Невилл и все, все, все (джен)

После сытного обеда и неспешного чаепития, завязалась беседа, плавно перетекшая в серьезный разговор:

— Вы молодцы! — одобрительно заметила Вальпурга, обращаясь к Фрэнку и Алисе. — Смогли взять себя в руки, не впали в истерику из-за того, что из вашей жизни выпало столько лет. А я такой выдержкой похвастаться не могу: после наложенного на себя заклинания мнимой смерти восстанавливаюсь с огромным трудом.

— Понимаете, это связано с нашей работой в Отделе Тайн, — слегка смутилась Алиса, — нас обучали владеть собой, есть специальные методики — поверьте, великолепно помогает, но это только внешне, а внутри... понять произошедшее — мы поняли, а принять сложно… так что и нам нелегко…

— Тетя, ты к себе несправедлива, — бросив негодующий взгляд на Сириуса, возмущенно заметила Нарцисса, — я, несомненно сошла бы с ума от ужаса, если бы была на твоем месте: прийти в себя от душераздирающего воя собаки после нескольких лет мнимой смерти!

— Я же не нарочно, — проворчал Сириус и быстро увел разговор в сторону от скользкой темы, — Фрэнк, Алиса, я ознакомился с вашим дневником, и из прочитанного узнал, что на вас напали авроры, это правда?

— Правда, — нахмурился Фрэнк, — я еле успел дописать пару строчек: авроры уже ворвались в дом, разрушив защиту с помощью какого-то артефакта. Кстати, это была группа Праудфута … ваша группа ... интересно, почему вас не было с ними в тот день? И каким образом вы с Джеймсом вообщее в нее попали?

— Судя по дате в дневнике, Джеймса убили за день до нападения на вас, а меня уже переправляли в Азкабан... Что касается того, как мы попали в аврорат — мы выполняли просьбу Дамблдора: ему были необходимы надежные люди. По его словам, наша группа должна была бороться с замаскированными сторонниками Волдеморта, проникшими в аврорат. Мы подчинялись лишь Аластору Грюму, который сразу предупредил, что мы входим в орден Феникса, под управлением Дамблдора, поэтому нам следует выполнять все, что прикажут, и не задавать лишних вопросов.… К слову сказать, вопросы появлялись довольно часто — мы выполняли слишком странные поручения, — и Сириус замолчал, решая, стоит ли обнародовать неприглядные факты деятельности их группы…

— Сириус, рассказывай, — нахмурился Малфой, — мне бы тоже хотелось послушать, чем вы занимались …

— Понимаете, — нехотя сказал Сириус, покосившись на мать, — это длинная история…

— А мы никуда не торопимся, — ответил Долохов, — так что охотно выслушаем твою исповедь, не тяни кота за хвост, рассказывай…

— Сначала вопрос: среди вас есть сторонники Волдеморта?

— Напомнить то, что не раз говорил тебе в Азкабане? — спросил Долохов. — Мы оказались заклейменными с помощью артефакта. И клеймил нас Волдеморт. А он не человек, он — гомункулус, созданный с целью разорить и уничтожить старые семьи… Увы, с разорением вышел облом: гоблины отказались дать доступ к сейфам лордов, обвиненных в преступлениях. А в остальном план удался: наследники и главы родов частично уничтожены, частично загнаны в Азкабан, так что весь цвет нации охраняют дементоры, постепенно лишая их магической силы…

— Насчет магической силы ты прав, она исчезает. Но там, в Азкабане, со мной произошло нечто странное: присутствие дементоров начало восстанавливать стертые воспоминания. … А чуть позже, лекарство Василисы продолжило восстановление, основательно прочистив дурную голову и помогая понять, как я ошибался в директоре…

— Сириус! — возмутилась Вальпурга. — Значит, ты просто морочил мне голову, доказывая с пеной у рта, какой светлый человек Дамблдор! Еще вчера вечером ты яростно убеждал меня, что к брошенному крестнику, как и к твоему заключению в Азкабан, директор не имеет никакого отношения — это просто гнусная клевета врагов Света, а сам уже осознавал свою неправоту?! Но почему?!

— Матушка! Я только сегодня вспомнил все полностью, и состояние такое, впору повеситься: чем больше событий всплывает, тем хуже становится. И, в основном, это связано с работой в группе Праудфута…

— А по существу? — насторожился Фрэнк.

