Чистокровный спектр (джен)

Эдриану повезло, что встреча с Бертом была назначена на полдень — удалось выспаться и отдохнуть.

— Хозяин будет завтракать или обедать?

Тилли прекрасно справлялся с обязанностями, но поскольку он был совсем молодым эльфом, самостоятельные решения ему совершенно не давались и даже самый банальный выбор заставлял теряться.

— Завтракать, — без раздражения решил Эдриан. Домовик просиял и исчез, чтобы вернуться через минуту и накрыть на стол. — Дети дома?

— Да, хозяин, вместе с маленькими друзьями. За ними присматривает миссис Малфой и Лаки.

Рука дрогнула при упоминании Нарциссы, и несколько капель утреннего кофе пролилось на стол. Тилли подпрыгнул, щёлкнул пальцами, и беспорядок пропал.

— Ты молодец, — улыбнулся Эдриан, снова напоминая себе, что не должен так остро реагировать на имя бывшей девушки. Однако позавтракать он предпочёл поскорее, чтобы избежать встречи за ланчем, и переместился к Берту без приглашения, хотя договаривались они, что тот сам заберёт Эдриана из Нотт-мэнора.

Впрочем, Берт совсем не возражал и не стал ничего спрашивать, и сразу после обмена приветствиями они переместились к очередному заказчику… И лишь пару часов спустя, сделав перерыв в работе, Эдриан вспомнил, что обещал Грюму поговорить с Альбертом Максом о школе авроров.

— Нет желания приобрести двух должников в лице Грюма и Скримджера?

Берт изумлённо воззрился на него, и Эдриан пересказал состоявшийся разговор.

— Меня пугает сам факт встречи с Грюмом, — искренне покачал головой Берт. — Ты думаешь, мне стоит согласиться?

— Мне сама его идея с ловушкой не нравится, — повторил движение Нотт, тоже покачав головой. — Кем бы ни был этот человек, маг он не из последних. Если изолировать его в портальной комнате, боюсь, в попытках вырваться на свободу он не остановится перед разрушениями. Поэтому у меня возникла другая идея… Мордред! Я же хотел с Уоллом её обсудить!

— А что за идея-то? — заинтересовался Берт, успокоенный поддержкой Нотта.

— Уолл как-то притащил старый нерабочий артефакт, по его словам, его дед с ним на нунду ходил.

— Что за артефакт?

— Я без понятия, как он зовётся на самом деле, Уолл «хваталкой» называл, — Эдриан развёл руками, признавая неосведомлённость, и кратко пересказал принцип работы артефакта, отметив его нецелесообразность для использования в питомнике или даже при охоте на монстров мэнора. И наконец перешёл к сути идеи. — Грюм уверен, что портальная плита станет целью злоумышленника, однако мы же не можем изолировать помещение от пространственных чар, а без этого — как удержать угодившего в ловушку? А вот эта «хваталка» могла бы пригодиться — перенесёт как раз в помещение, которое не так сложно изолировать от магии вообще. Для порт-ключа я лазейку сделаю, это не проблема, а вот обнаружить её в сжатые сроки не удастся никому — это я могу гарантировать.

— По мне, так звучит отлично. Что тебя смущает?

— Сам не знаю. Быть может, тот простой факт, что Аврорат не додумался до этого, когда за Пожирателями охотился, и получится, что я даю им в руки отличный способ ловить неугодных? Кто знает, как нам самим это может аукнуться?

Вздрагивать и тем более вскрикивать Берт, конечно, не стал, но напрягся ощутимо.

— Грюм доверяет тебе, — после минутного молчания задумчиво протянул он, почёсывая переносицу. — Ты можешь не раскрывать ему деталей? Пойдёт он на это?

