↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Кровь взывает к преисподней (гет)



семь лет спустя от канона Наследий! (без учёта событий 3-4 сезонов) | Изучение таинственного символа приводит Хоуп и Аларика к древнему магическому культу Гекаты, что становится началом трагических событий. Весь мир оказывается под угрозой гибели, когда враги прошлого и настоящего приступают к осуществлению тщательно продуманного плана возмездия, ключевой фигурой которого является не только Хоуп, но и их с Алариком будущий ребёнок, случайное зачатие которого на самом деле не такое уж случайное…
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 10. Нечто холодное шевельнулось в груди

Примечания:

Глава не бечена.


Тишину библиотеки нарушали приглушенные голоса, постукивания клавиш и шелест перелистываемых страниц. Солнечный свет, льющийся через стеклянный потолок, заливал пространство естественным светом. Петляя между стеллажами с книгами, девушка мельком прочитывала названия томов, в которых были заключены тысячи старинных историй. Некоторые она вытаскивала, просматривала и возвращала на место, другие — перекладывала в левую руку, где уже держала парочку книг.

Когда в руках Джози оказалось собрание из шести печатных изданий, она понесла книги к одному из столов читального зала — к самому дальнему — оказываясь подальше от остальных посетителей Национальной библиотеки Греции. Зальцман пролистывала том за томом. Написанное, безусловно, увлекало, но было не тем, что она искала. Совершенно не то!

— Я думала, что надо мной подшутили.

Джо вздрогнула от резко ворвавшегося в её сознание голоса, и в замешательстве подняла взгляд от книги на возвышавшуюся над ней фигуру. Джейд демонстративно сложила руки на груди, недоверчиво поглядывая на Зальцман.

— В Афинах есть куда более интересные места для посещения в свободные дни, нежели библиотека, Джо, — ухмыльнулась вампирша, занимая место напротив Джози.

— Я знаю, но у меня есть одно дело. И то, что мы сейчас в Афинах как нельзя кстати. Эта библиотека, — Джо обвела взглядом окружающее их пространство, — то, что мне нужно.

— Так выходные же! — возмутилась Джейд, решив, что это как-то связано с учёбой. — Это же ведь можно было отложить и прогуляться по городу, мы и половины достопримечательностей из твоего плана не глянули.

На лице отразилось выражение почти детской обиды, и она умоляюще посмотрела на Джози, склонив голову.

— Это не по учёбе. — Джо улыбнулась уголками губ, искоса поглядывая на вампиршу. — Я пообещала кое с чем помочь папе.

Джейд так удивилась, что даже не сообразила как-то скрыть своё удивление. Такое впечатление, что Зальцман первый раз в жизни упомянула об отце и уже тем более о помощи ему. Однако она быстро взяла себя в руки и поинтересовалась, чем может помочь. Джози недоверчиво нахмурилась на это предложение, но через несколько минут уговоров протянула ей распечатанную фотографию, пояснив, что им нужно найти какую-нибудь информацию о знаке, изображённом на фото.

— Хм, ясненько. И сколько ещё книг нужно просмотреть?

Джо жестом указала на отсек, откуда сама минут двадцать назад принесла стопку книг.

— Я проверила тридцать две, — ведьма указала на те, что лежали рядом с ней на столе.

— Я так понимаю, что остальная тысяча в моём распоряжении? — Джейд натянуто улыбнулась.

Джо лёгким кивком подтвердила её слова, сказав, что она может начать с любой угодной ей полки, и вернулась к чтению книги, от которой её оторвали. Пролистав с десяток страниц, она захлопнула её и отложила к тем, что уже были просмотрены. Стоило Зальцман открыть новый том, то на страницы упала чья-то тень, загораживая свет.

— Привет. Ты, кажется, Джозетт, да?

Джози медленно подняла взгляд. Смутно знакомое лицо смотрело на неё с благожелательным интересом. Ведьме понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить: эту девушку она видела в афинском университете — кажется, одна из студенток факультета истории и археологии. Или славянской филологии?.. В любом случае они точно присутствовали вместе на вчерашней лекции.

