Чистокровный спектр (джен)

Гобелен в Лестрейндж-холле подтвердил брак Весты с Регулусом и то, что эта ветвь семейного древа засохла. Глядя на серый лист с именем Альтаира Блэка и такой же мёртвый лист его сына Корвуса с годом рождения, Эдриан пытался понять, как Рабастан мог не знать кузена, тем более что они были ровесниками.

Сын Альтаира и Иоланты Трэверс должен был учиться в Хогвартсе в одно время с ними. Ладно, допустим, Блэки пошли против собственных вековых традиций и отправили ребёнка в другую школу или даже оставили на домашнем обучении. Но это не объясняло, почему никто о нём не слышал. Ни братья Лестрейндж, ни сёстры Блэк…

Из Лестрейндж-холла Эдриан аппарировал в коттедж Нарциссы — сейчас было не до соблюдения формальностей. Конечно же, она удивилась внезапному визиту, но едва поняв, о чём он спрашивает, натурально изумилась:

— В каком смысле кузен? Эди, разумеется, я знаю, что у дедушки Поллукса были кузены Арктурус, Ликорис и Регулус, но разве они не умерли в детстве?

Теперь пришла очередь Эдриана изумляться.

— Ты что, никогда не видела гобелен?

Нарцисса оскорблённо поджала губы, но вместо того, чтобы спорить, жестом указала на камин.

— Идём, убедишься своими глазами.

Возражать Эдриан не собирался — именно на такое развитие событий он и надеялся.

Дом Вальбурги с последнего визита не изменился, вышколенный домовик проводил их в гостиную, где хозяйка пила чай, и после обмена приветствиями Нарцисса, ничего не объясняя, попросила дозволения увидеть гобелен.

— Да на здоровье, — равнодушно махнула рукой миссис Блэк, не проявляя ни капли любопытства.

Наверное, стоило поинтересоваться, как она в свете ситуации с единственным сыном, но откровенно не хотелось. Вальбурга вынужденно согласилась пожертвовать Сириусом ради общих интересов — а если называть вещи своими именами, то подчиняясь решению главы семьи, — но смириться и принять это однозначно не было просто, и никакие вопросы неискренней поддержки её бы не утешили.

Гобелен Блэков Эдриану видеть раньше не доводилось, и он с интересом остановился посреди комнаты, поворачиваясь вокруг своей оси. И в Нотт-мэноре, и в Лестрейндж-холле, и в доме Малфоя гобелен занимал одну стену, на Гриммо же он покрывал все четыре стены помещения.

Пока Нотт осматривался, Нарцисса подошла к тому месту на гобелене, где было её собственное имя, и проследила за переплетением ветвей, ища Ликориса и Регулуса. И, найдя, вскрикнула, тут же прижав руку к губам и поворачиваясь к Нотту.

— Эди! Они оба умерли после моего рождения! Я могла с ними познакомиться… Но как же так…

Что на это сказать, он не знал, потому промолчал и тоже подошёл ближе к гобелену. Отличий от увиденного в Лестрейндж-холле не было. Регулус Блэк действительно был женат на Весте и имел сына Альтаира и внука Корвуса. Взгляд скользнул от Регулуса к брату, а от него к имени Патриции…

— Что-то в вашей семье произошло в начале века, — задумчиво протянул Эдриан в тяжёлой тишине. — Что-то, что раскололо Блэков. — Он посмотрел на расстроенную Нарциссу и пожал плечами. — Берт и Дариус не смогли ничего выяснить. Быть может, тебе поговорить с Финеасом? В конце концов, хотелось бы понимать, какие скелеты мы можем раскопать, выдавая Лестрейнджей за потомков одного из этих Блэков.

* * *

Разговор с Бертом не задался сразу — новой информации ни у одного из них за это время не появилось, а без чёткого понимания ситуации принимать окончательные решения было в корне неверно.

— Возможно, с урождённой Блэк Финеас будет откровеннее, — пересказав состоявшийся с Нарциссой разговор, развёл руками Эдриан. — И с лордом Трэверсом нужно всё обсудить до того, как давать ход делу.

— Как думаешь, он поможет?

— Даже гадать не возьмусь, я с ним дел не имел и практически ничего о нём не знаю.

Поговорив ещё немного, в том числе о дальнейших планах, они распрощались. Берт отправился домой, Эдриан же, своевременно вспомнив об утреннем письме, переместился в Малфой-мэнор и успел обсудить с Люциусом насущные дела до прихода Снейпа.

