Овечья гора (гет)

Анонимный автор

Что в результате и стоило ему здоровья и едва не стоило жизни. И ведь не только с Биргит Хайнц не обсудил ситуацию, но и со своими друзьями, и с наставником. Хотя находился еще в таком возрасте, когда обращаться за помощью и советом еще отнюдь не стыдно. Хотя м.б. я сужу, опять же, с позиции нынешнего времени, а тогда 23 года, да еще и женат - решай свои проблемы сам?


Спасибо ))
Это я просто ленивая и не слишком находчивая, мягко говоря. Пользуюсь переводчиком, исключительно когда мне нужно переводить отдельные слова и фразы для своего фикла. А уж какие "перлы" встречались порой в студенческих курсовых и дипломах, куда просто вставляли автоперевод статьи от гугла или яндекса...


Без точных дат, но о таком в целом слышала. Что в принципе молодежь активно запихивали в сельское хозяйство. Вроде у девушек на таких работах были еще форменные голубые платья и белые фартуке. Еще помню, в одной документальной передаче зачитывали переводы писем офицеров СС своим родным и друзьям. Один мечтал, как ему дадут надел в захваченных плодородных землях - что столько пшеницы, столько пшеницы... нашелся "рыцарь"... мечтающий о "лене". Еще один на серьезных щщах писал жене, что как жаль, что она не видела, как они повесили местных жителей, оказавших сопротивление - словно воображал себя рыцарем, сразившим дракона. А третий как раз возмущался тем, что молодежь не хочет жить в деревне и активно плодиться-размножаться на благо Рейха.


Вначале прочитала как "ПС" (которые Пожиратели Смерти) - похожая "контора".
И да, ведь даже в крупных городах ограничивали доступ к образованию, устраивая, в частности, всякие слеты ГЮ, во время которых ученики, естественно, прогуливали школу а само школьное образование стало восприниматься как что-то лишнее, мешающее. И в тему возвращения к старине и сословно-аграрному обществу - на иллюстрациях в учебниках и книгах для школьного чтения людей (немцев, конечно же) изображали в народных костюмах XVIII - первой половины XIX вв. Могу, конечно, ошибаться, но что-то мне кажется сомнительным, чтобы в начале XX в. даже в маленьких городах все поголовно ходили в старинных народных костюмах, а не надевали главным образом на какие-нибудь традиционные сезонные праздники.


Я даже не про идеологию и убеждения, а что из-за перенесенных травм Хайнц в своем психоэмоциональном развитии и воспоминаниях откатился на период своего пребывания в США - отсюда и его совсем другая манера речи, и то, что он назвал ту самую Аризону, что у него осталось эмоциональная память о Шульмане-старшем, но Биргит он уже не помнил.


А Хайнцу в этом случае быстрее оказали бы помощь? Или нет?

PPh3

Да, именно так и вышло. Но в этом есть определенный замысел - эта тема насчет того, чтобы советоваться или нет, имеет определенную роль в истории и еще будет встречаться.

А в целом, мне кажется, тут и так и так верно - и обсудить стоило бы, но и в по тем временам 23 года это не нынешние 23.


О таком не знаю, интересно)


Не только из-за слетов. В целом ограничивали куррикулум. Например, в музыке вычеркивали всех неугодных композиторов и музыкантов и изучали только то, через что потенциально можно заниматься пропагандой (как Ференц и говорит в эпизоде с Пуччини).



Да, это так. Но манера речи изменилась не только из-за каких-то воспоминаний и акцентов - это может так казаться, что у него появился акцент. А на самом деле это афазия.

Спасибо за продолжение ))
Название новой части, если переводить его дословно, вселяет оптимизм, но пока что Хайнцу и Биргит приходится очень тяжело. Если честно, думала, что Хайнцу поможет мышечная память, что когда он сядет за инструмент, "руки сами вспомнят", но чуда, увы, не случилось. С другой стороны, это реальная жизнь (пусть и вымышленных персонажей), а вовсе не сказка.
Отрадно, что Хайнцу и Биргит так много помогают друзья, и морально, и материально, а Шульман-старший взялся заниматься с ним заново музыкой, и оказывается, по ощущениям Биргит, ее прежний Хайнц очень многое перенял от своего учителя.
И в то же время Хайнц - он как большой ребенок, который находится в теле взрослого мужчины, и гормоны этого самого взрослого мужчины бьют по его поврежденному, не окрепшему еще после операции мозгу. В то же время в совсем дурачка Хайнц не превратился, и вот это осознание собственной неполноценности его бесит, но в результате, к сожалению, достается Биргит.
И вот эта обида Биргит:


- она очень понятно. Когда понимаешь, что можно было бы этого избежать, если... то самое пресловутое "если".



А ведь Бригид в кельтской мифологии вроде как раз и материнству еще покровительствовала.

Поездка же Хайнца к Хольбайнам, похоже, прошла не зря и принесла пользу. Интересно, что такого додумались сделать Хольбайны, до чего не додумалась Биргит? Или они не делали ничего особенного, но перед ними Хайнц сдерживал свой "вредный характер больного", не пытаясь намеренно оскорбить и т.д.?

У главы открытый финал, но вот думаю, не обернется ли для Биргит и Хайнца новыми проблемами ее выступление во Франкфурте, и вообще в целом эта ситуация, когда вроде бы кажется, что в жизни появляются какие-то проблески радости. Например, с нынешнего Хайнца станется взревновать к Бекко. Да и Теодор со своим дядей-ректором никуда не делись.

Еще про Хайнца подумала... поскольку он чувствует себя неполноценным и уверен, что за Биргит в университете наверняка увивались парни, то его это теме вполне может подловить Теодор, а дальше может случиться что-нибудь в стиле "Я - мужик, я так решил".

А еще Хайнц уверен, что будто в их паре именно Биргит была такой секс-машиной, постоянно его домогалась, ставила на колени и т.д., но его воспоминания пока еще слишком спутаны, нейронные связи установились, как попало, а ведь это воспоминание - про физические ощущения, прежде всего - оно как относится к той ночи, когда его избил Теодор со своими подельниками. И ведь в мыслях Теодора был очень такой заметный сексуальный подтекст, и разошелся он настолько, что наверняка проговорил какие-то свои фантазии вслух.