Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Подмастерье и Некромант (гет)


Переводчики:
Витаминка, Stonnie_Annie 146 -153, с 157 все нечетные
Оригинал:
Показать
Беты:
Элен Иргиз 1-2 главы, Jane_S 70, с 111 главы
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Приключения, Романтика
Размер:
Макси | 1134 Кб
Статус:
Заморожен | Оригинал: Закончен | Переведено: ~61%
События:
Предупреждение:
Внимание! В фике очень редко, но все же встречаются сцены с высоким рейтингом.
Гермиона спасает Снейпа в Визжащей хижине. Тому выносят странный судебный приговор. В течение трех лет он должен жениться, иначе ему предстоит провести остаток жизни в Азкабане.В это же время Министерством принимается особый Брачный закон. Гермиона с друзьями решается помочь бывшему профессору в поисках. Выясняется, что Гермиона - единственная, на ком Снейп может законно жениться...
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 133: Cucurbita!

Алина сидела на кровати, скрестив ноги по-турецки. Перед ней был разложен длинный — не менее четырех футов и даже не до конца развернутый — кусок пергамента. На коленях, свернувшись, лежал осиротевший детеныш раздражара и внимательно следил за ней влюбленными глазами, пока она читала ему.

— Cucurbita. Asine. Stulte. Puga. Fatue. Caudex. Nugator. Stolide. Frutices. Vappa...

— Алина? Что ты делаешь? — спросила Джилис и осторожно подошла ближе, с любопытством заглядывая в пергамент.

— Я учу Цицерона. Я также приготовила списки для тебя, Мики и Дороти. Я провела кое-какие исследования, и следующие четыре недели являются решающими для развития Цицерона. Он быстро выучит любые ругательства, которые услышит, и запомнит их. Поэтому очень важно, чтобы он все время оставался в спальне и слышал ругательства только на латыни.

— Ты действительно думаешь, что профессор Снейп понимает латынь в недостаточной степени, чтобы прийти в ярость из-за твоего нового питомца?

Алина сжала губы и вздохнула.

— Я не знаю, — наконец признала она. — Но это единственный язык, который я знаю достаточно хорошо, чтобы тренировать Цицерона. Если он не сможет благополучно запомнить слова на одном языке, то сойдет с ума. Так что пусть это будет латынь. И даже если профессор Снейп поймет ругательства, я знаю, что остальные студенты их не поймут. Поэтому он не сможет заявить, что Цицерон оказывает дурное влияние, и забрать его у меня из-за этого.

Джилис не выглядела убежденной.

— И Мика с Дороти согласились помочь тебе?

Алина скривилась.

— Да, но теперь мне придется до конца года помогать им с домашней работой по Зельям.

— Хмм, — Джилис выловила со своей кровати свиток и развернула его. — Так мы просто будем читать ему это? И со временем он начнет повторять их?

Алина кивнула, осторожно гладя мягкую шерстку крошечного раздражара.

— Ох, ладно. Ну-ка, посмотрим. Ructabunde. Spurcissime. Os putidum. О-о, а это мне нравится, — она захихикала. — Nugae! Gerrae! Fabulae! Bliteus belua es! Нет, подожди-ка. Это должно звучать «Blitea belua es»! И это тоже правда. Ты действительно глупое чудовище, Алина.


* * *

Этим вечером Гермиона выглядела уставшей. Под глазами залегли темные круги. Когда она не прижимала руку к животу, то терла зудящий прыщик возле носа, на который она нанесла Зелье от прыщей. На столе рядом с ней возвышалась стопка книг по истории магии из Запретной секции библиотеки. Девушка то и дело трясла головой или тихо кряхтела.

— Гермиона?

— Хмм.

Его губы дрогнули в улыбке, когда она не подняла на него взгляд, полностью поглощенная своим чтением.

— Гермиона? Ты меня слышишь?

— Хмм?

