Чистокровный спектр (джен)

Возвращаться в портальное управление Эдриан не стал и сразу отправился в Макс-холл. Берт уже ждал его, и на очередной нуждающийся в щитах объект они аппарировали без промедления.

— Ты в курсе, что не получившие приглашения на вашу свадьбу могут обидеться?

— Эм…

— Только что стал свидетелем занимательного разговора… — Эдриан пересказал услышанное в министерском коридоре и поинтересовался: — Ты-то можешь себе позволить пренебречь чужими чувствами, а вот Басти учитывает, что желание скромной тихой свадьбы может обернуться противодействием обиженных в Визенгамоте?

— Вот уж даже не думали о таком! — искренне удивился Берт. — Спасибо, что сказал. Но это весьма неожиданно. Особенно от Марчбэнкс. Эта ведьма и на СОВ, и на ЖАБА мне столько крови попила, что её я бы однозначно не пригласил, даже желай мы позвать тысячу гостей!

Эдриан рассмеялся.

— Леди Вилкост её осадила, но… Впрочем, скучающая старуха — не самый желанный гость, это всем понятно.

— Кстати, а старых леди. Говорил с Кассиопеей, — в процессе подготовки стал рассказывать Берт без дополнительных вопросов. — И ситуация теперь выглядит слегка по-другому.

— В каком смысле?

— Ты помнишь, что изначально мы удивлялись не блэковским проблемам, а тому, что маги, которым бы жить да жить, умирают в расцвете лет? Что старшее поколение представлено десятком стариков, хотя никаких объяснений этому мору нет?

Эдриан отвлёкся от концентраторов и всем корпусом повернулся к Берту.

— Хочешь сказать…

— Пока это теория, — взмахом руки остановил тот, — но ты послушай, как стройно всё укладывается в неё! Блэков всегда было много, опять же они как на подбор были сильными магами, всегда на виду, вот и показалось, что всё происходящее направлено на них. Но ведь не только Блэки умирали. Из них как раз много кто выжил.

— Я помню.

— Вот. Тот твой разговор со Сметвиком принёс плоды, хотя бы о нём уже и забыть успели. Он и мне писал. От сотрудничества я тогда отказался, но всю информацию, что смог собрать, передал ему. Сметвик копал глубоко, смог в конце концов уговорить Кассиопею, и после бесчисленных проверок они сошлись во мнении, что дело не в проклятии, а в ритуале. Масштабном ритуале. Я тебе больше скажу, всем этим уже занимается Отдел тайн.

Эдриан с неподдельным изумлением присвистнул.

— Ничего себе!

— Дело очень серьёзное. И не факт, что покрыто патиной забвения. Старшие маги всё так же продолжают умирать раньше времени. И это относится не к Блэкам, а вообще ко всем. Блэки пострадали от собственной гордыни, по большей части. Да и не только они. Тот же лорд Флинт, например, никогда могуществом не кичился, держался в стороне и не пренебрегал защитой. Или старик Паркинсон. Он силён, но… осторожен до трусости. А кто считал, что играючи справится с любой угрозой, и пренебрегал амулетами — где они все теперь? Кассиопея не вдавалась в детали, я так понял, её заставили замолчать, чтобы не сеять панику, но я же изначально в курсе всего был, поэтому мне хватило и того немногого, что она смогла рассказать.

— Но забывчивость поразила только Блэков, — возразил Эдриан, обдумав услышанное.

— А это вообще другое, — отмахнулся Берт и усмехнулся. — Это они уже сами с собой сделали. От страха. Кассиопея сказала, что найти объяснение тому факту, что Блэкам становилось хуже рядом с Блэками, пока не удалось. Но Блэки же заметили это, друг друга заподозрили…

— Скорее наоборот, — перебил Эдриан. — Заметили, что вместе им хуже, да только не каждый может отказаться от общения с самыми близкими людьми. Полагаю, Сигнус как глава семьи принял решение насчёт этого проклятия: чтобы не помнили и не искали встреч друг с другом. Тогда реакция на попытки Флоры Паркинсон пообщаться вписывается в версию. И Бельвина, и Элайджа, и Хлоя просто-напросто забыли о ней. Миссис Паркинсон стала для Хлои чужим человеком.

