Чистокровный спектр (джен)

Суббота началась с письма от леди Скамандер, в котором та приглашала лорда Нотта встретиться на нейтральной территории в маггловском парке, где «никто не помешает» поговорить. Эдриан перечитал послание дважды, дивясь странной логике незнакомой женщины. Нет, желание сохранить встречу в секрете и не оповещать о ней магическую общественность было вполне понятно и закономерно, но маггловский парк?!

Однако он ответил согласием и к трём часам дня, успев закончить возведение защиты на городской особняк Олифантов и получить солидное вознаграждение за четыре часа работы, стоял чуть в стороне от входа в Лондонский зоопарк, гадая, как может выглядеть внучка Скамандера и почему она выбрала именно это место для разговора.

— Мистер Нотт.

Он обернулся и увидел их. Женщину чуть за тридцать с каштановыми волосами, ниспадающими на плечи, глубоко посаженными серо-голубыми глазами, одетую в короткое маггловское платье, оставляющее открытыми голени. И мальчика, довольно высокого для своих лет, похожего и на мать, и на прадеда. Оба выглядели типичными магглами и, судя по всему, в отличие от Эдриана, чувствовали себя среди магглов абсолютно нормально.

— Мисс Скамандер? Или миссис Ле Грайт? — получив ответ на свой вопрос о причинах выбора места встречи, он почувствовал себя глупо — никаких загадок в приглашении не было, Урсула Ле Грайт всего лишь привела сына посмотреть на зверушек.

— Урсула, — растянула она губы в улыбке, в которой глаза не принимали участия, оставаясь такими же холодными. — Пойдёмте?

Эдриан замешкался — идти в зоопарк он не планировал и маггловских денег с собой не брал.

— Может, мы поговорим здесь?

— Я обещала Сину поход в зоопарк, поэтому, если желаете поговорить, вам придётся пойти с нами.

Мальчик молчал, но по тому, как он нетерпеливо притопывал, было очевидно, что выдержка не его конёк.

— Это вы мне написали, — напомнил Эдриан без улыбки: он терпеть не мог ультиматумы. — И вы заинтересованы во мне не меньше, чем я в вас. Или больше. Поэтому, мисс Скамандер, не стоит начинать знакомство с подобного тона. Я маг, и в окружении магглов мне некомфортно — раз, а два — у меня, как у любого мага, нет маггловских денег.

— Не волнуйтесь, лорд Нотт, — насмешливо протянула она, — я заплачу. Дед рассказывал мне о вас, я знаю, что ваш предок оставил вам только отличные гены.

Ощущение было таким, будто ему плюнули в лицо. Хотелось если не поставить эту дамочку на место, то хотя бы огрызнуться, но вместо этого Эдриан усмехнулся.

— Прекрасно. Прошу, — он жестом предложил сдвинуться с места, и пару минут спустя они уже шагали по аккуратным дорожкам зоопарка.

Стоя в очереди среди магглов и потом, наблюдая за тем, как уверенно Урсула расплачивается на кассе, Эдриан безошибочно определил, что та не понаслышке знакома с маггловским миром. Она не только легко ориентировалась в их деньгах, но и на самих магглов реагировала… Как Дженнифер.

Это сравнение его поразило. Джен выросла в мире магглов и отлично его знала, потому что её родители были грязнокровками, но внучка Скамандера была чистокровной волшебницей Мордред знает в каком поколении, и всё же вела себя точно так же.

Как и мальчик. Урсинус, будущий лорд Скамандер, был даже большим магглом, чем Нимфадора. Дочка Андромеды, по крайней мере, не знала, как называются… Эдриан не разобрал, что именно сказал мальчик, но зато продавец сувениров его понял и тут же протянул фигурку крепкого мужчины в обтягивающем трико и плаще, за которого Урсула послушно расплатилась.

Из кратких наблюдений следовал шокирующий, но оттого не менее правильный вывод…

— Вы живёте в маггловском мире?

