↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Кровь взывает к преисподней (гет)



семь лет спустя от канона Наследий! (без учёта событий 3-4 сезонов) | Изучение таинственного символа приводит Хоуп и Аларика к древнему магическому культу Гекаты, что становится началом трагических событий. Весь мир оказывается под угрозой гибели, когда враги прошлого и настоящего приступают к осуществлению тщательно продуманного плана возмездия, ключевой фигурой которого является не только Хоуп, но и их с Алариком будущий ребёнок, случайное зачатие которого на самом деле не такое уж случайное…
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 28. Взрыв

Хоуп сдержала слово: как только начало смеркаться, её машина остановилась у особняка Майклсонов. Она бросила короткий и слегка удивлённый взгляд на машину Валери, припаркованную на подъездной дорожке, но особого значения этому не придала. Хотя было немного интересно, что именно задержало еретика в городе. По словам самой Валери, она не горела желанием оставаться в Мистик Фоллс.

Куда больше Хоуп удивилась бурному обсуждению в гостиной, как только открыла дверь. Но, кажется, Тулл услышала её: повышенный голос Фреи резко умолк, и она буквально выбежала навстречу племяннице. За спиной старшей Майклсон мелькнула Эмили и махнула Хоуп в знак приветствия, однако почему-то стараясь не смотреть ей в глаза; впрочем, Хоуп, слишком уставшая из-за почти полностью бессонной ночи, не обратила на это внимания.

— Что случилось?

Три пары глаз уставились на трибрида.

— Да ничего не случилось, — неуверенно начала Клайд. — Пока что. Наверное…

— Эми, я постараюсь быть предельно вежливой. — Однако голос Хоуп прозвучал не очень-то вежливо. — Я чертовски устала, поэтому говори, пожалуйста, без всяких загадок и напряжённых пауз — это дико меня раздражает. А меня сейчас, поверь, лучше не бесить.

Губы еретика образовали изумлённое «О», а вот Провидица отступила на пару шагов назад — эмоции младшей Майклсон захлёстывали её.

— Ага, ладно, — кивнула Клайд. — В общем, ночью мне приснился сон — может быть, это просто сон, а вдруг нет?..

— Без загадок, Эмили, — настойчиво повторила Хоуп.

— В моём сне Карлотта готовилась к проведению какой-то церемонии, — выпалила Эми. — Они хотят заменить одну из жриц, кажется.

«В рядах жриц, думается мне, в скором времени могут произойти изменения: Карлотта не слишком довольна работой Пандоры и хочет её заменить».

— Значит, Мария оказалась права, — вспомнив предостережение ведьмы, произнесла Хоуп.

— Не совсем. — Фрея медленно покачала головой. — Во сне Эмили они хотели заменить не Пандору.

— Беллу, — хрипло отозвалась Клайд и сделала ещё пару шагов назад. — А ту ведьму, которая должна занять её место, зовут или Элена, или Элиза…

— Может, Элайза?.. — подсказала Фрея.

— Точно! — щёлкнув пальцами, кивнула Провидица.

— Это очень-очень-очень плохо, — пробормотала старшая Майклсон. — Ты не говорила мне, что слышала имя Элайзы во сне! — чуть обвинительным тоном добавила она, смотря на Эмили.

— Я его только что вспомнила, — совершенно не понимая, что в этом такого страшного, ответила Клайд. В голосе проскользнула обида. — Это что, важно?

— Важнее, чем ты думаешь, — сказала Фрея. — Мне нужно позвонить Давине.

Ведьма стремительно покинула комнату. Валери и Эмили, на лицах которых застыло удивление, посмотрели на Хоуп, надеясь, что она прояснит ситуацию, но та целиком и полностью погрузилась в свои мысли.

Зачем Карлотте заменять Беллу, если ей больше всего мешала именно Пандора? Белла — её дочь, а значит, в любом случае пойдёт за ней, несмотря на обстоятельства. Элайза? Когда она успела перейти на сторону культа и ко всему прочему заполучить доверие его членов? Мария довольно долго была в их рядах, а они её не слушали… Что такого сделала Элайза, что, оказавшись среди них, сразу готова встать во главе?

«Ах, как я могла забыть о Коле и Давине? Для них у меня есть особый человек, который жаждет их смерти», — так сказала Карлотта. Что, если речь шла об Элайзе? Тогда Фрея права: это очень-очень-очень плохо. Вампиры против столь сильной ведьмы не факт, что выстоят, даже имея за плечами немалый опыт подобных встреч. Но почему Элайза вообще выступила против? Что Кол и Давина сделали ей, что она так резко сменила сторону?..

— Боже, — вздохнула Эмили. — Прости, что влезаю, но, Хоуп, если тебя что-то так сильно гложет, то, может, ты поделишься этим с кем-то?

Майклсон наградила Провидицу пристальным взглядом — та, неловко переступив с ноги на ногу, опустила глаза и принялась изучать свои руки.

— Ничего меня не гложет, — бросила в ответ Хоуп.

— Я бы поспорила, — почти шёпотом отозвалась Эмили.

Валери на секунду показалось, что Хоуп сейчас испепелит Клайд взглядом. Провидицу спасло лишь возвращение Фреи. И всё же Тулл, не обладая эмпатией, не могла отделаться от чувства, что Эми была права насчёт Хоуп. Эмили решилась снова посмотреть на младшую Майклсон: теперь в её взгляде было только волнение.

— Почему Элайза внезапно встала на сторону культа? — спросила Хоуп. Голос её прозвучал твёрдо и требовательно — так, что было понятно: от ответа Фрее не уйти.

— Там что-то связано с её дочерью, Зоей, — уклончиво ответила ведьма.

— А Кол с Давиной тут при чём? — Хоуп упрямо сложила руки на груди.

Эмили издала болезненный стон.

— Мне, пожалуй, лучше покинуть эту комнату, — слабо произнесла она. — Да, определённо.

Эмоции Фреи и Хоуп давили на неё. На какой-то миг Клайд потеряла связь с реальностью: она словно исчезла, растворилась в чужих чувствах, поэтому удалиться из гостиной было единственным выходом. Чутьё Провидицы подсказывало, что она не должна уходить, но Эмили не прислушалась к себе — ей всё ещё был чужд этот дар, и она не умела прислушиваться к подобного роду вещам. Валери исчезла из комнаты следом за Эми, не посчитав нужным объясниться. Впрочем, уход еретика остался незамеченным…

— То есть они убили её? — потрясённо переспросила Хоуп.

— Всё вышло из-под контроля, — поспешила объяснить случившееся Фрея. — Кол с Давиной хотели просто поговорить — они не собирались убивать ни Зою, ни Элайзу. — Она сделала короткую паузу, а потом добавила: — Зоя отчасти виновата сама…

— Почему я узнаю об этом только сейчас?!

Старшая Майклсон вздохнула и виновато посмотрела на племянницу — ей нечем было оправдать их молчание.

— Это невозможно. Вы не можете скрывать такое, — тихо произнесла Хоуп, укоризненно смотря на родственницу. — Элайза совсем скоро станет — если уже не стала! — жрицей и пойдёт за ними, Фрея. А всё потому, что вы умолчали о случившемся.

— И что бы ты сделала, Хоуп? — спросила ведьма. — Что бы ты сделала, если бы узнала обо всём раньше?

