Чистокровный спектр (джен)

В жизни Эдриана воскресенье было днём, когда можно выспаться, заняться откладываемыми в течение рабочей недели делами, пообщаться с детьми и просто морально отдохнуть от постоянной необходимости контактировать с людьми. А вот для других это был день социализации, когда дела и работа не мешают встречаться и общаться.

С утра на подносе для корреспонденции обнаружилась солидная горка посланий, и если часть из них Эдриан без зазрения совести отправил в мусорную корзину, едва взглянув на адресата или текст, то остальные требовали не только ответов, но и личных встреч. Например, с лордом Гампом, кратко уведомившим, что у него есть «небезынтересная информация по интересующему их вопросу», стоило увидеться в ближайшее время.

Новых идей относительно порт-ключей для Лестрейнджей не появилось, зато реперы для Уэльса требовали пристального внимания, и он написал Гампу, соглашаясь встретиться после обеда, решив посвятить первую половину дня фестралам.

С каждым разом сложнейшие задачи получалось выполнять быстрее, и это не могло не радовать. Эдриан вспомнил, сколько времени убил на подбор нужных рун, когда занялся этим впервые, и усмехнулся. Теперь он легко обходился без стопки справочников и не тратил дни и недели — пара часов, и можно было приступать к реализации.

Заготовки для реперов по-прежнему радовали глаз… ну или служили немым укором — тут уж как посмотреть, но Эдриан решил, что сегодня ничему не позволит испортить своё настроение, и с воодушевлением приступил к работе, остановившись не раньше, чем пришла пора отправляться к Гампу.

«Небезынтересная информация», упомянутая Альтаиром в письме, относилась сразу к двум актуальным проблемам. Во-первых, попечителям удалось-таки продавить решение о приёме на работу Уилбурга Хиггса — артефакторика возвращалась в список изучаемых в Хогвартсе дисциплин, и это было отличной новостью. Во-вторых же, лорд Гамп всего за неделю добился встречи с лордом Уилкисом и получил ответы на те вопросы, что даже не были заданы.

Когда Альтаир заговорил про Уилкиса, Эдриан хотел было его перебить, считая, что уже знает историю этой семьи благодаря Файверли, но промолчал: Гамп говорил эмоционально, и затыкать старого лорда показалось неприличным. Минутой позже стало понятно, что это правильное решение — в жизни Уилкисов не всё было так уж прозрачно-просто, и нельзя было забывать, что любую ситуацию стоит оценивать со всех сторон.

Начал Гамп с того, что чистокровный до мозга костей лорд Уилкис, долгие годы бывший Пожирателем смерти и верным соратником Тёмного Лорда, второй брак заключил с магглорождённой волшебницей.

Удержаться от восклицания не было никакой возможности, но Гамп лишь усмехнулся.

— Это ещё не самое интересное, — предупредил он и продолжил рассказывать.

Он не преувеличивал, когда говорил о былой дружбе с Уилкисом, ничем иным беспрецедентное доверие объяснить не представлялось возможным — Эдриан не допускал мысли, что Гамп мог опуститься до веритасерума или легилименции при общении со старым знакомым. А между тем Уилкис, судя по объёму информации, вообще ничего не скрывал. Так, помимо мезальянса, о котором в магическом мире, кажется, до сих пор никто не подозревал, он рассказал о причинах затворничества, и они поражали ещё сильнее.

— Не знаю, в курсе ли вы, но в какой-то момент Гленстон стал неугоден вашему Лорду. — Эдриан неопределённо пожал плечами: о размолвке, следствием которой стал приход в организацию на место отца Орландо, он действительно знал, а вот как зовут лорда Уилкиса — нет. И это отлично иллюстрировало его общую осведомлённость. — Там вышла весьма некрасивая история, пересказывать которую нет смысла, но Лорда Глен разозлил и по итогу понял, что следующая встреча может стать для него последней. И решил исчезнуть. Собственно, в изгнании, не афишируя имя и тем более отношение к разбавленной магглами крови, он и познакомился со своей будущей женой. Однако это дела прошлого и к нам не имеет отношения, в отличие от продолжения.

— Какого продолжения? — машинально переспросил Эдриан, и Гамп заулыбался.

— Видите ли, голос Уилкиса заинтересовал не только вас, дорогой лорд Нотт, но в отличие от вас, Дамблдор подсуетился раньше. Когда мисс Уилкис арестовали, её отцу был выдвинут ультиматум: поцелуй дементора для дочери или передача голоса в заботливые руки Альбуса.

Эдриан снова не удержался от восклицания, и Гамп поджал губы, солидарно качая головой.

— К сожалению, доказать принуждение Глен не может, поэтому тут лишь утереться остаётся…

— Но теперь его дочь на свободе, — возразил Эдриан.

