План Мародера (джен)

#небечено

Предупреждение к главе: упоминание сексуального контакта взрослого с несовершеннолетним; смерть персонажей.

Гарри исчез в мгновение ока.

Сириус затаил дыхание, надеясь…

Лабиринт растворился во вспышке магии — такой, что вся публика отшатнулась.

Проморгавшись, Сириус уставился на пустое пространство квиддичного поля внизу — и тут же метнулся взглядом к платформе, выискивая хоть какой-то след Гарри.

Турнир был окончен; трое Чемпионов стояли на платформе, но Гарри среди них не было.

Сириус тяжело сглотнул, не обращая внимания на нарастающий ропот толпы, заметившей исчезновение Гарри.

Он знал, что так и будет. Знал наперёд. Они это спланировали. Он просто не думал, что это будет так больно. Грим внутри него рвался выть, и Сириус едва не поддался искушению позволить ему это. Но терять время было нельзя.

Его сын был в руках Волдеморта.

Он вихрем бросился действовать.

Минерва стояла рядом с побледневшей Гермионой — суровое лицо, яростный взгляд. Руки Гермионы крепко вцепились в руку матери.

— Идите! — прорычал Сириус.

Минерва просто положила руку Гермионе на плечо.

Августа крепко обняла Невилла.

— Береги себя, Невилл.

Невилл серьёзно кивнул бабушке в ответ, а она встала позади Гермионы и тоже положила ладонь ей на плечо.

Молли закончила обнимать сыновей на прощание. Она провела рукой по растрёпанным волосам Рона; на лице у неё была написана тревога.

Артур подошёл к ней и бережно отстранил.

— Пора, Молли. Мы договорились, что пойдём на это. Я пригляжу за ними. А тебе надо уходить с остальными.

Молли дёргано кивнула и глубоко вдохнула.

— Жду всех вас дома к завтраку. — Она взяла Джинни за руку, как маленького ребёнка, но Джинни не стала возражать, лишь прильнула к матери, чтобы её утешить. Они встали рядом с Гермионой, и обе положили ей руку на плечо.

Гермиона на мгновение поймала взгляд Сириуса и медленно кивнула ему: обещание, понял Сириус. Она будет сражаться за Гарри.

Она коснулась ожерелья на шее и чётко произнесла:

— Убежище.

Женщины исчезли в разноцветном вихре.

— ВНИМАНИЕ, ВСЕ! — голос Альбуса разнёсся над толпой, и сразу стало тихо. — ХОГВАРТС ОБЪЯВЛЯЕТ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ. ВСЕ УЧЕНИКИ И ГОСТИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ЭВАКУИРОВАНЫ. ПРОСЬБА ОРГАНИЗОВАННО ПРОЙТИ К ПУНКТАМ ЭВАКУАЦИИ. ПОВТОРЯЮ, ВСЕ УЧЕНИКИ И ГОСТИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ЭВАКУИРОВАНЫ.

Невилл привлёк внимание Сириуса; решимость, застывшая в каждой линии его тела, напомнила ему Фрэнка.

— Я должен помочь с эвакуацией. Блейз?

— Я с тобой, — сказал Блейз.

— Я буду вас сопровождать, — вызвался Перси.

Артур похлопал Перси по плечу, когда тот двинулся к Невиллу и Блейзу.

Трое мальчишек поспешили прочь.

Сириус резко выдохнул, понимая: Альбус отдал бы приказ так рано, только если вторжение уже началось. Прежде чем он успел заговорить, в ложу влетел призрачно мерцающий патронус-феникс Альбуса.

— Сириус, — голос Альбуса раздался из клюва феникса, — защитные чары предупредили меня о бреши в замке, а кентавры прислали весть, что в лесу — дементоры и вампиры. Нам нужно, чтобы те, кому поручено поднять защиту Хогвартса, заняли свои места.

— Я отправлю ответ, — вызвался Ремус.

Сириус кивнул и повернулся к оставшимся с ним мужчинам.

Артур повернулся к Сириусу.

— Мы отведём учеников, задействованных в хогвартском заклинании, в кабинет директора прямо сейчас. С теми, кого не хватает, встретимся, как договаривались, — он указал на двух мужчин, стоявших позади. — Ричард, Леонард? Вы готовы?

Сириус повернулся к ним и нахмурился при виде сбившихся в кучку Боунсов и Эбботов. Семьи остальных Чемпионов уже ушли — Сириус смутно помнил, как они двинулись к ступеням, едва увидели внизу, на платформе, своих детей.

— Ричард? — резко спросил Сириус.

Глава рода Боунсов обернулся — на лице паника, рука взъерошила волосы.

— Сью и Ханна уже вернулись в замок…

— Ханна сказала, что Сью не могла смотреть на Седрика… — твёрдо заявила Карен Эббот. Леонард рядом с ней кивнул.

Фелисити Боунс возмущённо вскинулась.

— А я тебе сказала: Сью говорила, что Ханне нехорошо.

— Что ж, это будет не первый раз, когда Сью использует Ханну, чтобы… — горячо начала Карен.

— Дамы! — резко вмешался Сириус. — Сейчас не время об этом спорить.

— Согласен, — быстро вставил Леонард, прежде чем жена успела ответить.

Фелисити недовольно фыркнула, но кивнула.

— Карен, нам пора.

— Я не уйду без дочери! — ощетинилась Карен.

— Уйдёшь. У нас есть долг, который мы обязались исполнить, поклявшись родовой магией, — присматривать за эвакуированными детьми, — отрывисто сказал Леонард. — Я найду Ханну в замке и отправлю её к тебе.

Карен едва успокоилась, но, фыркнув, уступила. В её глазах плескалась тревога.

— Верни нашу девочку домой.

Леонард нежно поцеловал её.

Фелисити повернулась к Ричарду и обняла его.

— Тот же приказ и для тебя, Рич.

Ричард крепче прижал жену к себе.

— Мы вернёмся к тебе, Флик.

Фелисити высвободилась из объятий, и Карен с вызывающим взглядом придвинулась к ней бочком. Она положила руку Фелисити на плечо — и обе женщины исчезли в вихре портключа.

— Драко. — Люциус положил руку на плечо сына, когда тот двинулся к уходящим. — Твоё выживание превыше всего. Твоя мать очень расстроится, если на тебе окажется хоть царапина. Ты меня понял?

Драко встретил пристальный взгляд отца и кивнул.

— Удачи, отец.

Люциус отпустил сына, и при виде тревоги, на миг мелькнувшей на лице Люциуса, Сириус ощутил что-то похожее на сочувствие.

Сириус смотрел, как уходит разношёрстная компания: Уизли, Драко, Тео, Ричард и Леонард. Ложа, мгновение назад такая полная, почти опустела — остались только он сам, Люциус и Ремус.

Ремус поднял сквозное зеркало.

— Стая здесь, на позиции.

— Что теперь? — спросил Люциус, глубоко вдохнув.

— Теперь мы отправляемся в Литтл-Хэнглтон искать Гарри, — твёрдо сказал Сириус. Потому что он не собирался оставлять сына в руках Волдеморта ни на секунду дольше необходимого. Сириус поднял простой шерстяной шарф, который должен был послужить портключом, и остальные придвинулись, чтобы ухватиться за него.

«Мы уже в пути, Гарри,» — яростно подумал Сириус, надеясь, что сын каким-то образом услышит его мысли и почерпнёт в них силы.

* * *

Первыми в сознание Гарри вернулись звуки вокруг.

Хруст веточек и чавкающий звук — кто-то ступил в грязь у самой его головы. Низкое шипение поблизости. Ветер, бьющийся обо что-то металлическое и тяжёлое. Треск огня…

Запах дыма скользнул над ним, вытягивая его из неестественного сна.

Нос Гарри сморщился. В воздухе пахло дымом и пеплом, но ещё резко тянуло землёй, травой и листвой… и поверх всего — вонью разлагающегося тела.

Гарри замер, борясь с желанием открыть глаза и понять, где он и что происходит.

Он взял кубок и был оглушён; он позволил Волдеморту себя похитить. Где бы он ни находился, безопасным это место не было.

И ему было холодно.

Гарри рассудил, что лежит на земле. Спиной он чувствовал камень — вероятно, надгробие или гробницу. Руки были связаны перед ним и тяжело лежали на животе, а на лодыжках ощущалась тяжесть верёвки. Резкий, кусачий ветер обвивал всё тело, и Гарри смутно осознавал, что куртки на нём, кажется, больше нет. Нож всё ещё был при нём, а вот палочки он, судя по всему, лишился. Волдеморт идиотом не был.

Словно в подтверждение этого заговорил Том Марволо Реддл.

