Невилл и все, все, все (джен)

Котлы вернули на кухню, благо места хватало. После того, как их наполнили волшебной водой, Василиса попросила гостей выйти, но ее не послушались, все остались, переживая, будет ли лечение успешным. К тому же любопытство разбирало: хотелось увидеть своими глазами действие волшебной воды.

Процедура не доставила особых проблем: они легким взмахом руки отправили сначала Алису, потом Фрэнка в котлы с мертвой и живой водой. Все прошло удачно, и вскоре гости азартно обсуждали, как изменились муж и жена: исчезла худоба, появился румянец, ожили застывшие глаза, дорогим шелком заблестели густые волосы.

— Ну вот, совсем другое дело! — констатировала Наина, — Алиса, ты загадала стать красавицей?

— А надо было желание загадывать? — растерялась женщина. — Я не знала! Я, ныряя в котел, думала, что после больницы будет очень сложно расчесывать волосы.

— Иван говорил мне, что загадал желание, когда в котел прыгал, и что оно исполнилось, — засмеялась Наина, — но я думала, он шутит. Отныне буду знать, что живая вода может исполнять мечты.

— Интересно, а не таким способом появились в Аркаиме волшебники? Уж больно много их здесь развелось, рядом с Уральскими горами, — предположил Долохов, но, заметив скептические взгляды, начал с шутливым воодушевлением отстаивать свою точку зрения, — предположим, зашел в воду человек, мечтающий стать волшебником, и вышел из воды волшебником. Рассказал друзьям о чуде, те решили проверить, не лжет ли он, и тоже стали волшебниками, так и пошло.

— А волшебные существа? — невольно улыбнулся Люциус, — они тоже захотели стать волшебными?

— Я думаю, вода реализовывала мечты хозяев иметь своего любимца говорящим, поющим, невидимым, сверкающим. B общем, не похожим на других, необычным! — ухмыльнулся Антонин, приступ к своему любимому занятию: шокировать тех, кто пожелает его выслушать, абсурдными идеями. — И вдруг хозяин видит, что его питомец меняется...

Или само животное вдруг захотело измениться ... кот Баюн, например. Вы же понимаете, что это — неправильный кот? Кот не может разговаривать, петь, играть на музыкальных инструментах. Он и разговаривать не должен: у него речевой аппарат не приспособлен к человеческому языку, а Баюн треплется не хуже нас! А как у него получается играть на балалайке кошачьими лапами?

Или взять Жар-птицу. Казалось бы, достаточно убрать сияние, и получится обыкновенный павлин. Ho Жар-птица не только сияет как солнце, у нее выпавшие перья светятся!

— Или кентавры, те самые, что живут у нас в Запретном лесу, — с серьезным видом вступил в обсуждение Фрэнк, — надоело одному из дикарей застревать в кустах, и он, входя в воду подумал, что хорошо бы иметь конские ноги — и стал кентавром. Поделился сведениями с сородичами, те искупались в волшебном источнике, и получились полулюди-полукони, которые стали основателями целого народа. Отдел Тайн давно знает, что живая вода есть везде, а не только на Руси и в Австралии. А уж Австралия ... Недаром там водится так много необычных животных, похожих на обычных...

— Ты прав, Фрэнк, — сдерживая смех, подержала забавные рассуждения Василиса, —необычные животные в Австралии действительно есть. Но что волшебного, например, в жирафе?

— Шея! Не верю я, что шея у жирафа имеет обычное происхождение! А ты видела ехидну, вомбата, страуса, коалу? Они все странные и загадочные! Мне кажется, что именно из австралийских животных получились пушистики, нунды, книзлы, нюхлеры и крупы.

— Даже интересно стало, — задумался Малфой, — а зачем кому-то потребовалась собака с двумя хвостами — круп? Второй хвост — абсолютно бесполезная часть тела.

— Может быть, двумя хвостами удобнее отгонять комаров ... или раньше круп мог летать, используя свои хвосты вместо пропеллера? — с глубокомысленным видом предположил Антонин, с трудом сдерживая смех. — А вот для чего из утконоса создали нюхлера, понятно всем, кто сталкивался с забавным зверьком: это абсолютно незаменимый помощник для воров, — и маги, перестав сдерживаться, громко захохотали.