— Мистер Снейп к лорду Малфою, — пропищал незнакомый эльф, и мужчины замолчали, обратив взоры на дверь.

Снейп появился через две минуты. Простая чёрная мантия свободно развевалась при ходьбе, обычно тусклые волосы, сосульками обрамляющие лицо, были зачёсаны назад, открывая высокий лоб, и даже цвет лица больше не был землисто-серым.

— Хорошо выглядишь, — сам от себя не ожидая, вслух оценил внешний вид Снейпа Эдриан и замолчал, с удивлением наблюдая за тем, как вечно хмурый парень краснеет.

— Зато синевы под вашими, лорд Нотт, глазами хватит, чтобы все шторы Хогвартса перекрасить.

— Мерлина ради, Северус, тебе комплимент сделали, а ты огрызаешься, — осуждающе нахмурился Малфой, и тот привычно ссутулился, опуская голову и пряча взгляд. — Всё желание вести с тобой дела растворяется как лёд на солнце, как только вспоминаешь, насколько ты не умеешь себя вести.

Голова Снейпа опустилась ещё ниже, весь он как-то будто уменьшился, становясь ниже ростом и в профиль напоминая вопросительный знак. Эдриан поднял бровь, безмолвно спрашивая Люциуса, что дальше, и тот по-мальчишески подмигнул.

— Выкладывай уже, чего тебе надо, — равнодушно, но с намёком на недовольство приказал Малфой. — И садись уже, что, особое приглашение обязательно нужно?

Неласковый приём сбил спесь со Снейпа, тот мелкими шажками приблизился к стулу и медленно опустился на него, не спеша что-то говорить.

— Снейп, — позвал Эдриан и держал паузу до тех пор, пока тот не поднял наконец взгляд. — Не тяни время, нам, если ты сам не догадался, есть чем занять прекрасный субботний вечер.

— Возможно… Вам нужны услуги зельевара?

Тихий голос, неуверенный тон. Сиди перед ними кто угодно другой, вопросов бы не возникло. Но Снейп просить не умел да и не стал бы, постаравшись дождаться, пока к нему обратятся в поисках помощи — это приём манипуляции им был освоен в совершенстве.

— Смотря какого зельевара, — усмехнулся Эдриан, не столько догадавшись, сколько предположив, что такое поведение имеет под собой основание.

Глаза Снейпа сверкнули — он не успел спрятать взгляд.

— Как интересно, — подаваясь вперёд, протянул Люциус манерным тоном, который обычно жутко раздражал Эдриана, а в этот момент показавшийся самым подходящим. — И кто же твой протеже? Неужто ты возомнил себя способным давать кому-то рекомендации?

— Я успел зарекомендовать себя как достойный мастер, — оскорблённо вскинулся Снейп, наконец став самим собой. — Всё под мою ответственность!

— Мастер, — хмыкнул Эдриан. — У тебя хоть лицензия гильдейская есть, мастер?

Тот проигнорировал вопрос, что и было ответом.

— Выкладывай давай, — приказал Люциус, отбрасывая притворство. Играть как кошка с мышкой можно было и дальше, да только все присутствующие понимали, что Малфой не кошка, а мантикора, так что у мышки никаких шансов нет.

Снейп немного помялся… и выложил.

Когда Визенгамот отпустил Кариссу Уилкис и та прямым текстом высказала желание действовать, неплохо устроившиеся в послевоенном мире бывшие Пожиратели смерти заволновались. Но она больше не давала о себе знать, ничего не просила, и все постепенно не то чтобы успокоились… просто забыли о ней. Но девушка, разумеется, никуда не делась, по-прежнему нуждаясь в поддержке и, с учётом ситуации в семье, в банальных средствах существования.

Сил у неё после Азкабана было немного, здоровье было подорвано, и хотя лечебные зелья ей передали, для полного восстановления нужен был более длительный курс. Она бы и сама могла бы сварить себе зелья, да только в съёмном жилье, куда вынужденно перебралась, с этим было никак не справиться, не говоря уже о цене на некоторые ингредиенты. И пришлось наступить на горло гордости и обратиться к тому, кто мог помочь с самым необходимым — с зельями.

К Снейпу.

Письмо от сестры бывшего сокурсника, с которой был едва знаком, а точнее, которая едва замечала его существование все годы знакомства, Северуса удивило и напрягло, но Карисса то ли знала от брата, то ли помнила по школьным временам, то ли банально догадалась, как нужно вести себя с ним, поэтому вместо просьбы о помощи начала с угроз и требований.