— Не всё так просто, — с укоризной хмыкнул Гамп. — Пока лорд Уилкис жив, его голос принадлежит Дамблдору. А умирать он, как вы понимаете, не торопится. Опять же, сам возвращаться в политику Глен не заинтересован, а передать место дочери… Он не считает её достойной.

— Насколько мне известно, он фактически отказал ей от дома, — поджал губы Эдриан, вспоминая слова Файверли.

— К сожалению, это правда, вот только у него была на то веская причина, — вздохнул Гамп. — Магглорождённая жена оказалась весьма хваткой особой, мне кажется, с ней ваша миссис Лестрейндж легко нашла бы общий язык… Кариссе небезопасно в родном доме.

— Эм… Хотите сказать… — изумлённо начал Эдриан и не смог закончить: сравнение какой-то полумагглы с Беллой было чересчур многозначительным.

— Я ничего не хочу сказать, — перебил Гамп, — а вот Глен не сомневается, что любимая жёнушка не остановится перед тем, чтобы, например, отравить возникшую на горизонте девушку. Этот брак не был следствием большой и чистой любви — как минимум со стороны новоявленной миссис Уилкис, однако заключён он по всем правилам, и расторгнуть его нет никакой возможности — если нет желания стать сквибом, разумеется. Так что…

— Что ж, — только и смог сказать по-настоящему шокированный всем услышанным Эдриан, — ситуация в высшей степени отвратительная, но нас действительно не касается. Жаль, что лорд Уилкис не сможет быть для нас полезным, однако я всё ещё намерен посодействовать Кариссе…

— Для неё лучше всего было бы просто уехать. Мортон перебрался в Бельгию и ничуть не жалеет. Если мисс Уилкис согласится, мой сын не откажется помочь ей устроиться.

— Боюсь, так просто решить эту проблему не получится, — улыбкой благодаря за предложение, Эдриан покачал головой. — Но спасибо.

— Не стоит. Кевин рассказал мне о ней немного — если у вас есть рычаги давления, их не помешает использовать, пока эта девушка не вышла в Косой переулок с палочкой наголо и не начала палить по магглорождённым. Терять-то ей нечего.

— Кстати, о магглорождённых. Лорд Уилкис точно за дочь боялся, а не за жену? Настроения Кариссы в отношении нечистокровных всем известны…

Альтаир развёл руками.

— Сложно сказать. Он сильно сдал, да и мисс Уилкис после Азкабана едва ли представляет опасность для кого-то, в то время как молодая миссис Уилкис полна сил и решимости любой ценой защитить своего ребёнка.

— Ваш внук же учился с Кариссой? — сообразил Эдриан и задумчиво нахмурился. — Быть может, обычного человеческого общения ей будет достаточно, чтобы выбросить из головы разрушительные идеи?

— Возможно, — без уверенности протянул Гамп и решительно кивнул: — Я предложу это внуку. Посмотрим, что из этого выйдет. Кстати, я слышал, пересмотр дел ваших друзей вот-вот начнётся?

Разговор перешёл на Визенгамот, затем на ситуацию с нехваткой кадров в ДМП и Аврорате, и Эдриан вспомнил про плиты для школы авроров, а потому распрощался — до встречи с Файверли хотелось закончить с этим вопросом…

* * *

Сокращение обвиняемых из числа министерских служащих, давшее небольшую передышку Визенгамоту, напомнило о других делах, так что в понедельник перед судьями предстали успевшие заждаться преступники, долгое время проведшие в камерах предварительного содержания при Аврорате.

Карманники, продавец поддельных зелий и пытавшийся с их помощью отравить жену мужчина — дела были ерундовыми и не представляли интереса. Но само заседание дало возможность рассмотреть недовольство на лице Дамблдора, а также повод подойти к лорду Яксли и без лишних реверансов договориться с ним о встрече этим же вечером.

Конечно, стоило сначала уточнить планы Берта, а не ставить его перед фактом, но хотя у них обоих было загруженное расписание, только у Эдриана была официальная работа и начальство. Дойдя до этой мысли, он хмыкнул и покачал головой: когда Лерой Эверард снизойдёт до того, чтобы лично контролировать работу своих подчинённых, в Запретном лесу вымрет последний единорог.

Вообще, неделя выдалась на удивление спокойной. В магическом мире будто не происходило ничего интересного, по крайней мере, в портальное управление никто не врывался с горящими глазами, требуя немедленной помощи, да и союзники словно позабыли о существовании лорда Нотта, позволив ему заниматься делами в соответствии с собственным пониманием их важности. И когда пятничным вечером камин вспыхнул зелёным пламенем, Эдриан был в прекрасном расположении духа.