Урсула прищурилась и с вызовом кивнула:

— Да. У вас с этим проблемы?

— Вовсе нет. — Ничто другое он не мог сказать, поэтому и покачал головой. — Скорее, непонимание.

— Вам и не нужно понимать.

Эдриан не понимал эту женщину, и это сулило проблемы. И дело было, конечно, не только в магглах. Он не понимал, почему она себя так с ним ведёт. Урсула была заинтересована в том, чтобы поладить с Ноттом, иначе зачем бы она писала ему? Но при этом вела себя так, что менее терпеливый человек уже послал бы её и ушёл. Будто нарочно провоцировала… Да, именно нарочно. Все, от выбора места встречи до откровенно хамских интонаций, было направлено на то, чтобы непонравиться ему. Но какой в этом был смысл?

Начинать разговор Урсула не спешила, молчаливо следуя за сыном, а тот переходил от вольера к вольеру, задерживался у одних, равнодушно проходил мимо других, обменивался впечатлениями с другими детьми и выглядел… магглом. И чем больше Эдриан смотрел на этого мальчика, тем меньше понимал, чем руководствовался Скамандер при выборе наследника. Почему Урсула и Урсинус, если у Тесея был внук Ахиллес? Что бы ни говорил Уолл, насколько бы Ахиллес ни был оторван от мира, он был магом и жил в магическом мире, а значит, был более достойным наследником для чистокровной семьи, чем магглолюбка, не умеющая себя вести с полезными людьми.

Они дошли до загона с верблюдами, и Урсула жестом предложила присесть на лавочку, пока Урсинус, приникнув к ограде, рассматривал животных.

— Что ж, мистер Нотт, — заговорила она, прямо смотря на него, — теперь можно и поговорить. Дед успел мне много чего рассказать, но до самого конца я не понимала, что он говорит. Я не знала, почему он не позволял нам жить в нашем доме, почему не разрешает появляться в Косом переулке, почему многие другие вещи находятся под запретом… А потом стало слишком поздно — я всё поняла, но спросить его уже было невозможно.

— Примите мои соболезнования. Ваш дед был достойным человеком.

— Был, но как-то умудрился перейти дорогу самому Дамблдору. Мой сын в сентябре отправляется в Хогвартс, и это меня беспокоит.

Она вперила взгляд в Эдриана, но тот не спешил комментировать услышанное и ждал продолжения.

— Мне нужны гарантии его безопасности, и тогда можно будет обсудить условия, на которых я передам вам голос деда.

Теперь отмалчиваться было нельзя, и Эдриан рассмеялся.

— И какие же гарантии безопасности вы желаете получить?

— Что смешного? — разозлилась Урсула. — По-моему, вполне справедливое желание.

— Желание — справедливое. А вот требование — глупое и выдающее вашу… — так и подмывало не выбирать выражений и назвать требование откровенно идиотским, но он сдержался, — неопытность. Чтобы гарантировать чью-то безопасность, объект нужно изолировать и окружить мощными защитными чарами, а не оправлять в пансион под крыло к врагу.

Она растерялась и недовольно посмотрела на Нотта.

— И что вы предлагаете?

— Ничего, — спокойно пожал он плечами. — Я уважал лорда Скамандера и хотел видеть его в числе союзников, вы наверняка знаете это. Я предлагал ему не защиту правнука, а помощь, поддержку и дружбу, в конце концов. Обстоятельства изменились.

— И почему вы ничего этого не предлагаете мне?

Прозвучало это обиженно и слегка капризно, и Эдриан всерьёз удивился.

— Потому, — терпеливо пояснил он, — что ваш сын не живёт в магическом мире, потому что через пару месяцев он уже будет в Хогвартсе, потому что вы сами, уж простите за прямоту, на политической арене пустое место. Что вы хотите в обмен на голос, которым в ближайшие как минимум семь лет не сможете воспользоваться?