— Ну, может, и так.

— Кстати. Принц говорил, что леди Блэк помнит о тех событиях исключительно под щитами. Что-то изменилось?

Берт пожал плечами:

— Не знаю, об этом я не спрашивал. Но, видимо, да.

— Так а… Что с легендой-то в свете всех этих новостей?

— Кассиопея сказала придержать гиппогрифов. Вряд ли, конечно, кто будет спрашивать, но официально никакой новой информации нет: Бёрки вернулись, но что да как никто не знает — это личное дело Блэков, кому очень интересно, могут лично леди Блэк спросить, — Берт усмехнулся, и Эдриан тоже улыбнулся: в мире найдётся мало желающих обратиться с таким вопросом к вредной старухе. — Ах да! И она просила передать тебе, что настоящие Бёрки не появятся в самый неподходящий момент. Сказала, ты поймёшь.

Пару секунд Эдриан непонимающе смотрел на Берта, а затем осознал смысл. Леди Блэк следила за британскими чистокровными магами с помощью своего гобелена, потому точно знала, кто жив и здравствует, а кто нет. Видимо, она ещё раз убедилась, что листья с именами Бёрков серые и безжизненные.

— Ясно. Я уже не сомневаюсь в этом. Ты сказал ей про Лонгботтома? — Берт кивнул. — Тогда предлагаю выбросить всё это и головы и заняться делом.

Берт кивнул и улыбнулся:

— Даже не верится, что это последний щит, и следующие недели я проведу в праздном безделье.

— Ты? — рассмеялся Эдриан и хлопнул друга по спине. — Вот уж не верю!

* * *

Ужин с родителями Файверли прошёл отлично. Эдриан не сомневался, что воспитавшие такую прекрасную девушку люди придутся ему по душе, хотя лёгкое волнение всё же присутствовало, но мистер и миссис Стамп превзошли все его ожидания.

Когда Файверли аппарировала их на Теневую аллею, перед Эдрианом предстал небольшой двухэтажный дом. Место было тихим, в стороне от магазинов; рядом располагались такие же аккуратные домики.

— Готов? — мягко улыбнулась Фай и потянула его к двери.

Стучать она не стала, произнесла пароль, дезактивируя защиту, и переступила порог.

— Мам, пап, встречайте гостей!

Внутри дом выглядел очень уютным.

Гостиная, куда пригласили Эдриана, была очень светлой благодаря грамотному выбору цветовой гаммы и двум окнам. Перед одним из которых стоял белоснежный рояль.

Эдриан невольно засмотрелся, и мисс Стамп заулыбалась, пообещав как-нибудь непременно сыграть.

Эдриан давно не робел в обществе незнакомых людей и чувствовал себя уверенно даже в окружении врагов, но здесь и сейчас у него была совершенно иная социальная роль — непривычная, новая, но очень важная, — ведь от того, понравится ли он родителям Фай, зависело многое. Конечно, он понимал, что Файверли не передумает выходить за него замуж, если у него не получится завоевать расположение Стампов, но…

Но волновался он зря.

Уильям и София Стамп были очень похожи на дочь — точнее, конечно, Файверли была похожа на родителей, — и обладали всеми теми качествами, что так нравились ему в невесте. Они не судили, не старались подловить или поставить в неудобное положение, и производили впечатление умных, спокойных и просто приятных людей.

О лорде Нотте они знали не только по рассказам дочери, и мнение успели составить, и в качестве жениха единственной дочери тот их вполне устраивал.

Встреча прошла хорошо, и, прощаясь, все четверо остались довольны.

— Мама от тебя в полном восторге, — сообщила Файверли, задержавшаяся в доме родителей на пару минут после ухода Эдриана. — Отец более сдержан, но ему ты тоже понравился.