— Сильно сомневаюсь, — покачал головой Эдриан. — Для Грюма высшая форма доверия — не тыкать в тебя палочкой при встрече. С его точки зрения, он мне почти безоговорочно доверяет. Но школа его детище, он близко к сердцу принимает все неудачи и нападки, так что… Хотя, — сам себя перебил Эдриан, — он не полезет проверять мою работу: знает, что я всё сделаю в лучшем виде. Я мог бы замаскировать хваталку под чары плиты, пространственные чары на пространственных чарах — кто заметит?.. Сигналки всевозможные злоумышленник точно найдёт и снимет, нельзя его недооценивать, а хваталку даже если обнаружит — разбираться, что это было, уже в камере будет. Не знаю, Берт, стоит ли в это ввязываться, и именно эта неуверенность сильно смущает.

— Примени своё тайное оружие, — улыбнулся тот, будто потеряв интерес к теме разговора.

— Это какое же? — растерялся Эдриан.

— Скажи всё прямо, вот как мне сейчас! — открыто улыбнулся Берт и кивнул на стол с разложенными концентраторами. — Ладно, отдохнули, и хватит. Давай, лорд Нотт, за работу, на пять часов у меня назначена встреча со следующим клиентом, не хотелось бы начинать знакомство с опоздания.

— И правильно. Мне тоже есть чем заняться вечером.

В этот раз установка щитов далась Эдриану совсем просто, он даже задержался и, пока Берт беседовал с хозяином, перепроверил получившийся результат, но всё было в полном порядке.

— Зайди ко мне, — без намёка на вопрос сказал Эдриан Берту, простился с хозяином и аппарировал домой. Парой минут позже Берт вышел из камина с обеспокоенным видом, и он спросил: — Ты что-то изменил в структуре щитов?

— Н-нет, — Берт даже с шага сбился от удивления и теперь взирал на друга, стоя посреди гостиной. — Что-то не так? Я видел, ты проверял… Раньше ты так не делал… Эд, я где-то ошибся?

— Я не устал. Будто не поместье, а дом под щиты прятали.

Несколько секунд на лице Берта ещё сохранялось взволнованное выражение, а затем его губы стали растягиваться в улыбке, которая перешла и на глаза, и в конце концов он чуть снисходительно, как добрый и умудрённый сединами старик, вздохнул, подошёл и, положив Эдриану руку на плечо, проникновенно сказал:

— Я открою вам страшный секрет, мой дорогой лорд Нотт, вы чертовски сильный маг.

— Я серьёзно, — нахмурился Эдриан, но Берт лишь шире улыбнулся.

— Так и я тоже не шучу. Ты же и сам замечал, что, пропуская через себя такие мощные магические потоки, становишься сильнее. Замечал ведь?

— Да, конечно, но не настолько же!

— Насколько — настолько? — заинтересовался Берт, совсем успокоившись и, кажется, даже получая удовольствие от нелепого разговора.

— Я замечал, что каждая следующая работа даётся легче, — терпеливо пояснил Эдриан. — И, разумеется, понимал, в чём причина. Но, Берт, Мерлина ради, в этот раз концентраторы были мелкими, мы должны были выложиться по полной!..

— Не мы, а ты, — уточнил тот. — Мне, конечно, очень лестно, что ты обо мне столь высокого мнения, но именно ты у нас силовая поддержка. Эд, ну ты что, в самом деле? С тобой на равных никто колдовать не сможет! Неужто ты действительно думал, я просто так за тобой хвостом ходил? Ты мне нужен! Без тебя я обычный книжный червь: рассчитать любую защиту могу с лёгкостью, а вот наложить — только кропотливо вырезав руны на тысяче реперов.

— Я не Лорд, и мы оба это знаем.

— А ты уверен, что у Лорда была собственная сила?

Берт задал вопрос тихо и без эмоций, на Эдриана же это подействовало как холодный душ.

— Хочешь сказать… — потрясённо начал он и не смог договорить — горло перехватило.

— Он пользовался усилителями, — подтвердил дикую в своей напрашиваемости догадку Берт и вдруг покачал головой. — Но важнее, как мне кажется, то, что Лорд не отличался сдержанностью.

— О чём ты? — машинально спросил Эдриан, ещё не переварив прошлое открытие.

— Тебе никто не говорил, что боится тебя?