— А как тогда объяснить появление русалок, сирин, ламий? — задала вопрос Наина. — Ламия — змея, зачем ей нужна голова собаки? Или сирин, вот какая радость женщине иметь птичью голову? И самый расчудесный голос не спасет, все равно люди от нее шарахаться будут!

— Предполагаю, вода сначала исполняла любые желания, — с крайне глубокомысленным видом заявил Долохов, — а потом, когда повзрослела и поумнела, перестала исполнять глупые просьбы, и 3меи Горынычи, керберы, сфинксы, химеры стали исчезать. Кстати, похоже, что вода умеет шутить: кто-нибудь, кроме меня, заметил, что наши больные из воды сухими вышли?

— Ох, и мастак ты Антон, лясы точить! Как был пустомелей, так и остался! Всем ухитрился зубы заговорить, — Наина осуждающе покачала головой. — Конечно, я заметила: разве я оставила бы больных мокрыми? И пока ты всех развлекал, я наблюдала, не надо ли людям еще раз в живую воду окунуться — но вижу, вода больше не нужна, наши больные в порядке да и помолодели к тому же лет на пятнадцать. Если их еще разок окунуть — ровесниками Невиллу станут, Hy все, теперь больные отправляются в постель, набираться сил. Августа, а тебе помощь не нужна? А то, гляжу, тебя ноги плохо держат.

— Переволновалась так, что ноги подкашиваются, — созналась Августа, — но от счастья не умирают, все пройдет без всяких лекарств.

— А можно мне на сына посмотреть? — Алиса умоляюще смотрела на знахарку. — Хоть одним глазком?

— Слабая ты еще, полежать тебе надобно, да что с тобой поделаешь, иди к дубу, Невилл там с друзьями развлекается.

— Иди с Фрэнком, а мы в избушке останемся, — добавила Василиса, — не будем мешать долгожданной встрече. Антон, зови взрослых и детей в дом, будем пить чай, как положено у англичан.

— Погоди ты с чаем, — досадливо поморщилась Наина, — забыла об еще одной больной? А я ее осмотрела: клеймо, что у нее на руке — особенное: оно не только магию вытягивает, оно способно свести с ума — надо срочно его убирать! У вашей Беллы уже прошел начальный этап, при котором появляется путаница в голове, усталость и бессонница, сейчас наступает второй: ей грозят провалы в памяти и галлюцинации. А там и до третьего периода недалеко — сумасшествия и смерти. Так что теперь готовим котлы для Беллы, будем снимать клеймо и лечить. И кому понадобилось таким изуверским способом людей себе подчинять?

— Волдеморту аристократы отказывались подчиняться добровольно, — поморщился Долохов, — подчинил всех насильно, с помощью артефакта, а метка была способом удержать в подчинении своих новоявленных рабов.

— Волдеморт, что на Поттеров напал, был гомункулусом, — сквозь зубы процедил Фрэнк. — Мы с Алисой исследовали его останки, но передать сведения в ОТ не успели: нападение помешало.

— Думаю, у нас еще будет время обсудить эту тему, — тактично сказал Антонин, видя нетерпение Алисы.

— Мама, — тихо попросил Фрэнк, — проводи нас к Невиллу.

— Вот что, давай чуть отложим исцеление Беллы: что-то у меня сердце не на месте, — хмуро шепнула Наина племяннице, — сначала дождемся возвращения Алисы.

* * *

Леший, стараясь произвести впечатление на гостей, потрудился на славу: огородил опасные места в лесу непроходимыми зарослями, проложил дорожки и вырастил вдоль них плетеные скамеечки, а около громадного тысячелетнего дуба, украшенного толстенной золотой цепью, отрастил густую траву. На одной из таких скамеечек Алиса увидела мальчика со знакомыми чертами лица и замерла на месте.

