стены и остановился посреди комнаты.

— Гленда! Брайан! Директора! — Его взгляд подозрительно задержался на Ремусе.

Амелия улыбнулась.

— Колин, это Ремус Люпин. Он здесь представляет лорда Блэка и лорда Поттера. Ремус — Колин Саммерс, брат Мэри.

— Приятно познакомиться, — вежливо сказал Ремус. — У меня есть зелье, которое разбудит вашу сестру.

Плечи Колина опустились, и он провёл рукой по светло-русым волосам.

— Спасибо. Э-э, что…

— Мы с мистером Люпином поднимемся в комнату вашей сестры и дадим ей зелье. — Гленда шагнула вперёд. — Как только она очнётся, я её тщательно осмотрю. И только если я сочту, что она к этому готова, мы перейдём к вопросам.

— При которых я буду присутствовать, — подтвердил Брайан, когда Колин взглянул на него.

Ремус позволил Гленде показать ему дорогу. Лестница была крутая и узкая; в одном месте ему пришлось пригнуться, чтобы не удариться головой о потолочную балку. Он успел заметить крошечную ванную со старой сантехникой и открытую дверь в спальню, обжитую лишь наполовину, прежде чем вошёл в небольшую комнату с односпальной кроватью, на которой лежала Мэри Саммерс.

Округлившийся живот — одеяло не скрывало её беременности — напомнил Ремусу о Доре, и он содрогнулся при мысли о том, что она сама едва не попала в руки Волдеморта — так же, как Саммерс.

Он передал зелье Гленде и повторил ей указания Снейпа. Пять капель на язык — и пациентка, до того лежавшая в коме, начала приходить в себя. Ремус вышел и спустился по лестнице. На кухне хлопотала эльфийка, и вскоре она вложила Ремусу в руки чашку чая. Не увидев свободного стула, он наколдовал его и сел.

— Сработало, — сообщил Ремус встревоженной группе. — Она приходит в себя.

Брат Мэри обмяк в кресле — облегчение было написано на нём крупными буквами.

— Я всё хотел спросить: как Альбус? — нарушил тишину Берти, аккуратно меняя тему.

— Всё ещё прикован к больничной койке, — сказал Ремус.

— Легко забыть, насколько он уже немолод, — заметил Брайан. — Прикрыть щитом себя и Снейпа в самом эпицентре взрыва наверняка было непросто.

— Сомневаюсь, что многие бы справились, — согласилась Амелия. — Тем более что ранее в тот же день он уже потратил немало сил, чтобы взять под контроль пожар в лазарете.

— Вы не могли бы поговорить о чём-нибудь другом? — выпалил Колин.

Все посмотрели на нервничающего брата и молча уступили, переведя разговор на квиддич и последние сплетни.

Скрип ступеней привлёк их внимание.

— Она очнулась, — сказала Гленда.

Колин в мгновение ока вскочил и взлетел по лестнице. Амелия одним взмахом палочки убрала разлитый чай. Сама она двинулась следом куда степеннее, а Ремус жестом пропустил Берти и Брайана вперёд.

Войдя в спальню во второй раз, он с удовольствием обнаружил, что комнату расширили. Бледная Мэри Саммерс со светлыми волосами, собранными в небрежный хвост, сидела прямо, опираясь на груду подушек. Брат сидел рядом, и их руки крепко сплелись поверх одеяла.

— Я скажу это только один раз, — твёрдо заявила Гленда. — Если мисс Саммерс станет плохо, я всё прекращаю и выставляю вас всех вон. Всем понятно?

Ответом ей был хор согласия.

Амелия заняла место у кровати, а Брайан встал позади неё.

— Я директор Амелия Боунс из ДМП, а это Брайан Каттер: он представляет ваши интересы как адвокат. Если вам в какой-то момент понадобится посоветоваться с ним, пожалуйста, попросите сделать паузу, и все остальные выйдут.

