Невилл и все, все, все (джен)

Невилл проснулся раньше всех, терпеливо дождался завтрака и внимательно выслушал последние наставления толмача об Одолень-траве: сколько ее понадобится и как ее правильно собирать. Бабушка заявила, что одного его на болото не пустит: слишком опасно, поэтому, они отправились вдвоем. Заметив, что Невилл побледнел от волнения, Августа, чтобы его отвлечь, стала рассказывать о своих приключениях в школе, связанных с полетами:

— Мама показала мне финты на метле, я просто обожала хвастаться ими в школе!

— Ты летала лучше всех? — заинтересовался Невилл.

— Нет, — поколебавшись, честно ответила Августа, — хорошо летать тогда многие умели. На войне ведь была не только моя мама, у Альфарда отец даже был в магловской авиации, и его сама королева Англии награждала орденами. Я сейчас, конечно, не очень хорошо помню, кто и где служил, но если память восстановится, обязательно все расскажу...

И вот они подошли к болоту. Августа не стала лезть в буро-зеленоватую воду, а просто призвала растения заклинанием «Акцио».

— Ну вот и все. А теперь надо аккуратно упаковать вот сюда, — она подала внуку изящную плетеную корзинку, — это наш фамильный артефакт, на нее наложены чары сохранности: все, что там лежит, будет свежим до тех пор, пока не закончится. Как ты думаешь, Лисса успеет сегодня лекарство приготовить?

— Не беспокойся, — перебил ее внук, — Лисса превращается не по часам, а когда захочет, но только на два часа в день. Если бы не успевала, предупредила бы, значит, не в первый раз готовить такое зелье будет.

Жаба ждала их на пороге. Завидев их, она быстро ускакала,и, когда Августа с внуком вошли, Василиса, уже превратившись, вытаскивала из своего тайника и раскладывала около себя все, что было нужно для приготовления лекарства.

— И последнее, — она негромко позвала,

— Удача, поможешь?

— Конечно! Приносить пользу, оказывается, гораздо интереснее, чем вредить, — довольно проворчала старушка.

— А зелье долго готовится? — не выдержала Августа.

— Нет, оно несложное, главное — надо вложить в него искреннее желание помочь, ну и добавить волшебную силу, — сказала Василиса негромко.

— И силы надо вложить изрядно! — вздохнула Удача.

— Лисса! — ахнул Невилл, бросаясь к ней. — Значит, для тебя это опасно?

— Без паники! — властно скомандовала Василиса. — Все под контролем! В случае обморока, перенесете в кровать. А если вдруг превращусь в жабу, не пугайтесь, утром встану, как новенькая! Теперь о лекарстве: его надо выпить сразу. Удача, кубок дашь Августе, а чашку — Невиллу. И все, больше не отвлекайте, там наговор сложный, могу слова перепутать. А теперь оставьте меня с Удачей, будет готово — она вами займется.

Бабушка и внук ждали за дверью, переживая за девушку, которая не щадила себя, чтобы вылечить чужих ей, в сущности, людей. Невилл осторожно взял бабушку за руку и прошептал:

— Я тоже боюсь ... а давай бояться вместе. И та, не выдержав рассмеялась.

Через полчаса ожиданий, дверь приоткрылась, и довольная Удача пригласила их в комнату:

— Bсе готово. Вот твое зелье! — и она подала чашку Невиллу. — Пей залпом, все до последней капельки! А это тебе, Августа, — на столе стоял серебряный кубок с дымящейся жидкостью, — пить все до дна, и не медлить! А мне нужно закрыть котел и не забыть наложить чары консервации, — бормотала она, работая, — и убрать его подальше от света.

— Как Лисса? — спросил мальчик.

— Она в порядке, но сказала, что ей надо немного поспать, — добродушно проворчала Удача, — тебе велела, чтобы посидел спокойно несколько минут с закрытыми глазами и прислушался к себе: будут ли какие-нибудь изменения…

Тем временем бабушка допила кубок и присела рядом с внуком.

— Немного голова закружилась, — ответила она на обеспокоенный взгляд Василисы, уже открывшей глаза, — а так все нормально.

— Так и должно быть: если постепенно пропадает «дымка», затуманивающая воспоминания, значит, зелье действует.

— Невилл — переключилась она на мальчика, — быстро отвечай, как в старину назывался Тихий океан?

— Я не зна… Теплое море! Вау! Как легко вспоминается! Лисса, спасибо, спасибо, спасибо!!! — и он кинулся обнимать свою названную сестру.

— Ты меня раздавишь, — засмеялась Василиса, — давай лучше проверим, как дела у бабушки.

Августа открыла глаза и увидела кубок, который по-прежнему держала в руках:

— Это же прадедушкин кубок, я его еще лет пятнадцать назад выкинуть собиралась. Что ты с ним сделала? Он был весь погнут и сплющен в лепешку…

— Подумаешь, кубок починила. — фыркнула Василиса. — Это, говоря современным языком, восстановление на молекулярном уровне…

— Иногда я твои умные слова вообще не понимаю! — пожаловался Невилл. — Ладно, как ты считаешь, с бабушкой все в порядке?

— Я думаю, к утру память полностью восстановится, — ответила волшебница, — сложность в том, что действие дурмана усилилось из-за дурацкой шляпки, да и опаивали бабушку дольше, чем тебя. Но это зелье обязательно поможет, проверено, и не раз.

— Значит, можно начинать лечить родителей? — обрадовался Невилл.

— Нет, — ответила Василиса. — Пока нет. Все в свое время.

Невилл, глотая злые слезы, выскочил из комнаты и помчался по коридору в свою комнату…

— Жалко мальчонку! — проворчала Удача. — Пойду успокою, — и исчезла, превратившись в невидимку.

— Августа, разве я не права? — расстроилась Василиса. — Ты-то хоть понимаешь, что первым делом, надо выяснить, что произошло с твоим сыном и снохой, потому что в круциатусы, о которых Невилл рассказывал, я не особо верю, тут другое что-то. Поэтому из вашей больницы забирать их будем тайно, но сначала подумаем, где их спрятать, когда выкрадем.

— Думаешь, по-хорошему мне их не отдадут? Сказать, например, что буду дома за ними ухаживать сама …

— И сколько раз за эти годы вы собирались забрать их домой?

— Мне это и голову не приходило, — задумалась Августа.

— То есть, они лежали, не один год, кстати, а теперь вы их собрались домой перевезти, несмотря на то, что они по-прежнему больны?

— Не пойму, кому мы помешали? Зачем надо было устраивать целый заговор против моей семьи? — зло сощурив глаза, протянула Августа. — Родственникам такой сложный план не по уму. Они просто убили бы всех сами или наняли наемников…

— Да уж, для твоих родственников это и впрямь слишком сложная задача. Но кому-то очень нужно, чтобы ты вышла из игры. Кому-то необходимо, чтобы Вилли был жив, но с кучей комплексов, со слабым уровнем магии, с плохой памятью и с бабушкой, которая не обращает на него внимания… Kак-то так.

— А чай?— подумав, спросила Августа, — Удача говорила что-то о зелье, добавленном в наш чай.

— Надо еще раз у нее спросить, мне кажется, она ошиблась. Сыну со снохой зелье подливали, скорее всего в больнице, там это сделать проще всего. Но у тебя в доме ... подумай сама, пришли родственники к тебе в гости, разве домовик подпустит их к еде? И чай на стол подает он.

— Чай! — вдруг вскрикнула Августа. — Я вспомнила! Все проблемы с памятью начались после чашки чая, который я выпила в кабинете Дамблдора.

— А зачем ты к нему приходила? — насторожилась Василиса…

— Я приходила по поводу опекунства над маленьким Гарри Поттером. Мы же родственники с Джеймсом. Поттеры работали в аврорате вместе с Фрэнком и Алисой. Сноха сдружилась с Лили, и они договорились, что если они погибнут, Фрэнк с Алисой заберут мальчика к себе: у Поттеров никого из родных не осталось: ни бабушек, ни дедушек. В тот день я отправилась в Отдел Опеки, но завещание было утеряно. С большими трудностями я выяснила, что опекуном малыша стал Дамблдор.

— Надо же, как просто: потерялось завещание, и неизвестно откуда появился новый опекун! А как живется Гарри, которого ты должна опекать? Ты его навещала хоть раз? Его к тебе в гости приводили? Что-то я его здесь не видела ни разу за два года,— Августа, нахмурившись, отрицательно покачала головой.

— Кажется, у нас тоненькая ниточка появилась, посмотрим, куда она приведет... Угги, не реви! Разве я вас оставлю?! Не случайно, видно, забросило меня в это болото у вашего дома. Ты сейчас соберись, надо внука успокоить. И попробуй поискать, может, твои дети что-то секретное припрятали, ведь они в Отделе Тайн работали. А родственников твоих к порядку призвать надо, но с ними я сама разберусь. Все, время превращаться в жабу, так что ухожу. Разговаривать сегодня через толмача не смогу, очень устала…

Поцеловав Августу, она выбежала из комнаты, и через секунду в коридоре послышалось смачное шлепанье жабьих лап.

Решив проверить, как там Невилл, Августа попыталась зайти в комнату внука, но ее остановила Удача:

— Не ходи, — улыбаясь, сказала она, — он уснул. Завтра будете разговоры разговаривать. Пойдем, я и тебя уложу, посижу с тобой, колыбельную спою, а то после таких волнений бессонница тебе обеспечена.

— Василиса сегодня не заперла тебя в мешочек?

— Она меня давно освободила! Сказала, что вину свою я еще не искупила и должна быть готова к работе в любой момент. А в мешочке не угадаешь и не почувствуешь, кому сейчас удача позарез нужна. Правда, есть условие: прежде всего помочь вашей компании, а уж тогда полная свобода! Но мне это даже нравится: привыкла я к вам...

— Ну, я рада за тебя, — слегка улыбнулась Августа, — а насчет «спеть мне колыбельную» — это ты пошутила так?

— Нет, не пошутила, ты будешь первой колдуньей, получившей в подарок колыбельную от Удачи, а это дорогого стоит!

Уже уплывая в сон, Августа подумала, что вряд ли она смогла бы заснуть сегодня без этой колыбельной с такими красивыми словами…