— Ну, что же ты остановилась? — тихо спросил Фрэнк, заметив растерянный взгляд жены. — Разве не видишь, как этот мальчик похож и на тебя, и на меня? Пойдем знакомиться с сыном.

— Я боюсь, — из глаз Алисы покатились слезы, — вдруг проснусь, и окажется, что я снова оберегаю малыша в кроватке.

— Алиса, это был просто морок, — Августа ласково погладила невестку по плечу,— вспомни, я забрала внука и сбежала к подруге за неделю до того, как на вас напали...

Невилл тут же узнал родителей, вскочил со скамейки и бросился к ним,— Мама, папа! Вас вылечили!!! А я не верил Василисе, что все получится!

— Невилл! — простонала Алиса и потеряла сознание...

Очнулась она в знакомой комнате, в своей кровати. На стуле около нее сидела Наина, а на кушетке застыли в тревожном ожидании Августа, Фрэнк и Невилл. Алиса прислушалась к себе: страх, постоянно мучивший ее, постепенно уходил, возвращалось душевное равновесие.

— Ну вот, наконец-то ты вернулась, — проворчала Наина, — говорила тебе — не спеши, так не послушалась, вот и перепугала всех. Наваждение, которое тебя мучило, я убрала, больше его нет. Вставать тебе пока не стоит, а побеседовать недолго можно, но затем — спать.

— Наина, как дела у Алисы? — в дверь заглянула взволнованная Василиса. — Моя помощь не нужна?

— Теперь все хорошо. А помощь не помешает: неизвестно, как поведет себя еще одна больная.

* * *

Днем раньше, Белла проснулась в своей камере от сильного приступа кашля. Ломило тело, ломило кости, сильно болело горло, но сознание, впервые за долгие годы, было ясным: отступил густой, вязкий, серый туман, высасывающий силу, желания, чувства и магию.

Магия! Она больше не ощущалась, и Белла поняла, что жить ей осталось считанные дни, а, может быть, и часы. Проклятая метка сделала свое черное дело, и ее действие начало ослабевать — подпитываться клейму было нечем — магическая сила почти иссякла. Даже дементоры, практически оставшись без еды, отправились искать другую добычу.

«Смерть притаилась где-то совсем рядом и ждет своего часа, — подумала женщина, вновь уплывая в беспамятство, — жаль, что у меня нет возможности попрощаться с мужем и родными».

Внезапно она очнулась, почувствовав живительную влагу на губах, открыла глаза и увидела тетку Вальпургу, которая, по слухам, умерла много лет назад. «Хорошо, что после смерти я не осталась одна», — с удовлетворением подумала Белла, и снова заснула. А следующее пробуждение обернулось кошмаром: ее пытались запихнуть в громадный котел с водой! И Белла принялась яростно отбиваться...

Справиться с яростно сопротивляющейся женщиной без помощи магии Наина с Василисой не смогли, магию применять опасались: кто знает, как отреагирует на это волшебная вода! А Белла упорно цеплялась за все, что попадало под руку, не желая оказаться в котле. Потеряв терпение, Наина позвала Долохова:

— Сделай что-нибудь, боюсь, ваша Белла сама себе навредит своим брыканием. А ее надо не просто поместить в котел, но и окунуть три раза!

Антон, не долго думая, схватил Беллу в охапку и кинул в котел прямо в одежде, силой заставив ее трижды нырнуть.

После купания в мертвой воде, когда с ее плеча сползла черная метка Волдеморта, Беллатрикс стала вести себя гораздо спокойнее и уже без сопротивления трижды окунулась в котел с живой водой.

А из котла вышла та самая красавица, по которой в Хогвартсе тайно вздыхали многие наследники известных фамилий. Недоуменно оглядев диковинное помещение, похожее на старинную кухню, без камина, но с громадной печью, около которой стояли в ряд огромные котлы с водой, она перевела взгляд на лица людей, окруживших ее плотным кольцом:

— Кто меня спас от Азкабана? И где я?

— Сбежать тебе помог Долохов, разве ты его не узнала? — и Вальпурга, смаргивая непрошенные слезы, обняла племянницу. — Оглядись, здесь много знакомых тебе людей.