— Помолвку.

Эдриан поперхнулся и уставился на неё с изумлением.

— Что?!

— Я хочу, что вы согласились обручить наших детей — они оба потомки Лестрейнджей, это будет прекрасный союз. И тогда я передам вам голос в Визенгамоте. Дед говорил, вы порядочный человек, к тому же жениха своей дочери вы точно не обидите.

— Давине ещё шести нет, — зачем-то сообщил он, во все глаза глядя на Урсулу, не в силах поверить, что она говорит серьёзно.

— Это не важно.

— Это важно, — перебил Эдриан, больше не стараясь скрыть недовольство. — Никакая политическая выгода не стоит счастья моего ребёнка. Ни о какой помолвке и речи быть не может!

Ничего особенного в предложении не было, практика ранних помолвок существовала в мире, кажется, испокон веков, однако Эдриан не был ни Блэком, ни даже Малфоем — то есть тем, для кого «порода» стояла на первом месте. Эди было шесть, Давине шесть должно было исполниться в следующем месяце, Теодору пока вовсе три года — он ещё даже абстрактно не думал о том времени, когда дети вырастут и не то что о семье задумаются, но хотя бы начнут испытывать интерес к представителям противоположного пола. Умом понимая, что не обрадуется, если кто-то из детей заинтересуется нечистокровным магом, Эдриан не задумывался, что сделает в такой ситуации. Может, постарается дать понять, что не одобряет выбор, может — не станет вмешиваться, понадеявшись, что неправильные чувства пройдут сами собой… А может, вовсе примет выбор сына или дочери, если нечистокровный избранник окажется талантливым и просто будет искренне любить его ребёнка — в конце концов, иногда кровь нужно разбавлять!

Одно Эдриан знал наверняка, не нуждаясь в напряжённом обдумывании этого вопроса, что ни при каких обстоятельствах не станет заставлять своих детей вступать в брак с тем, кто не будет выбран ими самими.

— Это моё условие! — с вызовом произнесла Урсула слишком громко.

Несколько магглов обернулись с удивлением, но Эдриан это проигнорировал и, фыркнув, поднялся.

— Значит, оставьте голос себе, — процедил он, хотел уйти, но оскорблённые отцовские чувства заставили задержаться. — Ваш сын — маггл. В Хогвартсе ему придётся непросто. Мои дети могли бы ему помочь — ввести в коллектив, защитить, помочь ему стать своим. Но теперь он будет не просто предоставлен сам себе, с ним не захотят общаться и те, кто изначально не был бы настроен против.

— Вы мне угрожаете? — ахнула женщина, и на её скулах вспыхнули красные пятна.

— Это не угроза, — хмыкнул Нотт, — это обещание.

Она хотела что-то сказать, но Эдриан не был заинтересован слушать. Шагая прочь, он старался взять себя в руки, но злость переполняла. Вокруг было слишком много магглов, и он не мог аппарировать, приходилось протискиваться через толпу, отчего настроение ещё сильнее портилось.

По правде, он не понимал, на что рассчитывала Урсула, огорошивая его таким абсурдным требованием. Ладно бы она предложила познакомить детей — пусть и дальними, они были родственниками. Попроси она защиты на этом основании, у него не нашлось бы причин отказать, да и не захотел бы он отказывать — не зря же с Маркусом заранее разговаривал, вправду хотел помочь Урсинусу… Но теперь ситуация кардинально изменилась. С одной стороны, личное знакомство позволило понять, что Ник с таким мальчиком не поладит однозначно, а другой — всё, сказанное Урсуле, было правдой: избалованный маггл с палочкой станет объектом издевательств чистокровных магов, которые сразу же поймут, что он не один из них, а грязнокровки будут чувствовать, что он не такой, как они, и тоже вряд ли захотят сближаться.

