Чистокровный спектр (джен)

Кассиопея на просьбу о встрече ответила кратким отказом.

«Рано обсуждать вопрос, по которому не определился с мнением», написала она и пообещала связаться позже.

Больше не пытаясь разгадать загадку Блэков, Эдриан занялся свадебными порт-ключами и до ужина успел сделать почти половину. Он уже собирался покинуть кабинет, когда на пороге появился Маркус.

— Кажется, я всё испортил, — понуро признался юный Флинт, ввинчиваясь в приоткрытую дверь и замирая. — Я пытался поговорить с Эрикой про брата, а она расплакалась, и Давина меня побила за то, что я чурбан бесчувственный.

— Ох! Что вообще случилось?

Как и собирался, Маркус подошёл к проблеме издалека и стал рассказывать о своих братьях. Кроме Эрики, остальные дети знали Лукаса и Дугласа, хотя успели о них забыть, так что ничего особого в выбранной теме не было. Ну а потом Марк перешёл к тому, ради чего и затевал разговор, и спросил Эрику про её брата. И отреагировала та неадекватно.

— Она сначала раскричалась, что никакого брата у неё нет. А потом, когда поняла, что я точно знаю, что брат есть, расплакалась, и больше я не разобрал ни одного слова. Но я всё равно попытался продолжить, сказал, что он не такой, как их отец… И, кажется, сделал только хуже. Потому что у Эрики началась натуральная истерика… Ну вот тогда Давина меня и побила.

Эдриан подавил улыбку — в ситуации не было ничего весёлого — и утешительно потрепал Маркуса по голове.

— Спасибо, что попытался. — Мальчик расстроенно помотал головой, и Эдриан уточнил: — Нет, Марк, ты ничего не испортил. Эрика по-другому и не могла отреагировать. Я надеялся, что с тобой ей будет легче, чем если я заговорю об этом, но ничего не поделаешь.

— А почему со мной ей было бы легче?

Эдриан задумчиво посмотрел на него и пожал плечами:

— Я боялся, что она решит, что этот разговор продиктован желанием избавиться от неё. Рано или поздно, но ей придётся вернуться домой, но травмировать её мне вовсе не хочется. Не расстраивайся. Вы скоро помиритесь. Извини меня, что переложил на тебя столь серьёзное дело.

— Я хочу помочь!

— И ты помогаешь. Даже не знаю, что бы я без тебя делал. Ты уже стольким нам всем помог…

Поговорив и успокоив Маркуса, Эдриан проводил его до камина и прошёл в столовую. Дети уже заняли свои места.

— Что случилось? Почему ты плакала? — обратился он к Эрике, притворившись, что ничего не знает. Та помотала головой, не отвечая, и пришлось проявить настойчивость: — Так не пойдёт. Эрика, посмотри на меня? Тебя кто-то обидел?

— Её Маркус расстроил, — взяла на себя разговор Давина.

— Чем же? — продолжил он допытываться.

Не сразу, но в конце концов удалось вытянуть правду, и дальше стало проще. Эдриан подтвердил слова Марка, что брат у Эрики есть, и, игнорируя слёзы, стал рассказывать про Данкана, упирая на то, что брат с сестрой очень похожи и росли одинаково несчастными. Про возвращение домой он не сказал, сочтя момент неподходящим, и закончил просто:

— Он тебе точно понравится, вот увидишь. А теперь давайте наконец кушать.

* * *

Хоть и не хотелось отвлекать Берта, обсудить то, что узнал от Грюма, Эдриан считал правильным, а потому отправил сообщение через сквозную пластину, назначая встречу в Лестрейндж-холле: Джейку стоило всё это услышать тоже. Однако же главной причиной было желание выяснить намерения Рудольфуса в отношении Давины.

Настраиваясь на ссору — Руди был в своём праве и желал дочери добра, а что не считался ни с Эдрианом, ни даже с желаниями самой Давины, обижаться было бы странно, — он начал без прелюдии:

— Ты собирался поставить меня в известность о том, что намерен обучать Давину менталистике?