— Антонин, — приглядевшись, Белла увидела несколько знакомых лиц, — Люциус, Сириус. Нарцисса, сестренка, как я рада вас видеть! Казалось — все, прощай, жизнь! Теряя магическую силу и рассудок от действия метки, я собиралась принять смерть, как освобождение. Я думала, тетя, что вижу тебя в посмертии. И вдруг очнулась здесь, в странном месте, с пробудившимся желанием жить. Это не сон?

— Нет, это не сон, — воскликнула Нарцисса, заключив сестру в объятья, — а место называется Лукоморье. Оно не странное, оно чудесное, и принадлежит Наине. Это она вылечила тебя и освободила от метки...

Беллатрикс жестом остановила сестру, решив, что к разговору с ней вернется позже, а в первую очередь следовало поблагодарить хозяйку за излечение:

— Наина, — торжественно заявила она, — я ваша вечная должница! Колдомедик вы замечательный: чувствую себя превосходно, как будто вновь родилась!

— Ты и впрямь вновь родилась — воскресла после купания в мертвой воде, — хмыкнула Наина. — Тебя спасла волшебная вода, а ее добывал Антон. И это он вытащил тебя, чуть живую, из тюрьмы, так что не моя, а его ты должница!

— Тогда мы все должники Василисы:она спасла меня, а уже потом я начал спасать других, — быстро открестился от благодарности смутившийся маг. — И вообще, все, что произошло и происходит, и будет происходить — дело рук Василисы!

«Теперь я уже совсем ничего не понимаю. Надо выяснить у сестры, кто такая Василиса» — растерянно подумала Белла.

— Ну вот, теперь, когда почти все здоровы, — Наина, облегченно вздохнув, кинула взгляд на гостей, — можно и к чаепитию готовиться. Жду всех в столовой через полчасика, а Нарциссу забираю с собой прямо сейчас: я обещала ей чайные сервизы показать.

— Я тоже красивую посуду люблю, — оживилась Белла, — можно мне с вами?

— Иди, коли не боишься упасть, — дивясь на глупость людскую, все же разрешила Наина.

Сестры в обнимку отправились смотреть посуду, и хотя идти до кладовки было всего-ничего, Беллатрикс успела выяснить, что она попала в Россию, что Василиса — племянница Наины и дочь главы МКМ, Кощея Бессмертного, и что она действительно причастна к побегу из Азкабана Антонина Долохова и Сириуса Блэка.

Чуть позже Белла, округлив от удивления глаза, наблюдала, как колдует простоватая на вид женщина, которой для волшбы не требовалась ни палочка, ни посох. А когда Беллатрикс увидела в «сундучке» с посудой сервиз, у нее от волнения сел голос:

— Это же Веджвуд! — восторженно прошептала она.

— А здесь «Голубой павлин»! — восторженно вторила ей Нарцисса, — я этот сервиз в каталоге видела, когда мы с мужем делали покупки в магловском Лондоне. Какая красота!

Выбор посуды грозил затянуться до ночи, если бы в кладовку не заглянул Антон:

— Вы здесь живы? Все вас ждут! И Наина сердится, что чаепитие задерживается!

Решив в ближайшее время повторить увлекательную экскурсию, сестры указали на первый попавшийся сервиз.

— Ёрш, Борщ, накрывайте на стол, — распорядился Долохов, — леди выбрали посуду.

— Ушастики, самобранку стелите, быть ей сегодня кондитером, — добавила Наина, — заканчивайте без меня, а я пойду, потороплю гостей.

Войдя в столовую, заморские гости остолбенели от удивления: вместо чайника, на столе стояло громадное блестящее устройство цилиндрической формы, отделанное эмалью. Устройство было намертво прикреплено к небольшому поддону на четырех фигурных ножках и снабжено краником. Средних размеров фарфоровый чайник, установленный наверху, исходил ароматным паром свежезаваренного чая.