— Можно просто Джози, — ответила Зальцман довольно дружелюбно. Впрочем, к новым знакомствам она сейчас не была предрасположена.

Девушка представилась Джинни. Она словно бы не поняла, что общаться Джо сейчас не намерена, даже когда та никак не отреагировала, когда Джинни назвала своё имя. И даже тогда, когда ведьма демонстративно вернулась к изучению книги, продолжая игнорировать новую знакомую. Джинни просмотрела корешки лежащих на столе томов, а потом заинтересовалась фотоснимком, который Джози забыла убрать. Спохватилась Зальцман, когда фотография оказалась в руках Джинни.

— Ты пытаешься отыскать в этих книгах этот знак?

Джо бросила на неё косой взгляд.

— Не найдёшь. Я знаю каждую книгу той секции, — Джинни махнула в сторону, где по стеллажам рыскала Джейд, — наизусть. Но я видела этот знак.

— Где?

Джинни жестом показала следовать за ней. Зальцман позвала Джейд, и они двинулись следом за новой знакомой. Джинни без остановки болтала, рассказывая, что, когда оказалась в Афинах, библиотека была первым местом, которое она посетила и, в общем, провела здесь очень много часов. А ещё то, что она помогала с переводом некоторых очень старых книг с бумаги в электронный вид. Джейд, уцепившись за эти слова, спросила, а нет ли тех книг, которые она хочет им показать, в электронной базе; Джинни помотала в ответ головой, однако вид у неё сделался какой-то загадочный. За три минуты петляний по залу, они узнали, что полное имя их новой знакомой Джиннифер, и она ненавидит, когда его сокращают до «Джин». Ещё они узнали, что она родом из Айдахо (а вот это их, откровенно говоря, волновало меньше всего). Болтливость Джинни не то чтобы раздражала, но определённо напрягала. Джо с Джейд перекинулись взглядами, выражающими полную безысходность.

Джинни не читала названия секций, уверенно проходя между ними, следуя к нужной. Да и книги она не выискивала на полках, а точно знала их расположение. Что ж, кажется, она говорила правду о том, что провела немало часов в этом месте.

Джиннифер выудила книгу и передала её Джо, ещё одну отдала Джейд. У Джози нужный знак отыскался почти сразу — на тринадцатой странице. Но, конечно, это было бы слишком просто…

— Проклятье!.. — Джейд пролистнула том, который достался ей. — Здесь всё на… древнегреческом?

— Как и у меня, — недовольно пробурчала Зальцман.

— Ты знаешь древнегреческий? — неуверенно спросила вампирша, обращаясь к Джинни. Правда, она заранее догадывалась, какой получит ответ.

— Нет, конечно, глупенькая! — Джиннифер закатила глаза, и на её лице появилось такое выражение, будто она говорит с трёхлеткой. — Я знаю греческий. Ну и я ведь не говорила, что знаю об этом знаке — я сказала, что видела его.

— Уж лучше бы они были на латыни, — продолжала недовольствовать Джо.

Древнегреческий раньше преподавали в школах Греции, но его уже с десяток лет как вывели из программы. В Афинском университете этот язык для изучения теперь не являлся обязательным, но по собственному желанию студенты могли выбрать его как дополнительный предмет. Джинни изучала его только на первом курсе, а Джо искренне пожалела, что и вовсе не рассматривала возможность изучения этого языка. Загвоздка серьёзная, но лишь для Джози. Информацию она искала не для себя, а для отца, а тот уж как-нибудь найдёт способ перевести эти книги.

Зальцман достала телефон из кармана джинсов и начала фотографировать страницы: в итоге снимков оказалось почти полторы сотни.

— Почему они не переведены? — полюбопытствовала Джейд.

— Эта секция хранит книги, которые, скажем так, являются достоянием Греции, — ответила Джинни. — И они, ну, вроде как, не хотят делиться этим достоянием с другими. Переведут на другие языки и истории из этих книг окажутся везде, а так… ты можешь отыскать их только здесь. По этой же причине они, скорее всего, никогда не будут в электронном виде.

— Но ведь книги вечно храниться не будут, — подметила Джо.

Джинни пожала плечами.