— Говорили, и не раз, — кивнул он и пояснил: — Вот как раз на прошлой неделе Принц за палочку схватился.

— И что ты в тот момент чувствовал?

Начиная понимать, к чему Берт клонит, но не желая соглашаться, Эдриан промолчал. Однако вербальное подтверждение тому и не было нужно.

— Ты спокойный и уравновешенный человек, Эдриан, и магия твоя спокойная. А Лорд не считал нужным усмирять свой гнев. От него веяло мощью, это бесспорно, но поверь, твоя магическая аура не менее впечатляющая. — И, выдержав драматическую паузу, Берт улыбнулся. — А ещё я теперь намного лучше понимаю тебя, поэтому связки чар делаю под тебя. Мы отличная команда, согласен?

— Да уж неплохая, — проворчал Эдриан. — Ещё бы меня никто не сравнивал с Лордом, вообще было бы отлично.

* * *

Сменив мантию, Эдриан аппарировал на участок, держа уже готовые реперы под мышкой, и не поверил собственным глазам. Всего за несколько дней совместными усилиями МакНейра и оборотней местность разительно изменилась. Непролазные кусты и валежник не то чтобы совсем исчезли, но в точке перемещения всё было расчищено — причём не срезано заклинанием, оставляя пеньки, о которые так «удобно» споткнуться, а выкорчевано с корнем, земля же была разровнена…

Теперь можно было увидеть больше, чем стену растений. Эдриан с интересом осмотрелся и даже прошёлся по периметру расчищенного участка, обращая внимание на то, что оборотни не тронули. В травологии он никогда не был силён, но узнал разрыв-траву и ещё пару полезных для зельеварения растений.

Солнце клонилось к горизонту, и он решил не терять время и приступил к привычной работе: заклинанием сделать яму, поставить столбик и заклинанием же засыпать яму обратно. Механические действия не мешали думать, и в голову снова пробрались мысли о собственной магической силе. Слова Берта о заёмной силе Тёмного Лорда поразили Эдриана, и хотя не верить причин не было, принять их в качестве правды не получалось.

Они все привыкли к мысли, что Лорд — самый могущественный маг из всех, и тот действительно был очень силён. Эдриан помнил, что ощущал рядом с ним, и хотя впечатления порядком смазались за прошедшие годы, до сих пор его мнение оставалось таким же, как при первой встрече: Лорд Волдеморт внушал уважение своей силой. И вот теперь Берт мимоходом заявил, что та сила вовсе не была естественной. И это выбивало из колеи, порождало сомнения…

И заставляло задаваться вопросом: из чего проистекало могущество Дамблдора?

Поймав себя на этой мысли, Эдриан так изумился, что непроизвольно вздрогнул — палочка дёрнулась, и заклинание ушло в сторону, пробив в зарослях солидную брешь. Ругнувшись, он закончил с реперами и уже хотел вернуться домой, но остановился. Он планировал сегодня лишь установить реперы, будучи уверенным, что после наложения защиты на чужое поместье будет не в силах заниматься участком, однако никакой усталости не было, все расчёты были сделаны, перепроверены и свежи в памяти, а потому причин откладывать не было.

…Домой Эдриан вернулся к ужину, устав больше физически, чем магически, и остаток вечера провёл с детьми, узнавая последние новости об уроках с мистером Ракплугом, о занятиях с миссис Блэк и об успехах всего детского сада.

День был насыщенным, но спать совершенно не хотелось, и Эдриан вышел из дома, решив то ли прогуляться перед сном, то ли… он и сам не понимал, что намерен делать, пока не отошёл от дома почти на милю в противоположную питомнику сторону. Вокруг не было ни души, над головой сияли звёзды, звуки ночной природы умиротворяли, но ему сейчас нужно было не умиротворение… Или, наоборот, именно оно?

Эдриан закрыл глаза и откинул голову назад, подставляя лицо лёгкому ветерку, и попытался отпустить себя.