— Карлотта при нашей встрече сказала, что есть человек, который жаждет смерти Кола и Давины. Знай я, что всё так вышло с Элайзой, то поняла бы раньше, что речь именно о ней!

— Хоуп, даже если бы ты поняла, что Карлотта говорит о ней, нам всё равно вряд ли удалось бы переубедить Элайзу выступать заодно с культом. Она ненавидит всех Майклсонов и ни за что не встала бы на нашу сторону.

— Ты так говоришь, будто она первая, кто ненавидит нашу семью. И с чего бы ей, чёрт возьми, вставать на нашу сторону, если она потеряла из-за нас дочь?! Но попробовать стоило…

— Это было бы пустой тратой времени, у нас его и так мало! И давай смотреть правде в лицо: ничего бы не вышло, а в итоге и Элайза бы отправилась следом за дочерью! — Фрея перевела дыхание и продолжала уже более спокойным тоном: — Хоуп, Элайза с самого начала выступала против нас, потому что её дочь была связана с культом. Я не знаю, что точно произошло. Давина дала им понять, что может помочь, однако нельзя помочь тому, кто не хочет помощи… — Ведьма резко замолчала.

Пол под ногами задрожал; зазвенела люстра.

Детский плач. Нечеловеческое окровавленное тельце, дёргающее крошечными ручками. И голос Эмили: «Нельзя помочь тому, кто не хочет помощи».

Хоуп стиснула кулаки, ногти глубоко впились в багровые отметины на её ладонях.

— Хоуп?..

Трибрид предостерегающе возвела взгляд, когда Фрея ринулась к ней. Хоуп и сама отступила подальше от тёти.

«Хочу сказать, что наши способности — наш лучший друг и наш злейший враг».

Но это — не её способности. Это не её сила сейчас так стремительно рвалась наружу. Хоуп не свою магию пыталась сдержать, чувствуя, что не справляется.

«Но стоит потерять этот контроль — и начнётся пожар, который спалит всё вокруг и убьёт тебя».

— Хоуп, ты слышишь меня?

Ещё одна попытка подойти. Младшая Майклсон предупреждающе подняла ладони и качнула головой — коротко, но жёстко, — взглядом умоляя Фрею оставаться на месте. Глаза трибрида наполнились ужасом, а вместе с тем и слезами. Неужели сейчас?.. Почему именно сейчас?

— Фрея!

Крик Эмили — последнее, что услышала Хоуп, прежде чем броситься к входной двери. Ей нужно было уйти отсюда — и немедленно.

Хоуп выбежала из особняка; за ней, нагоняя, следовала Фрея. Земля продолжала дрожать. Стоило трибриду оказаться на улице, как тут же поднялся сильный ветер — настоящий ураган. Ветер бросал в лицо пряди волос, но ведьма уверенно шагала за Хоуп, умоляя остановиться. В дверях показалась Эмили, однако дальше порога Провидица не сдвинулась — Валери лишь слышала, как она кричала Фрее и просила её остановиться: сейчас она была не в силах помочь.

Фрея догнала племянницу, когда той осталось сделать всего несколько шагов, — тогда бы она успела сесть в машину и уехать, что, возможно, предотвратило бы дальнейшие события. Фрея остановила Хоуп, мягко взяла её за плечи и развернула к себе.

Сопротивляйся, Хоуп! Сопротивляйся!

— Нет, нет! — Хоуп помотала головой, что оказалось огромной ошибкой. Приутихшая со вчерашнего вечера боль вновь вернулась — и не просто вернулась, а взорвалась, уничтожив остатки самообладания.

Секреты — это бомба с часовым механизмом.

Хоуп не слышала Фрею, не видела и не чувствовала, как Валери пыталась впитать её магию. Сознание как будто отключилось: она уже не понимала, где она, и уж тем более не была способна сдерживать силу, отчаянно пытающуюся вырваться на свободу; магия, словно живое существо, почувствовав её слабость, наконец достигла своей цели, сметая всё на своём пути. Крик — пронзительный и резкий, как звон разбитого стекла — донёсся сквозь темноту, в клетке которой оказалось её сознание.

Взрыв.

Чёткость зрения и ясность мысли к Хоуп вернулись, когда рядом уже был Аларик, — она точно слышала его голос, хотя и увидела не сразу. Она не знала, как Зальцман тут оказался и что он вообще здесь делал, но вид у него был полон растерянности и ужаса.

Было чудовищно тихо: ветер стих; землетрясение, не причинив никакого видимого ущерба, успокоилось. Хоуп заметила Валери: та стояла на коленях, поддерживая голову Фреи, лежащей на земле.

— Нет… — в ужасе выдохнула Хоуп.

— Хоуп, посмотри на меня. — Голос Аларика прозвучал совсем близко, кажется, он стоял прямо возле неё. Но всё, на что в эту секунду была способна Хоуп, — смотреть на Фрею. — Хоуп! — Рик попытался положить руки ей на плечи; она сделала шаг назад, отдалившись от него. — Хоуп, прошу тебя…

Фрея лишь коснулась — только коснулась — её. Хоуп посмотрела на Зальцмана: взгляд её был наполнен болью, страхом, неверием и паникой.

Аларик предпринял ещё одну попытку приблизиться.

— Нет. — Слёзы побежали по щекам. — Не надо. — Хоуп опустила глаза на свои дрожащие ладони. — Я могу навредить тебе…

— Нет, Хоуп, ты не причинишь мне вред, — успокаивающим тоном произнёс Аларик и протянул ей руку.

Хоуп, обняв себя, покачала головой. Взгляд её вновь метнулся к Фрее, после — на Рика.

— Она просто хотела помочь, пыталась остановить…

Майклсон не просто расплакалась — её рыдания были способны разорвать любое сердце. Наплевав на предостережение, Аларик за один шаг приблизился к ней и прижал к себе.

— Фрея жива. Валери дала ей свою кровь. Всё в порядке, слышишь?

Однако ничего не было в порядке — и они оба это понимали.

 

Хоуп остановилась на пороге спальни, ещё раз взглянула на Фрею через плечо и покинула комнату, тихо закрыв дверь. Она собиралась спуститься вниз, но, достигнув лестницы, застыла в нерешительности. Вместо того чтобы продолжить путь, она опустилась на ступени и, спрятав лицо в ладонях, тихо заплакала. Мысль о том, что могло случиться, никак не хотела оставлять её. Трудно было сказать, сколько она так просидела, прежде чем рядом оказался Аларик, — ей казалось, что время и вовсе остановилось. Когда он сел рядом с ней, она уже более-менее успокоилась, лишь лицо до сих пор было мокрым от слёз. Зальцман обнял её, и Хоуп тут же прижалась к нему. Несколько минут прошли в тишине, а потом она, вновь обретя способность говорить, прошептала:

— Я так не могу. Не могу, Рик… — Она отстранилась. — Как с этим можно справиться? Как мы должны с этим справиться? Как я, чёрт возьми, должна справиться с тем, что мой ребёнок превращает меня в монстра?..

— Хоуп… — начал Аларик.

— Нет, не надо мне в очередной раз говорить, что всё обошлось! Обошлось, потому что Валери оказалась рядом. И ничего не нормально! Не нормально, понимаешь? — В глазах снова заблестели слёзы. — Я… едва не убила её. Если бы на месте Фреи оказались Лиззи или Джози, ты тоже сказал бы, что всё нормально? Что всё обошлось?