 

«В Ричмонде продолжаются активные поиски пропавшей студентки четвертого курса Университета содружества Вирджинии. Напомним, что первая версия об исчезновении Кэтрин Райз гласила о том, что с девушкой мог произойти несчастный случай во время празднования Хэллоуина. Первоначальное расследование дало повод подозревать нападение или убийство. С момента исчезновения прошло два дня, после чего и Аву Райз — мать Кэтрин — объявили без вести пропавшей…»

Хоуп переключила новостной канал, но наткнулась на тот ненормальный, где круглосуточно крутили странные ситкомы, и она выключила телевизор, раздраженно откинув пульт в сторону. Майклсон взяла в руки блокнот для рисования, который до этого покоился на её коленях, и оценивающе глянула на рисунок. Блекло-серый рассвет неспешно надвигался с востока, разгоняя сумерки и проникая в гостиную.

Когда Аларик оказался в комнате, то в окно уже заглядывали первые солнечные лучи, но почти сразу же их заслонили собой тучи, погружая пространство гостиной во мрак. Хоуп поморщилась и перелистнула листок, когда Рик наконец окликнул её. Майклсон не вздрогнула и не удивилась, услышав его голос, лишь подняла усталый взгляд.

— Снова не спала всю ночь?

Хоуп качнула головой. Почти всю ночь. Она отложила блокнот и карандаш на журнальный столик и взглянула на время: без пяти восемь утра. Провела здесь пять часов без сна. В очередной раз. Всё началось после Хэллоуина, но спустя три ночи, что она просидела здесь за чтением, рисование или проверкой письменных работ, да чем угодно, лишь бы снова не уснуть, кошмары отступили. Чтобы опять вернуться.

Сбежавшая Кэтрин возвращалась в её снах. Эмили кричала и просила помочь, и тогда Райз втыкала нож в её горло, хохоча, как сумасшедшая, пока её подруга захлёбывалась собственной кровью, а жизнь медленно покидала её тело. Майклсон просыпалась, но снова засыпая, видела всё ту же картину. Иногда ей удавалось забрать серебряный клинок до того, как он оказывался торчащим из шеи Эми; Кэтрин оказывалась прямо перед Хоуп, сотрясая ночную улицу диким смехом, удивлённо замолкая, когда нож вонзался ей в сердце, но потом её лицо начинало меняться — и через несколько секунд перед трибридом уже стояла Клайд, истекая кровью от нанесённого ей удара, вот только умирала она теперь от рук Майклсон. Китти снова заходилась в приступе злобного хохота где-то позади, и её смех заполнял пустынную темную улицу. Хоуп просыпалась от собственного крика, а перед глазами всё ещё была умирающая на её руках Эмили, пока Кэтрин растворялась в ночи Юг-Черри-стрит, обещая, что она вернётся. И она возвращалась.

Хоуп вторую ночь тихо вылезала из кровати, чтобы не разбудить Рика. Он и так проводил с ней прошлые бессонные часы, удерживая в своих объятиях — и только благодаря тому, что он находился рядом, она была способна заснуть и проспать хотя бы пару часов.

Аларик и сейчас притянул её к себе, прижав к своей груди и поцеловал в макушку. Мир от этого проще не стал, да и проблемы никуда не исчезли, но Хоуп чувствовала себя в безопасности, когда он вот так просто обнимал её.

Зальцман заметил рисунок в блокноте: метка культа была прорисована с точностью до мельчайших деталей. Он перевернул лист и с удивлением обнаружил, что и там нарисован этот знак. Но, рассматривая его несколько секунд, осознал кое-что: нет, не тот. Рик несколько раз перелистнул страницы: возвращался то к первому рисунку, то ко второму, сравнивая их.

— Они разные.

Майклсон кивнула:

— После Хэллоуина я думала, что мне показалось в темноте. Но нет, сейчас я уверена, что у Кэтрин была другая метка. А вот у Джеммы, Эми и Вайолет — одна и та же.

Между знаками разница едва заметна — мельком глянешь и не разглядишь. У Хоуп же в памяти это клеймо отпечаталось намертво: она с закрытыми глазами могла его повторить на бумаге. Тот знак, который они увидели впервые, получив фото от Марка Сандерса, отражало трёх девушек, и на голове той, что по центру, был венец. Но на метке, что была у Кэтрин, венец заменили языки пламени.