— У меня кое-что есть для тебя, но если ты слишком устала…

Её реакция была незамедлительной. Она схватила закладку, засунула её в книгу, которой только что была увлечена, захлопнула её, отложила в сторону и улыбнулась ему. Он знал, что она любит его, но все же — видеть, как она с такой готовностью оставляет то, чем наслаждалась, чтобы просто послушать, что он хочет ей сказать, улыбаясь ему, хотя он видел, что она не слишком хорошо себя чувствует… Это привело его… в замешательство… И потрясло до глубины души. Он изучал её лицо, то, как она сжимала губы, как натянулась кожа вокруг глаз. Сегодня был один из самых холодных дней этой осени. Возможно, она мучилась от очередного приступа отдаленных последствий Круциатуса?

— Гермиона, если у тебя боли из-за Круциатуса, тебе необходимо сказать мне об этом. Нет причин страдать напрасно.

Она неловко поерзала на стуле, не глядя на него. Северус нахмурился. Она что-то скрывает от него?

— Гермиона?

— Все в порядке. Не волнуйся.

Он приподнял бровь, глядя на нее.

— Я не был бы деканом Слизерина все эти годы, если бы не знал, что «Все в порядке. Не волнуйся» — это предложения, за которыми прячется любой гордый человек. Гермиона. Пожалуйста. Расскажи мне, что случилось.

Она продолжала сосредоточенно разглядывать собственные тапочки:

— Сейчас то время месяца, и у меня болит живот, и я надеялась… ну…

Её щеки залил румянец, и он увидел, что она снова прикусила губу.

Она надеялась…

Она хотела…

На него накатила волна дурноты. Внезапно воздух вокруг показался ледяным. Он вздрогнул. Затем время снова пошло, и он понял, что должен что-то сказать. Что угодно.

Он проглотил комок в горле.

— Есть несколько вещей, которые я мог бы сказать прямо сейчас. Должен сказать прямо сейчас. К сожалению, я не могу вспомнить ни одну из них, — он вздохнул. — Мне жаль, Гермиона. Мы… мы должны были обсудить это. Я никогда не думал, что ты… что ты бы хотела... Мерлиновы яйца. Зачастую, когда я просыпаюсь утром, я все еще удивляюсь, что вообще проснулся. Не говоря уже о том, что просыпаюсь я в одной постели с тобой, — он сделал глубокий вдох. — Я принимаю зелье. Мне… мне жаль, Гермиона.

К его удивлению, она не закатила истерику. Она просто смотрела на него широко раскрытыми грустными глазами, прижимая руки к больному животу. Еще один глубокий вдох. Это не должно быть сложнее, чем утешать его маленьких змеек. Но, конечно, это было труднее, и он не смог одурачить себя ни на минуту.

— Иди ко мне, Гермиона.

Еще один сюрприз. Она не стала спорить. Она просто подошла к нему. Он обнял её и положил руки ей на живот. Прикрыв глаза, он молча сосредоточился на исцеляющих чарах. Когда она со вздохом прислонилась к нему, он понял, что магия работает.

— Кровь и семя могут быть использованы для могущественной и очень темной магии. Я не могу сказать, как много жидкостей моего тела может пролиться в любой вечер. Но я могу контролировать силу этих субстанций, — не убирая рук, он наклонил голову и быстро прикоснулся губами к её виску. — Не думаю, что до этого момента я действительно понимал, насколько изменилась моя жизнь.


* * *

Примечание автора:

Перевод ругательств с латыни:

Cucurbita — тыква

Asine — задница

Stulte — идиот

Puga — тупица

Fatue — дурак

Caudex — болван

Nugator — ничтожество

Stolide — чучело

Frutices — кретины

Vappa — мерзавец

Ructabunde — сволочь

Spurcissime — абсолютно мерзкие

Os putidum — вонючка

Nugae, gerrae, fabulae — чепуха, ерунда, чушь

Blitea belua es — ты глупое чудовище


* * *

Ждем ваших отзывов))

Глава опубликована: 29.08.2013


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 344 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх