Чистокровный спектр (джен)

Как и в прошлом году, с начала каникул Маркус проводил всё время в Нотт-мэноре, ревнуя мать к вернувшимся из Хогвартса братьям и стараясь поменьше бывать дома. Эдриан ничуть не возражал, всегда охотно привечая юного Флинта, да и против присутствия Ника в своём доме ничего не имел. От того дикого волчонка, что Уолден забрал из стаи год назад, почти ничего не осталось, сейчас Ник едва ли чем-то отличался от любого другого мальчика его возраста, разве что был осторожнее и житейски смекалистее.

Когда Маркус с Ником вышли из камина, детский сад едва дал им возможность поздороваться с хозяином, сразу же утащив в детскую — всем было интересно расспросить Ника о Хогвартсе и рассказать о праздновании Рождества у магглов. Но на следующий день мальчишки выкроили время и пришли к кабинету.

— Лорд Нотт, можно вас отвлечь?

Эдриан занимался всё никак не заканчивающимся заказом Малфоя и был только рад ненадолго отвлечься, потому приветливо улыбнулся и взмахом руки пригласил проходить.

— Дайте мне минутку… Тилли, принеси нам чая, — приказал он и вернулся к порт-ключу в какое-то подземелье неподалёку от побережья Неаполя, если верить координатам. — Готово, — констатировал он через минуту, откладывая порт-ключ и складывая инструменты, — рассказывайте, о чём хотели поговорить?

Мальчишки переглянулись, Марк толкнул друга в бок, и Ник откашлялся.

— Сэр, я не хотел вас беспокоить, но Марк сказал, что я должен вам рассказать о том, что происходит в школе.

— Так-так.

— Это касается директора и некоторых учителей…

После трагического происшествия с Барнаби Ли не подлежало сомнению, что Дамблдора будут ожидать проверки. Пусть директор и обладал авторитетом и связами, замять событие такого масштаба, с таким числом не то что свидетелей, но пострадавших, — об этом не могло идти и речи. Однако прошло достаточно времени, скандал утих и стал забываться, а никаких последствий для допустившего такое ЧП в школе Дамблдора так и не последовало… Однако отсутствие новостей не означало, что всё это время никто ничего не делал.

Эдриан с удивлением слушал рассказ Ника о деятельности комиссии, всё это время инспектировавшей Хогвартс. Разумеется, первокурсник не мог знать всего, да и не всё понимал, но пронырливый мальчишка успел услышать более чем достаточно, чтобы на основании его наблюдений сделать интересные выводы.

С одной стороны, вмешательство Министерства в дела школы само по себе было достаточно серьёзным шагом, который нельзя недооценивать. Совет попечителей, конечно, в последний год не сидел сложа руки, однако их совместных усилий едва хватало, чтобы не допустить полного краха системы образования, про позитивные перемены же пока приходилось лишь мечтать. А вот с другой стороны — и Эдриан не обманывался на этот счёт, — образовательный департамент не имел ни авторитета, ни средств на финансирование инициатив, так что продавить через него могли какую угодно чушь.

Но сейчас было важно укорачивание загребущих рук директора.

Ник не смог выяснить, кто именно угрожал Дамблдору, но слова подслушанного разговора передал близко к цитированию, и получалось, что в ближайшее время школу ждёт множество перемен к лучшему — вопреки желанию директора не афишировать хогвартские проблемы. Так, уже в январе должен был начаться поиск специалистов, что займутся восстановлением и усилением давно не обновляемой защиты; в школу будут приглашены гоблины и маги-строители для банального, в общем-то, но оттого не менее нужного ремонта тысячелетнего замка; в преподавательский состав также намеревались внести коррективы…

— Спроси, — шёпотом велел Маркус, и задумавшийся Эдриан вопросительно посмотрел на Ника.

Тот засмущался, но несмотря на порозовевшие щёки всё же послушался совета и озвучил свой вопрос:

— Сэр, а если Чип проклят, мне безопасно с ним общаться?

Такого вопроса Эдриан не ожидал, поэтому ответил с задержкой:

— Почти наверняка да. И знаешь почему? — Мальчишки навострили уши. — Отец Чипа был очень неприятным типом. Я имею в виду буквально неприятным, а не плохим, или злым, или глупым. Рядом с ним было неприятно находиться. Это почти невозможно объяснить словами, ты просто чувствуешь непреодолимое желание увеличить дистанцию. Так вот раз ты нормально общался с Чипом всё это время, даже если у мальчика и есть проклятие, оно, скорее всего, намного слабее или… Николас, мы не знаем, как обстоят дела в детей Уизли, для этого, в том числе, тебя и просили сблизиться с Чарльзом и подтолкнуть его к мысли о знакомстве с бабушкой и дядей. Если ему можно помочь, Цедрелла Уизли попытается это сделать.

Ответ Ника вроде как устроил, хотя и оказался сложнее, чем он ждал, но другой информации Эдриан предоставить не мог.

* * *

Рождественские выходные пришлись кстати, чтобы разобраться с несколькими важными и давно откладываемыми делами, в числе которых была и ненаносимость Макс-холла.

Когда Эдриану было лет пять и он впервые столкнулся с таким понятием, как ненаносимость, это надолго выбило его из колеи. Отец тогда позволил ему присутствовать при разговоре с гостем, который и просил защитить его дом с помощью чар ненаносимости, и у Эдриана даже голова разболелась от попыток разобраться с лишённым смысла, на его взгляд, понятием. Чувствуя магию пространства, он и без умных слов и сложных расчётов понимал принцип работы порт-ключа или камина. Конечно, объяснить не мог, просто не зная терминов, но понимал всё-всё. А тут — никак.

В детском понимании то, что существовало в мире, всегда имело координаты и могло быть либо объектом перемещения, либо местом, куда, собственно, объект перемещают. А так, чтобы даже пространственник не мог определить?.. Ну нет, такого не могло быть! Отец тогда рассмеялся и пообещал всё объяснить, когда сыну стукнет хотя бы десять лет, а лучше пятнадцать, а до тех пор не забивать голову… Но то ли забыл, то ли не успел, и Эдриан сам с этим разобрался ещё до совершеннолетия. Ничего архисложного в этом не было, всего-то и нужно было исказить пространственный периметр, пряча объект в получившейся «складке» и сбивая тем самым все поисковые чары. Но устанавливать ненаносимость ему не доводилось, и встречу в Макс-холле он ждал с энтузиазмом.

Расчёты Берта были безупречны, как всегда. Убедившись в этом, Эдриан одобрительно кивнул, и они приступили сначала к установке внешних реперов, а затем к вычерчиванию магических фигур на плитах пола ритуального зала.

— Ты слышал про Хогвартс? — нарушил тишину Берт спустя некоторое время. — Говорят, Дамблдора прижали как следует…

— Кто говорит? — не понял он, подняв голову.

— Многие. Слухи ходят. И Кассиопея подтвердила. Инспекция в школе не номинально проводилась, там и вправду проверяли всё и вся…

— Ник говорил об этом, — улыбнулся Эдриан и развёл руками под вопросительным взглядом, — но много ли понимает первокурсник? Расскажи, что знаешь.

— Да я сам мало что знаю, один из заказчиков разговорился, я вежливо покивал, но мне как американцу это не должно быть интересно же… Да и то сказать, переврать могли сто раз: он слышал от какого-то своего знакомого, которому рассказала жена мага, входящего в комиссию.

Они рассмеялись, и Берт наконец перешёл к сути.

— В общем, щиты на школе — просто ужас. Все эти сказки про самое безопасное место — правды в них ни на кнат. Не удивлюсь, если через год-другой в замок из леса тролли с единорогами заглядывать на огонёк начнут. Сигналки выдохшиеся. Да и сам замок натурально разваливается… Нотт-мэнор до ремонта в лучшем состоянии был!

Эдриан хмыкнул, не соглашаясь. Щиты — проверяющим виднее, в каком состоянии защита школы, а вот что замок в пригодном для жизни состоянии ещё века простоит — в этом Эдриан не сомневался, потому что за десяток лет, что прошли с его выпуска, ситуация не могла претерпеть столь кардинального ухудшения.

— Естественно, члены комиссии не скрыли изумления и принялись пенять директору, а этот… Он пытался мной прикрыться, представляешь?! Мол, как хороший директор он старался решить вопрос с усилением защиты, но гадкий мистер Макс отказал и… — Берт саркастично скривился, — потому Дамблдор не виноват в том, что на школе щиты дырявые.

— Это кому он так ответил? — снова рассмеялся Эдриан. — Что за детские отмазки?

— Не суть важно, кому, главное, что старика осадили, доходчиво объяснив, что с его стороны было откровенной глупостью рассчитывать на помощь мастера за спасибо. — Берт замолчал, качая головой от возмущения. — Знаешь, вот я совсем не понимаю этого человека. Когда близкий друг просит об услуге — это ладно. Но любой человек понимает ведь прекрасно, что помощь имеет цену. Ладно там порт-ключ, не в обиду твоему мастерству, это занимает пару минут у мастера твоего уровня, всем кажется, что нет ничего зазорного просить тебя о помощи. Но комплекс защиты на Хогвартс? Это даже не недели, а месяцы кропотливых расчётов, а сама установка и вовсе… Даже будь Дамблдор, не знаю, лучшим другом или вовсе отцом — никто таких бесплатных одолжений не оказывает. Особенно когда это не сулит даже потенциальной выгоды в перспективе. Я действительно не понимаю, что даёт ему основание предполагать, что другие люди станут плясать под его дудку?

Ответа у Эдриана не было, он так же недоумевал с некоторых поступков Дамблдора.

— Позавчера мне пришло письмо из Министерства, — после паузы продолжил Берт. — Ничего конкретного, многословное приглашение на абстрактный разговор. Но других причин связываться со мной по официальным каналам я не знаю, да и вряд ли это совпадение, что написали именно сейчас, потому так же уклончиво ответил. Посмотрим, что теперь напишут.

— Ну если Министерство готово раскошелиться на оплату твоих услуг, соглашайся, — улыбнулся Эдриан, и разговор прервался: пришло время сконцентрироваться для установки чар.

— Кстати, — полтора часа спустя, убедившись, что комплекс чар ни с чем не конфликтует и надёжно защищает поместье от незваных гостей, Эдриан перебил делящегося планами Берта. — Ты говорил с Трэверсом? Всё нормально? Он не разочарован приговором?

— О, да, говорил… Прости, забыл написать тебе — столько дел, что мелкие задачи просто вылетают из головы. — Эдриан понимающе хохотнул. — Лорд Ноэль очень обрадовался, что Рассу уменьшили срок. Знаешь, сразу духом воспрянул… Я даже удивлён, что он сам с тобой не связался.

— Зачем? — не понял он.

Берт закатил глаза.

— Чтобы поблагодарить, конечно! Без тебя это всё было бы невозможно, и он это знает. А ещё Ноэль сказал, что собирается вернуться в Визенгамот.

— Оу.

— Не прямо завтра, — остудил Берт, — однако настроен был решительно. Мне он сказал, что уже продумал ситуацию и подготовил объяснения своему отсутствию…

— Да что готовить-то? — перебил Эдриан, пожимая плечами. — Всем и так понятно, что после ареста Рассела Ноэлю было как минимум не по себе в зале номер десять. Мы насмотрелись на отцов, стыдящихся выходить в общество из-за ошибок сыновей.

— Ну вот он так и подумал. Горе, стыд — нормальные причины для замкнутости.

— Вполне. И никаких подозрений не вызовут. Это хорошие новости, нам его голос лишним не будет.

— А что там с пересмотром?

— Каникулы, — улыбнулся Эдриан. — У ДМП из-за проблем с источником Азкабана столько работы, что следующее пересматриваемое дело, скорее всего, будет представлено не скоро.

* * *

От Фенрира давно не было новостей, и, закончив с ненаносимостью в Макс-холле, Эдриан решил посмотреть, как обстоят дела с расчисткой его собственного мэнора. Без труда определив местоположение чужаков, он наложил согревающие чары и аппарировал в окружающий дом лес… и оказался по пояс в снегу.

— Зараза! — не удержался от восклицания он и тут же услышал ругань оборотней: его несвоевременное появление вспугнуло загоняемого зверя и испортило всю охоту.

— Цыц! — приказал Фенрир, и недовольное ворчание оборвалось по одному слову вожака.

Оборотни появлялись будто из воздуха неподалёку от стоящего во весь рост вожака. На мужчинах были белые куртки с пятнистым узором — идеальная маскировка для зимнего леса. Морозный воздух пах хвоей, белоснежный покров укутывал всё вокруг. Вдали затихал треск ломаемых спасающимся зверем веток.

— Прошу прощения, что помешал, — повинился Эдриан и переместился чуть в сторону, где сугробы были поменьше. Очистив себя от моментально начавшего таять в ботинках снега, он огляделся и озвучил цель встречи: — Не сочти за недоверие, но хотелось бы знать, как тут дела? Кладовые, я смотрю, вы исправно наполняете…

— Да как, как-то продвигается, — неохотно сообщил Фенрир, тоже осмотрелся и махнул рукой, смирившись, что добыча ускользнула. — Ладно, перерыв, — бросил он и повернулся к Нотту. — Честно скажу, дело идёт медленнее, чем рассчитывали. Тут столько всякой дряни, что приходится осторожничать, чтобы не нарваться.

— Какой именно дряни? — насторожился Эдриан, но Фенрир лишь отмахнулся:

— Уолла спроси или Скамандера, а я не знаю ответа. Но я таких тварей раньше не то что не видел, но даже не слышал, что они существуют. А я кого только не встречал, уж поверь!

— В Запретном лесу?

— И там тоже, да. Мы же не только на маггловской территории охотимся. Пусть слабые, но источники много где есть. — Фенрир вздохнул и встряхнулся. — Будь это просто изобилие зверья, мы бы быстро разобрались, но у тебя тут какой-то заповедник уникальных тварей… А самое поганое знаешь что?

— Что? — машинально переспросил Эдриан.

— Магия эту дрянь плохо берёт.

Ожидающий услышать что-то ужасное Эдриан усмехнулся:

— Ну это неудивительно…

— А для меня удивительно! — перебил недовольный оборотень, оскалив жёлтые клыки. — В ближний бой лезть с некоторым зверьём чистое самоубийство, с пятидесяти шагов в глаз бить — уж прости, не всегда получается, а если и магия не помогает… Много ты вообще знаешь тварей, чья шкура невосприимчива к Аваде?

— Как минимум кабаны. И этот… чёрт, снова забыл, как Уолл называл ту зверюгу…

Фенрир вдруг улыбнулся, а следом и рассмеялся.

— Опасный ты человек, лорд Нотт. У тебя на свободном выпасе пяти-исксовые твари шляются, а ты даже не удосуживаешься их имена узнать.

— Что мне их имена? — в тон ответил тот и посерьёзнел: — Много такого встретил?

— С десяток, — хмуро ответил оборотень, наклонив голову. — В смысле, разных видов с десяток. Так-то уже несколько сотен голов перебили. И лишь одна не пыталась нас на фарш пустить. Твои порт-ключи спасали да боевая аппарация… Не от ран, но хотя бы от смертей. Привыкли мы, знаешь ли, самыми опасными тварями в округе быть, а тут… Гордыня — грех, не зря же говорят. Вот из-за гордыни-то мы едва и не подохли тут… Не научены мы тому, что какая-то тварь может Аваду в лоб проигнорировать.

— Как Гарри Поттер, — вдруг произнёс Эдриан, удивив самого себя.

Молча стоявшие чуть в стороне оборотни заржали.

— А если по существу? Насколько всё плохо? — подождав, пока веселье утихнет, уточнил Эдриан.

Фенрир обернулся к своим людям и без уверенности пожал плечами:

— Сейчас многие в спячке, охотиться, когда снега по пояс, удовольствие ниже среднего, так что многих зверей мы прямо в берлогах валим. Но многих и упускаем, да. Территория огромная, быстро тут ну никак не справиться. Ты хотел внутренний контур расширить, это мы к весне можем устроить. Точнее… Мы почистим что сможем, ты поставишь контур, чтобы новые не забредали, и тогда мы дочистим. По-другому никак. Зверьё же не сидит на месте. Но скажу честно — всех истребить жизни не хватит. Тех страхолюдных собак мы уже две стаи перебили, но сколько таких стай? Да и это самые миролюбивые из местных животных.

— Понял. — Эдриан постарался скрыть разочарование. — Что ж, тогда продолжайте. Если что нужно…

— Да уж сообщим, — по-доброму усмехнулся Фенрир. — Со следующей недели пару ребят хочу привлечь к работе, обет принять надо будет и новых порт-ключей сделать. А пока — ступай, лорд Нотт, не мешай работать. — Эдриан кивнул и уже хотел было проститься, когда Фенрир с усмешкой добавил: — Зато как твоя армия натренирована будет, а, лорд Нотт?

Эдриан фыркнул и аппарировал к дому.

26.8.25