— Ты уверена, что у Джеммы была такая же метка, как и у Эмили?

Хоуп снова кивнула. Райз оставила клеймо на запястье Эми и этим связала себя с ней. Знак всё ещё оставался на руке Клайд, но вот наличие связи уже было под вопросом — прошла целая неделя, скорее всего, магия рассеялась. Должна была рассеяться. Но из этого следовало, что и Сандерс и Дениз были когда-то к кому-то привязаны. Зачем? Кем? И когда?

— Слушай, Рик, о каких планах на эти выходные ты говорил? Это возможно как-то перенести? — глухо произнесла Хоуп. Она нашла его ладонь и переплела их пальцы. — Сегодня наш университет устраивает домашний матч, и мне кажется, что я должна быть там.

— Думаешь, что Кэтрин может появиться? — предположил Аларик.

Такое вряд ли возможно, но Хоуп ничего не ответила. Вместо этого она поинтересовалась, что именно Зальцман планировал на эти выходные.

В прошлом году Хоуп очень хотела попасть на Международный фестиваль искусства в Мэриленде, он проходит каждый год в городе Фредерик, но обычно в мае. В этом году его перенесли изначально на июнь, а потом на ноябрь, но Майклсон уже и забыла об этом. Фестиваль посвящен представлению лучших национальных художников, представляющих лучшее изобразительное искусство, а искусство, как всем было известно, являлось слабостью Хоуп.

— Этот день стал еще ужаснее, а он только начался, — с явной досадой и разочарованием проворчала Майклсон.

Рик улыбнулся и сжал её руку.

— Мы сможем поехать в следующем году.

Смогут ли?..

 

Болельщики группами тянулись в сторону футбольного поля, спеша занять свои места. Свинцовые тучи рассеялись, позволяя солнцу наконец-то дать волю своим лучам, благодаря чему воздух к трём часам после полудня прогрелся до шестнадцати градусов выше ноля, и на данный момент этот день являлся самым тёплым за последние три недели.

Пока Аларик и Хоуп направлялись к трибунам, она заприметила двух детективов, что вели дело о пропаже Кэтрин и её матери. Они осматривали цепкими взглядами каждого, кто попадался им на глаза — определённо выискивали кого-то.

— Какая неожиданная встреча! — раздалось позади.

Зальцман и Майклсон обернулись как по команде и увидели Эдварда Рэйба. Тот стоял с распростёртыми объятиями и улыбался этой своей улыбочкой, которую Хоуп так и хотелось стереть с его физиономии при каждой встречи, и вёл себя так, словно он увиделся со старыми друзьями. Рик и Хоуп бегло поздоровались с ним и, отвернувшись, продолжили путь, затерявшись среди остальных.

— Какого чёрта он тут забыл?

— В смысле? — Майклсон недоумённо взглянула на рядом идущего Аларика. — Он же преподаватель, его пригласили. Уж кто, а Рэйб, судя по всему, считает, что он должен быть везде, где только можно.

— Преподаватель? — Зальцман не сдержал усмешки. — Ты шутишь?

Кажется, за всеми проблемами, обрушавшихся на них, она не сообщила Рику о том, что их старый знакомый теперь преподаёт в университете. Хоуп хотела бы, чтобы это было шуткой, но, увы, это было куда реальнее, чем вера в существование магического культа, истребляющего ведьм.

Майклсон снова принялась разглядывать толпу. На поле пока что шла разминка: девушки из группы поддержки соперников только что сменили чирлидерш университета содружества Вирджинии. Капитаном в группе поддержки была Кэтрин, но теперь, когда она исчезла, её место заняла Эмили. Выглядела Клайд всё так же неважно, как и после той ночи, когда Китти одарила её меткой на руке, происхождение которой для самой Эми было тайной. Память ей пришлось стереть. Всё, что она помнила, это как Райз куда-то повела её, а потом — пустота. Следующим воспоминанием было то, как она с Хоуп приехала в кампус, где её встретила Хелен Новак. А произошедшее с Элис совсем выбило Эми из колеи. От былой Эмили Клайд осталась лишь тень.