Зазвонил телефон, и Зальцман быстро сбросил вызов, но звонок почти сразу же повторился, а учитывая, что время было позднее, то звонили, скорее всего, по важному делу. Хоуп вздохнула, качнула головой и поднялась на ноги.

— Мы ещё вернёмся к этому разговору…

— Не думаю, что стоит, — уже спускаясь, бросила Хоуп.

Эмили посмотрела на появившуюся Майклсон мрачными, расширенными от пережитого испуга глазами. Валери сидела, сцепив пальцы под подбородком, однако если она и смотрела на Хоуп, то неуверенно и сочувствующе — ни капли испуга в её кротких взглядах не было. Еретик встречалась с вещами и похуже, но, честно признаться, случившееся и на неё произвело впечатление. Просто она, в отличие от Клайд, умела скрывать свои эмоции (и от таких, как Эми). Тулл интересовал всего один вопрос: что послужило исходной точкой? Она не особо вслушивалась в диалог Фреи и Хоуп — это ведь её не касалось, — однако, когда еретик покидала дом, Хоуп держалась довольно стойко, и ничего не предвещало её срыва.

Клайд чувствовала, что душевная боль всё ещё накрывает младшую Майклсон. Это напоминало волны, накатывающие на берег: она так же появлялась, а потом исчезала, но всё равно неизменно возвращалась. Всё из-за того, что Хоуп продолжала прокручивать в голове тот момент, когда не смогла противостоять магии. И было нетрудно заметить, когда больно становилось почти невыносимо: в глазах Хоуп снова появлялись слёзы, которые она изо всех сил сдерживала. Видя её, такую беззащитную и боящуюся саму себя, Эми невольно становилось её жаль, а испуг начинал рассеиваться.

— Насколько серьёзной была травма? — спросила Хоуп у Валери.

«Минут пять, максимум десять — и она бы умерла от кровотечения», — пронеслось в голове еретика, но вслух она сказала:

— Не критично. Уверена, она скоро очнётся, Хоуп. — Слабая улыбка коснулась губ. — Не переживай.

Хоуп никак не отреагировала на слова Тулл, лишь окинула отрешённым взглядом гостиную. Время тянулось медленно, как мёд. Прошло ещё около четверти часа напряжённого ожидания, и лишь потом Валери сказала:

— Кажется, Фрея пришла в себя.

Как только еретик произнесла эти слова, Эмили поставила себе цель: срочно начать обучаться контролировать эту штуку под названием «эмпатия», потому что сейчас ей показалось, что эмоции Хоуп вполне могли уничтожить её. И всё же за всей этой неразберихой от Клайд не ускользнула довольно важная деталь: она абсолютно не ощущала Валери.

Аларик пересёкся с Фреей раньше, чем она предстала перед остальными. Они обменялись парой фраз — ведьма заверила, что чувствует себя относительно неплохо, — и вошли в гостиную. Фрея без лишних слов прошла к Хоуп и заключила её в крепкие объятия — объятия, говорящие: «Всё хорошо». Хоуп неуверенно обняла тётю в ответ, не в силах произнести ни единого слова.

Фрея действительно выглядела весьма неплохо для человека, который чуть менее часа назад едва не умер от потери крови. Она была немного бледной и двигалась слегка заторможенно из-за головокружения и головной боли, но боль уже начинала утихать под действием обезболивающего, а головокружение не беспокоило, если не делать резких движений.

Старшая Майклсон была бы не против отправить всех отдыхать и сама с огромным удовольствием вернулась бы в постель, но ей было важно понять, что случилось. Что именно так повлияло на Хоуп. И будь она уверена в том, что они поговорят об этом завтра, то всё же поступила бы так, как ей хотелось; но завтра этот разговор мог не состояться, как и послезавтра, как и на следующей неделе. А потом могло быть уже поздно — и всё повторится вновь.

Однако, как Фрея и думала, Хоуп не спешила отвечать на её вопросы.

— Нельзя помочь тому, кто не хочет помощи, — сказала Эмили.

То, как дрогнула трибрид, услышав эти слова, дало ведьме подсказку: всё началось, стоило ей сказать эту фразу.

— Всё началось с этого, — продолжила Эми и посмотрела на Фрею. — Я и раньше слышала, как ты это говоришь — во сне.

Младшая Майклсон недоверчиво глянула на Провидицу.

— Ты знала, что это произойдёт? — нахмурившись, спросила Фрея.

Провидица яростно помотала головой.

— Нет конечно! Точнее, на тот момент я не знала. Во сне я слышала только эти слова, но увидела, что случится за несколько минут до… Я потому и спустилась! — начала оправдываться Эми.

Фрея жестом попросила её остановить поток своих объяснений, после чего понимающе кивнула и посмотрела на племянницу.

— Хоуп, пожалуйста. Что случилось?

— В моём сне эти слова сказала Эмили, — ни к кому толком не обращаясь, ответила Хоуп.

— Что? — Глаза Клайд удивлённо округлились. — Я?

— Да, ты произнесла их в тот момент, когда я… в своём сне я была в детской и склонилась над кроваткой, — в голосе прозвучала смертельная усталость, — в которой… я не знаю, что лежало, но точно не мой ребёнок.

Хоуп избегала смотреть на Аларика, потому что он ведь спрашивал её о сне. Возможно, расскажи она ему правду — этого бы не случилось. Возможно, не держи она всё в себе — этого бы удалось избежать.

— Дело может быть вовсе не в этих словах, — поделилась своими мыслями Валери, впервые заговорив с тех пор, как в комнате оказалась Фрея. — Все эти страхи, переживания о будущем ребёнке и проклятии навалились на тебя, Хоуп, что привело к стрессу. А магию — ты, я уверена, и сама знаешь — трудно контролировать в такие моменты. Тебе приснился кошмар, и, когда Фрея сказала эту фразу, ты вновь вернулась к нему, может быть, испугалась…

— Да, но она услышала эту фразу во сне, — перебила еретика Эмили. — И тут Фрея произнесла её. Совпадение?

— Уверена, что нет, — ответила Хоуп, и все резко повернулись к ней. — Возможно, когда ты показывала мне свои видения, то могла установиться кратковременная ментальная связь. В твоём сне эти слова сказала Фрея, но ты могла их повторить, а я уловить. Сложно, но это самое вероятное объяснение. — Она вздохнула. — И это вообще может быть не связано с ребёнком. Валери права — слишком много переживаний. К тому же мы знали, что сдерживать магию я всё время не смогу, хотя, признаться, не ожидала, что всё случится вот так…

— Насколько тяжело тебе было сдерживать магию до сегодняшнего дня? — поинтересовалась Валери.

— Не критично, — хмыкнула Хоуп, бросив на неё испытующий взор.

— Прошло всего несколько недель, — задумчиво сказала Фрея. — Ребёнок становится сильнее, а значит, следующий, как говорит Лиззи, «бам», — она глянула на Аларика, и в её глазах заискрился смех, — не за горами.

У них почти не было времени. Тулл многозначительно посмотрела на ведьму, и старшая Майклсон была уверена, что она сейчас выступит со своим предложением, но взглядом всё и ограничилось. Фрея сделала вид, что ничего не заметила за своими размышлениями.