— Это — самовар, — ехидно улыбаясь, соловьем разливался, просвещая иноземцев, Долохов. — Сосуд водогрейный, для приготовления кипятка, большей частью медный, с трубой и жаровней внутри. Работает на углях, которые раньше раздували сапогом. Размер бывает разный: от трех литров до пятнадцати. Мы, русские его любим: климат у нас прохладный, а самовар своим теплом согревает помещение. Так что от самовара двойная польза: и кипяток, и тепло.

Заинтригованные гости кинулись разглядывать диковинку.

— Тоже волшебство? — заинтересовался и Вернон.

— Нет в самоваре никакого волшебства, — усмехнулась Наина, — его обычные люди придумали больше двухсот лет назад. Сначала завезли в Россию чай, а следом и самовар появился. Говорят, изобретение это из восточных стран пришло: не то из Китая, не то из Ирана, точно никто не знает. До того, как появился чай, русичи любили сбитень. Сбитень — это напиток, который делают из меда и полезных травок. А делали его в сбитеннике, (он с виду похож на самовар). Но как только самовар появился, народ, позабыв о сбитеннике, стал использовать новую игрушку: его стали украшать, давать в приданое девицам, передавать по наследству, дарить. Постепенно он стал признаком благополучия...

Для меня самовар вещь незаменимая — гостей в Лукоморье бывает много, чайника на всех не всегда хватает, вот брат и подарил мне самый большой самовар...

Невилл пришел с родителями, не сводя с них сияющих от радости глаз и держа их за руки:

— Спасибо, Лисса, спасибо, спасибо! И вам, тетя Наина, спасибо! И всем спасибо!

Делла, заметив застывший взгляд Гарри, поняла, что он вспомнил о своих погибших родителях и позавидовал Вилли:

— Не завидуй,— прошептала она на ухо внуку, — его бабушка — суровая женщина, до недавнего времени была не способна дать внуку ни любви, ни ласки. А родители, которых он навещал раз в месяц, своим поведением напоминали маленьких детей. Я не знаю, кому из вас было хуже: тебе, знающему, что родители погибли, но имеющему любящих опекунов, или Невиллу, обреченному видеть родителей живыми, но со спящим разумом. Открою еще один секрет: бабушку Невилла все, кто ее знал, звали «Леди Дракон».

Сравни его жизнь со своей: ты живешь в семье дяди и тети, любящих тебя не меньше Дадли. У тебя есть брат, бабушка, приемные родители, а теперь появились еще одна бабушка, тетя и дедушка, с которым, я надеюсь, ты скоро познакомишься. К тому же, тебе не говорили о том, что мама Невилла — твоя крестная мать и была подругой нашей Лили. Когда Алиса поправится, ты сможешь расспросить ее о своей маме. Успокоился, Гарри? Ну, вот и отлично!

Тем временем гости, вдоволь налюбовавшись самоваром, повосхищавшись замечательной посудой, с нетерпением ждали, чем их удивит скатерть-самобранка и та не обманула их ожидания:

— Сладкий португальский хлеб с орехами и цукатами, польский маковец, итальянские миндальные корзинки, английский торт «Баноффи», — невозмутимо перечисляла Наина выставляемые скатеркой сладости, — мексиканский торт «Три молока», французский рулет «Полено» и профитроли. Итальянский торт «Терамису», австрийский — «Захер», шведский — «Принцесса»...

— А вот этот — мой любимый, — не выдержав, вмешалась Василиса, — новозеландский торт «Павлова». Он сделан из безе, украшен взбитыми сливками и свежими фруктами. Домовушка Августы умеет его делать!

— А для детей — итальянское мороженое «Джелато», — и на столе появилось большое блюдо с многочисленными сортами мороженого, уже разложенного по креманкам.

— Я читала историю создания мороженого, — не преминула сообщить Василиса, — этот десерт придумал еще в шестнадцатом веке флорентийский повар-любитель Руджиери, чем и прославился. Руджиери даже пригласили участвовать в конкурсе при дворе Екатерины Медичи, где его талант оценил Генрих Орлеанский и увез кондитера с собой, во Францию. Успех Руджиери вызвал ненависть французских поваров, поэтому он передал рецепт мороженого Екатерине и сбежал к себе, во Флоренцию, боясь, что его отравят. Кстати, рецепт постоянно изменялся, и, в конце концов, приобрел небывалую популярность и в Италии, и во Франции, и в других странах.

