Чистокровный спектр (джен)

Час на свежем воздухе прочистил мысли, и он наконец почувствовал, что готов встретиться с детьми.

Приведя себя в порядок, Эдриан спустился в гостиную и от Лаки узнал, что Давина целый день не выходила из своей комнаты, отказавшись спускаться не только к завтраку и обеду, но и вообще общаться с кем бы то ни было. Вздохнув, он отправил домовика к дочери с сообщением, что ждёт её в кабинете, и обратил взор на Эди.

И Давина, и Эди вчера узнали, что Эдриан им не отец, но восприняли новости по-разному. Эди вёл себя как обычно, был улыбчив, и, на первый взгляд, могло показаться, что с ним всё в полном порядке. Вот только Эдриан был не из тех родителей, кто удовлетворяется показушностью.

— Эди, — позвал он, и сразу не заметившие его появление дети резко обернулись на голос. — Привет, — поздоровался он со всеми и, выслушав нестройный ответ, повторил: — Эди, подойди.

Тот сразу поднялся со шкуры громамонта, но чем ближе подходил, тем менее уверенно выглядел и тем медленнее становился его шаг.

— Привет, — наконец тихо поздоровался он, смотря в пол.

— Пойдём, сынок. Вижу, ты не до конца поверил моим словам. — Мальчик покачал головой, но промолчал и покорно двинулся следом. — Эди, для нас ничего не изменилось, ты это понимаешь? Как и вчера, и позавчера, и неделю назад — ты мой сын.

— Но я ведь не твой сын.

— Мой. Конечно же мой! — твёрдо и без улыбки опроверг Эдриан и, усадив Эди напротив, продолжил: — Знаешь, в чём разница между тобой и Теодором? Тебе придётся пойти в Хогвартс под своей настоящей фамилией. Ну и ты не пространственник, хотя в семьях не редкость, чтобы дети рождались без семейного дара. Взять хотя бы Маркуса. Он ведь младший, но его братья — самые обычные волшебники, а Марк унаследовал способности, которые передавались в семье поколениями.

— Но все узнают, что я не твой сын…

— Ну и что? — нарочито не понял сути проблемы Эдриан. — Во-первых, ты мой сын, и ничто этого не изменит. Не по крови — да, но я тебя растил, поэтому ты мой сын.

— А мой отец… — нерешительно подал голос Эди, смотря на сцепленные в замок руки.

— Я плохо его знал, — признался Эдриан. — А вот папа Маркуса с ним дружил. — Эди помрачнел, не горя желанием общаться с кем-то взрослым, и Эдриан чуть улыбнулся. — И когда ты будешь готов, Квентин с удовольствием тебе о нём расскажет.

Эди обдумал услышанное, после чего наконец поднял голову, но спросил о другом:

— А тот мужчина… Он заберёт Давину?

Улыбка покинула лицо Эдриана. Немного подумав, он вздохнул и честно сказал:

— Я не знаю, сынок. Он её отец, он любит её и, конечно же, хочет быть рядом с ней, но…

— Но? — ухватился за надежду Эди.

— Но всё очень сложно.

— Я пойму, пап, скажи!

— Я и сам ещё не всё понимаю, — взлохматив ему волосы, грустно улыбнулся Эдриан. — Я не хочу отпускать Давину, она ведь моя дочь, я люблю её. Но, к сожалению, не всё зависит от наших желаний. В любом случае, пока Давина останется дома, а если какие-то перемены и произойдут, она не перестанет быть нашей Давиной.

Эди непонимающе смотрел на него почти минуту, осмысляя сказанное, после чего с затаённой надеждой спросил:

— Значит, мы всё равно сможем общаться?

— Ну конечно, Эди! — всплеснул руками Эдриан, только сейчас поняв, что на самом деле волновало сына. — Конечно же мы будем общаться. На этот счёт можешь быть спокоен.

— Хорошо… Тогда хорошо. Я могу вернуться к Тео? Мы делали домашнее задание…

— Кушать ещё не хотите?

Эди помотал головой и ушёл, и Эдриан не стал его останавливать. Всё было не так плохо, как можно было опасаться. Конечно, шокирующие новости не могли пройти бесследно, наверняка в следующие недели или месяцы у Эди ещё не раз возникнут сомнения в будущем и отношениях с Ноттами, но он был спокойным ребёнком, и Эдриан надеялся, что такими вот разговорами сможет справиться с причинённой правдой травмой и убедить сына, что всё будет в порядке.

