Чистокровный спектр (джен)

Формальности, в том числе зачитывание многостраничных обвинений против Джорджа и Джорджии Ли, заняли много времени, так что заскучать успели как судьи, так и обвиняемые. Эдриан не вслушивался, зная, что и в восьмидесятом грехов на этой семейке было как блох на шелудивом псе. Смысл пересмотра их дел вовсе ускользнул от его понимания. Ли не отрицали вину, свидетелей их преступлений было вдоволь — как и Белла, они пренебрегали масками во время рейдов, — а телами погибших от их рук магов и магглов можно было бы завалить чуть ли не весь зал суда. Ну так и зачем тратить время на этих чудовищ?..

«Затем, что для мирных обывателей все твои друзья — чудовища. Боунс последовательна в своих действиях, смирись… и порадуйся», — мысленно вздохнул Эдриан и заставил себя заняться рабочими расчётами, вполуха слушая диалоги и запрещая себе пялиться на Ли.

К трём часам судьи явственно зашевелились, давая понять, что устали, и брови Боунс сошлись над переносицей. Преступления Блэка были многочисленнее просто потому, что Эйвери притянул его к десяткам операций, так что по совокупности они, конечно, тянули на гигантский срок, но каждое по отдельности, в среднем, не превышало десятилетнего заключения. Ли же за каждую строку в списке обвинений можно было приговариваться к поцелую дементора.

В качестве свидетелей в суд были вызваны Грюм и Вессон — непосредственные участники охоты на Ли и их поимки, — и после их показаний продолжение слушания утратило смысл.

— Что?! — раздражённо воскликнула Боунс через пару минут после того, как Грюм закончил выступать.

Эдриан перевёл взгляд на сектор либералов, увидев подаваемые ей Лонгботтомом с судейской скамьи знаки.

— Лично мне всё более чем очевидно, — поднялся тот. — Коллеги? Я считаю, можно голосовать.

Боунс замешкалась на мгновение, но со всех сторон послышались одобрительные реплики, судьи кивали, и с возражениями она не нашлась.

Поднимая палочку вместе с другими судьями, голосуя за виновность Ли, Эдриан думал о побеге. Медальон уже был в Азкабане, однако внезапная смерть… План был известен Лестрейнджам, так что оба уже некоторое время изображали недомогание и слабость, вот только охрана не так уж внимательно относилась к узникам, чтобы заметить ухудшение, а патруль был в ведении дементоров, так что смерть могла показаться именно внезапной.

— …к поцелую дементора, — завершила оглашение вердикта Боунс, и оба Ли попытались вскочить на ноги. — Охрана!

Заключённых быстро утихомирили и увели из зала, Боунс быстро произнесла стандартную формулировку, что приговор будет приведён в исполнение после окончания пересмотра всех связанных дел, и судьи наконец начали подниматься со своих мест.

Пропустив несколько человек, Эдриан тоже вышел в коридор и тут же был остановлен подпиравшим стену Грюмом.

— Нотт, поговорить бы.

Он доброжелательно кивнул, сумев не поддаться паранойе, и они тоже двинулись к лифтам. Кто-то из судей вполголоса переговаривался впереди, навстречу шёл мужчина в тёмной магии…

А затем всё резко изменилось.

Мужчина выхватил палочку и с невнятным криком бросился на судей. Грюм успел оттолкнуть с линии огня Марчбэнкс, поставил щит… А вот банальный кинжал не учёл.

Резкие испуганные восклицания и слитные парализаторы могущественных магов, конечно, остановили нападающего, но позже, чем было нужно.

— Аластор? — ещё не поняв, отчего Грюм, в которого не попало ни одного заклинания, оседает на пол, Эдриан подхватил его под локоть… и ощутил тёплую влагу. На тёмной одежде кровь не было видно, зато на пальцах — ещё как. Непечатно выругавшись, лорд Нотт жестом отстранил пытающегося помочь Хиллиарда и, презрев все щитовые чары, аппарировал в Мунго.

Проклятия, отравления, неудачная трансфигурация или расщеп — с чисто магическими недугами всё было понятно, а вот куда обращаться с ножевым ранением, Эдриан не имел представления, а потому переместился к стойке привет-ведьмы и, невежливо растолкав нуждающихся во внимании пострадавших, рявкнул во всю силу лёгких:

— Сметвика сюда! Живо!

Испуганная девочка шлёпнулась обратно на стул и, не посмев возразить ни словом, ни взглядом, тут же передала требование по зачарованному селектору.

— Это кто тут такой нетерпеливый… — недовольно начал Сметвик, появляясь по прошествии минуты. Но, увидев Нотта и Грюма, тон сменил и шаг ускорил. — Что у нас тут? — спросил, уже выписывая палочкой неизвестные вензеля диагностики.

— Ножевое. Может, яд, — кратко отчитался Эдриан. — Таким молчаливым я Аластора ещё не видел, но он в сознании.

— Херово, — прохрипел Грюм, сильнее повисая на руке Нотта, будто ноги его не держали.

— Да уж догадался, что не из праздного желания покуситься на мой редчайший чайный сбор вы заявились, — съязвил Сметвик и кивнул Нотту: — Дело серьёзное, молодец, что поспешил. Дальше я сам.

— Сову пришлёте?

— Поручу кому-нибудь, — отмахнулся тот, подхватывая закряхтевшего Грюма чарами. — Всё, валите, лорд Нотт, мне тут работы навалили на коврик.

Постояв с минуту посреди приёмного зала Мунго, Эдриан невербально очистил руки и одежду от крови, поморщился и переместился в Атриум.

Конечно, медлить в той ситуации было недопустимо, да и Сметвик подтвердил, что счёт шёл на минуты, но всё же вот так аппарировать с самого защищённого уровня Министерства на глазах пары десятков судей Визенгамота?.. С другой стороны, кто из них не знал о могуществе Нотта? Но знать — это одно, а вот так получить подтверждение…

«К Мордреду!» — поставил точку в размышлениях Эдриан и решительно вошёл в лифт.

После нападения прошло не более трёх минут, а значит, ситуация на десятом уровне не могла сильно измениться и кто-то да ответит на его вопросы.

— Эдриан! — сразу же бросилась к нему Боунс.

— Грюм у Сметвика, никакой информации о серьёзности ранения пока нет, — тут же отчитался он, избавляя Амелию от необходимости задавать вопросы. — Кто этот человек и какого дьявола он напал?

— Я помню его. Да вы тоже должны помнить, — Лонгботтом посмотрел на других судей. — Ли убили его детей. В восемьдесят первом он ходил на все заседания и требовал вместе с родителями отправить в Азкабан и их сына. Видимо, он каким-то образом узнал о пересмотре, испугался, что мы решим их отпустить, и… Вот, — развёл руками Лонгботтом, утративший знатную долю заносчивости по мере проговаривания фактов.

Эдриан поискал взглядом нападающего, и Боунс сухо пояснила:

— Петрификус от шести сильных магов — он умер мгновенно, сердце не выдержало.

— Ясно. — Тело лежало за спинами группы магов и не было видно. Говорить было не о чем. — Что ж…

— Дело ясное, — подхватила Амелия. — Вы все можете быть свободны.

— Это ужасно!

— То, как легко этот человек нас подстерёг…

Реплики коллег заставили задуматься, однако мысль не успела сформулироваться.

— Нотт, мы знаем про аварийные порт-ключи для Аврората… Вы не могли бы снабдить такими и нас?

— Лорд Уоррингтон, двери моего управления всегда открыты.

— Хотелось бы получить более… Менее унифицированное изделие, — доверительно взял его под руку Грант Уоррингтон, и Эдриан со сдержанной улыбкой кивнул:

— Заходите, сэр, я постараюсь помочь.

* * *

Что не только лорд Уоррингтон решит воспользоваться приглашением, Эдриан не сомневался, но надеялся, что это произойдёт не сегодня, а потому заглянул на полчаса в управление и окончательно покинул Министерство. По-хорошему, ему нечего было делать в Мунго, Грюм не был ему родственником да и Сметвик обещал уведомить о состоянии его здоровья… И всё же хотелось убедиться, что Аластор в порядке.

Первый же целитель, встреченный в коридоре, сообщил, что Сметвик у себя в кабинете — то есть не с пациентом.

— Ещё раз здравствуйте, — постучав и получив разрешение войти, Эдриан вошёл в кабинет.

— Почему ещё раз? Не припомню, чтобы мы здоровались.

Эдриан смутился.

— Прошу прощения…

— Да бросьте, лорд Нотт! — отмахнулся тот с усмешкой. — Ненавижу все эти расшаркивания в критический момент. Вот сейчас никто не ранен и не истекает кровью — можно и формальности соблюсти.

— Тоже верно. — Грубоватая манера могла шокировать, но почему-то импонировала. Может, верной расстановкой приоритетов, Эдриан не знал точно, но легко принимал установленные в Мунго правила. — Как Грюм?

— Жить будет. Благодаря вам. Была задета важная артерия, внутреннее кровотечение было сильным, плюс вы верно предположили яд… Что случилось-то?

— Недовольный деятельностью Визенгамота человек решил взять правосудие в свои руки, Аластор встал на его пути.

— Понятно, — закатил Сметвик глаза. — Его к нам доставили?

— Шесть парализаторов от судей — леди Боунс сказала, он умер мгновенно.

— Логично. Что ж, правосудие его настигло.

— Сэр, могу я задать довольно-таки странный вопрос?

— Наконец-то, — фыркнул Сметвик. — А я всё ждал, когда же вы озвучите истинную причину визита.

— Истинная причина — беспокойство за друга. Однако этот вопрос давно не даёт мне покоя, да только повода задать его не представлялось.

— Ну давайте. Я вам даже чая своего налью — предчувствую что-то интересное. Но если поступит срочный вызов — уж не обессудьте, Нотт…

— Само собой, — понимающе кивнул тот и занял место напротив Сметвика. — Видите ли, какое дело…

* * *

В Мунго было спокойно, никто не рвался в кабинет, и Эдриан смог последовательно изложить все мысли относительно необъяснимого сокращения продолжительности жизни британских магов. Сметвик не перебивал и слушал внимательно, и чем дольше говорил Эдриан, тем мрачнее становилось выражение его лица.

— Блэк в курсе этого? — резко спросил он, когда Эдриан замолчал.

— Леди Блэк?..

— Андромеда Блэк.

— Оу, — чуть растерялся Нотт, — полагаю, да, этот вопрос мы обсуждали с леди Блэк и…

— Почему раньше не пришли? — с досадой протянул Сметвик, поморщившись. — Блэк намекала, но я, признаться, не понял её, только сейчас вот догадался.

— Не с чем идти же, — развёл Эдриан руками. — Ничем не подтверждённая теория…

— А проклятие на леди Блэк? — перебил целитель и снова поморщился. — Наши снобы считают зазорным обращаться за помощью туда же, куда и магглокровки, всё носятся с семейными целителями. Да только прописать зелье от простуды или принять роды — это ой как отличается от того, чем у нас тут занимаются. По-хорошему, всех бы проверить, да только кто же санкционирует подобное? Только паники нам и не хватает!

— А если… — Эдриан замолчал и уставился в окно.

— Если?.. — поторопил целитель.

— Это прозвучит странно или даже… — нерешительно начал он и был перебит:

— Да говорите уже как есть!

— Отравить всех, — со вздохом озвучил пришедшую в голову мысль Эдриан.

Вспомнился рассказал о «подвигах» Снейпа, перетравившего сотни магглов в попытках отпугнуть их от магического источника по приказу Лорда⁽¹⁾.

— Добавить в воду или в воздух что-то неопасное, но вызывающее тревожные симптомы, чтобы маги сами пришли за помощью — а там под видом лечения и проверять каждого.

— Вы хоть представляете… — начал Сметвик и сам себя перебил: — Идея рабочая, но…

— Но жуткая, — невесело улыбнулся Эдриан и поднялся. — Пищу для размышлений я вам дал, так размышляйте. Спасибо за чай. Могу я навестить Грюма?

— Он спит и до вечера не проснётся, — машинально ответил Сметвик и тоже поднялся. — С Блэк вы снимали проклятие?

Намёк был прозрачен — раз Андромеде помог, то в проклятиях разбирается в разы лучше всех остальных вместе взятых, а значит, и с текущей ситуацией сможет справиться.

Но Эдриан помотал головой:

— Участвовал в качестве силовой поддержки. Расчёты ритуалов, зелья — это не моё.

— Я хочу поговорить с тем, «чьё» это.

— Не уверен, что это желание будет взаимно, но я передам.

— Клятву целителя я дам, — отмёл возражения Сметвик и протянул руку.

— Я передам, — отвечая на крепкое пожатие, твёрдо пообещал Эдриан и наконец покинул кабинет, а затем и Мунго.

* * *

Визит Кассиопеи прошёл буднично. Гобелен, созданный ей во времена молодости и по сей день показывающий всех чистокровных британских магов, подтвердил то, что они уже и так знали: Альтаир и Корвус Блэк были мертвы, а вот распространились ли на этот гобелен чары сокрытия, без которых не обошлось и у Нотта, и у Лестрейнджей, и у Трэверса — разобраться не удалось. Кассиопея была задумчива и не расположена вести светские беседы, без эмоций уверила, что не имеет ничего против повторного вердикта в отношении Сириуса, хоть и намерена поспособствовать его переводу в Мунго, и кратко сообщила, что выбранный ей в качестве будущего главы рода Эйдан до сих пор её не разочаровал.

Воспользовавшись случаем, Эдриан попытался было расспросить леди Блэк о Патриции Нотт, но та лишь зыркнула, снова давая понять, что обсуждать свои взаимоотношения с членами его семьи не намерена, и резко напомнила про обещание вскрыть Блэк-хаус, после чего с идеально прямой спиной удалилась.

Вредная старуха испортила настроение, и без того балансирующее на грани нормы после погружения в воспоминания о Ли, и Эдриан решил, что незачем ему страдать в одиночестве, и написал Малфою вопреки просьбе оставить того в покое. Пересказал последние события и переложил на него решение вопроса с Каркаровым: до событий восемьдесят первого Люциус неплохо ладил с Игорем, а потому ему было бы проще добиться расположения предателя, опасающегося за свою шкуру.

Встреча с Ли никак не отпускала. Вроде уже всё было позади, Джордж и Джорджия ничего не сказали о бывших соратниках, не назвали никаких имён, даже когда был шанс отомстить всем, кто по их мнению предал общее дело, они промолчали… После приговора о Ли можно было окончательно забыть, опасность миновала, однако выбросить мысли из головы не удавалось. Хотелось обсудить ситуацию, поделиться страхами, но Люциус был далеко, напоминать Квентину о едва не убивших его людях казалось некрасивым, Берт с Ли почти не пересекался, а с Карсоном Эдриан не был настолько близок, чтобы откровенничать. И потому после ужина Эдриан направился к камину, намереваясь связаться с Файверли и завершить день на позитивной ноте… Но едва потянулся к чаше с порохом, как в кармане нагрелась связующая пластина — Фенрир просил о встрече. Надеясь, что дело не займёт много времени, он черкнул записку для Фай, обещая прибыть позднее, и аппарировал в Девон.

16.6.24

1) Глава 20.

Вернуться к тексту