Чистокровный спектр (джен)

Рабочая среда для Эдриана началась так же, как вторник.

— Вас вызывают в ДМП, — сообщила миссис Солански, как только он вошёл в портальное управление. — Доброе утро.

— Доброе, — усмехнулся он, притормаживая у стола секретаря. — Ничего срочного нет?

— Нет, сэр, — отчиталась миссис Солански и указала на расправленные бумажные самолётики, информацию с которых как раз заносила в журнал. — Работаем в штатном режиме.

— Ну тогда не будем заставлять ДМП ждать, — пробормотал он и отправился обратно к лифтам.

В Департаменте правопорядка его едва не сбили с ног прямо в дверях — полный низкорослый мужчина в последний момент сумел увернуться, избегая столкновения, не останавливаясь прокричал извинения и побежал дальше. Эдриан же осторожно вошёл в приёмную.

— Доброе утро, Аманда. Смотрю, у вас, как обычно, все куда-то спешат.

— Здравствуйте, лорд Нотт. — Она смотрела на него с удивлением. — Вы правы, мы зашиваемся. А мисс Боунс ещё нет.

— А кто же тогда меня приглашал? — удивился и он.

Аманда Бэддок развела руками.

— Вы Нотт? — прозвучало из-за спины. Эдриан обернулся и кивнул, вопросительно глядя на волшебницу средних лет с гладко зачёсанными в высокий пучок волосами, чем-то неуловимо напоминающую МакГонагалл. — Идёмте, я провожу вас.

Представляться или хотя объяснять что-либо она явно сочла излишним, но Эдриан и не настаивал, покорно следуя за ней вглубь Департамента правопорядка. Сотрудники всё так же носились по коридорам, и сопровождающая его дама пару раз делала замечания, и по отсутствию язвительных ответов, которыми славились некоторые встреченные ими маги, Эдриан догадался, что та не последний человек в ДМП.

И оказался почти прав — дама, как выяснилось буквально через минуту, была секретарём Виридиана, проработавшей на своей должности десятки лет и знающей всю кухню в разы лучше всех остальных, вместе взятых.

Они вошли в небольшую приёмную, и дама махнула рукой на стулья, такие же, как в приёмной Амелии, а сама двинулась к следующим дверям и, постучав, доложила:

— Сэр, мистер Нотт прибыл.

— Пусть проходит, — распорядился зычный голос Виридиана, и не успевшего сесть Нотта жестом пригласили войти. — Доброе утро. Прошу.

— Доброе, — кивком поздоровался он и сел на предложенное место, с интересом осматриваясь. — Чему обязан?

Оказалось, дело во вчерашнем обсуждении Азкабана, точнее, визите Лафкина и том самом грифе секретности.

— Как вы понимаете, это закрытая информация, — извинительно разведя руками, сообщил Виридиан.

— Как вы понимаете, — парировал Эдриан, — если вам предложат арестовать неизвестно кого, ссылаясь на секретность, вы окажетесь в затруднительном положении независимо от степени желания помочь. Вы, конечно, можете арестовывать всех подряд и отпускать после проверки, глядишь, методом перебора и найдёте нужного преступника. Но мне такая схема однозначно не подходит просто потому, что пока я буду подбирать нужное сочетание пространственных чар, перемещаемые люди в лучшем случае будут конечностей лишаться. Боюсь, не зная деталей, я бессилен.

— И я это понимаю, — спокойно кивнул Виридиан и подвинул уже виденный Эдрианом вчера журнал к нему, — но предоставить полную свободу действий не могу.

Слова противоречили жесту, и Эдриан вскинул бровь:

— Тогда что мы будем делать?

— Нарушать правила, — развёл тот руками и усмехнулся. — Мне уже нечего терять, мистер Нотт. Должности я уже лишился и уйду, как только натаскаю мисс Боунс — всё же она слишком молода, чтобы возглавить этот Департамент. С другой стороны, вы успели зарекомендовать себя… А если называть вещи своими именами, то вы единственный, кто может разрешить связанное с порт-ключами затруднение, так что у нас всех просто нет иного выхода, кроме как довериться вам. Я, конечно, мог бы настоять на соблюдении правил и заставить вас им следовать, ища информацию под моим или мистера Лафкина чутким приглядом, но лучше от этого никому бы не стало. Сколько бы это заняло времени? Я не обольщаюсь, что вам больше нечем заняться.

— Тут вы правы, — ответно усмехнулся Эдриан. — Я не хочу отказывать мисс Боунс, но и без всех этих проблем с выявлением преступников в стенах Министерства дел у меня более чем достаточно, а с ними — совсем не продохнуть, и дополнительной работы я не ищу однозначно. В лучшем случае этим вопросом я занялся бы месяцы спустя — после того, как пересмотр завершится, школа авроров обзаведётся новой портальной плитой, а все отделы Министерства получат свои долго ожидаемые и откладываемые на необозримое потом заказы.