А вот с Давиной…

Она появилась на пороге кабинета через пятнадцать минут. Хмурая, с покрасневшими глазами и по-блэковски поджатыми губами и, не глядя на Эдриана, буркнула приветствия, усаживаясь на диван.

— Почему ты злишься? — вместо банальности о настроении, которое точно не могло быть хорошим, задал неожиданный вопрос он. Давина явственно растерялась. — Вчера ты узнала правду и, конечно же, расстроилась. Но почему ты злишься, Ди? И почему заперлась в своей комнате? Мальчики волновались за тебя и скучали…

— Они мне не братья!

Он ждал такого ответа, потому без запинки возразил:

— И что? Маркус тоже тебе не брат, разве дружить с ним всё это время было менее интересно из-за того, что у вас нет общей крови? — У Давины даже рот приоткрылся от удивления, и Эдриан продолжил: — Тебе больно, мы все это понимаем и очень сочувствуем тебе, но никто не виноват в том, как сложились обстоятельства. Ты можешь грустить, это нормально, но злиться? Ты злишься на меня? А можешь сказать, за что? Что, по-твоему, я сделал неправильно?

Давина молчала, в её глазах собирались слёзы.

— Я знаю, что у тебя много вопросов. И постараюсь на них ответить, но… Давина, хочешь узнать, как так получилось, что ты — здесь? — Её глаза сверкнули, но лишь на мгновение, и Ди снова опустила голову и промолчала. Но Эдриан и так знал, что начать нужно именно с этого. — О том, что тогда происходило в мире, мы поговорим в другой раз, сейчас же я скажу тебе вот что. Твой отец хотел тебя защитить и попросил меня сделать для тебя порт-ключ — чтобы в случае опасности ты переместилась в Нотт-мэнор. И когда опасная ситуация случилась, ты тотчас же оказалась здесь. А вот у твоих родителей порт-ключа не было, поэтому они спастись не смогли. Я не мог даже надеяться, что когда-нибудь ты снова увидишь своего родного отца, поэтому растил тебя как свою дочь. Ты думаешь, скажи я сразу, что ты нам по крови не родная, тебе было бы лучше? Разве я был тебе плохим отцом? Разве Теодор с Эди были тебе плохими братьями?..

Давина не выдержала, разрыдалась и бросилась Эдриану на шею. Крепко прижимая к себе дочь, он гладил её по волосам и думал о том, что теперь есть надежда справиться с ситуацией с меньшими потерями. Эмоции, накапливаемые внутри, могли в любой момент взорваться, и он боялся этого. Тихие слезы не давали облегчения, зато рыдания были именно тем, в чём Давина сейчас по-настоящему нуждалась.

* * *

После тихого ужина Эдриан снова занялся делами — Малфой грозился во вторник передать координаты, так что стоило потратить время с умом и подготовиться: мало ли что ещё произойдёт — и удивился, увидев на пороге кабинета Нарциссу, о встрече с которой забыл.

— Привет, — открыто улыбнулась она, без приглашения устраиваясь в гостевом кресле, — как дела?

— Если честно, ужасно, — усмехнулся он в ответ, откладывая основу для порт-ключа. — Но пока я не готов к долгим разговорам, так что давай сразу к делу. Что там с Уизли? Порт-ключ нужен?

— Да, в дом миссис Уизли, — легко уступила Нарцисса, хотя взгляд потяжелел. — Защита на доме довольно слабая, но есть, да и непонятно, что с магией ребёнка: о проклятии пока ничего не известно, лучше не рисковать. Я говорила с Миленой и… Мальчик ни в кнат не ставит родителей и намерен сбежать знакомиться с бабушкой, дядей и кузеном.

Она откинулась на спинку кресла и, зная, что Эдриану не помешает болтовня, принялась рассказывать о том, как развивалось знакомство Цедреллы и Дариуса с Чипом Уизли. Ничего нового Эдриан не узнал, обо всём этом ему уже рассказал Ник, пусть и без подробностей, но сама ситуация, конечно, не могла не удивлять.

— Я Маркуса попросил держать меня в курсе, — закончив с порт-ключом, усмехнулся Эдриан. — На случай, если кто-то из детей захочет тихонько сбежать куда-то. В гости, в Лондон, в Запретный лес… Боюсь узнать, что может придумать Давина и на что хватит фантазии Теодора. При всём неуважении к Артуру Уизли, исчезнувший ребёнок — такого я бы и врагу не пожелал.

— Да мы все слегка в шоке от той лёгкости, с которой Чип согласился отправиться неизвестно куда неизвестно к кому да ещё и наврав как родителям, так и профессорам, — осуждающе закатила глаза Нарцисса и вдруг хихикнула. — Как представлю лица МакГонагалл и Дамблдора, когда они обнаружат пропажу одного из учеников…

— Так он на все каникулы собрался к Цедрелле?

— Вроде бы нет, — протянула Нарцисса, задумавшись. — Порт-ключ многоразовый, я думаю, речь о дневных визитах. На каникулах, сам знаешь, никто особо за учениками не следит, а Чип, как я поняла, вообще любитель где-нибудь пропасть на целый день — то в Запретный лес сбежит, то в теплицы проберётся… Милена не вдавалась в детали, просто рассказывала, что узнала из писем мальчика… Ну и призналась, что смущается опять просить тебя о помощи… Они прекрасно понимают, что нам нет дела до их родственников-Уизли. — Она замолчала и совсем иным тоном спросила: — Эди, что у тебя случилось? Я же вижу, ты словно не здесь.

— Я скажу, но сейчас обсуждать мы это не будем, ладно? — он выразительно посмотрел на Нарциссу, транслируя серьёзность слов. Пусть они были вместе меньше года, та очень хорошо его знала. Да и не собирался он скрывать от неё произошедшее, в конце концов, она была родной тётей Давины и потому имела право всё узнать. Но не сейчас.

— Ладно, — покладисто кивнула она.

— Я серьёзно, Цисси. Помимо того, что не хочу, так ещё и времени нет на обсуждение. Потом — поговорим и всё обсудим, но здесь и сейчас я расскажу лишь при обещании, что ты не станешь ничего спрашивать.

Лицо Нарциссы застыло маской.

— Ты меня пугаешь… — начала она, запнулась и деловым тоном закончила: — Хорошо, Эди, я поняла. Обещаю ничего не спрашивать.

— Рудольфус сказал Давине, что он её отец.

Нарцисса ахнула, вскочила… и замерла.

— Ты ужасный человек! — наставив на него указательный палец, резюмировала она. — Ты хоть понимаешь… — Шумно выдохнула и недовольно нахмурилась. — Но раз я обещала… Мордреда ради, Эди! Нельзя говорить такое и запрещать вопросы!

Он усмехнулся и покачал головой.

— Ты сама всё понимаешь, Цисси. Всё сложно. Подумай об этом, а поговорим позже.

— Кто в курсе?

— Никто. Мэддисон, — исправился он сразу. — Без ментальных артефактов детей пришлось изолировать, но я же не мог Маркуса запереть в Нотт-мэноре без объяснений…

— Понимаю… Я поговорю с Люциусом. У Драко есть артефакт, но пока сын не способен выдать никаких тайн и не бывает нигде, кроме твоего дома, думаю, Люциус согласится одолжить… Да и у Лестрейнджей наверняка есть ментальные артефакты, им пока они не пригодятся…

— С Принцем я уже связался, но, разумеется, это дело не на пару часов… Цисси, прости, я бы с удовольствием с тобой поболтал, но я правда занят.

Нарцисса закатила глаза.

— Пойду к Мэддисон тогда, раз она уже в курсе дела — ты очень жестокий человек, раз не пожелал обсудить ситуацию.

Эдриан хмыкнул, махнул рукой на прощание и вернулся к работе.

* * *

Встреча с Рудольфусом и выплывшая правда о происхождении Давины и Эди нарушили привычный баланс, в доме стало тихо, былая лёгкость исчезла, и несмотря на множество ожидающих его дел, воскресенье Эдриан решил посвятить детям. Он снова проснулся рано и ещё до завтрака занялся ледяным дворцом, и когда Лаки сообщил, что дети проснулись, половина дела была сделана.

Давина спустилась хмурая, Эди беспокойно ёрзал, у Эрики глаза были на мокром месте, а Тео пытался развеселить брата с сестрой и становился всё несчастнее, ведь у него ничего не получалось.

— Так, девочки и мальчики, хватит этого похоронного настроения, — заговорил Эдриан, пару минут понаблюдав за детьми. — Ничего ужасного не произошло. Ди, если ты хочешь что-то сказать, не стесняйся. — Давина промолчала, не поднимая взгляда от тарелки. — В таком случае я предлагаю отвлечься. Вы же знаете, что скоро Йоль?

— Мррр?