— Что ты сказала Колу с Давиной? — спросила Хоуп.

— Попросила пока оставаться в Шотландии, — ответила Фрея. — Или в Великобритании, не суть. И кстати, они кое-что узнали.

Ведьма пересказала разговор с Колом, состоявшийся накануне днём: о встрече с Адалиндой, которая навела их на след ещё одной Провидицы (это больше всего заинтересовало Эмили), и о том, что они узнали об организации, называющей себя «Seren».

— Квебек, — кисло проговорила Эми. — Это… далеко.

— Я была там однажды, — сказала Валери, — когда жила в Монреале. Город, конечно, не вселенских масштабов, и всё же на поиск каких-либо сведений об этой Айви может уйти вечность. — Она кинула на Аларика и Хоуп извиняющийся взгляд. — Не сочтите за пессимизм, но такова реальность.

— С Квебеком проще — есть точный адрес, где жила Айви, — без особого энтузиазма заметила Фрея. — А вот что касается Портленда, то тут у нас серьёзные проблемы. Единственная зацепка — письмо, в котором Айви написала, что хочет жить недалеко от Японского сада.

— Территория обширная. — Рик качнул головой. — Ты сказала, что письмо было написано тридцать лет назад. За это время она могла переехать уже и из Портленда.

— За это время она могла объехать весь земной шар и остаться жить где-нибудь в России или Румынии, — недовольно пробормотала старшая Майклсон и поморщилась — в висках неприятно застучало. — Думаю, сначала нужно отправиться в Квебек. Не уверена, что нам удастся что-нибудь там выяснить, но попробовать стоит.

Эмили с опаской покосилась на Хоуп, как бы намекая, что попробовать можно — вот только времени у них в запасе не так много, как хотелось бы. Сама Хоуп не заметила ни тишины, внезапно накрывшей гостиную, как тяжёлое одеяло, ни многозначительных переглядываний между Фреей, Эмили и Алариком. Валери старательно оставалась в стороне.

— Ой! — вдруг воскликнула Эмили — ей в голову пришла неприятная мысль. — Хоуп, а «люди со звёздами» — это не могут быть люди из той организации? «Сирена»?

— «Серена», — на автомате поправила её Фрея и заметно напряглась. — А что за «люди со звёздами»?

Рик и Хоуп переглянулись. Клайд не нравилась её предрасположенность к эмпатии, но сейчас благодаря ей она смогла понять, что её догадка оказалась верна. И ей пришлось самой коротко пересказать историю своего предупреждения (которое она до сих пор так и не помнила), потому что младшая Майклсон, казалось, не собиралась этого делать.

— Скорее всего, это они и есть, — сказала Хоуп, тихо, но вполне разборчиво. В голосе снова прозвучала эта смертельная усталость.

— Может, продолжим разговор завтра? — предложил Аларик. — На сегодня достаточно.

Никто спорить не стал.

 

Фрея проводила удаляющуюся машину племянницы, следующую за пикапом Зальцмана. За спиной послышались шаги, и ведьма обернулась. Валери.

— Теперь ты понимаешь, что я права?

Фрея обречённо вздохнула.

— Я лишь понимаю, что то, что предложила ты, — не менее опасно…

— Так она хотя бы сможет контролировать силы, Фрея! — поспешила возразить Тулл с изрядной долей негодования в голосе. — Посмотри, к чему привело решение не использовать магию. В следующий раз она может разнести полгорода, сама подумай.

— Твой вариант также не исключает этого, — холодно подметила ведьма.

Валери посмотрела на неё с лёгким упрёком — и Фрея подумала, что, вероятно, заслужила этот взгляд.

— Мне кажется, вы не осознаёте происходящего, — осторожно произнесла Валери. — Я попыталась впитать магию Хоуп, но, едва коснувшись, поняла, что меня это убьёт. Я не знаю, не знаю, как она сдерживает её. Как вообще это можно сдержать. Я знаю лишь одно: Хоуп напугана.

Тулл умолкла, ожидая, что Фрея что-то скажет, но та не желала говорить что-либо ещё.

— Ладно, всё это — не моё дело, — сказала Валери, когда игра в молчанку ей надоела.

Она развернулась, уверенным шагом добралась до своей машины, села в неё и уехала, не попрощавшись. Луна освещала одинокую фигуру ведьмы серебристым светом, превращая ту в подобие призрака. В комнате Эмили потух свет. Фрея, обняв себя за плечи, простояла на укрытой безмолвием улице ещё несколько минут, после чего вернулась в дом.

 

Женщина стояла почти у края скалы, наслаждаясь видом. Тишину этого места нарушали лишь пение птиц да тёплый, но не слабый ветер. Внизу на мили и мили вперёд, сколько было видно глазу, простирались бескрайние холмы, а между ними — поблёскивающая в лучах яркого солнца река. Хоуп огляделась, не понимая, каким образом здесь оказалась. Женщина у края обернулась и с улыбкой взглянула на неё.

— Здравствуй, Хоуп.

Несмотря на шум ветра, Майклсон прекрасно расслышала незнакомку, хотя расстояние между ними было приличное.

— Люблю это место. Надеюсь, ты не боишься высоты?

Трибрид медленно качнула головой, продолжая изучать окружающее пространство, — и поняла, что, в случае чего, ей некуда будет отступать. Впереди — пропасть, за спиной — высокая скалистая стена. Незнакомая женщина продолжала улыбаться, её русые волосы развевались от ветра. И Хоуп, посмотрев на неё, пришла к выводу, что убегать ей и не придётся.

— Сильвия?

Женщина кивнула.

— Значит, это — сон?

— Именно так. — Взор Сильвии вернулся к холмам. — Мы на землях, где когда-то появилась на свет Эстер — твоя бабушка.

Хоуп не могла сказать, что была рада оказаться здесь. Даже во сне.

— У тебя много вопросов ко мне. — Ведьма снова обернулась к ней, и от её улыбки не осталось и следа. — Мне очень жаль, Хоуп, но сейчас я не могу на них ответить — у меня мало времени. Я должна предупредить тебя.

— О том, что Карлотта заменила свою дочь другой ведьмой и теперь у культа новая жрица? Это уже не новость. — Майклсон усмехнулась.

— Элайза полна ненависти, она желает мести и не остановится ни перед чем, чтобы выполнить своё обещание.

— О каком обещании идёт речь?

— Она пообещала, что уничтожит всю семью Майклсонов, — и, поверь, она сделает это. Элайза пока не стала верховной ведьмой, но до этого момента остаются считанные дни. Теперь вся твоя семья в большей опасности…

— А что, до этого они были в безопасности?

— В большей опасности, Хоуп, — сказала Сильвия, медленно и чётко произнося каждое слово. — Карлотта в какой-то степени боялась тебя.

— Ага, необычайная сила и прочее-прочее-прочее, — пробормотала Хоуп.

— Не только. И это то, о чём я тебя и должна предупредить. Ты поняла, как можно справиться с Карлоттой раз и навсегда? Почему всё заключается в тебе и — теперь — в твоём ребёнке? — По выражению лица Хоуп ведьма осознала, что та не понимает, о чём идёт речь. — Хоуп, ты, как и вся твоя семья, связана с Карлоттой кровью. Эти узы — её смерть.