— Понимаю. У нас осталось три работающих порт-ключа, и никто не поручится, сколько они ещё продержатся. Так что вам карты в руки, — и Виридиан ещё сдвинул журнал в сторону Нотта. — Нужное заклинание я наложил, вам остаётся лишь активировать доступ каплей крови.

Эдриан осмотрел журнал, увидел руну активации точно по центру между надписями и кивнул.

— Что ж, я займусь этим, но… Насчёт сроков ничего не могу обещать.

— Понимаю… Лорд Нотт, — вдруг официально обратился Виридиан, — могу я задать личный вопрос?

— Попробуйте, — тихо засмеялся Эдриан.

— Почему вы работаете в Министерстве?

Можно было, конечно, ответить формально или вовсе промолчать, однако Эдриан не видел в том смысла.

— Я идеалист, сэр. По крайней мере, был им, когда устраивался в портальное управление. Столкновение с реалиями не лучшим образом сказалось на моём идеализме, но пока этого ещё хватает, чтобы я не думал об увольнении. Но насколько меня хватит — этот вопрос интересен мне и самому.

— Нам повезло, — проникновенно сказал Виридиан, поднимаясь и протягивая руку. И крепко сжал пальцы Эдриана, показывая, насколько он искренен.

* * *

Как бы ни хотелось изучить защиту Азкабана, Эдриан сказал абсолютную правду о степени своей загруженности, так что журнал он читал урывками — в качестве отдыха от расчётов портальной плиты и зачарования порт-ключей для Отдела тайн. Почему-то забрать журнал домой он не посмел, внутренне понимая, что подобное стало бы перебором, и дело двигалось очень медленно.

В пятницу он получил письмо от Принца, в котором была лишь одна фраза: «Зайди ко мне», и тот факт, что письмо было отправлено в рабочее время и не домой, а в управление, недвусмысленно намекнул, что дело не терпит отлагательства. Однако уйти посреди дня он не мог, а на заседании Визенгамота Принца не было, что немного взволновало, и Эдриан переместился к Принцу в четыре часа дня, наплевав на обязанности и планы — не терпелось выяснить, что случилось.

— Ты даже вечера не дождался, — усмехнулся Огастус, к которому Эдриана проводил домовик.

— Вы в порядке?

— Что, выгляжу погано? — хмыкнул тот, но сразу успокаивающе кивнул. — Оборотное в моём возрасте та ещё отрава. Я буду в порядке и продолжу проверять твоих подчинённых, а пока — поздравляю, лорд Нотт, твоя паранойя оправдалась.

— Вы нашли шпиона?! — вскричал Эдриан, не сдержав эмоций.

Принц самодовольно кивнул.

— Уоткинс.

— Скотт?.. — растерянно протянул Эдриан, не в силах поверить, что талантливый юнец с горящим взором — дамблдоровский шпион.

И хотя ему удалось удержать себя от вопроса, уверен ли Принц в своих выводах, тот и так догадался, что собеседник нуждается в подробностях, чтобы принять правду.

— Что ты вообще знаешь о своих подчинённых?

Эдриан задумался и вынужденно покачал головой.

— Не больше, чем необходимо для распределения заданий.

— Ты и не должен знать больше, — утешил Принц, — а мальчик этот весьма добросовестный, работой доволен, старается произвести впечатление…

— Ну должен же был я что-то почувствовать!

— Что, например? — в задумчивости склонил голову к плечу Принц, а когда Эдриан неопределённо поморщился и махнул рукой, словно признавая промашку, настойчиво повторил: — Я серьёзно спрашиваю, Эдриан. Что именно ты считаешь должным чувствовать рядом с тем, кто работает на Дамблдора?

— Негативные эмоции, — в конце концов сформулировал он.

— А их нет, — усмехнулся Принц и с довольным видом уставился на него.

Такой ответ изумил. Вообще Эдриан подозревал Эджком и даже понимал, что ту толкнуло на такой путь: пусть о причастности Нотта к делам организации мало кто знал, он не обманывался насчёт Дамблдора — если и не знал, то подозревал тот его точно. Так что у миссис Эджком, потерявшей близких друзей и, возможно, мужа, о котором так и не удалось ничего узнать, были все основания ненавидеть начальника и докладывать о каждом его шаге. А вот Скотт Уоткинс… Эдриан ничего о нём не знал, но принимая в управление в числе новичков, думал, что недавний выпускник Хогвартса не должен иметь к нему счетов.

Принц молчал и не мешал Эдриану думать, а когда тот вынырнул из размышлений и снова сфокусировал взгляд на нём, наконец приступил к рассказу.