Сидящий на подоконнике низзл подал голос, услышав своё имя, и дети засмеялись.

— Между прочим, я строю для вас ледяной дворец. Хотите посмотреть?

Посмотреть хотели все, особенно Эрика, никогда не видевшая подобного.

После еды дети поднялись в свои комнаты, чтобы надеть тёплые вещи, а когда спустились, их ждал не только папа, но и Маркус. И именно юный Флинт смог всех расшевелить.

Игра в снежки помогла отвлечься от печальных дум. Трансфигурировать снег и одновременно участвовать в снежной битве было непросто, но лорд Нотт блестяще справлялся, заодно не забывая и согревающие чары на детях обновлять, и два с половиной часа спустя, раскрасневшиеся и уставшие, все вернулись в дом, но уже в нормальном настроении.

* * *

Работы было много, поэтому Эдриан установил будильные чары на половину шестого и к шести утра уже был в управлении. Зная манеру ДМП забирать заказы пачками и смутно догадываясь, что перемещать заключённых по одному чересчур хлопотно, Эдриан раздумывал над возможностью построить стационарный портал. Конечно, это требовало немалых усилий, но даже по самым скромным прикидкам в Азкабане содержались сотни преступников, а потому решение могло быть более выгодным…

— Ранняя вы пташка, лорд Нотт, — удивлённо приветствовала начальника миссис Салански, без стука входя в кабинет, где, по её мнению, никого не могло быть. — Доброе утро.

— Доброе. Я перегруженная пташка, — улыбнулся он в ответ, забирая новую стопку бланков и сразу же сортируя по исполнителям. — Вот, это мне останется, а остальное — можно приступать.

К одиннадцати утра дневной план работы был выполнен, и Эдриан встал из-за стола, потягиваясь. Первый порт-ключ в Дурмстранг был почти готов: напитан магией и ждал лишь добавления австрийских координат. До заседания Визенгамота оставалось достаточно времени, чтобы успеть встретиться со Спиннетом и закрыть вопрос с оплатой его услуг.

Пусть не с первой попытки, встреча всё же состоялась — Спиннет переместился порт-ключом и, не успев прийти в себя, был утянут в аппарацию.

Выглядел он не в пример лучше, чем раньше, хотя с этой оценкой сторонний наблюдатель вряд ли согласился бы. Даже в зимней мантии бросалось в глаза, что Спиннет похудел, а круги под глазами и глубокие морщины на лбу довершали образ взвалившего на себя неподъёмный груз человека. Но вот глаза — в глазах горел огонь решимости.

— Добрый день, — поздоровался Эдриан, убедившись, что всё в порядке и они одни. — Вот, прошу.

— Сэр, — не спеша брать протягиваемый кошель с галеонами, Спиннет переступил с ноги на ногу, — боюсь, ситуация изменилась, и я не могу взять ваши деньги.

В первый момент Эдриан почувствовал волнение — причиной отказа могло стать что угодно, — а затем понял, в чём дело, и качнул головой.

— Берите, мистер Спиннет, вы свою часть сделки исполнили, зелья достали и, уверен, передадите Данкану. Поэтому, как мы и договаривались…

— Извините, но я не смогу их передать мистеру Эйвери, — отступил тот на шаг и сцепил руки за спиной.

Разумеется, Эдриан не мог сказать, что в курсе проблем в Азкабане и потому прекрасно понимает суть затруднения с передачей лечебных зелий. Впрочем, хотя всё вышло не совсем так, как планировалось, зелья для Эйвери с самого начала были прикрытием, а не целью, и потому оставить добросовестно исполнившего договорённость коменданта без денег было бы нечестно.

— Правильно ли я понял, — медленно начал Нотт. — Вы достали зелья на прошлой неделе, передали мистеру Эйвери несколько флаконов…

— Да, — раздражённо кивнул Спиннет, — но больше не смогу.

Насколько было известно Эдриану, на данный момент не было конкретики по дате перемещения заключённых в Дурмстранг, как и списка с именами. Всмотревшись в лицо коменданта, которому могло быть известно больше, Эдриан мысленно вздохнул: проявлять любопытство было не к месту.

— Значит, это — ваше вознаграждение за уже сделанное. Сможете продолжить давать Эйвери зелья — отлично, не сможете — что ж, значит, не судьба. Но оплату вы заслужили. Спасибо вам за попытку помочь.

И, больше не желая слушать возражений, он буквально впихнул кошель в руку Спиннета и аппарировал обратно в Министерство.

13.5.25