— Я знала, что мы с Карлоттой связаны кровными узами, но я не понимаю, как это может помочь в избавлении от неё, — совершенно запутавшись, честно призналась Майклсон. — По-моему, это наоборот всё лишь портит. Ни я, ни она…

— Убить Карлотту можно, лишь объединившись, — прервала её Сильвия. — И когда-то было предсказано, что объединить всех потомков первых ведьм сможет последнее дитя, чьи силы культу будет неподвластны. Карлотта считает, что это — ты. Думаю, на данный момент ты, Хоуп, действительно являешься этим ребёнком.

— Но всё изменится, как только родится мой ребёнок, — догадалась трибрид.

Сильвия, вздохнув, кивнула.

— Который, опять же, подойдёт под пророчество — последний потомок первых ведьм, обладающий магией, которой культ завладеть не то чтобы не сможет, а и не рискнёт.

— Так моя семья может убить Карлотту? Магией сейчас владеет только Фрея…

— Не только твоя семья, Хоуп. Я же сказала: всех потомков.

Что-то случилось. Сильвия неожиданно стала исчезать, а в глазах ведьмы отразилась самая настоящая паника.

— Тебе нужно разобраться с этим — и как можно скорее! Времени осталось не так…

Сильвия исчезла, а её слова растворились в шуме ветра и пении птиц. Место, созданное женщиной, стало разрушаться, как карточный домик…

 

— Так её магия просто вышла из-под контроля? — переспросила Давина и на секунду исчезла с экрана телефона, а потом уже появилась вместе с Колом. — Как ты?..

— Да я в полном порядке, — отмахнулась Фрея. — Разговор не обо мне, а о Хоуп. Валери предложила связать Хоуп и ребёнка, а это объединит их магию, но… Я не думаю, что мы решим проблему таким образом.

— Не решим, — согласилась Давина. — Однако с другой стороны — так ей будет гораздо легче удерживать контроль.

— Если мы свяжем Хоуп и ребёнка, то получится, что Хоуп начнёт обладать силой куда большей, чем владела до этого, — задумчиво произнесла Давина.

— И мы не знаем, насколько сильней она станет, — добавила Фрея. — В два раза. Может быть, в десять. Научиться контролировать такую магию…

— На это может уйти слишком много времени, — оборвала её Давина.

— Время — это лишь часть проблемы, — отозвалась старшая Майклсон. — Меня волнует совсем другое…

— Что-то ещё случилось? — одновременно спросили Кол и Давина.

Фрея задумчиво помолчала.

— Я думаю, что всё случившееся — из-за самой Хоуп. Валери сказала, что она очень напугана, — и я вижу, что это действительно так, но не понимаю, как могу помочь. — На лице ведьмы отразилась вина. — Её эмоции сейчас управляют ей. Её страх управляет ей. Одна случайная фраза привела к… тому, к чему привела.

— Мы ей в этом не помощники, Фрея, — произнесла Давина. Выражение её лица нельзя было прочесть, но по тону было ясно: и ей тяжело было признавать тот факт, что, как бы они того ни желали, помочь Хоуп в этом деле они были не способны.

— Я знаю. — Фрея обречённо вздохнула. — Но что-то же мы должны сделать! — воскликнула в сердцах она.

— В чём мы не можем помочь? — не очень понял Кол.

— Эмоции и магия — тесно взаимосвязаны, ведь так? — в задумчивости проговорила Давина. — И, пока Хоуп не справится со своим страхом, контролировать силы у неё не получится, что бы мы ни делали.

— У неё ведь получалось сдерживать магию до вчерашнего дня, — посмотрев на жену, заметил Кол.

— Посмотри, к чему это привело, — отозвалась вампирша. — Случайные слова взорвали бомбу. — Она нахмурилась. — Не в буквальном смысле… Неважно.

— Это были не случайные слова, — сказала Фрея. — Хоуп слышала их во сне.

— Что опять приводит нас к её переживаниям насчёт ребёнка, — произнесла Давина.

— Трудно не переживать и не бояться, когда все вокруг твердят о проклятии и о том, что ребёнок — зло, — сурово высказался Кол, и Давина в очередной раз удостоверилась, как сильно его это злит. — С чего все вообще так решили?!

— Это не мы так решили, Кол, — спокойно ответила его жена. — Культ всполошился не на пустом месте — значит, у них есть причины.

— А культ что, ошибаться не может? — не унимался Первородный.

— Кол, прошу тебя, — произнесла Фрея тоном крайне утомлённого человека. — Хватит споров. Что случилось — уже случилось, ничего не обратить.

— Нет, я просто действительно не понимаю, — неумолимо продолжил Кол. — Ведь всё было хорошо, пока эта ведьма не появилась и не принесла на хвосте всю эту чушь! Хоуп не использовала магию — и всё было нор-маль-но, — выделяя каждый слог, сказал он.

Фрея хотела возразить, но слова Кола всё-таки заставили её задуматься, потому что он был прав: сначала были небольшие проблемы с удержанием магии, однако позже всё наладилось. А вот стоило появиться Марии — всё тут же изменилось.

— Ребёнок становится сильнее, а значит, и магию Хоуп тяжелее контролировать, — тем временем сказала Давина.

— Вы оба можете быть правы, — произнесла ведьма, прерывая препирательства. — Всё было относительно неплохо до встречи с Марией. Она рассказала Хоуп о проклятии Краснолуния, вызвав у неё этот страх, что и привело к потере контроля. — Она сделала паузу. — Или ребёнок действительно становится сильнее — и Хоуп уже не может бороться.

— Ты сама несколько минут назад сказала, что еретик почувствовала страх Хоуп, — напомнил Майклсон. — Всё дело в той ведьме! Ведьмы вечно всё портят. Без обид, Фрея.

Старшая Майклсон кротко улыбнулась и сказала, что его извинения приняты.

— Фрея, тебе стоит поговорить с Хоуп, — решительно заявила Давина. — Если дело действительно в том, что она боится, то ей нужно побороть этот страх. Иначе дальше будет только хуже. Ты вчера пострадала, а это явно напугало её ещё больше — и так будет с каждым разом.

— Я поговорю, — задумчиво протянула ведьма и принялась постукивать пальцами по столу. — Хотя вряд ли мои разговоры с ней дадут какие-то результаты.

 

«Времени осталось не так» — последние слова Сильвии никак не выходили из головы. Не так много? Времени до чего?

Перед Хоуп опустилась последняя письменная работа, и второкурсник, вздохнув так, будто только что преодолел свой самый страшный кошмар, вернулся на место. Майклсон глянула на время: до конца занятия оставалось чуть больше пяти минут.

— На сегодня хватит, — объявила Хоуп, обращаясь к аудитории. — Увидимся в понедельник, а если у кого-то есть вопросы — жду вас завтра.

Учебный день подошёл к концу, так что студенты, не скрывая радости, ринулись собираться и начали спешно освобождать кабинет. Хоуп тоже торопилась — ей нужно было успеть застать Новак. Если, конечно, повезёт. По расписанию, лекции у Хелен закончились два часа назад, однако она частенько задерживалась, так что Майклсон понадеялась, что сегодняшний день не станет исключением. К тому же вчера Новак совсем отсутствовала в университете.