К Эмили подошёл Марк. Сандерс был в команде нападения. Они довольно долго говорили, но в какой-то момент что-то пошло не так — Эми явно разнервничалась, и её голос повысился так, что обрывки фраз долетели и до Хоуп с Риком, а они заняли места далеко не в первых рядах. К Клайд и Сандерсу начали проявлять внимание и другие присутствующие, уж тем более их диалог заинтересовал часть болельщиков команды соперников, занимавших места на западной трибуне. В конце концов, Марк пожал плечами — ну, будто говоря, ладно, оставим это, и Эми замолчала. Она упрямо сложила руки на груди, явно не соглашаясь с ним в чем-то, но заговорив снова, уже не кричала. Сандерс коснулся её плеча, как будто утешая, и ушёл.

Клайд провела рукой по лбу, словно у неё вдруг разболелась голова.

— Привет, Эмили. Всё нормально?

Эми вздрогнула от неожиданности и осмотрелась по сторонам, прежде чем она увидела Хоуп. Клайд ответила на вопрос Майклсон неуверенным кивком. Среди толпы вновь промелькнули лица двух детективов, и настроение Эмили испортилось ещё больше. Ни она, ни Хоуп не знали, что им нужно здесь, но их присутствие угнетало, напоминая о том, что случилось, однако лишних напоминаний никому не требовалось, уж тем более Клайд. Как только речь заходила о Китти, Эми, сама того не замечая, касалась знака. Самое явное напоминание о ночи, когда исчезла её подруга. Если бы она только помнила всё, что случилось…

— Вы так и не разузнали об этом знаке?

Майклсон отрицательно покачала головой.

— Я чувствую себя неправильно, — призналась Клайд. — Словно предаю её, занимая место капитана. Китти с первого курса…

— Эми, ты никого не предаешь. Когда Кэтрин вернётся, — Хоуп искренне надеялась, что этого не случится, — она поймёт.

Но Эмили поправила её: если вернётся и вновь коснулась странной метки. Клайд, снизив тон до шёпота, поделилась с Майклсон одной мыслью, которая зародилась в её голове сразу, как только объявили об исчезновении Авы Райз: Китти вовсе не пропала, она сбежала. Ей казалось, что подруга влипла в какую-то историю, и Хоуп видела, что та искренне переживает за неё.

 

Стадион взорвался криками, когда на поле начали появляться команды. Фанаты все как один встали, махая флажками с символикой двух соперничающих университетов и яркими плакатами со слоганами. По настоянию Новак Хоуп и Рик заняли места в ряду для преподавателей, где поле было видно как на ладони, но как можно дальше от Рэйба, и вместе с остальными радостными криками приветствовали игроков.

Группа поддержки хозяев поля выбежали на пятидесятиярдовую линию, тряся помпонами, выделывая акробатические комбинации, и стадион сотрясла новая волна криков. Чирлидерши выстроились в нужную фигуру, уперев руки в бока, и начали выкрикивать речёвку. Толпа ревела, гудела и вторила девушкам. Несмотря на все переживания, Эмили выступила превосходно, как и все остальные.

Сотни голосов реагировали на каждый удачный и неудачный удар. В конце второго периода стадион снова торжествующе загудел и завопил, потому что мяч приземлился за чертой, и команда хозяев матча теперь вела в счете. Объявили перерыв, а вместо футболистов на поле снова оказались девушки из группы поддержки. Когда Клайд завершила выступление чирлидерш маховым сальто, они убежали, освобождая место для группы поддержки другой команды, и Аларик окликнул Хоуп, но его тут же заглушила толпа.

— Джози прислала, — когда шум немного стих, сказал Зальцман и протянул телефон Майклсон.

Хоуп пролистнула с десяток фотографий.

— Они что… это древнегреческий? — Она недоверчиво взглянула на Рика. — Кто сейчас вообще…

Её голос затерялся среди новых криков, приветствующих команды на стадионе. В этот же момент на экране высветилось уведомление о новом сообщении, и Майклсон вернула телефон Аларику.

— Это Дориан, — перекрикивая гомон болельщиков, произнёс Зальцман.

Глобус впервые дал о себе знать с тех пор, как Хоуп заново наложила на него магическое заклинание. Майклсон, прочитав смс-ку, жестом указала Аларику на выход со стадиона, потому что говорить что-либо было бесполезно из-за криков — и они, пробираясь через трибуны, направились к нему.

Когда Хоуп и Рик покидали матч, болельщики взорвались неистовыми аплодисментами, так оглушительно, что с трудом было слышно голос диктора, объявляющий о забитом голе. Счет снова сравнялся.

 

Местом назначения стал Питерсберг. До него от Ричмонда было около получаса пути. Хоуп заколдовала карту — и та тоже подсветила этот город, что означало одно: глобус вроде бы работает. Но вопрос, что повлекло за собой такие помехи в действии чар, всё ещё оставался открытым.

— Вернёмся к книгам, — сказала Хоуп, когда они выехали из Ричмонда. — Древнегреческий. Эти книги что, не переводили на другие языки?

— Джози написала, что нет. Но это не такая уж и проблема.

Майклсон хмыкнула:

— Ой, да? Ты знаешь древнегреческий? Переводчик отпадает, потому что я уже прогнала одну страницу через него — так и я могу перевести, используя словарь. К слову, с этим языком я встречаюсь третий раз за всю свою жизнь.

— Может, помнишь, года два назад Кэролайн хотела нанять одного человека в качестве преподавателя по истории? — Зальцман бросил на Хоуп мимолётный вопросительный взгляд.

Она кивнула: да, нечто такое припоминалось.

— Так вот, этот профессор знает больше десяти языков. Древнегреческий, латынь и ещё парочка древних языков в их числе.

— Если бы эти книги были на латыни, то было бы проще. Но, чёрт, десять языков?!

— Больше десяти. Двенадцать, кажется, или тринадцать…

— Настоящий полиглот!

Точка на карте внезапно начала передвигаться. С Саммит-стрит их цель свернула на Дапуи-роуд и продолжала свой путь по ней, пока не свернула на Янгс-роуд. Было несколько остановок, но тот, кто им был нужен, продолжал курсировать по городу, словно кого-то пытался запутать, наворачивая круги по улицам. Однако когда Рик и Хоуп въезжали в Питерсберг, точка уже минут пятнадцать не сдвигалась с Долан Драйв.

Они оказались в пригороде. В городе преобладали маленькие здания, в которых мелькали маленькие магазинчики и закусочные. Самыми высокими среди всех строений оказались двухэтажные дома с идеальными газонами. Так что центр Питерсберга не особо отличался от пригорода, разве что зелени здесь было больше. Зальцман остановился в конце улицы напротив дома, стоящего здесь в изоляции — до ближайших соседей минут пятнадцать пути пешком, а сразу за домом уже начиналась лесополоса.

Дом из бежевого кирпича, гараж на две машины (но белый седан стоял на подъездной дорожке) и белый заборчик, и, как и везде, идеально ровный газон. И вообще всё и-де-аль-но: всё здесь выглядело таким умиротворёнными, словно вся Долан Драйв была погружена в сон. Казалось, что на этой улице никогда не происходит ничего странного и магического. Нет, казалось, что на этой улице вообще никогда и ничего не происходит — она выглядела так, словно это был макет, уж никак не реальная улица: ни одной живой души. Неожиданный смех, явно принадлежавший ребёнку, разорвал тишину. Доносился он не из дома и даже не с его стороны, а из леса.

За рядами деревьев, листья на которых совсем пожелтели, но пока ещё достаточно крепко держались на ветвях, скрывалась лужайка. Молодая семья, видимо, решившая воспользоваться тем, что день сегодня был ясным и тёплым, устроила пикник. Они расстелили покрывало на пожухлой траве, и пока женщина что-то искала в плетеной корзине, мужчина чуть подальше — почти на самой вершине холма — пытался запустить с маленьким сыном воздушного змея. Малыш держал в руках катушку с бечевкой, пока отец возился со змеем, но потом они поменялись, и стоило мужчине сказать сыну, чтобы тот отпускал, ребёнок разжал пальцы и змей в тот же миг гордо взмыл ввысь, как гигантская желто-красная птица. Малыш снова засмеялся, захлопав в ладоши. Катушка вновь оказалась в руках ребёнка, и он начал спускаться с холма вместе с отцом, не спуская взгляда с неба, куда так яростно рвался змей.