Мэри медленно кивнула, бросив быстрый взгляд на Брайана.

Остальные представления прошли быстро, и Амелия достала самописное перо и пергамент, чтобы автоматически записать показания Мэри.

— Начните с самого начала, — подбодрила Амелия.

Мэри неуверенно кивнула и посмотрела на брата; тот тоже кивнул.

— Я была на рынке, — начала Мэри. — Это было… меня тянуло на свежие яблоки — зелёные. Колин, — ещё один взгляд на брата, — он приютил меня после того, как папа выставил меня из дома. Ребёнок… — она густо покраснела. — Я… это было как-то ночью в маггловском клубе, выпивка, и…

— Мы здесь не для того, чтобы вас судить, — заверила её Амелия.

— В общем, — вздохнула Мэри, и краска сошла с лица, — в клинике нам раздали листовки с предупреждением быть начеку, но я вроде как считала, что это просто паранойя. Колин говорил мне не выходить без него, но… мне очень хотелось этих яблок. Я оставила ему записку и ушла. Там есть чудесный фруктовый ларёк примерно на полпути…

— «Щедрые дары», — кивнула Амелия. — Хозяйка ларька узнала вас на фотографии. Она сказала, что к вам кто-то подошёл?

— Маленький мальчик. Он расспрашивал про яблоки; сказал, что мама послала его купить, потому что она беременна и устала. — Мэри покачала головой. — Он… столько намёков набросал, что я забеспокоилась: вдруг она… не знаю, больна или ранена. Я попросила его отвести меня к ней, как только он купит яблоки. — Она опустила взгляд на покрывало. — Я пошла за ним, как овца.

— Куда он вас привёл? — спросила Амелия.

— В квартиру возле рынка, но она была пуста. — Мэри вздохнула и потёрла нос. — Я повернулась, чтобы потребовать объяснений, и… красная вспышка.

— Скорее всего, оглушающее заклинание, — подсказала Амелия.

Мэри судорожно кивнула.

— Я очнулась… — её голос сорвался.

Колин обнял её за плечи, и Мэри прильнула к нему, ища утешения.

— Я очнулась прикованной в подвале какого-то дома, — с трудом выговорила Мэри, и глаза её наполнились слезами. Она почти сердито смахнула их и жестом отослала Гленду. — Я в порядке.

Амелия взглянула на целительницу — Ремус почти слышал безмолвный спор о том, продолжать или нет. Она снова повернулась к Мэри.

— Что произошло в доме?

— Нас было двое прикованных. Дженис? — Мэри с надеждой посмотрела на Амелию; та покачала головой. Лицо Мэри погрустнело. — Дженис была… она была куда храбрее меня. На койке напротив лежал мужчина без сознания. Я его не узнала, но Дженис сказала, что это Барти Крауч.

— Это был он, — подтвердила Амелия.

— Дженис была… они её пытали, убили ребёнка, — выпалила Мэри без обиняков, на одном дыхании. — Я так боялась, что со мной сделают то же самое.

— Кто «они», мисс Саммерс? — мягко надавила Амелия. — Вы можете нам сказать?

Мэри неловко поёжилась под пристальными взглядами — все ждали, когда она заговорит.

— Их было четверо. Там был тот грязный оборотень, Сивый. Я узнала его по плакатам о розыске; пухлый мужчина, которого называли Петтигрю; молодой мужчина, который… — она слегка покраснела, — был привлекательным, в смысле — внешне, но сумасшедшим. Он спускался вниз и просто пялился на того парня на койке.

— А четвёртый? — подсказала Амелия.

— Это… это был младенец. — Мэри содрогнулась. — Но не младенец. Какая-то мерзость. Что-то, вселившееся в ребёнка. — Она поморщилась. — Они кланялись ему и называли Лордом. Кажется, они думали, что это, ну, Сами-Знаете-Кто.

— Мы полагаем, это призрак Волдеморта, — мягко сказала Амелия.

