Чистокровный спектр (джен)

Бывать у оборотней Эдриану нравилось.

Недавно голое поле выглядело обжитым и ухоженным, несмотря на зиму. Каждый раз он думал о том, что пора уже заняться строительством дома для Эди…

Выбранные вожаком оборотни, как на подбор, были рослыми и крепкими мужчинами, и потому, когда очередная протянутая для скрепления непреложного обета ладонь оказалась тонкой, Эдриан растерялся.

Стоящая перед ним девушка была настоящей красавицей: миндалевидные зелёные глаза обрамлялись пушистыми ресницами, яркие пухлые губы притягивали взгляд, тёмные волосы шёлковым покрывалом лежали на плечах…

— Это Айви, — не скрывая веселья от его реакции, представил девушку Фенрир и приобнял её за плечи. — И только попробуй сказать, что я рехнулся, выбрав её.

Пусть не такими словами, но возражения уже крутились на языке, поэтому Эдриан промолчал, но руку опустил.

— Будь любезен объяснить свой выбор.

— Да уж не смазливой мордашкой он продиктован, — хохотнул тот и кивнул своим людям. Минутой спустя они остались втроём. — Не смотри, что Айви девчонка. Она фору многим парням даст. Для охотника не только физическая сила важна, ты же понимаешь. А уж в ловкости да меткости пойди сыщи ей равных.

Аргументы были разумными, и всё же Эдриана смущало то, что Айви хрупкая девушка. Хрупкая. То, что она девушка, как раз роли особо не имело.

— Я не волк, — подала та наконец голос, бросив вопросительный взгляд на Фенрира. — Оборотень, но не волк.

В Европе традиционно водились только волки, и британцы привычно упускали из виду, что оборотни бывали самых разных видов: азиатские лисы-кицунэ, русские медведи, большие кошки Нового Света и другие, менее распространённые виды, о которых Эдриан даже не слышал. Формулировка недвусмысленно указывала, что вдаваться в детали Айви не желает, Фенрир тоже смотрел исподлобья, как бы прося не спрашивать, и он уступил, несмотря на любопытство.

— Ты знаешь своих людей и работу, поэтому тебе виднее, кто подходит для неё, а кто нет.

Он протянул руку, и нежные пальчики тотчас же крепко обхватили его ладонь.

* * *

Как и обещал, по возвращении домой Эдриан заглянул к Донни, посмотрел, как того едва не выворачивает наизнанку от кашля, и переместил его к диринарам — в жару.

— Нам этот климат непривычен, но после Азкабана погреть косточки — самое то, я считаю…

— О да! — восхищённо перебил тот, осматриваясь. — Где это мы?

— В Нотт-мэноре, — снисходительно улыбнулся он и качнул головой, трансфигурируя случайные палки в подобие дивана, — но рассказывать тебе, что да почему, у меня нет ни времени, ни желания. Если что нужно будет — не стесняйся, зови Лаки. Пришлю его к тебе с едой и письменными принадлежностями.

— Понял, — спокойно принял правила Морган и протянул дрожащую от слабости руку, — спасибо тебе.

— И самопишущим пером, — уточнил Эдриан, понимая, что пока Донни не в состоянии писать. Установил чары отвлечения внимания, чтобы Патрик и диринары случайно не наткнулись на гостя, и на прощание велел: — Отдыхай.

Детей снова не было, Файверли занималась новым проектом в Министерстве, и приятных альтернатив работе не осталось — Эдриан уже собрался заняться флинтовскими порт-ключами, когда заметил высоту стопки не просмотренной корреспонденции. Тратить время на подобное он не любил и, даже понимая, что поступает по-детски глупо, регулярно забывал сортировать почту. Мысленно отругав себя, Эдриан решительно открыл первое послание…

Пергаменты один за другим летели в корзину; на некоторые письма от отвечал вежливыми отписками, другие откладывал в сторону для развёрнутых ответов, и вскоре наткнулся на послание от Риты недельной давности, в котором та задавала опасные вопросы касательно волны внезапных смертей среди осуждённых Пожирателей смерти.

Пульс участился.