Говорят, что на ловца и зверь бежит. Стоило Хоуп выйти из лекционного зала, как Хелен появилась прямо перед ней. Правда, Новак уже собиралась отправиться домой — она была в плаще, а в руках несла несколько папок с работами для проверки. Увидев Майклсон, она улыбнулась, но явно вынужденно.

— Привет, Хоуп. Тяжёлый день?

На лице Хоуп отразилось непонимание.

— Выглядишь уставшей, — чересчур вежливым тоном пояснила Хелен.

Трибрид проигнорировала её слова.

— На днях, случайно, не ездили в Сакраменто? — нарочито буднично поинтересовалась Майклсон.

Хелен замедлилась и огляделась: коридоры были пусты, и она искоса глянула на рядом идущую Хоуп.

— Что ты знаешь о случае в Сакраменто? — поняв, к чему прозвучал вопрос, спросила Новак.

— В том-то и дело, что почти ничего, — ответила Хоуп. — Но меня очень интересуют подробности.

— Всё, что мне известно, — вампир съехал с катушек и убил пятерых человек, — бесстрастно сказала Хелен. — Почему это случилось — пока загадка.

— А в Кьяссо разве было не то же самое? — хмыкнула Майклсон. — Или то, что случилось там, для вас тоже загадка?

— В Кьяссо? — Голос Новак прозвучал растерянно. — А что было в Кьяссо?..

Хоуп изумлённо посмотрела на Хелен — та шла, смотря прямо перед собой.

— Вы действительно не знаете о том, что там произошло? — с сомнением спросила Хоуп.

— Не припоминаю, — призналась Новак — и это признание далось ей с большим трудом. — Хочешь сказать, что там случалось нечто подобное?

— Да, вообще-то. Три года назад.

— Я попробую разобраться в этом, — небрежно сказала Хелен, а потом остановилась. — Мне стоит присмотреться внимательнее к этим случаям?

Хоуп тоже остановилась и была вынуждена обернуться, потому что уже успела опередить Новак.

— Возможно. И даже, может быть, вам придётся попросить помощи у Сильвии… — Хоуп неожиданно замолчала. — Сильвия, — после недолгой паузы пробубнила она. — Чёрт, это же был её голос!

— Что? Ты о чём? — ничего не понимая, спросила Новак. — Что не так с её голосом?

«Может, правильный выбор — это тот, с которым ты сможешь жить?» — во сне это точно сказала Сильвия. Но о каком выборе шла речь?

— Мне нужно идти, — на ходу бросила Хоуп.

И Новак ничего не оставалось, кроме как проводить её удивлённым взором.

 

— Кажется, Франция говорила, что у Беллы было три дочери?..

Фрея нахмурилась и подошла к племяннице. Хоуп изучала то самое генеалогическое древо, воссозданное с помощью заклинания Джози.

— А здесь всего два женских имени, — проследив ветвь Беллы, удивлённо произнесла старшая Майклсон. — Возможно, Франция ошиблась? Или приняла по ошибке другую ведьму за её дочь, что вполне вероятно.

— Возможно, — задумчиво отозвалась Хоуп. — И посмотри сюда… — Её палец указал на одно из многочисленных имён. — Тебе не кажется, что, когда древо только было создано, этот человек был жив? Я почти уверена, что этот Элиот погиб совсем недавно.

Фрея тягостно вздохнула и качнула головой: здесь было слишком много ветвей и чересчур много имён; и если бы ей очень хотелось, то вряд бы она смогла запомнить всех тех, кто был жив, когда она впервые увидела заколдованный свиток.

— Что, если Карлотта пытается убить всех остальных? — высказала свою догадку Хоуп.

— Убить всех ей вряд ли удастся, — сказала Фрея, разглядывая древо.

— Если она знает, где их искать, то вполне вероятно, что удастся, — не согласилась с ней Хоуп. — И я лишь надеюсь, что Элиот, кем бы они ни был, погиб не от её рук.

— Если она знает, где их искать, то это очень плохо, — с толикой безысходности проговорила старшая Майклсон. — Потому что я не представляю, как всех найти. Здесь же почти десять человек, которые могут быть где угодно.

— Может быть, попробовать заклинание поиска? — предложила Хоуп, хотя и понимала, что идея так себе. — Мы же всё-таки связаны кровью…

— Не думаю, что получится, — честно сказала Фрея. — Однако, знаешь, попробовать стоит. Не получится — значит, будем думать что-то ещё. — Она посмотрела на племянницу. — Но для начала я хочу с тобой кое-что обсудить.

Хоуп невесело усмехнулась. Она предполагала, что тётя ещё вернётся к вчерашнему случаю, — и это вовсе не удивляло. Несмотря на то, что Хоуп совершенно не горела желанием говорить о произошедшем, она подняла глаза и уверенно взглянула на Фрею, всем видом показывая, что они могут поговорить.

— Послушай, я не буду читать тебе никаких нотаций и уж тем более в чём-то упрекать, — осторожно начала ведьма. — Хоуп, в том, что случилось, никто винить тебя не собирается. Но как насчёт тебя самой?

Хоуп, сложив руки на груди, сделала вид, что не понимает, о чём идёт речь.

— Ты ведь знаешь, почему это произошло. И то, что ты опять отмалчиваешься, ни к чему хорошему не приведёт. Тебе нужно побороть страх, который ты сейчас испытываешь. Я не уверена, что знаю, чего именно ты боишься, потому что ты всё время молчишь. Будущего? Того, что дальше будет с ребёнком? Или что будет с тобой, с нами? Хоуп, это в данный момент не имеет значения…

— Чего я боюсь?! Фрея, ты сейчас не шутишь? — неожиданно закричала Хоуп. Закричала, сорвавшись, и старшая Майклсон отпрянула. Отпрянула, потому что испугалась — и трибрид это заметила. — «В данный момент не имеет значения»? А когда это будет иметь значение? Когда в Мистик Фоллс повторится история…

— Хоуп, перестань! — воскликнула ведьма. — Ничего не повторится!

— Снова та же песня!..

В комнату заглянула Эмили. На неё уставились две пары глаз — и ни один взгляд не горел дружелюбием. Поняв, что ей не особо рады, Клайд кивнула и поспешила ретироваться, однако Фрея её окликнула, и Эмили вновь показалась в дверном проёме, устремив сначала на Хоуп, потом на Фрею большие испуганные глаза.

— Что-то случилось? — спросила Фрея.

— Ну… нет. — Эми переступила с ноги на ногу. — В общем, тот дом, помните? С рисунка.

Хоуп и Фрея одновременно кивнули.

— Я, кажется, вспомнила, где он находится.

— Вспомнила? — удивилась ведьма. — В смысле, ты там бывала?

— Кажется, да, — ответила Эмили и посмотрела на Хоуп. — Вообще-то мы там были вместе.

Младшая Майклсон задумалась.

— Я не припоминаю, — спустя пару молчаливых минут произнесла Хоуп.

— Этот дом находится рядом с кладбищем, — подсказала Клайд.

На какой-то момент Хоуп снова погрузилась в размышления.

— Юг-Черри-стрит! — осенило её. — Этот дом находится там?

— Ага, — закивала Провидица. — Прямо в конце улице — он там последний. От этого дома до кладбища буквально минут пять ходьбы. Китти остановилась как раз около него.