Эдриану не нравились собственные мысли, но избавиться от них не получалось, и, наконец-то выбравшись из толпы магглов и найдя укромное место в парке, откуда можно было аппарировать, переместился он не домой, а в Малфой-мэнор, где сейчас собрался детский сад.

— Добби, — позвал он и сказал тут же материализовавшемуся эльфу, — приведи в мрачную гостиную Маркуса и Ника.

Не оповещая хозяина о визите, он по-свойски прошёл к нужному помещению и, устроившись в кресле, с силой потёр лицо ладонями. Слова Скамандера звучали в ушах. Собрать детей вокруг себя, убедить их, что ему можно верить, приучить к мысли, что он друг… Методы Дамблдора, одна мысль о которых коробила, сейчас были уместны как никогда. Урсула выдвинула требования, которые он не мог и не хотел исполнять; лишиться поддержки Скамандера было неприятно, но дело было не только в том, что голос, обычно подкрепляющий его мнение, мог заморозиться до совершеннолетия Урсинуса, гораздо хуже было то, что этот мальчик мог стать очередной марионеткой Дамблдора и вырасти врагом Теодору и Давине. И вот этого Эдриан не хотел допускать.

Манипулировать ребёнком было неприятно, и никакие оправдания, что тому это не повредит, а скорее, наоборот, пойдёт на пользу, не помогали.

— Лорд Нотт? — Маркус вошёл в незакрытую дверь и, увидев Эдриана, улыбнулся и поманил за собой Ника. — Здрасьте. Всё нормально?

— Привет, — он заставил себя улыбнуться. — Нет. Не всё, и изменится ли это, теперь зависит от вас. От тебя, Ник.

Объяснить одиннадцатилетнему мальчику, что от его терпения и притворства зависит, возможно, будущее, но при этом избежать давления ответственности — задача повышенной сложности, но Эдриану очень повезло с юным помощником. С Маркусом можно было говорить как со взрослым — открыто, честно, называя вещи своими именами, и пусть ему было девять… уже почти десять лет, он отлично всё понимал. А услышав условия Урсулы, вскинул руку, перебивая Эдриана, и повернулся к Нику:

— Ты должен заставить этого пацана захотеть перейти на нашу сторону!

— А как? — Ник не спрашивал, почему он должен или что он с этого получит, даже не пытался спорить или возражать, он готов был действовать и лишь уточнял, как это сделать.

Маркус повернулся к Эдриану и переадресовал вопрос ему:

— Лорд Нотт, как это сделать?

И он ответил со всей искренностью:

— Это будет сложно. И долго. И нельзя будет выйти из роли.

— Я справлюсь! — уверил Ник, посмотрел на Маркуса и повторил: — Я смогу, правда. Но я не умею. Ему же должно быть интересно со мной, иначе он захочет с другими детьми дружить.

— Нужно будет привлечь Дору. — Мальчишки скривились, но Эдриан не отступил: — Из вас всех только она знакома с маггловской культурой, с ней Урсинусу будет на первых порах легче.

— Или можно показать Нику магглов, — предложил альтернативу Маркус, заставив Эдриана улыбнуться. — А что?

— Может, это и неплохая идея, — не стал отказываться он. — Познакомься с ним в поезде. Пригласи в купе — будет неплохо, если вы с Дорой и Ленгстоном поедете вместе…

— Они поедут с моими братьями, — снова перебил Маркус.

И Эдриан вынужденно признал:

— Ты прав. Но об этом пока рано судить — кто знает, быть может, за лето их отношения изменятся? Лукас и Дуглас, в конце концов, завели друзей, может, младшие им уже будут неинтересны?

— Ну они же переписываются уже полгода, значит, не надоели.

— Может, — снова согласился он и посмотрел на Ника. — В любом случае пригласить Скамандера в купе будет лучшим вариантом. У вас фамилии рядом — Скабиор и Скамандер, но твоя идёт первой. Куда ты хочешь поступить?