Контроль эмоций и, как следствие, магии был тем, чему его учили с младых ногтей. Радовался ты или злился, всегда нужно было помнить о контроле. Детские эмоции — первые выбросы были естественны, но чем старше становился ребёнок, тем большего контроля от него ждали. Неуправляемые дети поджигали занавески в минуты злости, умеющие себя контролировать — с раннего возраста осознанно колдовали.

Он вспомнил Теодора и улыбнулся. Спокойный, уравновешенный мальчик, смотрящий на старших детей, Тео первым смог осознанно творить магию, вселяя в отцовское сердце гордость. Эдриан вспомнил себя в раннем детстве, вспомнил свои первые пространственные чары и снова улыбнулся. Он всегда себя сдерживал: дома, в школе, с друзьями, на работе, с Нарциссой; и знал, что окружающие точно так же держат свои эмоции под контролем. Но выходя из себя, каждый из них… искрился. Кто-то — едва выпуская магию, другие — ярче; та же Беллатриса была опасна в гневе не потому, что сильная ведьма, а потому, что контролировала себя откровенно плохо. Белла могла хлестнуть магией, не думая о последствиях. А вот Лорд о последствиях думал всегда, но при этом искрился. И раньше Эдриан почему-то считал, что фоновая магия, окружающая Лорда, была следствием его запредельной силы, а вот после слов Берта про усилители возникли сомнения и вопросы. Быть может, аура была не натуральной, а… маской? Как лиловая мантия для судьи Визенгамота или парадная мантия для бала?

Они все знали, что Лорд могущественный маг. Знали они и о том, что он ищет способы стать ещё сильнее. Но кто в действительности видел его силу? Несомненно, слабым магом он не был, но… Никто из Пожирателей смерти не был слабым магом, если уж на то пошло, и кто был сильнее, сложно было сказать. Взять, к примеру, того же Малфоя. Кто заподозрит в нём сильного мага? Люциус берёт другим и создаёт обманчивое впечатление, что он горазд только языком трепать да галлеонами сорить, а между тем выйти с ним в открытое противостояние — натуральное самоубийство. Или Флинт. Тупой тролль, балагур — Квин годами играл эту роль, пока не переквалифицировался в семьянина. Но опять же — ему и злиться не надо, чтобы спалить Адским пламенем к мордреводой бабушке любого противника. Или даже сам Эдриан — замкнутый книжный червь, избегающий конфликтов. Кто бы, глядя на него или зная его с детства, заподозрил в нём серьёзного противника? Вот только драться он умел и, пусть и не любил, почти никогда не проигрывал.

Мысли замедлялись, голова пустела, и стоящий посреди Нотт-мэнора с закрытыми глазами Эдриан раскинул руки в стороны, наконец отпуская себя. И не увидел, но почувствовал, как магия хлынула из него мощным потоком. Но не испугался, даже напротив, испытал такую лёгкость, что открыл глаза… Всё вокруг было залито мерцающим светом.

Он чувствовал связь с землёй, травой, животными, камнями. Всё вокруг было частью него, а он — часть всего вокруг. Он был мэнором, а мэнор был им. И это ощущение — незнакомое, странное и необъяснимое — казалось естественным и правильным.

Эдриан не представлял, сколько прошло времени, прежде чем свечение погасло. Накатила усталость, и он не устоял на ногах, опустившись на землю. Было тихо — замолкли птицы, не было слышно насекомых, не шелестела на затихшем ветерке трава. Однако он знал, чувствовал всем существом, что всё в полном порядке, что всё идёт ровно так, как и должно. Глаза начали слипаться, и, чувствуя, что с минуты на минуту уснёт, он из последних сил заставил себя позвать домовика… но уснул раньше, чем тот появился, и уже не видел, как старый домовик, не появляющийся на людях долгое время, откликнулся на зов, и как переместил его в спальню, как снимал верхнюю одежду и обувь и накрывал одеялом.

Уставший, но пребывающий в абсолютной гармонии с собой и окружающим миром Эдриан Нотт спал и видел во сне родной мэнор.

10.11.22