Весь план был построен на том, что никому нет дела до приговорённых к пожизненным срокам преступников. Пожирателей ненавидели слишком многие, а потому даже добросовестные сотрудники, старающиеся выполнять свои обязанности без эмоциональной составляющей, не стали бы углубляться в детали банальных происшествий. Ну умер очередной заключённый, ну и что? В Азкабане не те условия, чтобы удивляться подобному исходу. Собственно, их для того и заперли — чтобы не марать руки казнями, чтобы со временем они самостоятельно умерли от невыносимых условий и соседства с дементорами. Слишком быстро для сильных магов? Так много ли были пойманы без боя? Кто знает, с какими ранениями или проклятиями узники были отправлены в один конец в тюрьму?.. Опять же, у ДМП дел было по горло, да и нестабильность источника сыграла на руку… Но если в «Пророке» появятся вопросы, Министерству придётся разбираться в ситуации, не получится спустить всё на тормозах и просто закрыть глаза на «совпадения».

Пролистав последние номера «Пророка» и не обнаружив статей об этом, вздыхать с облегчением Эдриан не стал. Раз у Риты появились вопросы, ничто не заставит её замолчать. Кроме радикальных методов, конечно, но на такое он не готов был идти. Быть может, сумей он ответить на письмо сразу же, подозрения Риты удалось бы купировать, хотя в это не слишком верилось, но теперь об этом не могло идти и речи: Скитер была опытной и хваткой журналисткой и наверняка не сидела без дела, лениво ожидая ответа лорда Нотта, а копала и вынюхивала, укрепляясь в версии, что «происходит что-то интересное, о чём нужно непременно написать».

Пару минут посидев, невидяще глядя в стену, Эдриан тряхнул головой. Его целью было освобождение Рабастана. Да, вытащить товарищей хотелось, но это было скорее приятным бонусом, а цель — её он уже достиг. Даже если всё пойдёт прахом и схему побега раскроют, доказать что-либо вряд ли смогут. На данный момент во всём Азкабане один лишь Долохов знал о причастности Эдриана к незаконным махинациям, а это означало, что можно не дёргаться и позволить ситуации развиваться произвольно.

Перечитав письмо ещё раз, он окончательно утвердился в решении ничего не предпринимать. Это ему, знающему всё, было видно тонкий лёд и подводные камни, а Рита, судя по всему, на момент написания этих вопросов не располагала ничем, кроме интереса. Даже подозрениями это ещё нельзя было назвать. Успокоив себя тем, что Рита не вхожа в места, где о побеге можно услышать, а значит, анимагия не поможет ей узнать что-то лишнее, Эдриан задался вопросом, кто в ДМП вообще обсуждал азкабановские смерти — что-то же натолкнуло Риту на тему, но быстро плюнул на гадания. Будь у ДМП подозрения, Рита бы их и услышала, а просто разговоры… Это не важно.

А вот бездействие относительно эвакуации напрягало. Министерство требовало порт-ключей и подгоняло портальное управление, однако получив их, почему-то не спешило действовать.

Эдриан перевёл взгляд в окно и почесал бровь.

Быть может, всё не так? Может, эвакуация уже идёт полным ходом, но, как он и предполагал, спасение Пожирателей не в приоритете? Если освобождать тюрьму начали со средних уровней, то Нотту неоткуда об этом узнать.

Невольно хмыкнув, Эдриан положил письмо Риты обратно на поднос и всё же занялся флинтовскими порт-ключами — гадания были бессмысленны.

* * *

Хоть и жаловался Эдриан на занятость, всё нужное успевал делать в срок, так что когда в субботу вечером из камина вышел Берт с внезапным предложением «сверхурочно» поработать, ответил спокойно:

— Завтра утром? Можно.

— Спасибо! Извини, что в последнюю минуту, пытаюсь освободиться для заказчика с тем старинным поместьем — отвлекаться там будет некогда.

— Уже что-то прояснилось? — удивился Эдриан.

Берт уклончиво пожал плечами и сменил тему, рассказывая о предстоящем утром деле. За разговором их и застал МакНейр.

— Тебе писать — зря пергамент тратить! — вместо приветствия произнёс Уолден, входя в открытую дверь кабинета. — Ну точно! — добавил он, подойдя к столу и постучав пальцем по горе писем.

— И я рад тебя видеть, — ничуть не устыдился Эдриан, пожимая протянутую ладонь, и спросил: — Что надо?

Уолден нагло разворошил стопку, что-то ища, и через минуту с торжествующим видом показал ничем не примечательный конверт, найденный в самом низу.

— Вот!

— Что там? — вытянул шею Берт.

Эдриан разорвал конверт и охнул:

— Серьёзно?!

— Что? — повторил Берт, вставая и подходя.

