Невилл и все, все, все (джен)

СТУПa, миновав множество зачарованных границ, благополучно долетела до Руси и собиралась приземлиться в заданном месте — Лукоморье. Пассажиры с нарастающим напряжением наблюдали, как волшебный экипаж приземляется рядом с чуднЫм строением в виде бревенчатого домишки, водруженного на громадные куриные ноги. Строение испуганно пустилось наутек, но чей-то грозный окрик заставил домик замереть на месте. Тем временем СТУПa открылась, и первыми из нее выскочили домовики, которых хозяева взяли с собой.

Дойдя до лужайки размером с два футбольных поля, они, застонав от восторга, повалились в траву, обнимая землю лапками. Хозяева, нерешительно стоящие у выхода, с удивлением заметили, что их домовики стали стремительно молодеть.

— Это Лукоморье, место силы, малыши ведут себя так странно потому, что ее почувствовали. Видно дома сидели на голодном пайке, — проворчала стоящая около избушки страшная старуха с криво торчащими изо рта зубами, — Нафаня! Пока твои почти родичи иноземные силой переполнены, вложи им в головы знание нашего языка — усвоят мигом, а потом в избу отправь, покажи им, где они теперь проживать будут.

Да управляйся пошустрей, а то хлебнут магии через край — начнут буянить... Ну и уши у них, прямо как у кроликов, — договорив, дряхлая на вид старуха непонятным образом в одно мгновенье очутилась около СТУПы.

— Ну, выходите уже, не съедят вас тут!

— Ух, ты! — Дадли толкнул локтем брата и стремглав скатился с лесенки. — Баба Яга! Настоящая! Пошли знакомиться!

— С костяной ногой! — не отставая, вторил ему Гарри, во все глаза разглядывая родственницу, о которой им не раз рассказывала бабушка Делла. — Повезло нам ее такой увидеть, она редко в бабу Ягу превращается!

— Здравствуй, тетя! — Василиса подбежала к старушенции и кинулась обниматься. — Встречай гостей, только прими нормальный вид, а то мои друзья испугались, увидев костяную ногу и торчащие зубы!

— Ой, простите, — мгновение, и на месте жуткой старухи оказалась красивая женщина средних лет, одетая в яркий сарафан, — мы с Лешим утром браконьеров гоняли, приняла такой вид, чтобы сильнее напугать, да забыла назад превратиться. А я как знала, что гости пожалуют: велела Нафане самому обед не затевать, а скатерку приготовить.

— Жив дедушка Нафаня, — обрадовался Кузя и кинулся к Делле, — давай, неси лапоток скорее, я домой вернулся…

— Кузя, — засмеялась Василиса, — ну какой лапоток? Это же твоя изба родная, а не чужой дом. Шагай к дедушке здороваться, да передай ему, что гости пожаловали…

— Делла! — узнав гостью, Наина не знала, верить ли ей своим глазам. — Это и вправду ты? А где Аленушка? Взрослая, поди ... неуж в Англии осталась?

— Нет больше Аленушки, — сурово нахмурив брови, ответила Делла, — внуки есть, сын Аленушкин и приемной дочери мой, Петуньи ... ты не представляешь, столько мы за эти годы с ними пережили! Потом поговорим, а сейчас я тебя с детьми познакомлю, — и она подвела Наину к притихшим мальчишкам.

— Это Дадли, — толстенький паренек благовоспитанно наклонил голову, — родной сын Петуньи, любитель подраться и поесть...

Черноволосый лохматик Гарри — приемный сын, он — Аленушкин. Такой как отец бессовестный проказник, который умеет после очередной каверзы делать круглые невинные глазки...

Вот этот "малыш", — она указала на рослого паренька, у которого от смущения заполыхали ярким румянцем щеки, — Невилл, между собой, все называют его Вилли. В его доме проживала Василиса после перемещения во времени и превращения в жабу. Она занималась его обучением и очень к нему привязалась.

А вот этот светленький мальчуган — Драко. О нем расскажет его мама, она здесь. Дети прекрасно ладят между собой, что не мешает им ссориться по сорок раз на дню. А твоя племянница Василиса…

— Не ябедничай, знаю я эту историю с превращением в лягушку, и о ссоре Василисы с отцом знаю, — сказала Наина, — но вмешиваться не стану: двое ругаются — третий лишний, сами разберутся. Пойдем-ка лучше с перепуганными гостями знакомиться, успокоить их не мешает — вот, посмотри на эту волшебницу… это мама белобрысика?