— Можешь уже открыть глаза, Гарри Поттер.

Гарри открыл глаза. На мгновение он не понял, где очки, — всё вокруг расплывалось, — но тут же почувствовал, что они по-прежнему на носу. Он задавил панику и кое-как сел.

— Северус, будь добр, сообщи юному Гарри, где он находится, — вкрадчиво сказал Волдеморт.

— Кладбище Литтл-Хэнглтона находится за церковью, — громко отчеканил Снейп, явно где-то справа от Гарри.

Мир резко обрёл чёткость.

Он был на кладбище, привязан к надгробию.

Волдеморт сидел на стуле справа от него, перед большим котлом. Гарри посочувствовал ребёнку, которым завладел Волдеморт: вонь гниющей плоти была почти удушающей, а вид трупа, который Волдеморт носил на себе, — ужасающим. Гной и кровавые язвы, испещрившие серую кожу, вызвали у Гарри приступ тошноты, и ему пришлось с силой сглотнуть.

Петтигрю маячил за спиной своего Тёмного Лорда — шаркающий крысиный силуэт. Гарри метнул в него презрительный взгляд и перевёл глаза на Снейпа.

Он знал, что не может выдать роль Снейпа, и изобразил мрачную гримасу.

— Снейп! Я знал, что тебе нельзя доверять.

— Такой же жалкий, как твой отец и Блэк, — с презрительной усмешкой бросил в ответ Снейп, глубоко засунув руки в карманы мантии.

— Ну-ну, — строго сказал Волдеморт. — Давайте не будем ссориться с нашим главным ингредиентом, Северус.

Снейп тут же опустил голову.

— Как пожелаете, мой лорд.

— Предатель. Ты не лучше этой крысы, — прошипел Гарри, поддерживая игру и замечая, как Петтигрю юркнул назад, за спину своего Тёмного Лорда, едва его помянули. — Мой папа…

— Ничего не сделает, — заявил Волдеморт. — Быть может, я отправил Барти поиграть с ним в Хогвартс. — Он гротескно улыбнулся. — В конце концов, это наше с тобой дело.

Во рту у Гарри пересохло. Сириус недолго пробудет в Хогвартсе, успокаивал он себя. Сириус собирался добраться до Литтл-Хэнглтона, как только в школе всё закрутится.

— Что тебе от меня нужно? — огрызнулся Гарри. — Неужели то, что оба прошлых раза после встречи со мной ты лишался тела, тебя ничему не научило?

— Оно научило меня, что ты достойный враг, — ответил Волдеморт. — Сегодня ночью ты поможешь мне вернуть тело, и я вернусь к былому величию.

Гарри для вида задёргался, будто силясь вырваться из пут.

— Мы начнём, как только зелье достигнет нужной температуры, — продолжал Волдеморт тоном почти менторским, словно читал лекцию в классе, — а потом мы встретимся на поле боя, Гарри Поттер, и я окажу тебе честь умереть смертью волшебника. — Он погладил палочку в руках. — Но до тех пор… Круцио!

Глаза Гарри расширились, когда заклинание метнулось к нему; деваться было некуда. Оно ударило, и тело выгнуло от боли на долгое мучительное мгновение, прежде чем он, тяжело дыша, откинулся назад, на каменное надгробие. Тело кричало от боли; каждый ушиб, каждый синяк, каждая царапина горели. Он с хрипом втянул воздух.

— Мой лорд, — почтительно пробормотал Снейп, — как бы мне ни было приятно видеть, что Поттера наконец поставили на место, зелье требует, чтобы его кровь была в состоянии покоя. Боюсь, если вы продолжите пытать его до ритуала, часть этих последствий может воспроизвестись в вашем новом теле.

Гарри попытался совладать с лицом — попытался не выдать слишком явно облегчения оттого, что Снейп вмешался.

— Возможно, ты прав, Северус. — Волдеморт склонил голову набок, обдумывая сказанное. — Я подожду, пока ритуал не завершится.

— Полагаю, вы сделали мудрый выбор, решив подождать, мой лорд. — Снейп склонил голову и вернулся к зелью.

Облегчение накатило на Гарри так стремительно, что у него едва не закружилась голова. Снейп спас его от пытки.

— Питер, заткни рот нашему гостю. Я не желаю слышать его голос до окончания ритуала, — приказал Волдеморт.

Гарри забился, когда Петтигрю поспешил к нему, но ему пришлось смириться с чёрной тряпкой, которой тот заткнул ему рот. Он испепелял крысу взглядом, пока та не шмыгнула обратно за спину хозяина.

Гарри опустил глаза и сосредоточился на дыхании; каждый вдох причинял боль. Он отодвинул боль в сторону и потянулся внутрь себя, к магии. Сосредоточился на беспалочковом молчаливом исцеляющем заклинании, которому Флитвик научил его для дуэлей. Против Круциатуса оно мало чем поможет, но справится с тем, что он успел заработать на Турнире и при приземлении с портключа.

Нужно просто набраться терпения, говорил себе Гарри; набраться терпения и дождаться нужного момента. Как только его кровь пойдёт в ход, он сможет призвать Дары и уравнять шансы. Он знал: Сириус где-то рядом и только ждёт. Гарри рискнул коротко взглянуть на Снейпа.

Что бы ни случилось, он не один.

* * *

Барти вышел из исчезающего шкафа в класс Прорицаний. Он позволил себе лёгкую улыбку и раскрыл объятия нетерпеливо ожидавшей у шкафа девушке. Он стерпел её неуклюжее объятие и высвободился уже через мгновение. Секс с ней прошлой ночью, когда она тайком выбралась к нему на свидание, не доставил ему никакого удовольствия, и он был рад, что притворство почти окончено. Почти — но не совсем. Он накрыл ладонью её щёку.

— Моя прекрасная девочка. — Барти мягко поцеловал её в губы. Её было так легко соблазнить, так легко отвратить от родителей и клятв. Правда, отчасти этому помогли изредка накладываемые на записки чары принуждения и зелья внушения, которые его эльф исправно ей подкладывал. — Моя прекрасная Ханна.

Амос Диггори оказался превосходным инструментом. Барти без труда управлял этим пьяницей — с тех пор как летом получил доступ в Министерство, и до того, как на Хэллоуин этот доступ потерял. Диггори взял Крауча, сочувствующего его делу защиты оборотней, на ужин к Эбботам как раз перед Чемпионатом мира — и Барти понял, насколько полезной окажется Ханна внутри Хогвартса, внутри альянса.

Убедить её закрутить роман с Невиллом Лонгботтомом было легко. Барти хотел сделать этого мальчика своим сыном: счастливое воспоминание о том, как он играл с ним вместе с Рабастаном, было одним из немногих, что у него остались. Так легко было убедить её проследить, чтобы в ночь Святочного бала Невилл оказался один, — чтобы дорогой покойный Игорь мог его похитить.

Правда, притворяться с Невиллом ей приелось, и Барти подтолкнул её использовать реакцию подруги на второе задание как предлог, чтобы отдалиться от него. Тем же предлогом — будто она проводит время с подавленной девчонкой Боунс — они пользовались и для того, чтобы улизнуть и встретиться тайком. Всё было идеально.

Идеально — до тех пор, пока после Пасхи правда не вскрылась и альянс не ввёл систему напарников. По счастью, личина Пиннера давала Барти повод заниматься с Ханной, помогая ей нагнать пропущенное. Она была его секретным оружием — шпионкой, которая докладывала ему о планах альянса и позволяла оставаться на шаг впереди.

— Барти! — жеманно протянула Ханна. — Ты в порядке?

— Я в порядке. — Барти пригладил выбившуюся из чёлки прядь. — И ты справилась превосходно, моя Ханна.

Ханна снова поцеловала его, и он сносил её страстное тисканье, пока хватало сил. К счастью, негромкий стон в другом конце комнаты дал ему повод высвободиться из её объятий.

— Так-так-так. Смотрите-ка, да это же Сивилла Трелони. — Барти широко улыбнулся, подходя к перепуганной женщине. Ханна справилась вполне прилично: связала её верёвками и заткнула рот кляпом. — А ты знаешь, что Тёмный Лорд хочет тебя живой?

Трелони отчаянно замотала головой.

— Видишь ли, — продолжил Барти, опускаясь рядом с ней на одно колено, — есть одно пророчество о нём, которое ты изрекла много лет назад. Помнишь, какое? То самое, что возвестило: Гарри Поттер станет его погибелью.

Трелони, извиваясь, попыталась увернуться от его руки, но Барти без труда поймал её за волосы и рывком запрокинул ей голову.