— На свадьбу приглашаю, — гордо задрал подбородок Уолден и заулыбался. — Решил, вот, что пора уже остепениться.

— Уолл! Поздравляем!

Тот просиял.

За долгую жизнь у МакНейра было много женщин, но вот отношений… Живя для себя, Уолден не думал о создании семьи и детях, а когда такие мысли наконец его посетили, оказалось, что немолодой бирюк со зловещей репутацией — не самая завидная партия. Но грустить по этому поводу он не стал и, когда встретил Ника, без долгих колебаний решил, что мальчишка будет не худшим наследником. Как и у Эдриана, за пару лет жизнь МакНейра изменилась очень серьёзно: появился воспитанник, затем — родной сын, ну и наконец судьба сжалилась, дав шанс на счастье.

Разрешив матери друга своего сына бывать у него дома, Уолден и не догадывался, что Кирстен окажется той самой идеальной подругой, которую он ждал всю жизнь. Несчастная болезненная женщина, которая благодаря стараниям леди Блэк смогла избавиться от много лет носимого проклятия и начать новую главу жизни. И так уж вышло, что бирюк-МакНейр оказался именно тем человеком, жить с которым ей понравилось.

«Встретились два одиночества», — подумал Эдриан, но промолчал, с улыбкой слушая рассказ о том, как было принято решение пожениться и как его озвучивали взрослым сыновьям.

— Вот уж не думал, что породнюсь с Блэками, — нарочито закатил глаза Уолден и рассмеялся. — Да не просто Блэками! Я же теперь буду папашей главы семьи!

— Ну ничего себе! — воскликнул Берт. — Вправду же! Как там Эйдан? Давно про него ничего не слышал.

— Нормально, — отмахнулся Уолл, но всё же пояснил: — Леди Блэк его муштрует в хвост и в гриву. Пацан навещает мать по субботам, в детали не вдаётся, говорит, что всё отлично, но выглядит всё время уставшим. Но Кистен за него не волнуется, так что, видимо, всё и вправду нормально.

— Глава семьи — это не номинальное звание, — вставил Эдриан. — Парню нужно разбираться много в чём, и речь, конечно, не о голой теории.

— Блэк-хаус требует обновления, наверняка Кассиопея запрягла Эйдана. И польза, и опыт парню, — предположил Берт, и Уолл кивнул:

— Я так и понял. Главное, что он не против нашей свадьбы. Так вот! Кирстен посчитала, говорит, что положение звёзд удачное в конце месяца…

— Этого месяца? — изумился Берт, бросил взгляд на Эдриана и возмущённо тыкнул пальцем в Уолла: — Да ты вообще знаешь, сколько всего нужно сделать перед свадьбой?!

Но тот лишь расхохотался:

— Это тебе, мистер Макс, много сделать надо, а мы люди простые: захотели — и поженились! И чтобы на воскресенье не смели ничего планировать, ясно вам? И на пятницу!

— Попойка будет?

— Конечно. Куда же без мальчишника.

* * *

Привычно проснувшись затемно, Эдриан с сожалением оставил Файверли досыпать в одиночестве, начиная новый день.

После установки климатических чар в доме было тепло, и белоснежные сугробы, укутавшие мэнор, казались даже милыми. Просмотрев за завтраком свежую корреспонденцию и часть старой, Эдриан наконец придумал, что ответить Рите, мимоходом решил несколько дел и, когда появился Берт, был в хорошем настроении.

Сегодняшние щиты оказались простыми, работа спорилась, и к полудню Эдриан вернулся домой, успев как раз на ланч.

— Папа! — первым заметил отца Теодор. — Тилли испёк булочки с корицей!

— Это прекрасно, — заметил он, занимая место во главе стола. — Как дела?

Дети наперебой принялись рассказывать, причём даже Эрика похвасталась достижениями в чистописании; Файверли молча улыбалась.

Наконец, дети допили чай и убежали в детскую, и взрослые смогли поприветствовать друг друга так, как хотели.

— Просыпаться в одиночестве мне не очень понравилось, — мягко сообщила Фай, когда Эдриан усадил её себе на колени.

— Зато ты выспалась.

— Тоже верно. Новый проект сложный. Устаю…

— Но интересный?

Она усмехнулась и кивнула:

— Очень! Надеюсь, на этой неделе мы придумаем правильный подход, что позволит вернуться к нормальному рабочему графику. Ты больше никуда не пойдёшь сегодня?