— Не надо преувеличивать, — проворчала Василиса, — никто, кроме Нарциссы не испугался! Видишь, гости все делом заняты, СТУПу разгружают, .А перепуганной волшебницей займись сама, глядишь, ее страх и пропадет.

Насмерть перепуганной волшебницей действительно была Нарцисса. Она никогда не видела такого странного строения, напоминавшего пресловутую «Нору» Уизли, так что, не отходя от СТУПы и наморщив хорошенький носик, Нарцисса пристально разглядывала избушку, переступающую от смущения с ноги на ногу.

Остальным гостям пугаться было некогда: Антон прекрасно знал всех обитателей Лукоморья, но здороваться пока было некогда, поскольку все были заняты: он деловито левитировал больных, аккуратно помещая их кровати недалеко от СТУПы, Августа помогала устраивать их поудобнее, а Вальпурга успокаивала ошалевшую племянницу, которая пришла в себя и не могла сообразить, куда ее занесло.

— Знакомство может подождать, — решила Наина, — сначала отправим больных в дом.

-Это же место силы, сама сказала, — возразила Делла, — больным будет полезно побыть здесь, на свежем воздухе. И нечего знакомство откладывать, успокой нашу приятельницу, я знаю, как хорошо ты умеешь это делать.

— Неуж я такая страшная? — кокетливо хлопая ресницами, заявила Наина. — Неуж ваша приятельница такая пугливая?

— Да не знаю я, мы только вчера познакомились. Сошлись на почве осуждения мужей...она переживает, что ему пришлось в Англии остаться ... а тут ты ее в таком виде встречаешь, одна костяная нога чего стоит!

— А ты за что на мужа злишься? Вы же столько лет в разлуке...

— Ни видеть его не желаю, — ледяным тоном отрезала Делла, — ни слышать о нем не хочу! И как додумался заколдовать дочь и забросить в чужое время!

— Это ты зря, — прищурилась Наина, — за дочку он очень переживал, да и по тебе сколько лет убивался…

— Что значит, «убивался»? —маска равнодушия осыпалась, показав настоящее лицо разгневанной женщины. — Успел забыть? Замену мне нашел?

— Там такая загадочная история, — махнула рукой Наина, — что ни в сказке сказать, ни пером описать. Расскажу, когда от дел освобожусь. А сейчас беги, помогай Василисе, а я пойду утешать вашу Снежную королеву. — с этими словами Наина направилась к Нарциссе, в гордом одиночестве стоящей недалеко от СТУПы.

— Ну, красавица, давай знакомиться. Я Наина, сестра Кощея и тетя вот этой девчонки, — она кивком головы указала на Василису, которая в этот момент одним движением руки отлевитировала Сириуса из СТУПы на лужайку, а следом за ним отправила туда же Люпина.

— Нарцисса Малфой. Вон тот светловолосый мальчик — мой сын Драко. И примите благодарность за гостеприимство.

— Принимаю. А теперь рассказывай, о чем ты так печалишься, Нарцисса? — Наина спросила так участливо, что леди Малфой сразу почувствовала облегчение.

— Мы скрылись, мы позорно сбежали от опасности, а муж остался на родине, — ответила она, — вот и не могу успокоиться, только и крутится в голове одна мысль: как там он…

— За мужа не переживай, — сказала Наина, — прямая опасность ему не грозит. Я умею грядущее чувствовать, все будет в порядке.

Ободряющие слова подействовали, и Нарциссе стало значительно легче. А Наина весело продолжала:

— Только думаю, у тебя на душе кошки скребут не только по этой причине: сознавайся, тебя избушка испугала?

— Ну, — нервно передернула плечами Нарцисса, — страшновато, конечно: как увидела огромные, когтистые, живые ноги, сразу показалось, что схватят. И за сына беспокоюсь: кто знает, на что способна такая страшная избушка, а он — любитель приключений.

— Заброшенную кем-то избушку братец мой нашел, наколдовал ей куриные ноги и оживил, ради шутки. А волшебства в шутку вложил столько, что получился артефакт с зачатками разума. Мне ее новые качества понравились, и приспособила я избушку под себя: в одной части семья наша собирается, а в другой обустроила гостиницу — у нас все-таки, не такой лес, как в Англии, мало ли кого застанет ночь в пути... Тем более, чужаков здесь не бывает: Лукоморье место волшебное, сюда простому человеку ходу нет.