Тот замялся и потупился, и слово снова взял Маркус:

— На Хаффлпафф, — сказал он с едва заметным пренебрежением. — Ник считает, что на Слизерине ему делать нечего.

Эдриан удивился — почему-то он был уверен, что Ник поддастся харизме Марка и тоже захочет стать слизеринцем.

— Так это же отлично! Мы не знаем, куда хочет Скамандер, но раз ты сам не хочешь на Слизерин, то смело зови его с собой! Если удастся поладить в поезде, предлагай дружбу или защиту — надо смотреть по обстоятельствам, и зови за собой. И если Шляпа распределит вас на один факультет…

— Скамандер будет думать, что пошёл за Ником, — подхватил мысль Маркус. — Лорд Нотт, мы всё продумаем, и Ник точно справится!

— Ты сам-то что думаешь об этом? — обратился Эдриан к юному Скабиору.

Тот сначала посмотрел на друга, а потом чуть смущённо пожал плечами:

— Давине не нужен такой муж, но раз его голос важен, значит, мы должны его получить.

И это «мы» сказало больше, чем любые заверения в дружбе.

Они проговорили ещё почти полчаса, пока на пороге не возник Малфой:

— Вы пропустили ланч, молодые люди. — Марк с Ником тут же исчезли, и Люциус вопросительно вскинул бровь: — Что за заговоры?

— Имел счастье познакомиться с наследницей Скамандера. По итогам встречи решил обсудить…

— Не со мной, а с детьми? — хмыкнул тот.

— С непосредственными исполнителями дальнейших планов, — парировал Нотт.

— И как тебе леди Скамандер?

— Маггла, — фыркнул Эдриан и рассказал более подробно: и про зоопарк, и про мальчика, и про предложение помолвки, заставившее Люциуса скривиться от топорности методов. — Теперь вся надежда на Ника. Ты занят?

— Только освободился, а что?

— Пойдём ко мне, пока дети заняты друг другом. Хочу кое-что сделать, ну и пообщаемся хоть.

Люциус закатил глаза, но спорить не стал, и они переместились в Нотт-мэнор.

— У Марка день рождения завтра, — напомнил Эдриан, повернувшись к другу. — У меня вечная проблема с выбором подарков — не могу приучить себя заранее думать об этом, вечно всё в последний момент. Но сейчас это оказалось даже кстати.

— Что-то придумал, пока разговаривал с ним?

— Ага. Немного нечестный подарок получается, — он даже притормозил от этой мысли, но Люциус подтолкнул, и они всё же вошли в кабинет.

— Почему нечестный-то? И что за подарок?

— Хочу мальчикам парные блокноты сделать. А нечестный потому, что подумал я об этом в свете своего плана: Ник с людьми не очень хорошо сходится, Маркусу придётся держать руку на пульсе и подсказывать. А как это проще всего сделать?

— Идея отличная, а то сов не нагоняешься, — оценил Малфой и огляделся. — Мой домовик по первому твоему взгляду кидается исполнять желания. Ответь любезностью, вызови эльфа, пусть коньяк подаст, что ли. А то мы так и не отметили твоё приобретение.

— Лаки, — позвал смеющийся Эдриан, — подай лорду Малфою коньяк. Можно наконец и отметить, тем более что я успел защиту рассчитать, насчёт расчистки договориться и даже план погашения долга составить. Ты как предпочитаешь долг получать: мелкими частями, крупными или весь сразу непонятно когда?

Люциус осуждающе нахмурился и жестом предложил принёсшему напитки и закуски эльфу испариться, самолично разливая янтарную жидкость по бокалам.

— Как тебе удобно, Эд. Ты прекрасно знаешь, что я не тороплю и не ставлю сроков. Как сможешь, так и вернёшь. А теперь… За успех наших планов!

— За отличных друзей! — поднял он свой стакан. — И ещё раз — спасибо.

3.11.22