— Вроде бы нет. Кстати. Я давно хотел тебя кое-кому представить…

— Представить? — переспросила Фай, с непониманием глядя на него. — Кому представить? Друзьям?

Эдриан рассмеялся.

— Нет. Жителю мэнора, с которым ты до сих пор не встречалась. Лавр! — позвал он, и через полминуты в гостиную прибежал крап. — Лавр, это Файверли. Она своя.

Пёс замер, замерла и девушка. Лавр сделал к ней шаг, и Эдриан почувствовал, как она напряглась — остаться на месте Файверли стоило серьёзных усилий.

— Дорогая, не бойся. Это крап Тео и Эди, МакНейр его лично тренировал. Лавр умный и отлично воспитанный.

— Почему я не видела его раньше? — тихо произнесла она, не в силах отвести взгляд от медленно приближающего зверя.

— Ему нельзя появляться в гостиной и столовой без приглашения. Фай, поверь, он не опасен нам.

— Верю, конечно, — всё так же настороженно кивнула она и наконец повернулась. — Я знаю, насколько крапы умны. Но так же знаю, как они опасны.

— Для чужаков. Теперь он знает, что ты своя, так что ты в полной безопасности. Но тебе не нужно с ним контактировать.

— Я не боюсь, просто… Это неожиданно. И, кстати. Я тебе не говорила, но Давинин низзл приходил к нам в постель. — Эдриан удивился, и она улыбнулась. — Хорошо, что уже было светло, и я сразу поняла, что это Бель, и не успела испугаться.

— Как он в спальню попал?..

— Может, ты дверь не закрыл, когда уходил? На самом деле мне даже понравилось: он же теплый.

— Ну теперь в доме тепло…

— Ты же не читал «Пророк»? — сменила тему Файверли и, не дожидаясь ответа, который и так знала, призвала газету и развернула на второй полосе, на статье про Азкабан. — Я подумала, что тебе это может быть небезынтересно.

«Надо было раньше Рите написать», — подумал Эдриан с сожалением, читая о тех самых размытых подозрениях, что недавно возникли у журналистки, но теперь облачённых в скандальную форму обвинений.

«Беспрецедентная жестокость», «замаскированная под обстоятельства месть» и «обстряпывание грязных делишек» — такими словами Рита описывала преждевременную кончину нескольких заключённых, впрочем, не называя имён.

— Даже не знаю, какие чувства это вызовет, — задумчиво протянул он, — то ли сочувствие к Пожирателям смерти, то ли злорадство, то ли возмущение их судьбой.

— Тебя это задело? — проницательно спросила Фай, и он вздохнул: о побеге они ещё не говорили.

— Насторожило, — уклончиво ответил он и отложил газету. — К сожалению, повлиять на Скитер не в моей власти, да и статья уже опубликована. Посмотрим, что последует, а пока предлагаю не забивать голову.

* * *

Понедельник начался с визита Уоккера — улыбчивого юного аврора, которого Эдриан запомнил по самым первым гонкам. За месяцы службы парнишка стал меньше улыбаться, но глаза по-прежнему горели энтузиазмом.

— Здравствуйте! — получив разрешение войти, он вбежал в кабинет и извинительно развёл руками. — Мне приказано передать вам «поторопиться».

— Здравствуй. С чем именно поторопиться?

Уоккер растерялся и с лёгкой обидой пояснил:

— С порт-ключами в Азкабан же.

— А, с этим… Скримджер уверен, что у нас нет других дел, кроме помощи Аврорату, да? — Уоккер смущённо кивнул, опустив голову, и Эдриан усмехнулся. — Всё будет, но чуть позже. А что, первые порт-ключи уже использовали?

Парнишка кивнул, ничего не заподозрив:

— Да, конечно, медлить же нельзя. Освобождают самые опасные места в первую очередь…

— Средние уровни?

— Да, но я не знаю подробностей.

— Они нам и не нужны, — нарочито небрежно отмахнулся Эдриан и выложил на стол бумажный пакет с очередными тремя порт-ключами. — Вот, сколько успели.

— Отлично! Спасибо, лорд Нотт… Я побегу.

— Удачи, — в спину Уоккеру бросил он и снова усмехнулся: предположения оправдались. Эвакуируют заключённых средних уровней, а Пожирателей то ли оставили на потом, то ли… Сомнительно, конечно, что на верхнем уровне дела обстоят лучше, но такое тоже возможно. В любом случае, какая-никакая отсрочка есть.

30.11.25