— Я рад. Очень приятные люди. Ну что, теперь всё официально.

— После свадьбы Басти объявим о нашей помолвке! — широко улыбнулась Файверли и повисла у Эдриана на шее. — Я так счастлива!

* * *

По привычке заглянув в пергамент с важными датами, Эдриан беззвучно выругался.

Малфой уже долгое время избегал общества и постоянно пропадал где-то, обстряпывая свои делишки. С Эдрианом он связывался исключительно по делу, чаще письменно, а на все вопросы отвечал едва ли не односложно, если вообще отвечал. Поначалу это казалось странным, потом немного тревожило, но Люциус был взрослым умным мужчиной и в няньках не нуждался. И Эдриан отстал. Но прошло уже почти полгода, а ситуация не менялась.

«Здравствуй,

если ты запамятовал, позволь напомнить: на днях у тебя юбилей, на который я рассчитываю получить приглашения.

Искренне твой, Э.Н.»

Отправив сообщение через сквозную пластину, он задумался, что можно подарить человеку, у которого есть всё, ожидаемо ничего не придумал и поднялся из-за стола, намереваясь отправиться на Теневую аллею и приобрести какое-нибудь неоправданно дорогое редкое вино, но не успел сделать и шага — пришёл ответ.

«Помню. Цисси всё организует. Я буду».

Эдриан выругался и, пообещав себе вытрясти из Малфоя правду о причинах затянувшейся депрессии, всё же отправился искать подарок.

«У меня же тоже в этом году юбилей будет», — подумал Эдриан, уже шагая по Теневой аллее и внимательно рассматривая вывески лавок, мимо которых проходил.

Он не привык к приёмам или даже просто праздникам с большим количеством приглашённых, предпочитая камерные мероприятия. Однако не было ли это данью привычке, приобретённой во времена полуголодной юности, пока не разобрался. Зато чётко осознал, что уже не может себе позволить вести замкнутый образ жизни. У него были друзья и многочисленные знакомые, кто искренне расстроился бы, не получив приглашения. А ещё было очень много людей, которых нужно было уважить приглашением. Времена, когда до него никому не было дела, давно канули в Лету, Эдриан Нотт был публичной фигурой и обязан был вести себя соответствующе.

* * *

Свадебный приём был назначен на полдень, однако Файверли чувствовала себя ужасно виноватой перед подругой и отправилась к Бастиане чуть ли не на рассвете.

— Ты даже не представляешь, сколько времени нужно невесте, чтобы подготовиться! — сказала она, чмокнула Эдриана в щёку и побежала к камину.

Он действительно не представлял. Но понял, что не только Бастиане нужна помощь, поэтому на правах близкого друга тоже переместился в Макс-холл задолго до назначенного времени.

— Хвала Салазару, ты пришёл! — буквально кинулся к нему Берт и, схватив за руку, потащил к камину. — Он искрит!

Посмеиваясь, Эдриан без лишних вопросов достал палочку и занялся диагностикой.

Гостиная была украшена живыми цветами и выглядела весьма нарядно, на камине тоже лежала цветочная гирлянда, и Эдриан с удивлением понял, что цветы не трансфигурированные.

— Камин в порядке, — двадцатью минутами позже сообщил он Берту, поправляющему украшения на входных дверях. — Что ещё нужно?

Тот обернулся с растерянным видом и почти с отчаянием признался:

— Понятия не имею! Мы вообще не готовы!

— Так, спокойно, — мягко пожурил Эдриан и положил руку ему на плечо. — Тебе пора переодеваться, а я пройдусь и убежусь, что всё в порядке. Когда прибудут мистер и миссис Макс?

Берт хихикнул:

— Через полчаса где-то. Мы договорились, что Альтаир с Кэр прибудут порт-ключом к арке, чтобы ненароком ни с кем не пересечься…

— Ну вот давай я их встречу и провожу. Всё, ступай.

Берт благодарно кивнул и двинулся к лестнице, Эдриан же распахнул двери и вышел из дома.