— Как я и сказал, мальчишка не испытывает к тебе никаких негативных эмоций. Более того — ты ему нравишься. Он уважает тебя как начальника, почти что восхищается тобой как магом… И стыдится, что докладывает о тебе Дамблдору — впрочем, он утешается тем, что ничего противозаконного ты не делаешь, а значит, его шпионаж тебе и не вредит.

— Но… — чуть растерянно протянул Эдриан, — тогда почему?..

— А тут мы подходим к самом интересной части. Я ведь не просто так спрашивал, что тебе известно о подчинённых. Этот мальчик, например, рано осиротел, его мать погибла самым тривиальным образом — по крайней мере, мистер Уоткинс верит, что она упала с лестницы и свернула себе шею. А когда погиб и его отец — кстати, это была нашумевшая история: идиот врезался в вертолёт, ты наверняка слышал об этом, Министерство тогда на ушах стояло, подобное нарушение Статута слишком опасно, — мистер Уоткинс оказался в весьма сложном положении… И кто, ты думаешь, помог ему?

— Дамблдор, — понял Эдриан.

— Верно. Добрый директор проникся трагедией и поддержал мальчика, определил к верной ему семье, потом помог с устройством в Министерство…

— Уоткинс просто предан Дамблдору из благодарности.

— Почти, — загадочно усмехнулся Принц и тут же посерьёзнел. — Мозги у него промыты. Может, мальчик и испытывал бы благодарность к своему благодетелю, да вот только Альбус не стал проверять и действовал превентивно. Чай в кабинете Дамблдора не бывает просто чаем, а мальчишка регулярно появлялся в директорской башне. На следы зелий я его проверить, понятное дело, не смог, а вот закладки ментальные нашёл. Причём, знаешь, что меня возмущает больше всего? Дамблдор даже не потрудился спрятать следы! Твой Уоткинс же не сидел смирно, пялясь мне в глаза, упрощая задачу. Но мне пары минут хватило, чтобы без стараний всё это выяснить!

Что на такое сказать, Эдриан не знал и промолчал. Ему было о чём подумать.

Уоткинс был хорошим сотрудником. Опыта ему, конечно, не хватало, но это искупалось старательностью. Работать рядом со шпионом Эдриан не желал, но повода для увольнения не было и избавиться от него, не вызвав подозрений, никак бы не вышло. Но смириться?.. С одной стороны, как начальник портального управления Нотт почти не пересекался с Уоткинсом, так что ничего важного тот не мог узнать и передать Дамблдору. С другой же стороны, смысла в увольнении не было: так Эдриан хотя бы знал теперь, кого нужно опасаться, а если пойти на поводу у эмоций и уволить Уоткинса, ему быстро найдут замену, вот только Эдриан уже не будет знать, кто шпионит за ним.

— Спасибо вам, Огастус, — в конце концов произнёс он, прямо смотря на визави. — Я подумаю, как лучше поступить со шпионом…

— Думаешь, он один? — цепко взглянул Принц в ответ и многозначительно покачал головой. — Ошибка юности, Эдриан, недооценивать противника.

— Неужели вы правда считаете, что Дамблдор стал бы тратить людские ресурсы на кого-то вроде меня? Своего человека подсунуть — да, не лишнее, но я не настолько важен…

— Себя тоже не стоит недооценивать, — не стал тот слушать. — А верных людей у Альбуса достаточно, тем более что каждый год в Хогвартс приходят новые детишки, и из кого выбрать у него есть. Я намерен проверить всех твоих людей. Ах да! Пока ходил по Министерству под обороткой, я случайно заметил нескольких магов под внушением. Не знаю, кто они и из каких отделов, но дамблдоровское влияние как запах тухлых яиц — ни с чем не спутать.

— Если поделитесь воспоминаниями — лишним не будет.

— Конечно. Мало ли, когда пригодится.

Не откладывая, Принц вызвал домовика и приказал принести пустой флакон, а затем извлёк воспитание и передал наполненный серебрящимся туманом сосуд Нотту.

— Интересно вы живёте, — усмехнулся Принц, и Эдриан понял, что старик пребывает в благодушном настроении не в последнюю очередь потому, что участие в интригах разогнало его застарелую скуку.

— И не говорите, — вздохнул он и, поблагодарив ещё раз за обнаружение шпиона, откланялся.

А прибыв домой — сразу связался с Бертом. Причём не ради того, чтобы узнать, как тот справляется с мыслью о встрече с главой Аврората, но ради информации о шпионе: немного придя в себя от новостей, Эдриан сообразил, что Уоткинс — ровесник Барта Крауча-младшего, а значит, Берт может знать о бывшем сокурснике что-то полезное.

— Я нашёл твою хваталку! — ещё даже не выйдя из камина, торжественно провозгласил Берт, довольно улыбаясь.

— Где нашёл? — сбитый с мысли Эдриан слегка растерялся и непонимающе посмотрел на друга.