Сейчас Снейп утверждал, что просто решил помочь — пусть метки у Кариссы не было, она была «своей», и Люциус с Эдрианом не стали на этом заострять внимание. Как бы то ни было, встреча состоялась и договорённость была достигнута.

— Кэр отличный зельевар. Я лично в этом убедился и ручаюсь за неё. Вы же понимаете, мне бывает трудно вырваться из Хогвартса…

— Давай начнём с малого, — переглянувшись с Малфоем, с усмешкой перебил Эдриан. — Сонное зелье нужно. Галлон-другой.

Снейп поперхнулся, вытаращив глаза, и сдерживать искреннюю реакцию Нотт не счёл нужным.

— Да, Снейп, я не оговорился. Тебя что-то смущает?

— Не моё дело, — бросив на Люциуса быстрый взгляд, помотал головой тот, но всё же спросил: — Концентрат вас, как я понимаю, не устроит?

— В отличие от тебя, — уколол Эдриан, — я вполне могу признать, что чего-то не знаю, потому… Не знаю. Мне нужно усыпить стадо… стаю… Дьявол!

— Размер?

— Разный, — хмыкнул он и закатил глаза. — Видимо, без очередной клятвы не обойтись.

Снейп обречённо кивнул, но теперь даже в глубине глаз не проглядывало сопротивление: после стольких клятв пришло смирение.

* * *

Обговорив дела и расспросив относительно настроя Кариссы, успокоенные Люциус и Эдриан простились со Снейпом и, переглянувшись, рассмеялись.

— Наш мальчик вырос, девочками стал интересоваться, — издевательски пропел Малфой. — У этой девчонки явно в голове огромные лукотрусы, раз ей Снейп приглянулся, но для нас это может быть весьма полезно.

— А то, что она равнялась на Беллу, тебя не убедило в её оторванности от реальности? Но ты прав, Снейп трус и неприятностей не ищет, значит, можно надеяться, что под его присмотром мисс Уилкис ни в какие опасные авантюры не полезет и на магглов охотиться не пойдёт. А сам Снейп, может, наконец вкус к жизни почувствует…

— Да и его верность окрепнет, — продолжил Люциус. — Карисса, даром что метки не имеет, игру на два фронта не оценит и правильные мысли в его голову вложит.

— А смысл от тех мыслей? От Дамблдора куда он денется?

— Может, старик его и крепко держит, но Снейп не трепыхался, пока ему терять было нечего — плыл по течению, делая то, что от него ждали. А теперь у него стимул жить будет.

— Давай всё же так далеко не загадывать, — остудил запал Эдриан. — То, что Снейп помылся и стал выглядеть не как бродяжка, живущий в Запретном лесу, ещё не значит, что у них с Кариссой что-то выйдет.

— Ой, брось! Она его зацепила, так что дальше уже неважно, что и как будет, Снейп собственными руками крючок в себя загонит и повесится на нём. И нам это может быть выгодно.

— Чтобы он повесился? — развеселился Эдриан.

Малфой осуждающе фыркнул.

— Чтобы он влюбился в кого-то вроде Уилкис. Ради равнодушной грязнокровки он вон сколько дел наворотил, представь, на что Снейп будет способен ради неравнодушной девушки? Ладно, Мордред с ним. Леди Боунс вчера заходила за Сьюзен и пыталась завуалированно узнать, не надумал ли я сдавать наших в обмен на амнистию.

— И что ты сказал? — поинтересовался Эдриан.

— Ну а что я мог сказать? Что не нуждаюсь в амнистии, потому как действовал под Империусом и все мои «преступления» уже были рассмотрены Визенгамотом и обвинения с меня сняли. Она быстро отступилась, как-то это подозрительно.

— Кстати, о подозрительном. Надо было Снейпу ещё и веритасерума заказать.

— Зачем? У меня есть…

— Ты в курсе, что организм быстро перестаёт на него реагировать?

— В каком смысле? — удивился тот.

— Амелия проговорилась. Если часто поить им допрашиваемого, в какой-то момент сыворотка правды перестаёт действовать.

— Серьёзно?! — вскричал Малфой, даже привстав от волнения. — Эд!..

— Ага, надо бы попить на всякий случай, — улыбнулся тот. — Ладно, важное обсудили, повеселились за Снейпов счёт, можно и отдохнуть.