Ремус смотрел, как Мэри глухо застонала и вцепилась в брата. Колин прижал её к себе, словно защищая.

— Вы не слышали чего-нибудь, что могло бы подсказать, где они находятся или что они замышляют? — после долгой паузы спросила Амелия.

— Любая деталь, дитя, какой бы незначительной она вам ни казалась, может оказаться полезной, — вмешался Берти.

Мэри долго смотрела на него, прежде чем кивнуть.

— Вы должны понимать: большую часть времени они оставляли нас в покое. Кормили раз в день, до воды можно было дотянуться. А в остальном… — она вздохнула, — было темно, мрачно и жутко, но нас не трогали.

— Кроме?.. — подтолкнул её Берти, не обращая внимания на сердитый взгляд Гленды, своей невестки.

— Кроме одной ночи, — нехотя призналась Мэри. Пальцы свободной руки беспокойно теребили покрывало. — Они оставили дверь открытой, и сверху доносились голоса.

Все ждали; никто не хотел торопить её, хотя время поджимало.

— Эта… эта тварь говорила о том, что вернёт себе тело. Он… он упомянул Гарри… Гарри Поттера. Он сказал, что они собираются… собираются похитить его в конце Турнира. — Мэри покачала головой и облизнула губы.

Гленда потянулась и подала ей стакан воды.

Мэри с благодарностью отпивала маленькими глотками, потом вернула стакан и, немного смущаясь, поправила покрывало.

— Они сказали… они сказали, что им нужна кровь врага, и… он не примет ничью другую.

Ремус был слегка разочарован. Он понимал, почему Волдеморт не хотел подпускать их к этой женщине: подслушанный ею разговор выдавал ритуал, — но в итоге они не узнали ничего такого, чего не знали бы раньше.

— Спасибо, Мэри, — мягко сказала Амелия. — Теперь…

Мэри поспешно покачала головой.

— Это было не всё! — сказала она, подавшись вперёд. — Они говорили и о том, как собираются его похитить. Они сказали, что смогут перенести его портключом на кладбище.

Ремус встрепенулся; Берти тоже.

— На кладбище? — спросил Берти, опередив Ремуса. — Они сказали, на какое именно?

Мэри покачала головой.

— Не… не совсем. Они говорили что-то о том, что ритуал должен проходить в магическом круге, куда входит место, где взяли кость отца? — Она тяжело вздохнула. — Больше я ничего не знаю. — Она закусила губу и посмотрела прямо на Ремуса. — Пожалуйста… скажите Гарри, что мне очень жаль — я не смогла помочь больше.

— Вы оказали нам огромную помощь, и я знаю, что и лорд Блэк, и Гарри будут вам признательны, — искренне сказал Ремус. — А сейчас вам стоит отдохнуть и думать о ребёнке.

Гленда задержалась, чтобы в последний раз осмотреть пациентку, а Брайан остался обсудить с братом и сестрой варианты их дальнейших действий теперь, когда Мэри снова пришла в себя.

Амелия вручила им запасной портключ и повела остальных обратно в сад. Они перенеслись портключом прямо к ней в кабинет. Она установила чары конфиденциальности и повернулась к ним с торжествующей улыбкой.

— Неудивительно, что этот ублюдок так не хотел, чтобы мы с ней поговорили, — прямо сказала Амелия.

— Действительно, — отозвался Берти, — но нам нужно всё проверить. Возможно, книга, которую изучают Билл и Каро, подтвердит её слова.

Ремус одобрительно кивнул этой осторожности.

— Мы проверим, — сказал он, — но если всё подтвердится, Гарри не придётся быть одному. — Его глаза сверкнули янтарём. — Ему не придётся быть одному, потому что мы будем точно знать, где Волдеморт собирается провести ритуал: на кладбище в Литтл-Хэнглтоне.

А раз они знают, где пройдёт ритуал, значит, могут всё спланировать и покончить с ним раз и навсегда.