— Занят? — спросил Малфой и, не дожидаясь ответа, махнул рукой. — Перемещайся ко мне, нужна твоя помощь.

И отключился, заставив раздражённо выдохнуть. Впрочем, Люциус был не из тех людей, кто вёл себя с друзьями подобным образом без веской причины, поэтому Эдриан проглотил комментарии и без лишних промедлений выполнил просьбу.

— И что случилось такого важного? — с усмешкой спросил он, выходя из пламени.

— Уолл нашёл строителей, что согласны работать в непонятном месте, но он не в курсе, пустит ли магглов твоя защита.

— Строителей… На участок, ты имеешь в виду? — Малфой сверкнул глазами, но Эдриан не проникся. — Объясни по-человечески! Чего я угадываю?

— Фестралы. Твой участок. Защита. Магглы. Конюшни.

— До чего же ты бываешь неприятным типом, — проворчал он. — Выпить хоть предложишь что-нибудь?

Люциус отчётливо скрипнул зубами, и стало понятно, что кто-то успел его изрядно достать.

— Люц, что с тобой? Ну если тебе полегчает — давай, взорвись.

Малфой душераздирающе уныло вздохнул.

— Извини. Ты прав. Идём. Виски? Чай?

— Чай. Что там с магглами? Это, случаем, не те магглы-строители, что у Фенрира работали?

— Кажется, те, — подтвердил Люциус, щелчком пальцев вызвав Добби. — Чай лорду Нотту. А это важно?

— Не то чтобы важно, но их работу я видел и могу оценить, так что это как минимум избавляет от вопросов, что за магглы и тому подобных. Но другие всё же остаются. Учитывая отдалённость местности, где они будут жить или как добираться? Об этом Уолден не подумал?

— Не поверишь, — вдруг улыбнулся Люциус, — подумал. Он уже добыл какой-то… не уверен, как это правильно называется: что-то вроде железной коробки, в ней кровати, печка, ещё что-то. Такие коробки магглы используют в качестве временного жилья при работе в отдалённых местах, куда проблематично добраться.

Эдриан ничего не понял, не разбираясь в маггловских реалиях, но на всякий случай кивнул.

— Как вы оперативно всё провернули!

— Заявки на сезон подаются первого сентября, так что… — Малфой развёл руками. — Дело за тобой.

— Магглоотталкивающие чары придётся снять, конечно, — протянул без удовольствия Эдриан, — а в остальном не вижу препятствий. Только что насчёт живности, которую Уолл решил оставить? Вряд ли магглы привычны к джарви или другим чисто магическим тварям.

— Это его забота, — отмахнулся Люциус и настойчиво спросил: — Так что, когда займёшься?

Настроение было хорошим, так что огрызаться не тянуло, но Эдриан всё-таки выразительно нахмурился.

— Как смогу — так и займусь. Ты когда об этом впервые заговорил? Зимой? А сейчас лето на исходе. Нужно было раньше шевелиться, а не требовать от меня теперь скорости. Я не джинн, Люц.

— Не начинай, — фыркнул тот и машинально сделал глоток из стоящей перед ним чашки. — Фу! Добби! Это что?

Домовик появился с прижатыми к голове ушами, но Эдриан вмешался раньше:

— Это чай, Люциус. Кажется, любимый сорт Нарциссы?

— Да, сэр, лорд Нотт, миссис Малфой приказала подавать этот чай хозяину. Добби заварил, как было приказано!

— Исчезни, — ледяным тоном приказал Люциус. Эдриан не удержался от смешка, и он недовольно посмотрел в ответ. — Ничего смешного. Цисси прекрасно известно, что я ненавижу этот сорт чая. «Чай»! Трава вонючая!

— Вы до сих пор цапаетесь в мелочах? — Тишина не смутила. — Не понимаю я, зачем ты упорствуешь. Вы живёте отдельно, едва выносите друг друга. У тебя есть Рита…

— Я сто раз уже говорил, Эд: Малфои не…

— Да-да, не разводятся, — перебил Эдриан и, одним глотком допив чай, который и ему не слишком-то нравился, поднялся, досадуя на себя за то, что поднял эту тему. — Пойду займусь делами.

— Не затягивай, — напутствовал Люциус в спину.

Хоть и были у него иные планы на этот вечер, просьба друга вынудила отложить их и заняться анализом защитных чар, что уже были наложены на участок, а также обдумыванием сокращения работы по переделке. Рушить то, что совсем недавно сам же построил, однозначно не хотелось, но без помощи магглов было не обойтись, а потому приходилось искать лазейки. Эдриан даже увлёкся изысканиями, а потому до последнего момента не слышал ни тихого звона сигнальных чар, ни рёва пламени в сработавшем камине, ни даже шагов, и лишь подрагивающий от волнения голос Берта вернул его в реальность.