А уж сколько детей в избушке перебывало, и повелось сие действо с древних времен: были случаи, когда у простых людей волшебное дитя появлялось, не всегда родители такого ребенка принимали. Вот и приходилось его забирать сюда, в Лукоморье. Здесь он жил, пока на ноги не становился. Так что за сына не волнуйся, на избушку специальные чары наложены: она не может зла причинить ни детям, ни волшебникам.

— А еще тут волшебные звери на свободе…

— Ручные они, увидишь — не пугайся, — терпеливо объясняла Наина, — у них хозяин есть, он за ними приглядывает. Он сейчас здесь, среди деревьев прячется. Леший! — позвала она. — Я тебя заметила, выходи.

Дети тоже заметили странного человека, который был ростом с самое высокое дерево, но чем ближе он подходил к людям, тем меньше становился, и, наконец, стал ниже травы, укрывшись ею с головой.

— Ты бы еще, по старой привычке, похохотал, поаукал, посвистел, или поплакал, — осуждающе сказала Наина, — прекращай свои выходки, иди познакомиться с моими гостями: среди них есть и обычные люди, не стоит их обижать и подшучивать над ними. И зверье свое предупреди, чтоб гостей не напугали.

— Ну, будем знакомы, — сказал внезапно появившийся из травы дух, принявший образ человека, и отличающийся от людей лишь тем, что вместо волос на голове его росла длинная, густая, зеленая трава. — Гости Наины — мои гости. Шутить, стало быть, над вами не стану, гостите спокойно. Как звать вас, я уже знаю: лесной владыка тоже способен творить колдовство.

Да, прямо щас познакомлю всех с моим зверем, чтобы обнюхал и признал вас, — и Леший показал рукой на огненного пса, который, на высоте, с упоением гонялся за облаками. Догнав облако, пес разевал пасть, и оно начинало медленно таять, превращаясь в теплый дождик.

— Рыжик у меня ученый, приучен по сигналу на землю опускаться, — добавил Леший и громко свистнул.

Дурсли, привлеченные свистом, с ужасом заметили приближающегося к полянке громадного, объятого пламенем, крылатого пса размером с хорошего медведя, и помчались спасать детей. Летучий пес приземлился в центре поляны, недалеко от того места, где стояли мальчишки. Леди Малфой замерла от страха, поняв, что огненный пес находится совсем рядом с Драко.

— Не бойся, Нарцисса, — сказал Леший, — Рыжик — славный пес, и он очень любит детей. А пламенем он пышет только в случае опасности, да когда за тучами гоняется. Сейчас пламя погаснет…

— Ничего себе песик, — удивился Дадли, — разве бывают собаки с крыльями?

— Это симаргл, волшебный крылатый пес, мой верный друг и помощник, — пожал плечами Леший, — он умеет вызывать дождь. А хотите, он вас покатает?

— Нет, — рванулась к сыну Нарцисса, — Драко, я запрещаю!

— Ну, мам, — заныл Драко, — ну пожалуйста…

А двоюродные братья и Невилл уже направлялись к симарглу, довольному суматохой, поднятой вокруг него:

— А втроем можно?

— Залезайте, он и десятерых выдержит, — веселился Леший, глядя на крылатую собаку, которая радостно скалилась от предвкушения полета с детьми.

— Огнем не пользуйся, да летай аккуратно, — предупредил пса Леший, и задумался, — а может, их привязать, чтоб не упали?

— Да что я, дурак? — обиделся симаргл, — покатаю ак-ку-рат-но и не обожгу, — слово «аккуратно» он выговорил с видимым трудом…

— Говорящий пес из пламени, — ахнула Петунья, — никогда бы не поверила, что такое возможно…

— Ма-ам, — Драко заныл еще жалобнее, видя, что Невилл тоже решительно шагает к летучему псу. — Все идут летать на собаке, только мне нельзя…

— Иди, — сдалась Нарцисса, — только держись крепче, а то упадешь! И учти — будешь геройствовать, убью собственноручно!

Дождавшись, когда дети устроятся поудобнее и приказав им держаться за шерсть, которую дети просто намотали на руки, Леший приказал симарглу:

— Дальше поляны не улетать и к Горынычу не приставать, дай ему хоть раз спокойно поохотиться. И не забывай…

— Знаю, знаю, — восторженно пролаял летучий пес, — ЭТОЖЕДЕТИ! — и, расправив крылья, взмыл в небо.

Мальчишки восторженно завизжали, наслаждаясь экзотическим полетом, который долго не продлился: сделав несколько кругов вокруг поляны, симаргл пошел на посадку.

— Не последний раз, — утешил он приунывших детей, — еще не раз встретимся и полетаем. А сейчас ваши родичи слишком нервничают, я отсюда чую...