— Это из-за тебя Тёмный Лорд взялся за Поттеров, — заметил он всё тем же светским тоном. — Из-за тебя мы отправились к Лонгботтомам. Ты — причина того, что я потерял Рабастана. — Он помолчал. — Ну, не вся причина: остальное на совести Блэка.

Трелони издала сдавленный звук, пытаясь что-то сказать.

— Ш-ш, — проворковал Барти. — Не волнуйся. Я не собираюсь отдавать тебя Тёмному Лорду. — Он швырнул её на пол и поднялся.

— Не собираешься? — удивлённо спросила Ханна.

— Нет. — Барти поправил перчатки и выхватил палочку из кобуры. — Когда-то я кинулся бы исполнять его волю — но больше нет. Теперь я работаю на собственное будущее.

Ханна ослепительно ему улыбнулась.

— О, Барти. Это чудесно.

— Так и есть, — согласился Барти. — Так что мне не нужна старая выжившая из ума сумасшедшая, от которой несёт хересом и мочой. Авада Кедавра! — Он рубанул палочкой, и во вспышке зелёного света жизнь Трелони оборвалась.

Ханна коротко вскрикнула и вскинула ладони ко рту.

Барти повернулся и обнял её.

— Её нужно было убить, Ханна, — утешил он её. — Она бы только мешала.

— Ты прав, — сказала Ханна. — Ты прав.

— Где Грюм и Блэк? — спросил Барти.

— Всё ещё на квиддичном поле, — ответила Ханна. — Сириус был в ложе Чемпионов.

— Значит, там я его и встречу. — Барти нежно поцеловал её. — Ты знаешь свою задачу.

Ханна кивнула.

— Я должна помешать ученикам поднять защиту Хогвартса.

— Иди, — мягко приказал он. — Увидимся, когда всё закончится.

Ханна нехотя отстранилась, кивнула и ушла.

Барти подождал, пока она скроется, а потом вернулся к шкафу и трижды стукнул в дверцу. Он распахнул её — из шкафа шагнул Трэверс и отступил в сторону, пропуская вампиров и волшебников-наёмников, шедших следом.

Комнату быстро заполнила первая волна армии Тёмного Лорда.

Барти встал на стол, чтобы привлечь их внимание.

— Мы в самом сердце Хогвартса. Замок в вашем распоряжении. Убивайте всех, кого встретите. — Его не слишком заботило, найдут ли они и Ханну: её полезность себя исчерпала. — Убейте их всех.

Все они с грохотом высыпали из башни.

Трэверс подошёл к Барти.

— Где…

— Наши цели на квиддичном поле, — деловито сказал Барти. — Идём?

Трэверс хмыкнул и двинулся к выходу. Он резко остановился, заметив Трелони.

— Тёмный Лорд хотел её живой.

— К сожалению, мой шпион прикончил её до нашего прибытия, — легко солгал Барти.

Трэверс бросил на него скептический взгляд, но пошёл дальше.

Барти ухмыльнулся.

О, сегодня будет чудесная ночь, весело подумал он.

Весь мир сгорит.

* * *

Гермиона с трудом оторвала взгляд от ужасного ковра в прихожей и последовала за матерью на недавно магически расширенную кухню, где собрались остальные женщины вместе с обеспокоенным Добби. Гермиона села за стол и тихо наблюдала — голова и сердце были слишком переполнены мыслями о Гарри.

Тот момент, когда он исчез… его ждали, и всё равно он оказался сокрушительным.

Гарри был в руках врага — злого тёмного волшебника, желавшего его смерти. Ему наверняка было страшно и больно.

Ей хотелось быть рядом с ним, но в конце всегда оказывался один Гарри. Так было на первом курсе, с ловушками и загадками: только Гарри в итоге встретился с Волдемортом. Второй курс был не лучше: Гарри в одиночку оказался в Тайной комнате с тенью Волдеморта, и помог ему только феникс. По крайней мере, на третьем курсе она была с ним, когда они спасали Сириуса.

Она едва заметила, как прибыли и расселись остальные, как Кричер и Добби принялись разливать чай и устраивать всех. Гарри приказал эльфам беречь женщин рода.

Джинни опустилась на соседний стул и обхватила кулак, который Гермиона положила на стол.

— Он вернётся домой.

— Пусть только, чёрт возьми, попробует не вернуться, — пробормотала Гермиона.

— Гарри не позволит Тому победить, — пообещала Джинни; в карих глазах её теплились обещание и решимость.

Гермиона кивнула и разжала пальцы, чтобы сжать руку подруги.

— Мы поможем ему в этом.

— Дамы, прошу внимания, — позвала Анди, и собравшиеся женщины быстро расселись за столом.

По одну сторону стола разместился род Поттеров и Блэков — за исключением Джинни, которая осталась рядом с Гермионой: Нарцисса, Дора и Минерва. По другую сидели остальные женщины, которые вместе с Джинни должны были составить защитный ковен: Августа Лонгботтом, Гризельда Марчбэнкс, Молли Уизли и пожилая леди, которую представили как Вивьен Верте и у которой, как знала Гермиона, была особая связь с родовой линией Гарри. Мать Гермионы тоже присутствовала, но во время ритуала она должна была оставаться на кухне.

Анди встала во главе стола.

— Нам нужно завершить последние приготовления, — она прочистила горло. — Но сначала давайте ещё раз пройдёмся по тому, что мы будем делать. Минерва?

Минерва поднялась; Анди села.

— Лили Поттер была выдающейся ведьмой. Она наделила Гарри защитным барьером, основанным на её любви и жертве, — якорем ему служила кровь, общая у неё с сыном. Этот дар стал результатом заклинания, которое Лили сотворила, опираясь на Старую Религию, — она положила на стол книгу. — В этой же книге есть благословение, которое мы провели при усыновлении Гарри. Оно позволило продлить защиту, перенеся якорь с крови Лили на кровь рода Блэков, — она помолчала и выпрямилась. — Мы знаем, что этот барьер уже дважды спасал Гарри. Знаем мы и другое: сегодня вечером Том Реддл украдёт кровь Гарри для себя.

Гермиона прикусила губу.

— Он надеется, что эта кража сделает его неуязвимым к защите Гарри, — и вся нумерология и магическая теория по этому вопросу подсказывают, что он прав. Кража фактически нейтрализует щит Гарри в этой части и создаст магическую привязку к его магии. Но мы стоим на месте Лили, и нас так просто не победить. То, как Реддл выстроил свой ритуал, делает его уязвимым перед ведьминской магией, — и мы намерены воспользоваться этим в полной мере, — она уступила слово Анди.

Анди снова поднялась со стула.

— У рода Блэков есть репутация, и, хоть в нашем прошлом и хватает того, против чего мы восстаём, в одном мы едины: в любви к нашим детям, в убеждении, что семья — прежде всего, — она постучала пальцем по книге. — Как вы все знаете, поначалу мы планировали именно восстановить защиту: одно заклинание давало основания думать, что это выполнимо. Но… при дальнейшем изучении выяснилось, что для этого нужна добровольная жертва того, в ком есть кровь Лили — не Гарри, — и хотя многие из нас с радостью задушили бы сестру Лили, она никогда не отдала бы свою жизнь добровольно, — она подняла руку. — И нет: согласие, вырванное под угрозой, с точки зрения магии всё равно считается недобровольным.

— «Добровольно» и «недобровольно» обойти очень непросто, — согласилась Минерва. — Нам пришлось быть очень осторожными с этим ритуалом — так же, как и Гарри придётся быть очень осторожным со своим душевным состоянием и обстоятельствами во время ритуала, который Реддл проведёт сегодня вечером.

Гермиона понимающе кивнула. Гарри рассказывал ей, что ритуал Волдеморта требует, чтобы его кровь была взята силой. Пройти по этой грани было непросто: принять и допустить, что его похитят ради ритуала, — и при этом сохранить нежелание, чтобы его кровь использовали для воскрешения врага.

— Тогда, признаюсь, я в лёгком недоумении, — вмешалась Вивьен. — Приготовления, которые мы делали… это ритуал призыва духа для восстановления благословения.

— Именно так. Поскольку, скорее всего, защита вернётся через эту привязку только после смерти Реддла, нам пришлось искать другой способ помочь Гарри, — Анди обвела взглядом стол. — Вы все читали материалы о ритуале, и мы их обсуждали, но, к сожалению, некоторых из вас мы не могли полностью посвятить во все факты относительно самого благословения, которое мы хотим восстановить.

— Тогда выкладывайте, — резко заметила Гризельда.

Минерва снова поднялась.

— Во время усыновления Гарри ему было даровано и второе благословение — духом Морганы Ле Фэй. Берти объявил тот эпизод секретным, и все присутствовавшие поклялись никогда его не разглашать. Мириам стёрли воспоминание об этом.