— Это мы нападали на чистокровные семьи в масках и плащах сторонников Волдеморта, приняв оборотное зелье ... но прежде, чем получить задание, всегда было коллективное чаепитие у Дамлдора в кабинете. Кстати, маски и плащи до работы мы забирали, а после работы оставляли у директора...

Наш командир всегда знал адрес жертвы, точки аппарации и использовал какой-то артефакт, разрушающий защиту любого дома. А потом возвращение в Хогвартс и коллективный «Обливейт»…

— А где вы брали материал для оборотного средства? — скривился Долохов. — Никогда не поверю, что чистокровные лорды разбрасываются волосами или ногтями…

— Мы с Джеймсом любили болтаться по замку в мантии-невидимке, и когда учились на третьем курсе, случайно услышали, как директор приказывал домовикам добыть волосы или ногти у чистокровных магов со Слизерина. Кстати, нам выдавали оборотное с уже добавленным материалом...

— А почему ты ничего не рассказал нам с отцом?! — вскинулась Вальпурга.

— Мама! Директор постоянно стирал мне память — я только сегодня, когда все вспомнил, понял…

— О том, что директор умеет работать с памятью, знала вся школа, — удивился Малфой, — а мародеры, оказывается, даже не догадывались, откуда Дамблдор знает о ваших похождениях…

— Нет, друзья мои, так дело не пойдет! — не выдержав, вмешалась Августа. — Отрывочные сведения окончательно всех запутают. Так что, начнем сначала…

— Действительно, — поддержал ее Люциус, — давайте, определим самого информированного и начнем сначала.

— Но полной информацией не владеет никто из нас, — возразил Долохов, — Делла пряталась в мире магглов; Сириус, Белла и я оказались в Азкабане, Фрэнк, Алиса и Вальпурга были в коме. Дурсли знали лишь то, что их семье угрожает опасность, Наине не успели ничего рассказать, а семья Малфоев влипла в эту историю из-за Сириуса. Так что придется идти вперед, шаг за шагом. А поскольку все «безобразия» начались после появления Василисы в доме Лонгботтомов, с нее и начнем.

— Сначала прогоню нахальных мышат, пробравшихся в столовую, — сурово заявила девушка, взмахнула рукой, и из-под стола вылезло четверо мальчишек.

— Будь я на месте родителей, я бы не стал прогонять детей, но решать не мне, а им, — высказался Долохов.

Родители, переглянувшись, устроили небольшое совещание:

— Думаю, Невилл может остаться: он с головой увяз в эти события!

— Гарри и Дадли полезно послушать, что собой представляет волшебный мир…

— А Драко давно пора повзрослеть! — завершил обсуждение Люциус, не обращая внимания на недовольство жены…

— Василиса, рассказывай, — приказала Наина, — я тысячу лет ждала, пока ты объявишься и объяснишь, что произошло в тот злополучный день…

— Все началось с «Книги Судеб», в которую и отец, и ты мне строго-настрого запретили заглядывать. Если бы я знала, что из этого получится такой кошмар! — и девушка коротко пересказала события, добавив в конце, что оставаться в Англии после такого количества исчезнувших людей стало опасно, поэтому она решила спрятать всех здесь, в Лукоморье, а потом уже разобраться во всем...

— Неказистая жаба, преподнесенная внуку, стал бесценным даром, который спас всю нашу семью, — добавила Августа.

— Этот «подарок» два года был моим кошмаром! — ехидно заметил Невилл. — Конечно, учиться колдовству, мне нравилось, но изучать магловскую географию, литературу, математику, историю, химию, а еще и делать упражнения для похудения…

— Зато посмотри, каким ты стал сильным и умным, — не поддержала его бабушка, — я так благодарна Лиссе… и тому, кто отправил ее в наше время…

— А я благодарна Василисе за избавление от Азкабана, — поддержала Августу Белла, — до сих пор не могу поверить, что я на свободе…

— И хватает совести говорить об освобождении, — не выдержав, взорвался Люпин, — вы забыли, за что вы оказались в тюрьме!

— И за что же? — промурлыкала Беллатрикс, прищурившись, — за что я, по-твоему, попала в Азкабан, волчок?

— Ты, вместе братьями Лестрейндж и Барти Краучем, пытала семью Лонгботтом, — убежденно ответил Люпин.