— В библиотеке, — начал тот и рассмеялся. — Не сам артефакт — описание нашёл. Непростая штуковина, но если немного подогнать под наши нужды… Смотри, что я придумал! — и не обращающий внимание на отсутствие восторга на лице Нотта Берт принялся раскладывать схемы наложения чар, скопированные страницы из какой-то древней книги и собственноручные рисунки.

И лишь полчаса спустя, со всех сторон рассмотрев возможности изменённого артефакта, Эдриан смог перейти к тому вопросу, что его интересовал.

— Уоткинс? Да, на Гриффиндоре учился. А почему ты о нём вспомнил?

— Вообще-то он работает в моём управлении, — хмыкнул Эдриан, и Берт вытаращил глаза:

— Серьёзно? Здорово! Уоткинс не был выдающимся учеником, но он и не гнался за оценками. Но он был весьма талантлив.

— Потенциал я оценил, когда принимал его на работу, — хмыкнул Эдриан. — А Принц сегодня сообщил, что Уоткинс — шпион Дамблдора. — Берт шокированно охнул. — Ты можешь что-нибудь добавить? Вы же учились вместе.

— В одно время — да, но не вместе, — качнул головой Берт и задумался, чтобы через минуту сказать: — Знаешь, а я не удивлён. На первых курсах Уоткинс был… гриффиндорцем, если ты понимаешь, что я имею в виду: шумным, везде сующим нос, ищущим неприятности на пятую точку. А потом его отец врезался в вертолёт, и парня как подменили. Но не в том смысле, что он притих на время траура, нет. Он правда сильно изменился — будто кто-то покопался в его мозгах. Но, разумеется, это я сейчас так говорю, потому что уже знаю правильный ответ. А тогда… Это просто удивило. Его отец играл за «Стоунхейвенских сорок», и все подкалывали Уоткинса, что он совсем не интересуется квиддичем. А после семейной трагедии — он каждый год пытался записаться в команду, но при этом не тренировался и вообще не летал, у него, кажется, даже метлы своей не было. Согласись, это странно. Как будто ему внушили, что он должен делать вид, что желает играть, потому что подобного и ждут от сына известного игрока.

— Притянуто как-то, не находишь?

Но Берт лишь помотал головой.

— Давно это было, да и не интересовался я каким-то там гриффиндорцем, но чем больше сейчас об этом думаю, тем крепче подозрения. Его несколько раз вызывали к директору, и на следующий день Уоткинс всегда был странным… Я подумаю об этом, с ходу мало что могу сказать определённо…

— Нет необходимости. Принц сказал однозначно — парень стучит Дамблдору, этого достаточно. Сам не знаю, зачем тебя спрашиваю.

— Уволишь его?

— Так не за что, — развёл руками Эдриан. — Мы с ним не пересекаемся, задания я раздаю через зама, а работает он без нареканий… Если честно, даже не помню, когда в последний раз вообще Уоткинса видел лично. Пусть работает. Если начнёт вредить — переведу его в другой отдел… Что ты решил насчёт Аврората?

— Пока — ничего, — вздохнул Берт, кажется, недовольный переводом темы. — Написал, что очень занят и потому не могу явиться по зову Скримджера. А он написал, что готов принять меня в любое удобное мне время: хоть на рассвете, хоть в полночь — лишь бы я пришёл.

— А ты что?

Берт снова вздохнул.

— А я теперь придумываю, как вежливо дать понять, что в этой встрече нет смысла, поскольку работать за предлагаемое Министерством вознаграждение я всё равно не стану… У тебя на завтра есть планы?

— Хочешь всё же встретиться с ним?

— С кем?

— Со Скримджером! — фыркнул Эдриан. — Мы же о нём говорили!

— Говорили, но уже не говорим, — отмахнулся Берт и повторил вопрос: — Так что ты завтра делаешь?

Эдриан уже собрался было перечислить часть дел из той кучи, что ожидала его внимания, когда сообразил, что интерес Берта не праздный.

— Есть новый клиент?

— Ага, — улыбнулся Берт. — Несложный объект, за пару часов справимся.

— Что ж, значит, внесу в расписание. Давай часов в десять?

— Отлично! — просиял Берт и оглянулся по сторонам. — А где детский сад? Что-то давно я их не видел!

— Неужто не торопишься домой?

— Басти сегодня с бабушкой, — чуть смущённо улыбнулся Берт. — Так что ничто не мешает провести мне время со второй моей любимой девочкой.

— Ищи, — широким жестом обведя мэнор, рассмеялся Эдриан. — Давина, скорее всего, на улице — погода не располагает к сидению в четырёх стенах. А я пока займусь делами.

— Присоединяйся потом, — обернувшись, попросил Берт и скрылся за дверями.

Эдриан минуту посомневался, но в конце концов двинулся следом за ним — дела могли и подождать.

15.11.22