— Эд, ты очень занят?

Одного взгляда на друга было достаточно, чтобы бросить расчёты и подняться из-за стола.

— Что случилось?! — испугался Эдриан. — Ты в порядке?

— Всё хорошо, — противореча словам всем своим видом, кивнул Берт, силясь улыбнуться.

— Что же это за «хорошо» такое, если тебя натурально трясёт! Садись и рассказывай! — он даже толкнул Берта в плечо, усаживая на диван, и, пару секунд посверлив взглядом, решительно позвал домовика и приказал принести коньяк.

— Бастиана устроила мне сюрприз, — наконец сообщил Берт. Покорно принял снифтер и, немного посмотрев на него, сделал глоток.

— Какой сюрприз? — поторопил Эдриан.

Берт поднял голову, по губам скользнула кривая улыбка…

— Завтра в три часа мы идёт знакомиться с её бабушкой.

В первое мгновение Эдриан не понял, что это всё, что Берт хотел сказать, и ждал продолжения. Несомненно, Галатея Вилкост умела внушить трепет, недаром в Хогвартсе её побаивались все ученики независимо от факультета и курса, однако несмотря на внешнюю строгость, она славилась справедливостью и непредвзятостью, что на первое место выводило уважение, а вовсе не страх. Иными словами, трястись перед встречей с этой пожилой ведьмой особых причин не было…

— Мерлин мой! — наконец-то осознал он истинный смысл слов Берта. — Басти созрела представить тебя семье?

Берт кивнул с таким обречённым видом, что стало смешно.

— Я не смог придумать повод отказаться. То есть повод у меня как раз есть, причём веский — мы же договаривались на эту субботу с Яксли! Но Басти просто отмела все возражения.

— И чего ты боишься? — без хождений вокруг да около прямо спросил Эдриан. — Бастиана от тебя без ума, ты её любишь, как бы ни прошла завтрашняя встреча с леди Вилкост, это ничего не изменит для вас, если только вы сами этого не захотите.

— Легко тебе говорить! — обиженно насупился Берт. — Басти любит бабушку, и если я ей не понравлюсь…

— А почему ты можешь ей не понравиться? — с улыбкой перебил он.

— Ну… Я не знаю. Все говорили, что профессор Вилкост не заводила любимчиков и была очень жёсткой…

— Это правда, — подтвердил Эдриан, продолжая улыбаться. — А ещё она была выше предрассудков, умела непредвзято оценивать людей, а также явно искренне любит внучку и не может не замечать, насколько та с тобой счастлива. Берт, дорогой мой друг, ты давно не Барти Крауч. Ты Альберт Макс — уважаемый мастер, к которому выстроилась очередь самых именитых волшебников нашей страны — настолько ты хорош в своём деле. Среди твоих друзей столько достойных магов, у тебя в должниках аж сам глава Аврората числится! Чего ты боишься?

Немного повеселевший Берт не собирался сдаваться так просто:

— Это так, но Бастиана могла бы найти партию и получше.

— Ага, могла бы, — хитро закивал Эдриан. — Ну-ка, приведи мне пример? — Берт замялся, и он ткнул в него пальцем. — Ты — лучшая партия!

Пару минут они помолчали, и лицо Берта постепенно разглаживалось, а из глаз исчезал страх, и когда стало ясно, что приступ паники прошёл, Эдриан вернул его в реальность:

— Так что с Яксли? Ты написал ему о переносе даты?

— Нет, я… — Берт смущённо потупился. — Прости.

— Ясно. Ты хоть с Бастианой поговорил — или сбежал сразу после озвучивания плана посещения леди Вилкост?

— Не сразу, — улыбнулся Берт. — На это моей выдержки хватило. Собственно, я ничуть не солгал, когда сказал, что мне срочно нужно увидеться с тобой для обсуждения изменения завтрашних планов.

— Действительно, — рассмеялся он, качая головой. — Я разберусь с Яксли, а ты не накручивай себя. Всё будет хорошо!

— Надеюсь… Я рассчитывал закончить с поместьем Максов к середине осени, но, кажется, придётся поторопиться.

Спокойный тон не обманул, Эдриан отлично понял, о чём говорит Берт, и улыбнулся шире:

— Вас никто не торопит с переездом, в конце концов, даже не идеальное поместье — это всё равно поместье.

Берт глубоко вздохнул и кивнул.

— Если завтра всё пройдёт нормально и леди Вилкост встретит меня благосклонно… Я сделаю Бастиане предложение.

— Не представляешь, как я рад это слышать! — искренне воскликнул Эдриан, поднялся и, когда Берт повторил движение, вставая, крепко его обнял. — Вы отличная пара, Берт!

16.7.23