— Было странное что-то с этим домом в тот вечер? — поинтересовалась Фрея.

— Нет, — ответила Хоуп. — Наверное, нет… На дома я мало обращала внимание.

Ведьма с уверенностью заявила, что туда следует наведаться, но Эмили неожиданно возразила:

— Я не думаю, что это что-то важное. У меня такое ощущение, будто сейчас не время.

— Не время? — Фрея подняла брови. — В смысле там ещё нет того, что нам нужно?

— Да? — нерешительно произнесла Клайд.

Ведьма перевела полный сомнения взгляд на племянницу, но та лишь слегка пожала плечами.

— Ну, ладно… — произнесла Эми куда-то в пространство, развернулась и ушла.

Хоуп глянула на часы и начала собираться домой, что означало только одно: возвращаться к прерванной беседе она не намерена. Останавливать её Фрея не стала, но тот факт, что разговор не задался, заметно её расстроил. Перед тем как уйти, Хоуп обернулась, и Фрея видела, что она отчаянно хотела что-то сказать, однако так и не решилась. Хоуп попрощалась и покинула особняк Майклсонов, где вновь воцарилась давящая тишина.

— Фрея, у тебя телефон звонит!

Майклсон, услышав крик Эмили, слабо улыбнулась. Всё же было приятно осознавать, что в этом доме она была не одна.

 

Стрелки часов медленно, но уверенно ползли к полуночи. Хоуп сидела в гостиной, выписывая имена тех, кто всё ещё оставался в живых, и сверяясь с заколдованным свитком. Если слова Сильвии — правда и она действительно является той, кто должен воссоединить всех потомков первых ведьм, то Карлотта вполне могла начать избавляться от них. Устранить главную угрозу, то есть саму Хоуп, пока было не в её силах, но что касается остальных…

— Где же вас искать?

Хоуп с досадой закусила нижнюю губу.

— Кого?

Она подняла удивлённый взгляд и увидела Аларика, наблюдающего за ней. Интересно, сколько он там уже простоял?

— Привет. Не слышала, как ты пришёл.

— Я же сказал, чтобы ты не ждала меня.

— Не люблю засыпать одна. К тому же, — Майклсон демонстративно подняла блокнот, а взглядом указала на свиток, — я пытаюсь понять, как отыскать всех остальных потомков первых ведьм. Предложила Фрее использовать поисковое заклинание, но сегодня как-то не заладилось. Да и мы почти уверены, что оно не сработает. Просто… понимаешь, тут есть одно имя, мне кажется, что когда Джози только создала это древо, то этот человек был жив.

Аларик сел рядом с Хоуп, приобнял её за плечи и откинулся на спинку дивана.

— Тебе кажется? — переспросил он с усмешкой.

Последовал обречённый вздох.

— Нет, я уверена. Но я не хочу, чтобы мои догадки подтвердились. Если Карлотта избавляется от тех, кто представляет для неё угрозу, то это — катастрофа. Нам нужно найти этих людей раньше, но как это сделать? Теперь, когда на стороне Карлотты ещё одна желающая мести ведьма, у нас серьёзные проблемы… — Хоуп неожиданно отстранилась от Аларика. — Рик, я, кажется, поняла, почему Элайза заменила именно Беллу, а не Пандору! Белла — дочь Карлотты, а значит, не может причинить нам никакого вреда, как и сама Карлотта, потому что мы все — потомки первых ведьм! Элайза и Пандора — оружие. Они не связаны с нами кровными узами — и могут убить. Ведь если от Карлотты можно избавиться, только объединившись, то и на любого из нас распространяется это правило. Понимаешь, о чём я?

Зальцман, помедлив, кивнул. Он не был так уж уверен, что полностью понял ход мыслей Хоуп, но, кажется, основную мысль уловил. Белла оказалась слабым звеном: Карлотта и так не особо была ей довольна, а в случае с Хоуп, которая представляла собой главную угрозу, она оказалась вовсе бесполезной. Сама Карлотта никогда не уступит своё место по доброй воле, но ей нужны ведьмы, с которыми Майклсоны и все остальные не будут связаны кровью: ведь только так верховная жрица сможет избавиться от тех, кто может избавиться от неё.

— Главное, чтобы остальные не оказались заодно с Карлоттой, — подумав, высказала свои опасения Хоуп. — Чёрт, но как их отыскать?! Ведь если я оказалась права, то Карлотта уже идёт по их следу…

 

Ночная мгла медленно уступила место рассветным сумеркам. В этот раз Хоуп узнала место. Всё та же река, тот же мост — хотя в этот раз туман почти рассеялся, и теперь можно было рассмотреть местность. Над макушками домов уже показалось солнце. Сильвия стояла у парапета почти на середине моста, за которым плескалась речная вода. Но не было в этот раз никаких ворон, чьи крылья шелестели в ночной туманной завесе, пробуждая тревожное чувство.

— Так это были вы? — поинтересовалась Майклсон, неспешно приближаясь к женщине.

Ведьма обернулась к Хоуп и с улыбкой кивнула.

— Только так я могла делиться с тобой информацией, — с лёгкой застенчивостью ответила Сильвия. — Сейчас у нас немного больше времени, чем было в прошлый раз. Прогуляемся? — Она указала в сторону арки за спиной. — Верона — чудесный город.

Город оказался абсолютно пустынным, словно призрак, и Хоуп это немного настораживало: приходилось каждый раз напоминать себе, что всё это — всего лишь сон. Иллюзия, созданная Сильвией.

— Карлотта идёт по следу остальных?

Хоуп не пришлось дополнять свой вопрос — ведьма поняла, о чём речь.

— Боюсь, что так. Сейчас она стала меньше делиться своими планами. А угадать, что у неё в голове, — трудно…

Они прошли мимо нескольких небольших ресторанчиков, на летних террасах которых наверняка не протолкнуться в разгар туристического сезона. Остались позади и римский театр с археологическим музеем Вероны.

— Что, если они окажутся на её стороне?

— Я могу с уверенностью заявить, что подобное исключено, — ободряюще ответила Сильвия.

— Мне нужно опередить Карлотту — найти этих людей до того, как до них доберётся она, — по привычке посмотрев по сторонам, прежде чем перейти дорогу, сказала Майклсон. — Но я не понимаю, как это сделать.

— Не буду утверждать, — чуть подумав, произнесла Сильвия, — но, думаю, что какая-то часть всё ещё живёт в Канаде.

— В Канаде? — Хоуп нахмурилась. — Опять Канада…

— Опять? — изумилась ведьма. — Что это значит?

— Вы что-нибудь слышали о Провидице по имени Айви?

Сильвия приостановилась, задумавшись, но быстро опомнилась и продолжила путь.

— Нет, боюсь, что нет. А должна?

Трибрид неопределённо пожала плечами.

— С чего вы взяли, что некоторые живут в Канаде?

Они пересекли улицу и оказались в парке.

— Расскажу тебе одну историю. — Сильвия направилась в сторону набережной. — Ты ведь знаешь, что у дочери первой ведьмы родились тройняшки.

Хоуп, не отставая от ведьмы, кивнула.

— Астрид, Ингрид и Хельга.