Заметив угрозу в виде деревьев, к которым приближался сын, мужчина хотел помочь ему избежать проблемы, но слишком поздно перехватил бечёвку — змей, гонимый ветром, уже запутался в ветвях. Женщина, заметив небольшую аварию, поднялась с покрывала, и подошла к сыну и мужу. Она едва заметно взмахнула рукой и змей, как по волшебству, тут же выпутался из цепких ветвей, вновь взмыв в небо.

— Ну, кажется, с чарами снова какие-то проблемы… — Зальцман посмотрел на Хоуп, совсем сбитый с толку.

Они наблюдали за всей этой картиной в тени деревьев: отсюда открывался хороший обзор, но их самих заметить было трудно.

Мужчина подхватил сына на руки, усадив к себе на шею и, удерживая ребёнка за ножки, давал указания по управлению змеем, пока ветер не поменял направление и не погнал его в сторону деревьев — тот едва снова не оказался в капкане ветвей, тогда мальчик передал катушку отцу, но тому пришлось спустить сына на землю, чтобы увести воздушного змея от ловушки. Малыш продолжал с восторгом всматриваться в голубое ноябрьское небо, следуя рядом с мужчиной. Он остановился лишь на мгновение, помотал головой, как будто что-то отыскивая, и наткнулся взглядом на мать — та помахала сыну, и он махнул ладошкой ей в ответ, а в тот же миг в другой руке появился плюшевый заяц. Но секунду назад этот заяц лежал на покрывале. Он крепко прижал мягкую игрушку к себе и побежал за отцом.

— Или с чарами всё нормально, а наша цель — этот ребёнок, — сказала Хоуп.

Тем временем малыша нагнала его мать. Она указала на игрушку в его руках и покачала головой. Что женщина говорила, нельзя было услышать, но одно было ясно: та пожурила его за проделанный фокус.

— И всё-таки мы здесь не нужны, — произнёс Рик, а потом добавил: — Пока что.

Погода резко переменилась: солнце скрылось за тучами, а ветер ощутимо усилился. Ребенок, насупившись, сложил руки на груди и угрюмо смотрел на возвышающуюся над ним маму, но как только небо затянулось серостью, малыш испугался и прижался к ногам женщины.

Мнение Аларика тут же изменилось: нет, они всё-таки нужны здесь. И прямо сейчас.

 

Когда Рик и Хоуп вышли из дома Картеров, то солнце уже садилось, касаясь верхушек деревьев и окрашивая идеально чистое небо на западе во всевозможные оттенки заката: от светло-красного до кроваво-алого цвета. На Долан Драйв всё так же было тихо, но теперь окна горели уютным жёлтым светом, доказывая, что дома на этой улице не пустовали.

— Знаешь, за этот год это уже третий ребёнок до пяти лет, к которому нас приводит магия, — садясь в машину, сказала Майклсон. — Думаю, что тебе стоит подумать об открытии ясельной группы. Так за ними и следить будет гораздо проще.

Пока что силы маленького Оливера будет контролировать заколдованный Хоуп кулон: знак Велеса — подарок матери Грейс своему внуку на третий день рождения, который родители с тех пор не снимали с шеи сына. В их семье магические силы не переходили мальчикам уже очень много лет, так что вся семья относилась к нему как к своеобразному чуду. Но чудо или нет, а его магия, пока он ещё не умел управлять ей, могла навредить ему самому и тем, кто был рядом. И привлечь ненужное внимание.

— Да, чудо-малышей в школе как раз и не хватает, — ответил Аларик с чопорной серьезностью, довольно смешной. — И кстати, о школе. Нужно заехать туда. Судя по всему, у нас новенький.