— Василиса! — тон Наины не сулил девушке ничего хорошего, и та мгновенно замолчала, наблюдая, как креманки с разноцветными шариками оказываются около взрослых гостей, тоже захотевших отведать настоящее итальянское «джелато».

Дети за столом оставались недолго: наевшись сладостей, они собрались отправиться к дубу — слушать сказки котов. Поколебавшись немного и поняв, что родители не возражают, Невилл присоединился к друзьям. А мужчины голодными глазами оглядывали заставленный сладостями стол, но помалкивали.

— Эх! Щас бы рассольничку с потрошками, — не выдержав, сказал вслух Долохов, и перед ним тут же повисла в воздухе тарелка с горячим супом.

— И ведь молчат все, — неодобрительно покачала головой хозяйка, небрежным взмахом руки увеличивая стол, на который тут же расстелилась удлинившаяся скатерть, — нет, чтобы прямо сказать: проголодались. Антон! Ставь тарелку на стол, пока не пролил. Нафаня! Столовые приборы неси, да поживее! Кому не до сладостей, перебирайтесь на пустую половину, да скатеркой сами командуйте.

— Извини, Наина, зверский аппетит — это последствия Азкабана, — уплетая рассольник, вещал Долохов, — видела бы ты, чем там кормят, не удивлялась бы. Белла последние недели совсем к еде не притрагивалась!

— Тогда тебе, дорогая, есть ничего нельзя, кроме бульончика с сухариками, и отварной курочки, — обеспокоенно заметила Вальпурга.

— Что ты, тетя! Я бы сейчас целого жареного барашка бы съела, если бы он здесь был! — засмеялась Белла и замерла от удивления, когда на пустой половине стола вдруг появилось огромное блюдо, источавшее аромат жареного мяса.

— Нет, я, конечно, знаю, что ты — вещь исполнительная, — обратилась к скатерти-самобранке обескураженная Наина, — но не до такой же степени! А если бы блюдо не поместилось на столе?

— Чем ты недовольна? — ответила та, — Сама меня учила, что гостям угождать надо! А эта гостья такая худенькая, захотелось ее подкормить, — жалостливым тоном добавила скатерть.

— Заказывай, Белла, не стесняйся, — не выдержав, съехидничал Долохов, — что там на очереди? Бык или рыба кит?

— Антон! Хорошо смеется тот, кто смеется последним! — предостерегла его Василиса. — Прекрати насмешничать, а то придется рассказать о твоем печальном опыте общения со скатертью-самобранкой!

Язвить Антону расхотелось: он вспомнил, что был, давным-давно, подобный случай в его жизни: однажды, перебрав, он потребовал, чтобы скатерть предоставила ему целого осетра, да еще зачем-то вскинул руки, в которые свалилось откуда-то сверху блюдо с громадной рыбиной, уронив незадачливого заказчика на пол. Антонин поморщился, припомнив, как сильно болели руки, пораненные острыми наростами на коже чертова осетра, соскользнувшего в полете с блюда, как долго он пытался избавиться от запаха копченой рыбы.

— Пить меньше надо, — злопамятно проворчала Наина.

— И не жадничать, — поддержала ее скатерть, — вить предлагала: давай разделанного осетра на блюде подам ... так нет, уперся — хочу целого! Что хотел, то и получил!

— Может быть, кто-нибудь объяснит мне, как обращаться с этим артефактом? — переждав бурный приступ общего веселья, спросила Белла.

— Василису попроси, — подсказала скатерка, — она научит.

Управлять скатеркой оказалось просто, и Белла, заказывая себе еду, не переставала восхищаться волшебницей, создавшей столь замечательный артефакт. Впрочем, заказчиков у скатерки набралось довольно много, но печальный опыт Беллы они учли. А после неспешного чаепития состоялась неспешная беседа, плавно перетекшая в серьезный разговор...