Читавший Рудольфус непонимающе смотрел на него с полминуты, после чего отложил книгу и уточнил:

— В каком смысле — поставить в известность?

— В прямом, Руди! — всплеснул он руками и устроился напротив. — Ты знаешь, что этот дар не делает никого счастливым…

— Постой, Эд, — выпрямился тот и с искренним недоумением возразил: — Это же была твоя идея, отправить дочь на обучение к Принцу!

— Окклюменции, друг мой. Только окклюменции.

— О… Но… Я думал… — Рудольфус потупился, и несколько минут в комнате стояла тишина. — Извини, — наконец протянул он. — Я правда думал, что ты решил её обучить, и хотя немного переживал по этому поводу, обрадовался.

— Обрадовался?

— Понимаешь… Это часть меня, Эд. И из-за решения отца эта часть как будто… Не знаю, как объяснить. Будто руку к телу привязал. В детстве это особенно остро ощущается. И блокираторы не то чтобы боль причиняют, но постоянный дискомфорт. Как камень в туфле. Постепенно привыкаешь, но продолжаешь чувствовать. Отца я не оправдываю, но понимаю. Дискомфорт можно и потерпеть, если альтернатива — стать дементором.

— Ты не преувеличиваешь?

Рудольфус пожал плечами:

— Не могу судить. Я не рос нормальным менталистом, отец обвешал меня амулетами сразу, как я начал проваливаться. Ты не помнишь, но пока мы были мелкими, я успел заработать дурную репутацию: злой Руди доводит младшеньких до слёз. А я же не контролировал это, даже не понимал тогда, что причиняю боль, когда проваливаюсь в чьё-то сознание. Потому и Стэна лупил, чтобы контроль развить.

— Он до сих пор дуется на тебя.

— Знаю, — грустно улыбнулся он, — но зато у брата есть шанс сейчас «отвязать руку»: блокираторы на него почти не надевали, он научился сам глохнуть — как раз благодаря моим тумакам.

— Если бы Давина проваливалась, мои дети давно об этом бы сказали. У нас близкие доверительные отношения, они от меня ничего не скрывают.

— Думаешь? — хмыкнул Рудольфус, но Эдриан серьёзно посмотрел в ответ:

— Знаю. Я изначально не собирался повторять чужих ошибок, поэтому не относился к детям, как к функции. Я их люблю, Руди, и они это не только знают, но и чувствуют. В подростковом возрасте, уверен, мне придётся, как и всем, столкнуться с замкнутостью и секретами, но сейчас — я уверен. К тому же у меня есть Маркус.

— Флинтов? — не сразу понял тот и удивился.

— Ага, младший сын Квина. Пацан — мечта любого родителя! Умный, ответственный, при этом добрый. А уж за своих — горой всегда. И если бы что-то такое с Давиной было, если не все, то хотя бы один из детей мне бы точно рассказал.

— Принц сказал, что у неё хороший потенциал.

— А ещё он говорил, что в Ди слишком много блэковского, что станет помехой. Растить её менталистом — о таком я не помышлял. А вот сгладить проявления характера занятия с Принцем очень помогают.

— Я понял тебя, — помолчав, кивнул Рудольфус и вздохнул. — База ей точно нужна, потому ничего менять не будем. Пусть учится, а дальше видно будет.

— Я рад, что мы не разошлись в оценке блага для неё… — Эдриан замолчал, заметив, что Рудольфус смотрит на дверь, и тоже повернулся. — Привет, — улыбнулся он Берту и обратился к Рудольфусу: — Есть новости по поводу легенды для Джейка, так что я решил не обсуждать всё по несколько раз, а поговорить сразу со всеми заинтересованными лицами.

* * *

Как и планировал, выходные Эдриан провёл в Макс-холле, помогая другу со свадебной подготовкой. Хотя казалось, что он понимает объём предстоящих хлопот, довольно быстро пришло осознание, насколько сильно недооценил ситуацию. Берт ничуть не преувеличивал, когда говорил о миллионе мелочей, с которыми нужно было разобраться до дня Х.

Бастиана, Шарлотта, Сандрина и Дейзи с восторгом приняли помощь и, выдав задания Эдриану, окружили сумевшую вырваться лишь на пару часов Файверли и увели пить чай.

— Ну хоть сами передохнут немного, — с улыбкой проводив их взглядом, покачал головой Берт. — Девочки столько делают, что мне неловко.

— Им это в радость, ты же знаешь. Ну что, продолжим?

Берт устало кивнул, и они вернулись к наложению чар.

Чары ненаносимости и изготовленные Эдрианом порт-ключи надёжно защищали поместье от последующих незапланированных визитов, однако совсем пренебречь безопасностью было, конечно, нельзя. Упрощая работу, решено было установить самые обычные щиты вокруг лужайки, чтобы гости не разбрелись по поместью, и хотя такого рода защиту и Эдриан, и Берт могли поставить чуть ли не с закрытыми глазами, дело осложнялось тем, что вляпаться в неё могли не враги, а друзья, а потому с настройками пришлось всё же повозиться.

* * *

Теперь, когда связи с Азкабаном не было, предсказать что-либо касательно пересмотра не представлялось возможным, и Эдриан ждал официальную повестку, чтобы определиться с расписанием на следующую неделю. В Азкабане оставалось не так много заключённых, эвакуация шла полным ходом, несмотря на неподготовленность Нурменгарда и перманентный торг австрийцев. Но ведь не все дела Пожирателей смерти были пересмотрены, в тюрьме находилось ещё несколько человек, чья судьба не была безразлична Нотту.

Однако когда повестка наконец пришла, в ней не оказалось ничего интересного: Визенгамот возвращался к рутине, назначенное на среду дело не имело отношения к заговорщикам и даже Азкабану. Так что ничто не мешало вычёркивать пункты из списка клиентов Берта.

— Тогда завтра займётся домом Белби, — внося исправления на пергамент, удовлетворённо улыбнулся Берт.

— Я-то не возражаю, но… — Эдриан сделал паузу и наколдовал перед другом зеркало. — Но ты уже похож на тень. Тебе нужен отдых.

— Я не…

— Знаю всё, что ты скажешь, — отмахнулся он. — Но это не отменяет фактов.

Немного помолчав, Берт нехотя кивнул.

— Ты прав. Встречусь сегодня с леди Блэк, а завтра буду заниматься только свадьбой.

— Лучше бы тебе денёк вообще ничем не заниматься…

— Ну нет! Эд, ты что! Басти меня проклянёт! Столько всего ещё нужно успеть…

— Расскажешь потом, что Кассиопея скажет. А то со мной она отказалась встречаться.

— Конечно.

— Тогда увидимся в четверг?..

* * *

Весна наконец пришла и в Нотт-мэнор и снег перед домом растаял. В лесу, конечно, сугробы могли сохраниться и до мая, но Эдриан решил осмотреть территорию, где должен будет проходить внутренний контур, а заодно и присмотреть место для будущей свадьбы.

Оборотни постарались на славу, очистив от опасной живности прилегающую к дому местность, и за всю прогулку Эдриан не встретил никого опаснее косули. Реперов уже было достаточно, чтобы начать работу, и он со вздохом примирился с её колоссальным объёмом. А вот подходящего для свадьбы участка с первой попытки найти не удалось: куда бы он ни аппарировал, попадал в лес.

В конце концов, Эдриан переместился в загон к диринарам, где Дональд по-прежнему проводил всё свободное время, строгая реперы.

— Как дела? — поинтересовался он, застав приятеля за работой.

— Отлично! — широко улыбнулся тот и кивнул на солидную гору уже готовых реперов. — Это идея была лучшей, что меня в жизни посещали!

— Ты о чём? — не понял Эдриан, оценивающе смотря на заготовки.

— Это как учиться писать. Сразу буквы ни у кого не получаются же, — с энтузиазмом принялся пояснять Морган. — Сначала рисуешь тысячу бессмысленных палочек, чтобы рука привыкла. Так?

— Ну… да, наверное.

— Вот! Я же из Азкабана почти сквибом вышел. Не то что колдовать, вообще магию почти не ощущал. А с реперами возни много же. Тут подправить, там колдануть, здесь помагичить, и постепенно оно всё легче и легче получается! Уолден сказал, что тебе ямы под реперы надо? Так я могу с этим тоже помочь! Сначала наверняка выйдет не очень, но тренировка мне только на пользу!

— Рад слышать, что тебе лучше… и да, ямы, конечно, нужны. Уверен, что не надоело?

— Эд! — рассмеялся Дональд. — Конечно, надоело! Ну так я же не развлекаюсь тут. И тебе помогаю, и себе тоже, нельзя про такое говорить «надоело».

— Ну тогда давай я тебе очерчу фронт работ! — ухватился за возможность он и тут же переместился вместе с Морганом туда, где был совсем недавно. — Вот, примерно тут внутренний контур и пройдёт.

Донни огляделся и кивнул:

— Отлично. Будут тебе ямы!

* * *

О свадьбе Бастианы Вилкост судачили даже в министерских коридорах, что стало для Эдриана сюрпризом. Конечно, наследница и преемница леди Вилкост многим была интересна, как и загадочный американец, что так легко вошёл в общество влиятельных людей, однако приглашение на церемонию получили единицы — никакой шумихи Берт с Басти не хотели, и всем пришлось просто принять это. Но не без возмущений.

— …Как это не приглашены? — изумлённо воскликнула Гризельда Марчбэнкс, идущая по коридору чуть впереди Эдриана. — Не слыхано! И вы, дорогая моя, спокойно приняли, что ваших подруг не приглашают?

— Это не моя свадьба, — с невозмутимым выражением лица парировала леди Галатея. — А, лорд Нотт, добрый день.

— Здравствуйте, дамы.

— А вы, Нотт, приглашены на свадьбу Макса?

Эдриан бросил взгляд на Вилкост и просто кивнул.

— Вот! — с видом оскорблённой добродетели воздела палец к потолку Марчбэнкс. — Всю жизнь игнорировавший все приёмы Нотт приглашён, а мы…

— Вы забываете, что он близок с женихом, — уже откровенно посмеиваясь, ответила Вилкост и снисходительно резюмировала: — Дети не хотят шумихи, да и будем честны, мистер Макс только обживается в доме предков. Ему пока просто-напросто негде устраивать свадьбу века.

— Значит, надо было подождать…

Слушать дальше Эдриан не стал, свернув в сторону ДМП, дамы же проследовали мимо поворота.

Стало интересно, в курсе ли жених с невестой, что не удостоившиеся приглашения могут затаить обиду?

Подумав, что предупреждение точно не будет лишним, он толкнул дверь.

В Департамент правопорядка Эдриан решил заглянуть неспроста. Хотелось получить информацию о планах Боунс на дальнейший пересмотр, поэтому очередной эвакуационный порт-ключ он занёс лично.

— У нас накопилось немало дел, — охотно пояснила Амелия. — В магическом мире не прекратили красть, нападать и обманывать. Пока очередное дело готовится, нужно разобраться с ежедневной рутиной.

— Я так и понял, но хотел уточнить. Как в Азкабане дела?

— Без изменений, можно сказать, — помрачнела Амелия. — К счастью, больше не было несчастных случаев, мы успели эвакуировать заключённых из самых опасных мест, но вот сам замок… Не представляю, как исправлять сложившуюся ситуацию.

— Не претендую на звание специалиста, но, на мой взгляд, это вовсе нереально. В Азкабане столько наверчено, что…

— Да, это серьёзная проблема, но мы не можем просто отказаться от Азкабана. Для устройства магических тюрем подходящих мест совсем мало, нам просто не позволят забросить остров и сидеть сложа руки. Да и невыразимцы обещали помочь.

— Тогда шансы и вправду есть, — улыбнулся он и распрощался, отправляясь на следующую встречу.

7.3.26