 

Когда они въехали в Мистик Фоллс, уже спустились сумерки, день окончательно перетёк в поздний вечер, и небо приобрело фиолетовый оттенок. Хоуп и Аларика встретила Элла, попутно рассказывая, что им известно о новоприбывшем. Майклсон отделилась от них, когда заметила Ника в компании — вот так сюрприз! — Лили. Те сидели за письменным столом, склонившись над какой-то книгой.

С Лили ситуация всё ещё оставалась весьма туманной. Никто её не искал — они штудировали новостные порталы и телеканалы каждый день, но ни слова о пропаже девочки. И сама Лили так ничего и не вспомнила. Все занятия с Эммой проходили пока что впустую: Лили либо слишком искусна в обмане, либо слишком неординарный ребёнок. Но какие родители не будут искать исчезнувшую дочь?

Элла пару дней назад поделилась немного дикой, но не лишенной смысла догадкой: а что, если для них Лили не исчезла? Дело в том, что девочка оказалась очень хороша в магии клонирования — Элла обнаружила это на уроке английского. У девочки, сидящей рядом с Лили, перестала писать ручка, и Лили наколдовала новую, сделав «копию» своей. То же самое она смогла сделать с декоративным цветком. Предел её возможностей… Существовал ли он вообще? Но если для своих родителей она находилась дома, заменив себя клоном, то это означало одно: она всё помнит. И, тем не менее, пока что всё указывало на то, что она говорит правду о потере своей памяти. И всё-таки почти каждый — начиная с Дориана и заканчивая Хоуп — чувствовал, что это не так.

— Привет.

Дети вздрогнули, услышав голос за спиной, и, обернувшись, подняли взгляды.

— Привет, тётя Хоуп. — Ник подскочил и обнял её.

Лили пробубнила приветствие и вернулась к книге. Майклсон отвела мальчика чуть в сторону — настолько далеко, что даже если Лили и решит подслушать, о чём они говорят, то всё равно не услышит. Вообще-то было странно видеть его с Лили, но Ник объяснил, что лишь помогает ей освоиться здесь: ни с кем за всё время пребывания в школе девочка так и не сдружилась. Да и их друзьями не назвать, её заинтересовал проект Ника о Солнечной системе, с этого, как оказалось, и началось их общение.

— А она тебе случайно не говорила о своих родителях? — спросила Хоуп напущено небрежным, почти скучающим тоном.

— Лили сказала, что не помнит их. — Ник поглядел на неё, чуть сдвинув брови. — Но думаю, что это не совсем так. Мне кажется, что с ней что-то случилось — и она просто не хочет это вспоминать. — Он перевёл взгляд на Лили. — Её воспоминания начинаются с того момента, как она оказалась в парке — так она говорит.

Как только Ник вернулся к Лили, на телефон Майклсон пришло новое сообщение. Она открыла мессенджер: в самом верху оказался диалог с Ребеккой — именно от неё Хоуп получила сообщение. На видео Ребекка держала на руках Логана. Звук медиафайлов стоял почти на минимуме, но Хоуп слышала слова тёти: та, смотря на Логана, просила помахать ручкой и малыш, потянувшись к телефону, действительно помахал, смешно сжимая и разжимая пальчики (или попытался добраться до телефона, но это неважно), а Ребекка, посмотрев в камеру, сказала, что они передают ей привет. Марсель тоже мелькнул на несколько секунд, присоединяясь к словам Бекки. Как бы они ни хотели всё оформить «как положено» — ничего не вышло. Бумажной волокиты было непосильно много и они чуточку ускорили процесс, так что через неделю, если всё пойдёт по плану, Логан официально станет новым членом семьи.

Майклсон не могла перестать улыбаться, просматривая видео. Однако в какой-то момент она почувствовала пристальный, тяжелый взгляд, обращённый на неё. Хоуп огляделась: единственным человеком, который смотрел на неё, оказалась Лили. Зеленые глаза девочки сверлили Хоуп, и на мгновение её лицо налилось черной ненавистью. Лили опустила взгляд на книгу, лежащую перед ней; Ник, сидя рядом, продолжал что-то ей рассказывать. Когда она вновь посмотрела на Хоуп — это был хитрый косой взгляд — то одарила её сияющей улыбкой. Нечто холодное шевельнулось в груди Майклсон.

Глава опубликована: 25.08.2021
Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх