Невилл и все, все, все (джен)

Молчание длилось недолго:

— Мама писала, что у Кощея пропала маленькая дочь, — напомнил Невилл, — Василиса, а может быть Лили была твоей сестрой?

— Нет, это невозможно, моя сестра родилась в конце сороковых, а Лили — в шестидесятых.

— Удивительно, — заинтересовался Невилл, — с твоим скачком из прошлого ты сейчас моложе сестры, хотя родилась раньше ее, да еще настолько…

— Все равно эту загадку сейчас не разгадать, — рассудила Августа, — давайте, вернемся к тетради:

«Мы нашли письмо Т.Риддла на имя тогдашнего министра магии, Вингельмины Тафт, где он просит на время своего отсутствия назначить Хранителем магии Альбуса Дамблдора. Рядом с резолюцией министра, в скобках, был указан номер. Мы показали находку начальнику ОТ. Он прочитал, подумал и применил «акцио».

Это был флакон с воспоминанием о разговоре Хранителя с министром магии В.Тафт. Она выражала озабоченность таким назначением, ведь полной уверенности в том, что Дамблдор не являлся союзником Гриндевальда, не было. Тем не менее Риддл сказал, что Дамблдор очень просил об этом назначении и ему неудобно отказать своему учителю. А если что-то в поступках Дамблдора насторожит министра, то любая сова легко найдет Риддла. Госпожа Тафт, согласилась, но с большой неохотой.

Мы дали начальнику очередной непреложный обет о неразглашении сведений и отправились домой, по дороге пытаясь осознать смысл того, что узнали. Дело в том, что Вильгельмина Тафт, вскоре после отъезда Риддла, умерла, и причиной смерти стала аллергия на какую-то добавку в сливочной помадке, которую мадам министр обожала...

«Нас все больше беспокоит отсутствие Т.Риддла, особенно на фоне слухов о перерождении Хранителя в Волдеморта. Никто из нас не верит, что это один и тот же человек. Кто-то из невыразимцев вспомнил про опыты Гриндевальда во время войны и предположил, что Волдеморт может быть гомункулусом, которого довольно легко создать, правда, нежить нужно очень долго обучать, чтобы использовать ... мы, невыразимцы, пришли к мнению, что Хранитель отсутствует так долго, что времени на обучение вполне могло хватить"

«Попытки связаться с президентом МКМ успехом не увенчались: международные камины перекрыты по приказу председателя Визенгамота, совы не в состоянии пересечь границы Англии, поскольку страна "опутана" антиаппарационной сетью. Мы в полной изоляции»

«Начались нападения Пожирателей Смерти на магов и маглов. Дамблдор заявил во всеуслышание, что это чистокровные, которые примкнули к Волдеморту. Наши сотрудники сомневаются, поскольку под масками и плащами, в которых «работают» ПС, может прятаться кто угодно.

Тем более, Фрэнк проверил все группы авроров и нашел интересное совпадение: каждый раз, когда нападали ПС, на задании была группа Праудфута, но ими не был задержан ни один нападающий. Утром Фрэнк передал сведения главе ОТ, но события следующей ночи оказались еще скандальнее: двое сотрудников-маглокровок, которые должны были охранять раритеты, хроноворот и Кристалл Хранителя, были похищены.

— Я, слушая, вспоминала все, что относится к гомункулусам: для создания самой примитивной личности требуется лет десять. Понятно почему Волдеморт появился не сразу: на "воспитание" ушло много времени, — перевел толмач слова жабы. — Ну, что читаем дальше?

«И почему я не удивлена, что Блэка и Поттера взял в свое звено главный садист аврората Аластор Грюм?! Лили, которая тоже рвалась в авроры, я смогла убедить, что ей лучше попробовать себя в колдомедицине. К моменту разговора она уже считала меня своей подругой.

Если бы вы знали, как тяжело дружить с человеком с абсолютно промытыми мозгами! Да, теперь мы с Фрэнком хорошо видим какими нам предстояло стать... Бедная Августа! И она тоже в списке жертв! Как бы я хотела помочь ей, и возможность есть, но опасно: молчать она не будет, а значит, вряд ли ей дадут выжить».

«Клеймо, которое «украшает» левую руку «сторонников Волдеморта, оказалось модифицированной магической медицинской татуировкой, выполняющую двойную функцию: экстренная связь и поддержка магией пострадавшего, до прибытия колдомедиков. Узнали совершенно случайно, присутствуя при оказании помощи медиками тяжело раненому аврору. Татуировка, оказывается, есть у каждого штатного колдомедика и зельевара.

Работники Мунго любезно пояснили нам, что чаша со змеей — атрибуты богини здоровья Гигиеи. Змея символизирует мудрость, знание, бессмертие и вообще все добрые начала. Медицинская чаша — артефакт, он в XVI веке был назван Парацельсом «Гиппократова чаша»

Вот так развеялся еще один миф. А Фрэнк, уже дома, сказал мне: "Помнишь, как директор чистыми платочками старательно промокал кровь раненым слизеринцам? Ты так восхищалась его добротой: надо же, Дамблдор оказывает помощь нелюбимому факультету… Оказалось, все просто: с помощью этого платочка делается негласная привязка слизеринца к гомункулусу, и у того появляется возможность забирать магическую силу ... бедный Слизерин!

Так и не уложилось в голове чья идея превратить медицинскую татуировку в знак рабства, но это откровенный садизм!"

— У меня нет слов, — прокомментировала жаба под подавленное молчание остальных…

«Орден Феникса, в который мы вступили по просьбе нашего начальника, производит странное впечатление: старики и старухи, многодетные Уизли, Лили в сопровождении парочки новоявленных авроров (Поттер — Блэк), Арабелла Фигг (странная сквибка неопределенных лет), два известных всему аврорату вора, два брата-разгильдяя Прюэтт — вот такие замечательные борцы со злом…

Обсуждали мутное пророчество, которое изрекла Трелони, будь она проклята! А мне становится дурно от нехорошего предчувствия: под пророчество попадал ребенок, «рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца»: а это ожидаемый нами сын или сын Лили».

«Хождение по магазинам за одежками для малышни оказалось предлогом: Лили решила таким способом поговорить со мной, не привлекая внимания. Похоже, она слишком долго молчала, и теперь слова лились из нее нескончаемым потоком.

Не буду пересказывать все, пишу о главном: все установки Дамблдора слетели с нее, как только ребенок начал проявлять активность. Лишь тогда до нее дошло, что Дамблдор морочит всем голову, что ее муж — разгильдяй и редкий урод, что, кроме Блэка (такого же подонка, как и он сам), eмy никто не нужен, и каждый вечер, не потраченный на пиво и мерзкие шутки над маглами, он считает пропавшим. Его вечная любофф к Лили исчезла через полгода после свадьбы, к тому же, Джеймс обвинил ее в том, что отец лишил его наследства. А от ее семьи осталась лишь сестра, но Лили так и не собралась с духом, чтобы попросить у нее прощения.

Наблюдая за всей компанией, мадам Поттер выяснила много интересного (я не удивлена: Лили еще в школе знала все про всех, вечно подслушивала и выспрашивала. Вот кому бы в шпионы!)

Она сказала, наши дети были запланированы: Молли добавила в чай какое-то зелье, естественно, по приказу Дамблдора. И, хотя Лили не знает, что планирует директор, но она уверена, что наши будущие дети играют в его планах большую роль: ее сын — ребенок пророчества, а наш должен стать заложником нашего хорошего отношения к Дамблдору.

Я посоветовала Лили написать завещание и спрятать его у гоблинов с условием: тот, кому оно адресовано, должен пройти проверку на чары. А Лили неожиданно попросила разрешения назначить нашу семью опекунами малыша"

"Наши сыновья родились в один день, с тех пор мы встречались только один раз и обмениваемся новостями с помощью сов. Лили очень беспокоит, что Дамблдор сам назначил крестного ее сыну: Сириус Блэк, предсказуемо. Естественно, о том, что у Гарри уже есть крестная мать, Лили благоразумно умолчала. Дамблдор надоел бедной женщине до ужаса: кому приятны каждодневные визиты, когда столько хлопот с маленьким ребенком!"

«Я не хотела писать про своего малыша потому, что очень тяжело сознавать, что надвигается страшное, что мы не смогли сделать мир безопасным, что мы не знаем, останемся ли в живых...

Невилл, он такой красавец и так похож на Фрэнка! И Августа полюбила его сразу, как только увидела. Из мальчика вырастет сильный волшебник, так сказали колдомедики. Наш замечательный мальчик, мы так любим тебя!»

Не выдержав, Невилл разревелся в голос.

— Вилли, не реви, — проквакала жаба, — главное — они живы! Мы их вылечим, я тебе обещаю. Мой отец по праву считается самым сильным колдуном в мире, если не справимся мы, он поможет, моя тетя известная целительница, потерпи еще чуть-чуть. Только надо обязательно выяснить, не следят ли за твоими родителями, иначе получится вред вместо помощи. Августа, ты сможешь читать дальше?

— Смогу, — та проглотила комок в горле и взяла тетрадь…

«Выяснили, что группа Праудфута подчиняется только Дамблдору и считается личной охраной председателя Визенгамота. Все авроры этой группы постоянно носят с собой фляжки, которые нас заинтересовали. Помогла Лили, украдкой сунув нос во фляжку мужа: там оказалось оборотное зелье».

«Лили предупредила: нас подозревают в том, что мы следим за аврорами — Поттер проболтался, обсуждая с Блэком какое-то происшествие»

«Дамблдор забрал у Поттера мантию-невидимку, якобы чтобы изучать ее. Лили не смогла убедить мужа не отдавать артефакт, который может спасти жизнь сыну в случае нападения: влияние Дамблдора на Поттера безгранично. Глава ОТ, по нашей просьбе, обещал заказать портключ для Лили, но за один день его не изготовят»

«Дамблдор предложил скрыть наш дом и дом Поттеров под «Фиделиусом», Поттер согласился. Фрэнк, зная Августу, упомянул о "Фиделиусе", и она, дождавшись нашего отсутствия, немедленно исчезла неизвестно куда вместе с малышом. Предсказуемо, вышло, как мы хотели, причем без ссор»

— Вот нахалы, — невольно рассмеялась Августа, — неплохо изучили меня…

«Последней вестью от Лили было письмо с предупреждением, что С. Снейп был и остается ее лучшим другом, и к нему можно смело обращаться при необходимости. Там же оказался адрес Петуньи Дурсль, сестры Лили, на всякий случай. И еще одна просьба позаботиться о мальчике. Ну, это лишнее: когда мы провернули авантюру с крещением, сама Магия обязала меня стать ему настоящей матерью в случае чего»

«Мы опоздали с портключом: когда мы аппарировали к Лили, их дом уже был полуразрушен, а Дамблдор вещал о гибели Волдеморта, даже ради приличия не сумев скрыть распиравшую его радость.

Волдеморт пришиб Поттера-старшего прямо у входной двери. Лили погибла, заслонив собой сына, он выжил, но забрать Гарри мы не смогли: его успел спрятать Дамблдор, якобы боясь нападения последователей Волдеморта. Сириус Блэк, который имел глупость объявить, что он крестный малыша, уже под каким-то предлогом отправлен в Азкабан. Боюсь, следующая очередь моя, поскольку я тоже сглупила, сказав, что мы, как ближайшие родственники, все равно заберем Гарри в нашу семью»

— А это почерк сына, — сморгнув слезу, сказала Августа, — последнее сообщение писал Фрэнк.

«Мои дорогие мама и сын! Защиту дома ломают АВРОРЫ, а не сторонники Волдеморта! Не знаю, сколько она продержится, поэтому спешу предупредить: никогда и ни в чем не верь Дамблдору! Что бы ни случилось с нами, найдите силы жить счастливо. Мы вас любим!»

Наступило тягостное молчание…

— Так я и знала, что найду вас здесь, — материализовалась Удача, пройдя сквозь стену. — Вилли, иди-ка, умойся, а то весь зареванный, а потом — живо в кровать, время позднее. А я обещаю тебе хороший сон о родителях. Пойдем!

Вернулась она довольно быстро, сразу начав с новостей:

— Василиса, Лонгботтомов в Мунго охраняют не так тщательно, остались только сигналки, да один колдун ... сигналки снять легко. Так что думайте, где будем больных прятать.

— В Англии найдут, — заквакала жаба. — Не хотела я встречаться с отцом в таком виде, но придется прятаться на моей родине. Завтра, как превращусь в человека, так займусь СТУПой: переделаю, чтобы она могла перемещаться не только в прошлое-будущее, но и в настоящее, плюс преодолевать антиаппарационный барьер… Только сначала разберусь с Антошей Долоховым и проверю, как там Гарри живется, крестнику Алисы, может, ему тоже помощь нужна. Все, я ускакала.

— И ты, Угги, давай в кроватку, — ласково сказала Удача, — я и тебе хороший сон приготовила.

И дом затих до утра.

Удача проскользнула в комнату Невилла поздно ночью:

— Василиса, — мысленно обратилась она к волшебнице, — просыпайся, есть новости.

— Ну, вот, теперь и ночью покоя нет, — недовольно подумала в ответ Василиса, — хорошо, хоть квакать не надо.

— Я была у Тибериуса Принца, поняла, кто это?

— Что тут непонятного? Дед моего будущего мужа, конечно. С ним все в порядке?

— С ним все не в порядке. Он уже очень давно находится в магической коме, ухаживают за ним домовики. Состояние очень тяжелое, так что каждый день на счету. Доступа в мэнор нет ни у кого: внук — последний кровный родственник. Если тебе нужен Северус Принц, а не Северус Снейп, надо помочь Тибериусу, и как можно быстрее. Что будем делать?

— Надо подумать. Ты помнишь разговор Августы и Минервы? Обе одинаково охарактеризовали Северуса: не любит людей, злобный, недоверчивый. 3начит, если послать письмо, будет проверять — это неизвестно, сколько времени займет, а его, по твоим словам, почти не осталось… Tы сможешь его перенести в мэнор, или тебе туда хода нет?

— Обижаешь, я нематериальна, пройду, куда надо, с легкостью!

— Я не знаю, может, и есть рецепт зелья, которое поможет Тибериусу, но сейчас нет времени его искать. Поэтому сделаем так: переносишь Северуса к воротам мэнора, где он волей-неволей подтвердит родство с Принцами кровью, домовики его сразу после этого действия примут, затем переносишь туда, где находится Тибериус, вручаешь флакончик с живой водой и объясняешь, как ею пользоваться.

— Ho, как жe ты достанешь живую воду, ведь cейчас ты жаба?

— Обращусь в человека на несколько минут — новые сутки наступили, уже можно. Затем опять стану жабой и буду тебя ждать. Bернешься — расскажешь, как все прошло.

Через несколько минут Удача исчезла, получив маленький флакончик, а Василиса, обернувшись жабой, попробовала уснуть: в образе животного яркие чувства притуплялись.