— А вы были освобождены? — проницательно спросила Гризельда.

— Да, — кивнула Минерва. — Сириус счёл, что моей клятвы как регента Поттеров достаточно и для этого случая.

— Сегодня мы призовём дух Морганы Ле Фэй и позаботимся о том, чтобы её благословение снова сошло на Гарри, — твёрдо сказала Анди. — Он будет защищён благословением самой могущественной ведьмы в нашей истории, призванным ведьминской магией.

— И? — Вивьен постучала пальцем по пергаменту перед собой. — Ведь есть и вторая часть.

— Ну, если все согласны, мы подумали, что заодно сотворим то самое заклинание. Оно силой заберёт у Волдеморта то, что он украл; по сути, это просто очень продвинутое заклинание подмены, — бодро прокомментировала Дора.

— Идея принадлежит мисс Грейнджер, — голос Нарциссы был полон одобрения.

Гермиона залилась краской, когда все повернулись к ней.

— А мы помогли ей создать это заклинание, — подтвердила Минерва. — Реддл станет его первым подопытным.

— Умница, девочка, — сказала Гризельда.

Анди коротко и остро улыбнулась.

— Мы заставим его пожалеть о том, что он украл у рода Блэков.

— Отлично, — заявила Гризельда, явно довольная.

Молли медленно кивнула.

— От меня возражений не будет.

Августа решительно постучала по столу.

— Ну и чего мы ждём? Давайте начинать.

Гермиона коснулась ожерелья на шее. «Держись, Гарри,» — яростно подумала она; «держись, мы с тобой.»

* * *

Невилл торопливо возвращался по тропинке от Чёрного озера к замку. Над головой собиралась магическая буря: тёмные тучи наползали, прорезаемые яркими вспышками молний.

Корабль Дурмстранга уже ушёл. Всех их учеников и гостей эвакуировали — кроме Виктора, который остался, чтобы помочь защитить Натали Уоррен, свою девушку и запасную на место Равенкло в хогвартском заклинании.

Точно так же кареты Шармбатона взмыли в небо и за считаные секунды исчезли из виду. Но часть их учеников и родителей — включая Флёр и её отца — остались, твёрдо решив помочь Хогвартсу отразить вторжение. Грюм направил их защищать и помогать в больничном крыле.

Невилл сделал последний рывок по тропинке и вошёл в Хогвартс через боковую дверь, выходящую в сад. Блейз уже ждал его.

— У нас не хватает пятерых учеников. Все остальные младшие и старшие курсы эвакуированы — за исключением нескольких семикурсников, добровольно оставшихся защищать замок. Профессора, отвечавшие за эвакуированных учеников, ушли. Группа оборотней, авроров и невыразимцев под предводительством профессоров Флитвика и Хиллиарда уже вошла в замок и начала искать захватчиков. Ещё один отряд на территории под началом Грюма, — легко отчеканил Блейз. — Группа, направлявшаяся в кабинет директора, вошла пятнадцать минут назад через главные двери.

— Кто эти пятеро пропавших учеников? — спросил Невилл, не сбавляя шага; они как раз вышли из коридора и поднимались по лестнице.

— Лаванда Браун, близняшки Патил и братья Криви. — Блейз сверкнул улыбкой. — Все гриффиндорцы.

— Идиоты, — фыркнул Невилл. Он остановился и достал из кармана новенький пергамент. Коснулся его палочкой. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость.

Копия Карты Мародёров развернулась перед ними, и Блейз присвистнул.

— Надо отдать лорду Блэку должное, — с восхищением сказал он, — они с друзьями были чертовски умны.

Невилл рассеянно кивнул — он был просто рад, что Ремус нашёл способ скопировать оригинал. Он сосредоточился на поиске пропавшей группы. Нахмурился, заметив стаи вампиров, выходящие из башни Прорицаний, и имя Барти Крауча, значившееся там же рядом с Деннисом Трэверсом. Он отмахнулся от мысли, что надо кого-то предупредить: Флитвик наверняка уже знает, а Рон следит за своей копией карты.

— Вот! — Блейз указал на гриффиндорскую башню.

— Какого чёрта они там делают? — пробормотал Невилл. Он наметил про себя безопасный маршрут по школе: становиться закуской для вампиров ему не хотелось, да и он знал, что должен уцелеть, если хочет сдержать обещание, данное Гарри. — Ладно, — сказал он, — я схожу за ними. А тебе лучше воспользоваться аварийным портключом и эвакуироваться.

Блейз покачал головой.

— Кто-то должен прикрывать тебе спину. Пойдём вместе.

— Блейз… — тяжело вздохнул Невилл, мужественно встречая взгляд друга. — Я не собираюсь эвакуироваться. Я остаюсь. — Об этом, впрочем, он не говорил никому, кроме Гарри. Бабушка была твёрдо убеждена, что он окажется в поместье Блэков в целости и сохранности, как только закончится эвакуация. Но он дал слово Гарри — и должен был остаться в Хогвартсе на случай, если произойдёт самое худшее.

— Да, я так и понял. — Блейз пожал плечами. — Это не отменяет того, что тебе нужен кто-то, кто прикроет тебе спину.

Невилл тяжело сглотнул.

— Это не очень-то по-слизерински с твоей стороны, Блейз.

— Очень даже по-слизерински, — твёрдо сказал Блейз. — Если ты или кто-нибудь ещё сумеет обуздать твоё гриффиндорское безрассудство и не дать тебе погибнуть, ты однажды станешь Верховным чародеем. — Он широко ухмыльнулся Невиллу. — А мы, слизеринцы, любим планировать наперёд.

Невилл фыркнул и в шутку ткнул Блейза кулаком в плечо. Он знал, что Блейз планирует наперёд, — и знал, что тот остаётся с ним вовсе не поэтому.

— Ладно, пошли. Соберём остальных безрассудных гриффиндорцев.

Блейз зашагал рядом, и они продолжили подниматься по лестнице. Они завернули за угол — и резко остановились, едва не налетев на Ханну.

— Невилл! — Ханна вскрикнула и бросилась ему на шею.

Невилл нахмурился, но руки уже сами обнимали бывшую девушку, нерешительно похлопывая её по спине.

— Что ты здесь делаешь, Ханна?

— Я как-то отбилась от Сью, и портключ потеряла, и всё пытаюсь найти папу… я шла в кабинет директора, — сбивчиво залопотала Ханна.

Невилл мягко отстранил её.

— Мы идём в гриффиндорскую башню — собрать там нескольких учеников. Можешь пойти с нами, а когда мы их эвакуируем, отведём тебя в кабинет и выясним, куда подевалась Сью.

— Спасибо, Невилл. — Ханна ослепительно улыбнулась ему.

Невилл качнул головой, когда она потянулась взять его за руку.

— У нас обоих должны быть свободные руки и палочки наготове. В замке армия захватчиков.

— Ты прав, — выдохнула Ханна. — Прости.

— Ну что, идём? — непринуждённо спросил Блейз.

Ханна кивнула и двинулась вперёд, оставив двух парней идти за ней.

Невилл переглянулся с Блейзом: что-то было не так. Блейз подал знак, что возьмёт неожиданную спутницу под присмотр, и Невилл согласился коротким кивком. Он быстро нагнал Ханну и нахмурился, пытаясь понять, что именно его тревожит.

Они уже были почти у башни, когда в голове у него наконец прояснилось; одна-единственная мысль звенела в ней, точно сирена…

Почему он не видел Ханну на Карте Мародёров?

* * *

Альбус широким шагом шёл через квиддичное поле к Аластору. Шаг был быстрым, но без видимой спешки. Он с радостью отметил, что турнирный реквизит уже убрали, — осталась только платформа, которую Аластор использовал как командный пункт.

Альбус поспешил вверх по ступеням — чутьё защитных чар снова кольнуло его.

— Защитные чары сообщают о множественных вторжениях в замок!

— Мы почти полностью эвакуировались. Похоже, Лонгботтом с Забини отправились за отставшими. Флитвик ведёт группу — разобраться с теми, кто проник в замок, — проворчал Аластор. — Больничное крыло заперто и под охраной: войти может только тот, у кого есть действующий портключ.

— Дети, которым предстоит сотворить хогвартское заклинание…

— Им всё это время следовало сидеть у тебя в кабинете, — выговорил Аластор. — Чертовски глупая была затея — позволить им смотреть задание!

Альбус слегка опешил от свирепости друга, но не мог не признать: разумнее было бы, чтобы группа уже была на месте.

— Тогда бы им недоставало мистера Диггори.