— Дамы и господа! — вмешался Долохов. — Мы имеем уникальную возможность провести очную ставку потерпевших с преступницей! Фрэнк, Алиса, ваше слово.

— Люпин! Разве ты не читал наш дневник? — поинтересовался Фрэнк. — Тебя не убедили мои последние слова: «Защиту дома ломают авроры»?!

— Я вам не верю. Может, вы вообще не Лонгботтомы, — вызверился Люпин. — Может, это все специально придумано, чтобы похитить меня, самого преданного сторонника Дамблдора!

Маги расхохотались.

— И какую ценность ты представляешь для нас? — искренне удивилась Наина. — Единственная польза, которую ты можешь принести, оборотень, это, дождавшись твоего обращения, убить тебя и сшить из твоей шкуры меховой коврик, чтобы зимой ногам теплее было…

— Напомнить, Люпин, как ты сюда попал? — вмешался Антонин. — Мы тебя заставили или ты вцепился в мантию Августы и поэтому тебя перенесло в ее поместье?! Кстати, не желаешь ответить на вопрос, что ты забыл в палате, где лежали безнадежно больные? Зачем ты шпионил за ними?

— Я выполнял задание Дамблдора! Он желал знать, кто навещает Фрэнка и Алису! Он боялся, что им нанесут еще больший вред! И, если хотите знать, это не задание, а праздник души — когда я следил за самыми опасными существами, за оборотнями, помогая ловить тех, кто нападал на людей в полнолуние, вот это было опасно!

— Ну, Римус, ты и гад! — не выдержал Сириус. — Сколько лет ты нам клялся, что посвятишь свою жизнь борьбе за права оборотней, а закончил тем, что отлавливаешь себе подобных! Предатель!

— Предатель ты, — прорычал Римус, — еще в Хогвартсе ты предал меня, раскрыв мою тайну, когда заманил Снейпа в Визжащую хижину! И это только начало! Дамблдор сказал, что это ты провел Волдеморта в дом Поттеров, который был под Фиделиусом! Ты предал Лили, Джеймса и своего крестника! И, если бы не Дамблдор, который ворвался в дом Поттеров и защитил Гарри от тебя, мальчик был бы мертв, как и его родители! Альбус не только защитил мальчика, он спрятал его так, что пожиратели не нашли!

— Да твой Дамблдор и заставил меня бросить Гарри и пуститься в погоню за настоящим предателем, за Петтигрю! — Антонин и Фрэнк с трудом удержали рванувшегося к оборотню Блэка. — Не знаю, как он смог разорвать крестильную связь…

— Я лично забирала сюда семью Дурсль, — холодно добавила Василиса. — Могу поклясться, что на доме Поттеров не было защиты!

— Подтверждаю, — сказал Долохов, — я тоже был в том доме…

— А я нашла ребенка на крыльце дома, — не менее холодно добавила Петунья, — в ноябре месяце, полураздетого. Даже в звонок не позвонили! Если бы не наш кот, который его обнаружил, Гарри мог погибнуть от холода или нападения бродячих собак!

— Я вам не верю! — Люпин не собирался сдаваться. — Правильно Альбус меня предупреждал: не доверяй никому, у Светлой стороны полно тайных врагов! Теперь, Блэк, я убедился, что директор был прав, приказав следить за тобой в Хогвартсе,— он осекся, поняв, что сболтнул лишнего, и побледнел…

— Расскажешь добровольно или прибегнуть к помощи зелья? — прищурился Фрэнк, — нас в аврорате учили, как развязывать языки …

— Я тоже еще не забыла эту науку, — сказала Августа.

Люпин, поочередно бросив на них взгляд, не смог определить, кто сейчас для него более опасен: мать или сын…

— Да и нас Волдеморт кое-чему научил, — нехорошо ухмыльнулся Антонин…

Люпин исподлобья оглядел сидящих за столом людей, и не нашел ни одного сочувственного взгляда. Поняв, что своим молчанием вредит себе еще больше, он выдавил:

— Спрашивайте…

— Рассказывай, с чего все началось, — прорычал Сириус…

— Письмо о зачислении в Хогвартс, директор принес в наш дом лично. Моя семья не ожидала, что оборотню разрешат учиться вместе с другими детьми, но Дамблдор сказал, что никто ни о чем не догадается. У него была только одна просьба: на факультет Гриффиндор должны поступить два богатеньких избалованных аристократа, с которыми мне необходимо подружиться, чтобы следить за ними. Я был готов на все, мне так хотелось попасть в Хогвартс! Следить за вами назначили не только меня, но и Питера Петтигрю, и мы, оба, не спускали с вас глаз с того самого момента, как вы сели в Хогвартс-экспресс.

Дружить со мной вы почему-то не хотели, но директор помог и в этом: подсказал, чем вас заинтересовать, поэтому мне пришлось обращаться на ваших глазах. Поняв, что я — оборотень, вы начали мне сочувствовать, так мы подружились. В отличие от меня, Питеру Петтигрю влиться в вашу компанию не составило труда: он заметил, что тебе, Сириус, нравится унижать слабых и умело этим воспользовался! А затем вы «случайно» нашли в библиотеке трактат под названием «Как стать анимагом» и начали заниматься.

— Анимаг, не зарегистрировавший свою аниформу в министерстве, подлежит заключению в Азкабан сроком на год, — бесстрастно заметил лорд Малфой. — Господин Дамблдор спланировал превосходное средство для шантажа! Не захотели бы вы с Джеймсом выполнять его «задания» добровольно — заставил бы, пригрозив тюрьмой …

— Шантаж! Как же я раньше не догадалась! Вот откуда все странности в поведении Поттера и Блэка! — заметила Алиса. Она посмотрела на Сириуса, который виновато отвел глаза. — Ты, Сириус, отрекся от рода и ушел из дома; Поттер женился без любви; снабжал Дамблдора деньгами до тех пор, пока родители не перекрыли ему доступ, оставив лишь «детский» сейф. Он отдал Альбусу родовой артефакт — мантию невидимку … он шантажом заставил вас служить в аврорате … в группе Праудфута... я знаю, что после таких рейдов вы напивались и шли срывать зло в Лютный переулок …

Люпин, растерявший последнюю человечность за годы охоты на оборотней, не обратил внимания на тягостную тишину и продолжил исповедь:

— Для чистокровных, вы оказались на удивление легковерными: наслушавшись сказок об устаревших обычаях, согласились снять защитные амулеты. Поэтому не замечали, что вас травят зельем агрессии, направленным на «змеиный» факультет — директор считал, что нападения на слизеринцев принесут пользу делу Света: «Пусть маглорожденные с детских лет считают, что аристократы способны на любую подлость». Через пару лет я действительно привязался к вам, и даже стал доверять. Докладывал Дамблдору только о тех проступках, которые невозможно было скрыть, например, о нападениях на Снейпа, но об этом, как правило, знала вся школа. Кстати, директор никогда не наказывал вас всерьез, считая, что темные маги с младых ногтей должны знать свое место…

— Почему ты, якобы доверяя мне, поверил в то, что я предал Поттеров? — не выдержал Сириус. — Или, будучи доносчиком и предателем, ты считал всех такими же?

— Ты забыл нападения вчетвером на одного, ты забыл о заклинаниях в спину слизеринцам, ты забыл об издевательствах над Питером, хоть и называл его другом. «Мародеры» — очень меткая характеристика банды, в которой мне приходилось состоять! Предательство по отношению к Поттеру меня возмутило, но не удивило: я помнил, как ты предал меня, попытавшись, с моей помощью, убить Снейпа. Я должен был тебе поверить, зная, что ты способен на любую подлость?!

— Этого слизеринского гада невозможно было запугать, но я не хотел его смерти, я хотел видеть, как он будет трястись от страха при виде оборотня, — запаниковал Сириус, заметив многообещающий взгляд матери. — Люпин! Если бы не Поттер, неизвестно, остался бы ТЫ в живых: со Снейпом, с его знаниями темных заклинаний, ты бы не справился! Жаль, что я слишком поздно увидел демонстрацию его знаний!

— Люпин! На чем основана твоя вера в Дамблдора? — не выдержав, вмешалась Августа. — Он заслужил твое доверие тем, что принял в школу? А остальные оборотни, твои товарищи по несчастью? Ты прекрасно знаешь, сколько их в Англии! За столько лет фактического правления магическим миром, Альбус почему-то не посчитал нужным облегчить жизнь остальных оборотней! А твоя жизнь после окончания Хогвартса, что с ней? Ты нашел превосходную работу, купил дом, разбогател, создал семью? Ты потерял все и не приобрел НИЧЕГО! Но ты полностью оправдал надежды Дамблдора, став доносчиком и шпионом… интересно, ты испытываешь угрызения совести, зная, что приговариваешь товарищей по несчастью к смерти?!

— Несколько мертвых оборотней не такая большая жертва ради Общего Блага! — Люпин, заметив брезгливые взгляды людей, разозлился. — Они сами виноваты! Всего и надо было — не трогать людей! Из-за этих преступников, Визенгамот не раз отклонял закон, который гарантировал равенство оборотней с людьми и предоставлял им гражданские права такие же, как магам. Дамблдор — это единственный человек, которому небезразлична судьба ВСЕХ оборотней! Если бы закон был принят, мы могли бы работать, учиться, жить как обычные люди!

— Ты сам соображаешь, что несешь? Это абсолютная глупость уравнять в правах тех, кто кусает, с теми, кто способен покусать, — ехидно заметил Долохов. — Представь Хогвартс, в котором оборотни, имея равные права с людьми, будут учиться вместе с обычными детьми. … К концу обучения равные права не понадобятся ни людям, ни оборотням: все будут инициированы и станут оборотнями, не, исключая преподавателей!

— Ну, наверное, оборотней можно было бы запирать в специальные помещения, — задумавшись, неуверенно ответил Люпин.

—Насколько я помню, старый закон, который предлагал отменить Дамблдор, предписывал, что оборотень обязан провести полнолуние в изоляции … И чем лучше закон Дамблдора, если оборотень, по его закону, также должен сидеть в клетке? — Ответа у Люпина не было.

— Вот что значит, судить о том, в чем не разбираешься, — Люциус не остался в стороне, решив принять посильное участие в полемике. — Визенгамот рассматривал два закона. Первый, который разработал Том Риддл, предлагал пошаговое улучшение жизни оборотней.

По проекту его закона, для оборотней собирались открыть специальные школы. Далее предполагали вводить детей оборотней в обычный мир постепенно, обучая жить в мире с людьми и справляться, с помощью взрослых оборотней, во время превращения с тягой к убийствам. Оборотни, пройдя обучение, спокойно смогли бы жить и работать среди людей, получая выходные в дни полнолуния. Конечно, это было бы не быстро, но зато безопасно.

Закон твой обожаемый Дамблдор заблокировал, не смотря на то, что за закон Риддла проголосовало большинство, поскольку председатель Визенгамота обладает правом решающего голоса. Поэтому был принят закон по проекту Дамблдора, тот самый, с равными правами для людей и для оборотней. Правда, равные права стали нарушаться с момента вступления одиозного закона в силу: откуда-то появились оборотни, убивавшие людей в полнолуние. После нескольких вопиющих случаев, закон был втихомолку отменен самим Дамблдором. А затем, так же втихомолку, был принят второй закон Дамблдора, который обязывал оборотней жить в резервациях.

— И это еще не все, — уточнила Беллатрикс, брезгливо оглядев оборотня с головы до ног, — по закону Дамблдора оборотней приравняли к тварям, украдкой расширив список тварей. В него добавили русалок, тритонов, вейл, кентавров, вампиров, гоблинов, великанов. Кстати, в этом законе появилось наказание для оборотней: смертная казнь за попытку нападения на людей!

— Может быть, Дамблдор заставлял тебя охотиться на оборотней, пытаясь спасти свой неумный первый закон? — предположил Вернон.

— Не знаю! — нахмурившись, пробурчал Люпин. — С каждым полнолунием нападавших оборотней становилось все больше, скрыть их преступления становилось все сложнее…

— Хотя, оборотни, в основном, охотились на магглов, преступлений было столько, что привлекло внимание Визенгамота и прессы, — Люциус презрительно рассматривал оборотня, — после чего законотворцу пришлось принимать кардинальные меры: принудительно отправлять оборотней в резервации. …

— Странная история! — удивился Вернон. — Жили оборотни, никого не трогали, и вдруг стали убивать людей… их что, бешеные собаки покусали?

— Раньше за поведением оборотней следили авроры. Они патрулировали улицы в полнолуние. После вступления закона о равных правах в силу, аврорам запретили задерживать неадекватных оборотней и отправлять их в зачарованные клетки, — лорд Малфой на секунду задумался. — Закон сыграл с оборотнями злую шутку: пошли слухи о нападениях, и перепуганные люди перестали брать на работу даже законопослушных оборотней. В результате, «Всеобщее благо» господина Дамблдора показало оборотням волчий оскал…

— Ну и чудеса творятся в мире! — удивилась Наина. — Все делают через пень-колоду! Быстро Англия забыла, что случилось с Европой пару веков назад! Там простецы уничтожали древние знания, истребляли колдунов, но когда у них распоясались оборотни, они не смогли с ними справиться, и пришлось людям идти на поклон к волшебникам. А иноземные волшебники пришли за помощью к нам, к русичам. Их отправили в Лукоморье, они переняли опыт, а затем уничтожили выродков, остальных стали обучать в закрытых школах. Некоторые из них излечились и стали обычными людьми…

— Тетя Наина, — спросил Гарри, — а почему одних оборотней уничтожают, других лечат, третьих обучают?

— Потому что оборотни делятся на три вида: потомственные, новообращенные и волкодлаки. Потомственные — это те, которые рождаются в семьях оборотней, новообращенные — люди, умирающие от неизлечимых болезней: им укус дает шанс на жизнь. Для этих людей оборотничество не проклятье, а бесценный Дар. А овладевать Даром помогает обучение в специальных школах. Потомственным оборотням школы не нужны: их обучают родители, с младенчества. Обученные оборотни могут превращаться в зверей несколькими способами, по своему желанию, и не только в полнолуние. Для обращения им надлежит всего лишь перекинуться через воткнутый в землю нож, или перекувырнуться через себя, через лесной пень или железный обод от бочки. Вариантов множество. Но при этом они сохраняют рассудок, и не нападают на людей. Просто живут, как обычные люди, и спокойно занимаются каждый своим делом. Оборотней почти невозможно убить, они могут регенерировать. К тому же, они сильны, обладают превосходным слухом и замечательной реакцией, поэтому работу в мире людей им найти совсем не трудно…

— Помню, в старину, Кощеев дворец охраняли только оборотни, — вспомнил Долохов. — Вот это была дружина!

— Почему была? Она и сейчас есть, — ответив, Наина вернулась к прерванной теме, — На чем я остановилась? На волкодлаках… Их два типа: одни не смиряются с несчастьем, находят оборотней, просят их о помощи и оказываются в школах, где их учат управлять своим зверем. Но есть те, кто постоянно отвергают своего внутреннего зверя, считая оборотничество проклятьем, и, тем самым, загоняют себя в тупик. Они испытывают при превращении страшные муки, а превращение происходит каждый месяц, в полнолуние!

— Это не внутренний зверь, это чудовище, которое каждое полнолуние пожирает меня! — взвыл Люпин. — Как можно с ним примириться?! Лучше умереть!

— А, может, проведем эксперимент: утопим шпиона в мертвой воде, — оживился Антонин, — может быть, когда он умрет, умрет и его внутренний волк? А затем оживим Люпина с помощью живой воды… для чистоты эксперимента…

— Есть на Руси способы излечения волкодлаков, — кинув суровый взгляд на шутника, сказала Наина, — чтобы уничтожить последствия укуса оборотня, волкодлаку дают освященную еду и накидывают на него одежду, сотканную из крапивы. Но обряд столь болезненный, что волкодлаки крайне редко выдерживают его. А если выдерживают, в полнолуние становятся обычными анимагами. Волкодлак, который не готов принять внутреннего волка, может излечиться с помощью чудодейственной тирлич-травы, или золототысячника (это ее второе название). У нас в Лукоморье она водится. Только тебе, Люпин, она ни к чему, — Наина критически оглядела потрепанную сгорбленную фигуру, — трава помогает лишь в первый год с момента обращения …

Были у меня (лет сто назад) знакомые волшебники в Англии, поэтому я знаю, что способы справляться с оборотнями они знали не по наслышке … непонятно, зачем ваши волшебники отказались от древних знаний, все больше превращая свою страну в замшелое болото… Интересно, кто-нибудь из вас может объяснить, что произошло за какой-то несчастный век?

Английские аристократы переглянулись, решая между собой, кто лучше всех сможет объяснить причины этого феномена….