— Выпьешь со мной?

— Прости, но говоря про отдых, я подразумевал не твою компанию.

На лице Люциуса в первую секунду отразилась обида, однако он быстро прогнал это выражение и вкрадчиво уточнил:

— Могу ли я узнать, чью тогда?

— Люц…

— Ты мне год голову морочишь, Нотт! — теперь уже с настоящей обидой воскликнул тот, а заметив на лице друга удивление, быстро трансформировавшееся в смущение, даже голос повысил: — Ну неужели я не заслуживаю даже капли доверия!

— Прости, Люц, — быстро произнёс Эдриан, растерявшийся от этих слов. Малфой давно не интересовался его личной жизнью, казалось, он устал от однообразных ответов… Вот только после расставания с Нарциссой прошли месяцы, у него уже была другая девушка, и отношения с ней развивались в верном направлении… — Правда, прости. Дело вовсе не в недоверии, клянусь тебе.

— Да ну тебя!

— Что ты хочешь знать? — решительно произнёс он, прямо глядя в лицо Люциуса. — Спрашивай.

— Да ничего я не хочу знать, — пробурчал тот. — Твоя личная жизнь — это твоё личное дело. Я просто не понимаю, почему ты её так тщательно скрываешь.

— Поначалу — потому что говорить было не о чём. Ну понравилась мне девушка, так и что? Потом — потому что было непонятно, выльется ли эта симпатия во что-то большее. А сейчас… Если откровенно… Метка, Люциус. Это не маггла, которой просто можно стереть память, понимаешь? Я боюсь, что, увидев метку, она разочаруется во мне — и это самый благоприятный сценарий. Потому что моя репутация — ты и сам знаешь, что рисковать репутацией я не имею права, тем более сейчас, на финишной прямой. Так что если с моей личной жизнью всё не сложится, мало того, что мне будет чертовски обидно, понимание, что о крахе моих надежд знает ещё кто-то, сделает ситуацию откровенно невыносимой.

— Я не кто-то ещё, — пробурчал Малфой. — Ладно, я понял тебя. Больше никаких вопросов.

Эдриан знал, что если сейчас промолчит, Люциус действительно оставит попытки узнать что-то о его личной жизни. Однако сочтёт это за проявление недоверия и… станет меньше доверять сам. И потому хоть и не хотел посвящать в личную жизнь никого, дальше отмалчиваться было нельзя.

— Её зовут Файверли. Файверли Стамп. Она подруга Бастианы…

В итоге Эдриан задержался в Малфой-мэноре намного дольше, чем планировал, и на встречу к Файверли отправился поздно. Не то чтобы они куда-то опаздывали, конечно, но потерянного времени было откровенно жаль.

* * *

Очередная птичка, малфоевскими стараниями приобретённая для питомника, оказалась умнее сородичей и сумела ускользнуть из огороженного чарами загона, так что воскресный день пришлось посвятить сначала ловле ловко избегающего поимки диринара, а затем поиску бреши в защите, и когда начало смеркаться, лишённый обеда Эдриан пребывал не в лучшем расположении духа.

— Эд, а как ты смотришь на то, чтобы в Уэльс чужие заглядывали? — издалека начал МакНейр, принимавший самое деятельное участие в беготне за беглянкой и уставший не меньше Нотта. — Магглы почти закончили, ещё неделя — и от них можно избавляться, значит, крапов я перемещу туда, но… покупатели же хотят сами пса выбрать…

— Тебе благословение или порт-ключи надо? — с усмешкой перебил Эдриан.

— И то и другое, — открыто улыбнулся Уолден. — Тебе я сам щенка выбрал, уж извини, а со взрослыми магами такое самоуправство не прокатит.

— Кстати, да, где наша собачка? Эди с Тео каждый день спрашивают, когда уже получат пса.

— К октябрю, — невозмутимо ответил МакНейр. — Я же должен быть уверен, что можно к детям пускать животное. Так что?

— В ближайший десяток лет Уэльс меня не интересует. Фестралы, крапы — никаких проблем, что нужно, то и делай. Порт-ключи я сделаю, но проходной двор всё же устраивать не стоит.

— Само собой! А монстры твои?

— Сонное зелье я Снейпу заказал, как будет — так и можно перемещать. Хотя хорошо, что ты напомнил. Пойдём-ка, друг мой, посмотрим на тех монстров — мне же надо понимать, под кого порт-ключ зачаровывать…

21.1.24