— Обычных птиц я предупредил, — тем временем информировал гостей Леший. — Гаганы и грифы здесь не появятся без моего разрешения, Жар-птицы поближе к Хозяйке Медной Горы перебрались, Леснь-птице и Сирин запрещу завораживать гостей пением, а Финиста я и сам давным-давно не видывал, да и не опасен он людям. Ну а если Кагана кто повстречает, так это хорошо: он счастье приносит. Теперь о зверях: Горгонии давным-давно в теплые страны переселились, Василиски ушли в пещеры, подальше от людей, чтоб петухи им не вредили, Ламий мы с Кощеем повыбили. Остался Горыныч, но он далеко в горах обитает, сюда не показывается. Уж больно он на людишек обижен: сами лезут в драку, головы ему отрубают, а того им в башку не приходит, что у него на месте одной головы две вырастают — он же Лернейской Гидре троюродным внуком приходится — и корми потом лишние головы. Как отросло у Горыныча шесть голов взамен трех, так он и сбежал в высокие горы, а сюда прилетает только поохотиться.

Если в колодце или в ведре с водой увидите что-нибудь непотребное — не пугайтесь, это водяной так шутит. Русалки вас не тронут, моих гостей и гостей Наины они обидеть не посмеют. Привычка у них дурная: любят ночью на ветках деревьев качаться, — пояснил он присутствующим, — свесят рыбьи хвосты и людей распугивают, забавницы мокрохвостые.

А Лихо Одноглазое еще лет десять назад сбежало поближе к Лысой горе. Да, забыл сказать: ядовитые ягодные кусты я колючками утыкаю, чтоб не отравился кто ненароком. Ну, прощевайте пока, — и Леший исчез вместе с симарглом.

— А еще в русских сказках бывают богатырские кони, — мечтательно сказал Невилл, — вот бы на них посмотреть! Богатырский конь — он такой: может скакать на огромные расстояния, говорить человеческим голосом и вовремя предупреждать хозяина об опасности, спасая его от гибели.

—Лукоморье со всех сторон лесами окружено, а богатырские кони скакать по лесу не любят: попробуй, продерись через деревья и кусты, — ответила Василиса, незаметно примкнувшая к стоявшим. — В Малахитовом дворце есть такие красавцы у отца в конюшне, так что увидишь коней, я тебе обещаю.

— А когда? —поинтересовался Драко.

— Как здесь дела закончу, так и отправимся во дворец.

— А какие дела? — теперь заинтересовались остальные дети…

— Ну, — задумалась Василиса, — запас живой и мертвой воды сделать, перьев у Жар-птиц набрать, чтоб освещение обновить в избушке, молодильных яблок добыть в подарок названой сестрице и зятю... Много дел.

— А помощники тебе не нужны? — дети смотрели на волшебницу горящими глазами.

— Там видно будет, может, и возьму помощников… Да вы не волнуйтесь, скучать вам будет некогда, — сказала Василиса, посмотрев на унылые мордашки и догадавшись, чего боятся дети, — жизнь в Лукоморье — это сплошные приключения!

— Ну, что, пошли в дом? — предложила Наина.— Давайте я вас избушке покажу, чтобы каждого из вас запомнила.

Гости подошли к Избушке На Курьих Ножках, которая мигом повернулась к лесу задом, к людям передом, и вдруг перед ними появилась лесенка, приглашая пройти в дом. Дети шагнули на ступеньки, которые неожиданно начали поднимать их вверх…

— Как эскалатор в супермаркете, — шепнул Гарри брату, — помнишь, мы на такой катались, когда ездили с родителями в Лондон?

Наина, странным образом оказавшаяся в дверях раньше всех, встречала гостей у входа.

— Возможно ль! Ах, Наина, ты ли! — Долохов, с трудом сдержав эмоции, по русскому обычаю, трижды поцеловал волшебницу. — Давай поздороваемся, наконец, а то все какая-то суматоха: то одно навалилось, то другое… Cколько лет мы не виделись?

— Дай подумать… с сорок восьмого, кажется. Как Кощей тебя с собой в Англию забрал, так с тех пор и не виделись. Ладно, будет время поговорить, давай гостей расселять.

— А в какую половину поселить решила, — с заговорческим видом поинтересовался Антон, — для дорогих гостей или для незваных, что хуже татарина?

— Хоть и незваные, но дорогие! — улыбаясь, ответила Наина.- Надеюсь, жилье гостям понравится, — избушка умеет угождать…