— Они бы справились и без него, — буркнул Аластор. — Так или иначе, продвигаются они медленно, но пока всё идёт хорошо, и рядом с ними хватает взрослых, чтобы их защитить.

— Есть какие-нибудь вести от Сириуса? — спросил Альбус.

— Амелия сказала, что он и остальные добрались; все на позициях. — Аластор тяжело вздохнул. — Но они слепы и глухи к самому месту, пока Снейп не сумеет передать им тайну.

Он указал в сторону леса.

— У нас вампиры и дементоры прямо за кромкой леса. Скорее всего, ждут какого-то сигнала к атаке.

Альбус провёл пальцами по палочке — по своей первой палочке. Старшая палочка лежала вместе с мантией, ожидая, когда Гарри призовёт их. Альбусу не хватало её гудящей мощи, но в первой палочке была та привычность, что согревала и привечала его так, как он никогда не чувствовал, нося Старшую. Возможно, размышлял Альбус, это ещё один знак того, что носить эту палочку суждено было только роду Певереллов — только Гарри.

— На линию защитных чар у леса, — отрезал Аластор. — Ты должен удержать всё, что в лесу, за пределами территории.

Альбус кивнул.

— Понял. Пришлёшь Хагрида мне в помощь?

Аластор согласился.

— Он запирает ворота, но, как только закончит, отправлю его к тебе. — Он помолчал, и его магический глаз крутанулся кругом. — Береги себя, Альбус. Реддл жаждет этого места и твоей смерти так же сильно, как крови Поттера.

— Том Реддл никогда не возьмёт Хогвартс, — уверенно сказал Альбус. — Береги и ты себя, старый друг.

Они на краткий миг сжали руки друг друга; годы дружбы были почти осязаемы, когда они смотрели друг на друга с тёплой приязнью.

Альбус отпустил его руку и направился к линии защитных чар у леса.

Ему предстояло защитить школу.

* * *

— Чёрт возьми! — Седрик вцепился в перила и глубоко вдохнул.

Рон изо всех сил старался не пилить старшекурсника, но группа двигалась со скоростью самого медленного — и этим самым медленным был Седрик. Они застряли на небольшой лестнице. Прямо за ними осталась площадка: коридор слева вёл к Равенкло, а справа, в нише, стояла статуя Армитиджа Флэнка, знаменитого игрока в квиддич и бывшего ученика Хогвартса. До кабинета директора им было ещё идти и идти.

Это не вина Седрика, напомнил себе Рон. Седрик был ранен в схватке с акромантулом. Рон по собственному опыту знал, насколько ужасны эти твари.

— Ты как, Седрик?

Рона не удивило, что именно Луна шагнула вперёд и положила руку Седрику на плечо.

— Я справлюсь, — сказал Седрик, и в глазах у него горела мрачная решимость. — Мне придётся, я тут единственный хаффлпаффец.

— У Сью и Ханны, должно быть, была веская причина уйти, — ровным голосом сказал папа Рона, бросив взгляд на двух расстроенных отцов, которые их сопровождали.

Рон до сих пор не мог в это поверить. Точнее — мог, ведь Сью многое пережила, но он-то думал, что она твёрдо намерена помочь им с заклинанием. На подготовительных занятиях она была просто великолепна.

— Надо двигаться. — Амос Диггори настоял на том, чтобы сопровождать сына.

— А может, соорудим носилки и кто-нибудь будет левитировать Седрика? — предложил Рон.

— А это и правда… — начал Фред.

— …невероятно удачная мысль, — подхватила Натали. Она взмахнула палочкой и сняла шарф. Мгновение спустя тот превратился в носилки. — Давай, Седрик, забирайся.

— Я не…

— …хочу вас больше задерживать, — с присущей ему бестактностью закончил Драко.

Рон, впрочем, не собирался спорить со слизеринцем — он и сам всей душой хотел, чтобы Седрик поторопился.

Седрик поморщился, но сдался и, прихрамывая, побрёл обратно вниз, к носилкам. Виктор шагнул к нему, чтобы помочь.

— Отлично, — выдохнул Рон, — давайте…

— УБЕЙТЕ ИХ ВСЕХ! — прокричал чей-то голос.

Сверху полыхнула вспышка зелёного света.

— Седрик! — Амос накрыл сына собой и мгновение спустя безжизненно рухнул на пол.

— ПАПА! — в ужасе крикнул Седрик.

— ПРОЧЬ С ЛЕСТНИЦЫ! — отчаянно крикнул Рон, стаскивая Луну вниз по ступеням.

Взрывное заклинание прилетело словно из ниоткуда, нацеленное прямо в Виктора.

Седрик резко оттолкнул Виктора в сторону —

Виктор рухнул на площадку, увлекая за собой папу Рона и Леонарда Эббота —

а заклинание пробило Седрика насквозь и снесло лестницу.

Их всех разбросало.

У кого-то хватило присутствия духа смягчить пол, и они упруго приземлились.

Седрик рухнул, как сломанная кукла; кровь уже растекалась вокруг головы и разорванного взрывом живота.

— ЩИТЫ! — крикнул Рон, наплевав на то, что командует собственным отцом и братьями.

— Все в укрытие! — скомандовал его отец, метнувшись вперёд и оттаскивая ошеломлённого Виктора в сторону от лестницы.

Сверху в них полетело ещё одно взрывное заклинание, и Рон схватил Луну, затаскивая её за ближайшую статую. Через долю секунды рядом оказались Драко и Тео. Фред и Джордж схватили Натали и нырнули за статую с другой стороны — за миг до того, как в камень ударило зелёное заклинание, расколов его. Рон поморщился. Он глянул вверх, в лестничный пролёт, и сердце у него упало, когда он разглядел в тени пригнувшиеся тёмные силуэты вампиров.

Рон с трудом сглотнул, глядя на Диггори, брошенных у подножия разрушенной лестницы. Надо что-то сделать… схватить Седрика и…

Луна положила ладонь ему на руку.

— Их больше нет, — грустно сказала она.

Вампиры спрыгнули на верхнюю площадку лестницы, и Рон сильнее сжал палочку.

Мгновение спустя его отец, Виктор, Леонард и Ричард уже сражались; магия потоками хлестала вверх и вниз по лестнице.

— УХОДИТЕ! — крикнул его отец с другой стороны площадки. — БЕГИТЕ! Мы их задержим!

Рон оцепенел от страха. Это же его отец! Он не мог бросить отца!

— Сюда! — Фред распахнул панель за статуей и жестом велел всем забираться внутрь.

Драко и Тео двинулись сразу же.

— Давай, Рон! — Натали схватила его за руку и потащила к проёму. Луна нырнула внутрь раньше них и зажгла «люмос», едва оказалась в тёмном тесном лазе.

Все остановились, пока Джордж закрывал панель и запечатывал её. Потом он добавил ещё одно заклинание.

Натали поморщилась.

— А это что было?

— Небольшой сюрприз для тех, кто попытается пойти за нами, — мрачно ответил Джордж.

— Сюда, — сказал Фред. — Этот ход выведет нас в коридор у кабинета директора.

— Хочу ли я вообще знать, откуда вы знаете все тайные ходы в замке? — со вздохом спросила Натали.

— Чертовски хорошо, что знают! — горячо откликнулся Рон.

Натали покачала головой.

— Я не об этом…

— Мы поняли, — вмешался Фред таким серьёзным тоном, что Рон едва поверил, что говорит именно Фред. — Но нам всем надо держаться вместе, верно?

— А надо ли? — вдруг спросил Драко. — Не хочу показаться бесчувственным, но у нас не хватает хаффлпаффца. — Его белое лицо светилось в темноте. — Мы не сможем провести заклинание.

— Драко прав, — поддержал Тео. — Разве что кто-то знает, где нам найти замену?

— Больничное крыло, — тут же отозвалась Натали, и все повернулись к ней.

— Роберт Огден сейчас в больничном крыле, помогает его охранять, — объяснила Натали. — Он знает про заклинание и может его провести. Ему было немного обидно, что он не попал в список Гарри.

Рон вздохнул и потёр нос, не замечая, что оставляет на нём полосу грязи.

— И как именно мы должны его сюда доставить?

Вопрос надолго поставил всех в тупик.

— Камин, — вдруг сказала Луна.

— Что? — переспросил Рон, чувствуя себя идиотом.

Ответил Тео:

— Мы можем связаться с больничным крылом по камину из кабинета директора, и Огден сможет так же шагнуть к нам. Грюм заблокировал внешнюю сеть, но внутренние камины должны работать.

— Хороший план, Луна, — сказала Натали.

Рон увидел, как лицо Луны просветлело от похвалы.

— Блестяще, Луна, — добавил он.

На короткий миг между ними возникло ощущение товарищества.

— Ну что ж, — сказал Фред. — Пора двигаться.

И они снова двинулись вперёд. Рон бросил взгляд назад — тревога за отца снова принялась его грызть. Но ему нужно было исполнить свой долг, и подводить Гарри он не собирался.

* * *

Сириус не отрываясь смотрел в зеркало.

Оно активировалось всего мгновение назад, и Сириус тут же схватил его. Он не смел заговорить и подтвердить, что связь установлена, — вдруг это выдаст в Снейпе шпиона. Своё зеркало он сразу же зачаровал так, чтобы оно не передавало ни единого звука из тех, что раздавались вокруг.

Все они засели в маленькой квартире, которую раздобыли под свой штаб в Литтл-Хэнглтоне. Люциус ждал в задней комнате, пока остальные оставались в гостиной: Амелия, «Крысиный отряд» и единственная женщина в команде «Охотников за сокровищами» — Каро.

По плану команда «Охотников за сокровищами» должна была засесть на кладбище, в укромном уголке — в дупле дерева. Они подозревали, что Волдеморт наложит Фиделиус, но оба надеялись, что, оказавшись на месте до того, как тайну наложат, сумеют там и остаться. Теоретически это должно было сработать. К несчастью, на деле тайна стёрла само это место у них из памяти, и они остались в замешательстве, не понимая, где находятся и зачем.

Каро досадовала на саму себя. Она сидела в дупле в анимагической форме и просто улетела прочь, а ошибку осознала, лишь когда вернулась в человеческий облик и попыталась разобраться в охватившем её замешательстве. А вот Билл каким-то чудом сумел остаться на месте — и Сириус возблагодарил судьбу за то, что наследник Уизли уже был где-то на кладбище, хорошо бы — в пределах слышимости от Гарри.

В зеркале Сириус видел одну лишь темноту — изнанку кармана Снейпа. Кроме Снейпа, он едва мог различить хоть что-нибудь, и это несмотря на усиливающие чары, наложенные так, чтобы слышно было всей комнате.

Ремус держался у самого его локтя.

— Мой лорд, — проскрежетал из зеркала голос Снейпа, — как бы мне ни было приятно видеть, что Поттера наконец поставили на место, зелье требует, чтобы его кровь была в состоянии покоя. Боюсь, если вы продолжите пытать его до ритуала, часть этих последствий может перейти и на ваше новое тело.

Сириус напрягся, и у него вырвалось низкое рычание. Ублюдок пытал его сына!

— Полагаю, вы поступили мудро, решив подождать, мой лорд, — голос Снейпа снова отчётливо прозвучал из зеркала.

— Хвала Мерлину! Похоже, Северус сумел убедить его подождать до окончания ритуала, прежде чем… — голос Ремуса стих.

— Прежде чем продолжит пытать Гарри? — едко прорычал Сириус.

Ремус положил руку ему на предплечье, и Сириус смутно отметил янтарный отблеск, мелькнувший во взгляде друга, — тот молча предупредил остальных, чтобы Сириуса оставили ему.

— Мы всегда знали, что именно эта часть будет самой тяжёлой. Что, даже зная тайну места, мы всё равно должны дать ритуалу состояться. Избавиться от Реддла, когда он обретёт телесную оболочку, будет проще, чем пока он остаётся призраком.

Сириус резко отвернулся от старого друга и прошагал через всю комнату к окну. Снаружи серые тротуары с бесчисленными лужами выглядели грязными и унылыми. Он глубоко вдохнул. Он ни за что не должен был этого допускать. Он должен был найти другой путь. О чём он вообще думал?

Ремус снова пристроился рядом.

— Ещё несколько часов, Бродяга, — и всё будет кончено. Том Реддл исчезнет; Гарри будет в безопасности. Вы с ним сможете прожить долгую и счастливую жизнь. Тебе просто нужно держаться за эту мысль.

Сириус провёл ладонью по лицу.

— Его пытали, Лунатик.

— А мы залечим каждую его рану, как только доберёмся до него, — с нажимом сказал Ремус.

— Сириус! — настойчиво окликнула его Амелия.

Сириус поспешил обратно к зеркалу.

— Что?

— Ритуал… — Амелия прочистила горло и указала на тёмное зеркало. — Они вот-вот начнут ритуал.

Сириус резко сел. Так и должно было случиться: Волдеморт должен был вернуть себе тело, а ритуал — завершиться, только тогда они смогут убить его раз и навсегда. Теория слишком уж туманно говорила о том, что станет с призраком, если все хоркруксы уничтожат прежде, чем Реддл вернёт себе собственное тело.

Гарри не один, напомнил себе Сириус. Снейп при всех своих пороках и недостатках — рядом с ним. Он уже вмешался, когда дело дошло до пыток… не говоря уже о том, что где-то на кладбище Билл. Гарри не один.

— Зелье готово, мой лорд, — голос Снейпа эхом разнёсся по гостиной.

— Может, тебе стоит выйти, Бродяга? — пробормотал Ремус, и сочувствия в его голосе было слишком уж много.

Сириус покачал головой.

— Нет, — хрипло сказал он, — если Гарри приходится пройти через это, то самое меньшее, что я могу, — быть свидетелем.

Ремус кивнул и занял место рядом с ним. Он протянул руку, и Сириус взял её, крепко сжав, когда в комнате повисла тишина и все они замерли, вслушиваясь в воскрешение Реддла.

* * *

Гарри поёрзал в путах. В верёвках, стягивавших руки и запястья, чувствовалась небольшая слабина. Он готов был поставить на что угодно, что вязал его Снейп. Профессор зельеварения наверняка постарался бы дать ему хоть какое-то преимущество, тогда как Петтигрю, похоже, стремился к обратному — кляп, во всяком случае, был затянут туго.

Снейп повернулся к трупу, в который вселился Волдеморт.

— Зелье готово, мой лорд.

В поле зрения вползла огромная змея и обвилась вокруг ножек кресла, на котором восседал Волдеморт.

— Я пригляжу за ними, Хозяин, как ты и велел, — прошипела она.

Гарри сохранял бесстрастное выражение лица, не желая выдавать, что понял, — хотя шансов, что Хвост не рассказал Волдеморту о его парселтанге, было немного.

— Превосходно, Нагайна, — отозвался Волдеморт. — Питер, доставь меня к котлу!

Гарри против воли смотрел, как Питер поднял склизкую оболочку и понёс её к большому котлу. Он слышал, как внутри бурлит жидкость, перекрывая треск огня, всё ещё горевшего под котлом.

Питер осторожно опустил тварь-Волдеморта в котёл. Раздался всплеск и глухой «плюх», когда жидкость затянула существо под поверхность.

Снейп направил палочку на стоявший неподалёку мешок, и мимо Гарри просвистел маленький флакон, влетев Снейпу в ладонь.

— Кость отца, отданная без ведома, обнови своего сына, — нараспев произнёс он, высыпая порошок в котёл. Яркие белые искры озарили ночное небо.

Он оставил у себя флакон и кивнул Петтигрю.

Питер сделал шаг вперёд и вытащил из мантии кинжал. Он вытянул над поверхностью котла правую руку — ту, на которой не хватало пальца.

Гарри видел, как крыса перепугана: страх буквально кричал в каждой линии его тела, в белках широко распахнутых глаз, в напряжённом лице.

— Плоть слуги, — запинаясь, произнёс Питер, — отданная добровольно, оживи своего господина. — Он высоко занёс кинжал.

Гарри отвернулся, когда лезвие по дуге пошло вниз, и вздрогнул от вопля боли, прокатившегося над кладбищем. Ещё один всплеск — плоть ударилась о жидкость. В воздух взметнулись ярко-фиолетовые искры, и из котла донеслись бульканье, клокотание и шипение.

Снейп резко бросил заклинание в лежащего Петтигрю, скорчившегося на земле и прижимавшего к телу изувеченную руку. Бинты сами обмотались вокруг кровоточащего обрубка. Снейп призвал кинжал, брошенный Петтигрю, и с изяществом поймал его. Он уверенным шагом подошёл к Гарри и опустился рядом с ним на колени.

Гарри сделал вид, что пытается отпрянуть. Рука Снейпа рванулась вперёд и схватила его за левую руку — менее рабочую. Снейп задрал ткань рубашки, обнажив запястье.

Тёмные глаза Снейпа сверкнули, встретившись с глазами Гарри.

— Кровь врага, взятая силой, воскреси своего недруга. — Он ввёл нож в плоть Гарри, аккуратно обойдя все крупные артерии и вены, — так, чтобы рану можно было легко залечить.

Гарри вскрикнул, и кляп приглушил звук, потому что — чёрт возьми! — было больно! Кинжал вытащили и положили на землю, пока Снейп магией направлял стекающую кровь во флакон.

Снейп подождал, пока флакон почти заполнится, а затем резко поднялся. Его палочка дёрнулась, и Гарри почувствовал, как рана запечатывается, плотно стягиваясь. Было больно, но Гарри был благодарен за это простое исцеление. Он не мог позволить себе никакой остаточной слабости, если хотел пережить предстоящее столкновение.

Кровь отправилась в котёл — и почти сразу полыхнула ярко-красная вспышка; статические разряды вырвались наружу и заплясали вокруг котла. Зрелище завораживало — пока не вспомнишь, ради чего всё это.

Снейп стоял спиной к Гарри, не сводя глаз с котла…

Змея громко, торжествующе шипела, приподнимаясь, чтобы лучше видеть…

Хвост оставался жалкой всхлипывающей кучей на земле…

И Гарри понял, что пора исчезать.

Из котла густым белым облаком вырвался пар…

Гарри потянулся внутрь себя, к Дарам, и позвал…

Облако рассеялось, и из котла поднялась фигура — высокий, мускулистый, обнажённый мужчина с тёмными буйными волосами, тронутыми сединой на висках, с точёными аристократическими чертами, красоту которых уродовал жестокий блеск красных глаз.

— Облачи меня!

Гарри закрыл глаза и снова позвал — свою мантию, камень, палочку…

«Дары, ко мне», — отчаянно шептал Гарри. «Дары, ко мне, к последнему из Певереллов…»

Пока Снейп торопливо накидывал на отвлёкшегося Волдеморта чёрную мантию, Гарри почувствовал, как шевельнулся воздух: палочка шлёпнулась ему в ладонь; камень тяжёлым грузом опустился в карман, а мантия сама обернулась вокруг него, укрыв целиком…

— Благодарю тебя, Северус, — вежливо произнёс Волдеморт, — ты справился отлично. — Он провёл рукой по мантии. — Моё новое тело превосходно. Не так ли, Нагайна?

— Оно лучше, — ответила Нагайна.

Гарри Старшей палочкой наложил на верёвки локальное режущее заклинание.

Волдеморт поднял руку, и палочка вспорхнула ему в ладонь с кресла, которое он занимал. Он безмолвным взрывным заклинанием уничтожил кресло, и Гарри воспользовался этим мгновением, чтобы освободиться от верёвок и метнуться за надгробие.

— Наконец-то. — Волдеморт повернулся туда, где был привязан Гарри, и замер.

Снейп старательно изобразил, будто проследил за его взглядом, и потрясённо ахнул.

— Поттер! Но я же сам его связал!

Волдеморт низко зашипел и указал на кинжал.

— Должно быть, он воспользовался им, чтобы освободиться. Найди его, Нагайна! Приведи его ко мне!

Гарри, затаившись под мантией-невидимкой, не шевелился. Змея проскользнула прямо мимо него и ничем не показала, что хотя бы заподозрила, где он.

— Впрочем, неважно, — медленно произнёс Волдеморт. — Периметр стережёт мой друг-дементор. Далеко он не уйдёт.

Это объясняло холод в воздухе, подумал Гарри.

Волдеморт мерзко улыбнулся.

— Поттером мы скоро займёмся, но сначала… — он указал на Снейпа, — твою руку, Северус!

Снейп протянул руку, и Волдеморт ткнул палочкой в центр Тёмной метки.

— Думай о тайне, пока я их зову, Северус, — чтобы, оказавшись здесь, они знали, куда попали. — Он рассмеялся коротким, нечеловеческим смехом. — Посмотрим, кто из них после стольких лет посмеет не ответить на мой зов!

Гарри подавил рвущийся наружу вздох. Он надеялся, что Волдеморту придётся снова произнести тайну вслух и она, если повезёт, дойдёт до Сириуса. И всё же… Волдеморт добровольно впускал на кладбище дополнительных игроков, а это они предусмотрели… Гарри оставалось только ждать.

* * *

Барти хохотнул, когда ему удалось зацепить Артура Уизли режущим проклятием. Порез поперёк лба тут же начал кровоточить.

Наёмник рядом с ним запустил вниз по лестнице ещё одно взрывное заклятие.

Вампир спрыгнул на площадку — только для того, чтобы чемпион Дурмстранга тут же снёс ему голову. Обезглавливание вышло вполне приличное.

— ТАМ!

Крик раздался сверху, и на них внезапно дождём посыпались заклинания.

Барти выругался и поставил щит, поспешно отступая в укрытие. Мельком он увидел Флитвика во главе большой группы людей и чертыхнулся снова. Полугоблин был таким же кровожадным, как и вся остальная его порода.

— СОЛУС ВАМПИРУС!

Двое вампиров тут же рассыпались прахом; остальные нырнули в тени.

На площадку, которую занял Барти, спрыгнули трое мужчин. Он узнал их мгновенно — оборотни.

Пора было отступать, но сначала…

Барти подбросил в воздух флакон с зельем и выпустил заклинание-вспышку, чтобы скрыть свой уход. Зелье — изобретение Кэрроу — должно было обратить оборотней в звериный облик. Они станут безмозглыми, буйствующими зверями. Может, они заодно перебьют и вампиров, и наёмников, и этого идиота Уизли с его друзьями, но Барти это мало волновало.

Он был дезиллюминирован, но на бегу по коридору наложил вдобавок заглушающие и нейтрализующие запах чары. Он добрался до класса и забаррикадировал двери. Метнулся к окну — и с удовольствием увидел, что прямо снаружи тянется небольшая шпалера, уходящая вниз до самого розария. Он поджёг угол класса и стал спускаться.

Он позволил втянуть себя в драку с той группой по пути наружу, и это было ошибкой, размышлял Барти, осторожно обходя разросшиеся розы и нащупывая следующую опору.

Он должен оставаться сосредоточенным.

Ему нужно найти Блэка и отомстить.

Всё остальное не имело значения.

Он окинул взглядом территорию и нахмурился. Она казалась странно безлюдной. Где зрители Турнира? Где остальные сотрудники Хогвартса? Он взглянул в сторону озера и зло уставился на пустую водную гладь: Дурмстранг исчез, и Барти готов был поставить остатки галлеонов, что Шармбатон убрался тоже.

Они знали.

Каким-то образом они заранее узнали, что будет вторжение.

Наверное, чёртова паранойя Грюма, с отвращением подумал Барти, спускаясь на землю и отряхивая налипшую на мантию грязь.

Или, может, у них был шпион.

Верхняя губа скривилась.

Снейп.

Что ж.

Барти было плевать. Ему было безразлично, соберётся ли Свет с силами и вступит ли в бой с Тёмным Лордом, даже если они победят. Всё, что его волновало, — это убить Блэка и уничтожить всё на своём пути.

Проходя через розарий, он небрежно поджёг и его.

Он знал, что лабиринт устроили на квиддичном поле, а тамошние трибуны приспособили под зрителей Турнира. Через территорию он направился в ту сторону.

Едва он обогнул квиддичные раздевалки, как застыл при виде двух авроров, стоявших прямо перед ним. Один курил, второй с отвращением смотрел на напарника.

— Чёрт возьми, Джимми, мы вообще-то на посту, — заметил тот, что помоложе.

— Да последнюю сигаретку докуриваю, — огрызнулся Джимми. — Обещали, что будем драться с вампирами и дементорами, а не торчать в стороне, охраняя паршивую тропку, Падрайг.

— Ты просто злишься, что Боунс взяла «Крысиный отряд» с собой искать Поттера, — отозвался Падрайг, и в голосе у него резко зазвенел укор.

— Конечно, злюсь, чёрт побери! — пробормотал Джимми. — Там же вся заваруха и будет! Может, если б я был там, я б парня спас и стал героем! Вот тогда бы Люси пришлось передо мной трусики снять!

— Идиот ты, — заявил Падрайг. — У тебя столько же шансов к ней в трусики залезть, сколько у гиппогрифа.

Барти это позабавило. Он послал в идиота Убивающее проклятие — и Падрайг, увидев, как его друг безжизненно валится на землю, успел лишь потрясённо раскрыть рот, а Барти уже убил и его.

Он лёгкой трусцой пересёк поле к квиддичным трибунам, но замедлил шаг по мере приближения: ветер донёс голоса.

— Грюм говорит, что Джимми и Падрайг просто исчезли. Нам приказано проверить, — громко произнёс чей-то чёткий аристократический голос.

— Джимми, скорее всего, взял и учудил какую-нибудь глупость, — пожаловался второй голос. — Он собственную задницу с трудом находит.

— Может, и так, Люсинда, но у нас приказ.

Люсинда. Барти покрутил имя в голове. Интересно, не та ли это самая рассудительная Люси, которая трусики не снимает. Он смотрел, как из-за угла, от входа на трибуны Равенкло, вышли две женщины.

Одна — очень хорошенькая блондинка; другая — статная брюнетка.

— Ну что, Дороти, веди, — сказала блондинка, Люсинда.

Дороти вздохнула и указала в сторону Барти.

— Они должны быть где-то там.

Барти в предвкушении поднял палочку. Это как пострелять по уткам, радостно подумал он.

— Джимми бесился, что его не взяли с Боунс, — Люсинда покачала головой. — Не представляю, чтобы она или лорд Блэк стали терпеть его выходки, — уж точно не тогда, когда на кону жизнь Поттера.

— И я не представляю, — вздохнула Дороти. — Ты видела Блэка, когда он уходил? Он был такой аппетитный в этой драконьей коже.

— «Аппетитный» — не то слово. Люсинда была уже достаточно близко, чтобы Барти разглядел её ухмылку, но ему было не до неё: всё тело оледенело, пока разум догонял услышанное.

Блэка нет в Хогвартсе.

Блэк уже отправился искать Поттера.

Блэка здесь нет, и Барти понятия не имеет, где Тёмный Лорд, потому что место укрыли Фиделиусом.

Чёрт, мать его, Мерлиновы яйца!

Барти зарычал от ярости и выпустил взрывное заклятие в сторону трибун. Он не замечал ни криков, ни воплей — на шум уже бежала группа авроров. Яростно зашагал прочь, к воротам.

Ему придётся начать с поместья Тёмного Лорда и двинуться в город… попробовать найти Блэка там…

Боль прострелила левую руку, бросив его на колени; он едва поборол желание закричать.

Барти вцепился в левое предплечье, прихлопнув ладонью Тёмную метку.

Свершилось.

Тёмный Лорд воскрешён и призывает своих Пожирателей Смерти.

Чёртов Тёмный Лорд.

Если бы Барти был посреди битвы с Дамблдором, его бы уже схватили! Неужели этот ублюдок не мог различать их всех и оставить его в покое? Он глотнул ещё воздуха и провёл рукой по волосам, пытаясь думать сквозь боль.

«Кладбище Литтл-Хэнглтона находится за церковью».

Тайна сама прошептала себя ему в мозг, пока Барти тяжело дышал, а рука горела. Он стиснул зубы и рывком поднялся. Наложил на руку онемляющее заклинание; оно притупило зов до ноющей боли.

Он мог откликнуться на зов. Правда, если он просто откликнется, его убьют через считаные мгновения после появления — Тёмный Лорд поставил его во главе сил в Хогвартсе.

Но…

Он был под дезиллюминационными чарами — можно спрятаться на кладбище и дождаться, пока появится Блэк. Мерлин свидетель: у этого ублюдка наверняка есть способ отследить Поттера и какой-нибудь план спасения.

Что ж, теперь и у Барти есть план, с яростным ликованием подумал он.

И его план — единственный, который имеет значение.

Он снова зашагал к воротам.

Как только он выйдет за линию защитных чар Хогвартса, он аппарирует в Литтл-Хэнглтон. Ох, придётся отложить план полностью уничтожить Хогвартс — но что такое час или два между взрывами, в конце концов?

* * *

Перед Минервой остановилось белое мерцание патронуса-волка.

— Реддл обрёл тело. Гарри прячется. Проводите ритуал немедленно. — Патронус растаял.

Сердце Гермионы подскочило к горлу. Гарри ранили; у него взяли кровь. Для воскрешения это было необходимо, но…

Она снова коснулась ожерелья. Его скрывают Дары. Он в безопасности. Пока что.

— По местам, все! — громко сказала Минерва.

Они все направились в гостиную. Это было частью приготовлений на прошлой неделе.

Гостиную освободили от мебели и украшений; уродливый ковёр сняли, открыв простые дощатые полы. Стены побелили, а помещение тщательно очистили шалфеем.

На полу были выложены два круга из простых толстых белых свечей.

Внутренний круг предназначался только для Доры, Анди и Нарциссы — кровных дочерей рода Блэков. Немало спорили о том, не следует ли Гермионе встать внутри круга, ведь она названная дочь, — но в итоге нумерология определила: три в центре и семь во внешнем круге.

Минерва расставила остальных между двумя кругами.

Гермиона затаила дыхание, занимая своё место. Вивьен Верте заняла север как старшая; Джинни — место слева от неё как младшая. Справа от Вивьен встала Гризельда, рядом с ней — Августа. Для Минервы оставили свободное место. Дальше шла Молли, а круг замыкала сама Гермиона — рядом с Джинни.

На каждой была тонкая белая мантия с каймой из серебряной и золотой нити; на манжетах оттиснуты гербы Блэков и Поттеров. Другой одежды на них не было. Все были босиком. Каждая прошла обряд очищения, прежде чем переодеться, и Гермиона чувствовала себя почти обнажённой. Она коснулась ожерелья на шее. Ей разрешили оставить его для ритуала: связь с Гарри давала ожерелью право присутствовать.

— Последняя проверка, — громко произнесла Анди. — Мы можем пробыть здесь довольно долго. Мы не знаем, сколько времени займёт призыв Морганы Ле Фэй. Кому-нибудь ещё нужно отлучиться? — Её взгляд скользнул по двум беременным женщинам рядом с ней.

Дора закатила глаза.

Нарцисса надменно фыркнула.

— Так, дамы. Свечи.

Все нагнулись и подняли свечу, стоявшую позади.

Минерва выключила свет. Она заняла своё место в круге и приняла свечу, которую протянула ей Августа. Отрывисто кивнула.

— Прошу вас.

Анди улыбнулась.

— Люмос.

Свечи загорелись; ровное жёлтое пламя осветило комнату.

— Да будет благо для магии, — начала Анди. — Мы, женщины рода Блэков, собираемся, защищённые нашими названными сёстрами, чтобы призвать Моргану из линии Ле Фэй и молить её о помощи в защите нашего ребёнка — Гарри, сына рода Блэков. Я Андромеда, мать рода Блэков, и я стою на месте Лили из рода Поттеров. Моргана, услышь мой зов — кровью, магией, духом.

— Услышь её зов, — отозвалась Гермиона вместе с остальными во внешнем круге.

— Да будет благо для магии, — подхватила напев Нарцисса. — Я Нарцисса из рода Блэков, мать рода Блэков, и я стою на месте Лили из рода Поттеров. Моргана, услышь мой зов — кровью, магией, духом.

— Услышь её зов.

Дора набрала воздуха.

— Да будет благо для магии. Я Нимфадора из рода Блэков, мать рода Блэков, и я стою на месте Лили из рода Поттеров. Моргана, услышь мой зов — кровью, магией, духом.

— Услышь её зов.

— Да будет благо для магии, — снова начала Анди, и напев продолжился.

Время ускользало.

Два, три раза они произнесли напев.

И Анди начала снова.

Гермиона не теряла сосредоточенности и всей волей призывала Моргану явиться.

Четыре, пять раз.

— Услышь её зов.

Шесть.

Гермиона гнала прочь всякое уныние: Гарри рассчитывал на них.

— Да будет благо для магии…

Гермиона почувствовала, как на седьмом напеве Анди дрогнули свечи; магия закружилась по комнате, и её прикосновение к коже обжигало электричеством.

— …и я стою на месте Лили из рода Поттеров. Моргана, услышь мой зов — кровью, магией, духом.

Пламя свечей поднялось выше.

— …и я стою на месте Лили из рода Поттеров. Моргана, услышь мой зов — кровью, магией, духом.

И ещё выше.

— …и я стою на месте Лили из рода Поттеров. Моргана, услышь мой зов — кровью, магией, духом.

Гермиона желала этого всем сердцем; она должна была спасти Гарри.

— УСЛЫШЬ ЕЁ ЗОВ.

И свечи погасли, погрузив их во тьму.

Тишина.

Свечи вспыхнули снова — ярче прежнего.

Гермиона моргнула.

И в центре их кругов стоял серебристый дух Морганы Ле Фэй.

* * *

Гарри прижался к надгробию и смотрел, как Волдеморт резко хохочет, созывая своих Пожирателей Смерти.

Он крепче сжал Старшую палочку, благодарный мантии за укрытие; даже тяжесть камня утешала.

Наследие его семьи.

Победитель Тёмных Лордов.

Чемпион Смерти.

Ворон, что рыщет по полю битвы.

Гарри вдохнул — спокойный, собранный.

Настало время отправить последние осколки души Волдеморта к Смерти.