— Раскол произошёл между правнучками Астрид. Много лет назад Патриция рассорилась со своей сестрой Беатрис. Род Беатрис обосновался в Канаде, а Патриции — в Италии. Их потомки вновь встретились лицом к лицу спустя не одну сотню лет. Не знаю, в чём именно дело, но, кажется, когда между Патрицией и Беатрис случился конфликт, одна прокляла род другой. История долгая и запутанная, однако Карлотта, однажды отправившись в Канаду, довольно-таки скоро вернулась оттуда. С тех пор она избегает те края. Моя интуиция подсказывает, что это не просто так.

Сильвия неоднозначно взглянула на Майклсон, а после остановилась у одной из скамеек. Отсюда был виден тот самый мост — отправная точка их прогулки. Ведьма присела, ожидая, что скажет Хоуп.

— Канада — огромная территория для поиска, — спустя не одну минуту сказала Хоуп. — Я могу всю жизнь искать и всё равно не найти.

— Это всё, что я могу тебе рассказать, — с сожалением ответила Сильвия. — А что о той Провидице? Разве у вас нет своей? — И снова этот многозначительный взгляд. — Уверена, что Эмили может помочь, даже если всё ещё не умеет контролировать свой дар. Это — её призвание, как бы там ни было.

— Нет, в этом она вряд ли нам может помочь, — тихо сказала Хоуп и села рядом с Сильвией. — У этой Айви есть информация, которая нам очень нужна. Мне нужна, — вздохнув, добавила она.

Сильвия слегка склонила голову набок, заинтересованно смотря на Майклсон.

— О какой информации речь? Возможно, я могу помочь?

— Не думаю, — безнадёжно ответила Хоуп.

— Это касается твоего ребёнка, — догадалась ведьма. — Проклятие Красной луны — о нём ты хочешь узнать?

— О нём я уже знаю достаточно, — горько усмехнулась Майклсон.

— Айви, — словно пробуя имя на вкус, проговорила Сильвия. — Я не знаю о Провидице по имени Айви. Но слышала о другой. Ариана, кажется. Она жила в той шотландской деревне, где появился на свет последний ребёнок, попавший под проклятие Краснолуния. Мне кажется, это неспроста, я права?

— Может быть и так, — отозвалась Хоуп.

— Ты всё ещё не можешь довериться мне до конца, — сказала Сильвия, но в голосе не было слышно ни обиды, ни злобы. Она прекрасно всё понимала. — Я бы, наверное, тоже не торопилась проникаться доверием на твоём месте. — Сильвия добродушно улыбнулась. — Хоуп, проклятие Красной луны — довольно древнее, но весьма редкое явление. До появления ведьм Красная луна являла собой благодушное послание свыше — люди верили, что это хороший знак.

— Как любит говорить мой дядя: ведьмы всегда всё портят, — хмыкнула Майклсон. — В чём-то он прав.

— О, он прав! — Сильвия рассмеялась. — Без таких, как мы, было бы проще, наверное, но не в этом суть. — Смех стих, а взгляд устремился куда-то вдаль. — Понимаешь, ведьмы иногда слишком напыщенны. У нас есть то, чего нет у других, — и мы этим гордимся. Но как только мы сталкиваемся с кем-то подобным себе, то почему-то часто хотим обратить ту силу, которой владеет другая ведьма — такую же, какой владеем и мы сами, — против. Какие-то глупые ссоры приводят к таким последствиям — к проклятиям. Патриция и Беатрис — явный тому пример. Так появилось и проклятие Краснолуния — из-за размолвки, которая перешла в настоящую войну. Древние ведьмы жили, проклинали и вовсе не думали, что за это потом будут расплачиваться другие. — Сильвия печально вздохнула. — Магия порой обращается против нас. И нам от этого никуда не деться.

— Вы хотите сказать, что ссора каких-то ведьм…

— Не каких-то, Хоуп. Сильнейших ведьм — тех, кому сила была дарована самой первой ведьмой. Нельзя злить Богов.

— Сильвия, прошу вас! — Хоуп не сдержала усмешки. — Я не особо верующая во всё это, так что…

— Все мы атеисты до определённого момента, который рано или поздно наступает в нашей жизни, — уверенно заявила ведьма и посмотрела на Хоуп. — И однажды ты вспомнишь мои слова. Я не знаю, где вам искать Айви. И мне искренне жаль, что я не могу в этом помочь, потому что понимаю, как это важно для тебя, — для любой матери ребёнок будет на первом месте. Но не забывай: если Карлотта убьёт всех остальных, вы останетесь один на один. — Помедлив, она добавила: — Не думаю, что тебе хочется, чтобы твоё дитя выросло без семьи.

Хоуп не понравилось, что Сильвия была уверена в том, что она не сможет выстоять против Карлотты. Но где-то в подсознании шевельнулась неприятная мысль: а что, если Сильвия была так уверена, потому что знала это наверняка?

— Вы говорите, что культ не рискнёт забрать магические силы ребёнка, но сама Карлотта сказала…

Майклсон передёрнула плечами, вспомнив слова жрицы.

«А самое прекрасное нас с тобой ждёт в конце. То существо, которое растёт у тебя во чреве. Когда я заберу у тебя и его — последнее, что для тебя будет иметь смысл, то ты сама примешь нужное мне решение».

— ...Она высказалась иначе, — произнесла трибрид, и голос предательски дрогнул.

— Карлотта не заберёт силы этого малыша, — продолжила настаивать Сильвия. — Она может забрать только его самого. Я потому и прошу тебя сейчас заняться Карлоттой. Она представляет угрозу для тебя и всей твоей семьи, а самое худшее — для всего мира.

Хоуп кое-что вспомнила.

— А вампиры? То, что происходит с вампирами, — в этом виноват культ?

Ведьма молча кивнула.

— Зачем они это делают?

— Проверка, — ответила Сильвия неохотно. — Вампиры, которые смогут справиться с этим безумием, становятся более сильными и почти невосприимчивыми к магии. А так как вампиры и сами часть магического мира, то Карлотта оставляет их в своих рядах. Способность к внушению делает их весьма полезными.

— Оставляет в своих рядах? Вы хотите сказать, что…

— Что она собирает нечто вроде магической армии? Да, так оно и есть.

— И для чего ей всё это? Это как-то относится к её плану мирового господства?

— План мирового господства, — со смехом повторила ведьма. — В общем, да. Ведь больше ведьм — больше магии. А жрицы — что-то вроде паразитов, питаются чужими жизнями и чужой магией. Всё, что можно забрать, — можно и даровать, Хоуп, — загадочно улыбнувшись, сказала Сильвия.

— Культ способен наделять магией? — уточнила Майклсон.

— Не всех и не всегда, — добавила Сильвия. — К тому же та магия, которой наделяют кого-то жрицы, — слаба. Иногда она так и остаётся слабой, а порой набирает силу рода и становится очень мощной.

— Вот и весь секрет, — медленно покачала головой Хоуп. — И никакого комплекса бога.

Сильвия растерянно посмотрела на неё, но та махнула рукой: мол, неважно.

— Продолжай следить за своими снами, Хоуп, — решительно сказала ведьма. — И запомни: в одиночку мы можем так мало. Вместе — очень много. В случае с культом твоя семья — твоя сила.

Наступила темнота.

Глава опубликована: 12.09.2021
Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх