Драко едет в Хогвартс (джен)

Минерва Макгонагалл, год из года проводившая распределение, сегодня была особенно взволнованна. Скоро она наденет старый артефакт на голову Гарри Поттера. Однако в списке была еще одна фамилия. В Хогвартс поступал сын погрязшего в крови и ненависти Люциуса Малфоя, едва не развязавшего Вторую Магическую.

— Драко Малфой, — с содроганием в голосе объявила она.

Услышав фамилию Того-Кто-Стал-Правой-Рукой-Того-Кого-Нельзя-Называть, весь зал сначала пораженно замер, но лишь на мгновенье. Вышедшего вперед первокурсника освистали и, возможно, даже прокляли бы, судя по десятку палочек, направленных на него, но Макгонагалл строго оглядела студентов, и оружие исчезло. Мальчик сел на табурет, и Шляпа, ведомая рукой замдиректрисы, сделав заход и собираясь на посадку, ещё в воздухе заорала:

— Слизерин!

Такое поведение сортировочного артефакта сказало знающим (то есть всем ученикам, начиная со второго курса), чего ждать от этого Малфоя. Шляпа не ошибается.

Выход к Шляпе под оскорбительные выкрики красногалстучного факультета дался Драко нелегко. «Я справлюсь, я справлюсь», — твердил мальчик, видя неприкрытое отвращение преподавательницы. «Я смогу», — убеждал он себя, садясь за свой стол под ледяными взглядами слизеринцев. «Я — Малфой», — ободрял себя, пытаясь проглотить хоть кусок. Остальное распределение он пропустил, и немного пришел в себя лишь в гостиной своего факультета.

Снейп, как он обычно это делал, сказал своим новым змейкам несколько слов, разъясняя политику факультета и его собственную. Но, в отличие от прошлых лет, он при этом не отпустил старшекурсников.

— А теперь послушайте меня все, и горе вам, если кто-то не поймет с первого раза. У многих из вас отцы, братья, прочие родственники, друзья, знакомые или убиты, или в Азкабане. Те же, кто непричастен, но носит змею на груди, должны нести и бремя, взваленное на наш факультет, наравне с остальными. Нам объявили войну. Не вздумайте ударить в ответ. Детям Пожирателей и им сочувствующим достаточно допустить всего одну ошибку, и вас самих объявят юными злодеями. Поэтому никаких прямых столкновений! Только скрытый саботаж. В этом году нас больше не волнуют баллы и прочая межфакультетская ерунда.

— А квиддич? — не утерпел Маркус Флинт.

— Помолчите, мистер Флинт. Я еще не закончил. Позже старосты объяснят вам подробности. Все свободны. А вас, Малфой, я попрошу остаться.

Драко впервые за долгое время смог, наконец, увидеться с крестным без свидетелей. Он с нетерпением ждал, пока утомленные и злые слизеринцы не разбредутся по своим спальням. Но ожидание Драко оказалось бессмысленным — Снейп просто велел зайти к нему завтра после ужина и покинул гостиную факультета, взмахнув подолом мантии. Ничего не оставалось, как отправиться на поиски своей комнаты.

Наутро невыспавшиеся первокурсники после завтрака собрались было на уроки, но тут к Драко подошел Перси и передал сообщение:

— Малфой, тебя вызывает директор Дамблдор. Иди за мной.

Чего только не передумал мальчик, идя по замку следом за Уизли. Что еще могло произойти, разве недостаточно плохого уже случилось?

В раздражающем слух тиканьем и позвякиванием кабинете Дамблдора, которого Драко после суда воспринимал только в его ипостаси Верховного чародея (читай Великого Инквизитора), мальчика ожидал еще один фигурант его кошмаров — министр Фадж.

— Здравствуйте, мистер Малфой, — вежливо и благожелательно поздоровался директор.

Если так уважительно говорят с ребенком, значит, чего-то от него хотят. Это Драко было ясно на уровне подкорки. А раз чего-то хотят, то ничего они не получат. Или не спешить?

— У министра Фаджа есть важное дело, которое вы можете уладить, как представитель рода, — продолжил директор. — Корнелиус, прошу.

Фадж, не представляя, как о чем-то можно договариваться с ребенком, но в то же время испытывая острую необходимость это сделать, не стал долго думать и поступил, как привык, заявив:

— Мне нужно, молодой человек, чтобы вы поспособствовали законной власти и помогли с полной передачей имения Малфоев новому собственнику.