Последний день марта радовал солнцем, но теплом не баловал, однако это легко исправили климатические чары. Внутри и вокруг свадебного шатра суетились пара эльфов, поклонившиеся гостю, и Эдриан остался доволен увиденным: Берт зря переживал, всё было готово к приёму гостей.

Он проверил защитные заклинания, ровность расстановки стульев, обновил чары свежести на цветочной арке, прошёл мимо столов, убеждаясь, что и там всё в полном порядке, и оставшееся до перемещения «родителей» время просто наслаждался солнечными лучами.

— Привет, — густым басом приветствовал светловолосый мужчина с пышными усами. — Думал, нас Берт встретит. Всё в порядке?

— Мистер Макс? — посмеиваясь, уточнил Эдриан и перевёл взгляд на его спутницу, невысокую хрупкую женщину, которую тот держал под руку. — Миссис Макс?

— Корвус помог с чарами личины, — мелодично пояснила Карисса. — Мы похожи на Берта?

— Не особо, — честно оценил Эдриан. — Как вас зовут?

Рудольфус с Кариссой переглянулись и растерянно промолчали.

Эдриан закатил глаза.

— Быстро придумывайте! Вы хоть легенду свою запомнили?

— Да, заучили! — быстро закивал Рудольфус. — Даты с событиями Берт нам написал, а имён не назвал.

— Роберт и Ребекка, — решил Эдриан и приглашающе махнул рукой. — Идёмте, проведу вас к сыну.

Карисса рассмеялась.

— Ах, дорогой лорд Нотт, сын столько о вас рассказывал! Мы очень рады с вами лично встретиться! Но мне не терпится наконец познакомиться с его невестой!

Эдриан одобрительно хмыкнул. Ребекка Макс играла свою роль идеально.

Когда начали пребывать гости, Берт уже взял себя в руки и сиял улыбкой, приветствуя и благодаря за поздравления.

Эдриан с интересом следил за происходящим, невольно примеряя всё на себя и прикидывая, как будет проходить их с Файверли свадьба.

Гостей было много, но по большей части нужных людей, а не друзей — мертвых Пожирателей смерти приглашать было не с руки, — и на эту тему Эдриан тоже задумался. Не то чтобы он или Берт были так уж дружны со всеми коллегами по организации, но почти любого из Пожирателей оба были бы больше рады видеть на собственной свадьбе, чем отдавать дань выгодным знакомствам.

Появление невесты произвело фурор, Бастиана превзошла все ожидания гостей. Традиционно-белое платье было украшено каким-то чарами, отчего переливалось нежнейшими оттенками, делая невесту похожей на сказочную фею.

Берт сиял, влюблённо смотря на невесту, вызывая умильные улыбки гостей.

Наконец, молодожёны сели за стол, и Эдриан понял, что некоторые гости смотрят не на них, а на него. Причин для того не было, и он чуть напрягся, однако недоразумение разъяснилось тотчас же. Шафик, чем взгляд Эдриан поймал, одобрительно улыбнулся, кивнув на Файверли.

— Это наше первое официальное появление в обществе, — наклонившись к невесте, тихо сообщил Эдриан и засмеялся. — Вопросы нам теперь обеспечены.

— Главное, чтобы не ревнивые бывшие, — хихикнула Файверли, смело встречая направленные на неё взгляды. — Пусть завидуют.

Праздник шёл своим чередом, и, смотря на счастливых новобрачных, Эдриан поймал себя на неуместной мысли. Берт был наследником старинной чистокровной семьи, одним из двадцати восьми, однако в силу обстоятельств оказался вынужден начать всё с чистого листа, буквально с нуля: нового имени, новых знакомств, жизни без прошлого. И он отлично справился, этого нельзя было не признать, однако…

Наследие Краучей было жалко.

Эдриан понимал, конечно, что Железный Крауч не так уж стар и вполне может завести новую семью, однако вероятность этого стремилась к нулю. С учётом характера, репутации и жизненных приоритетов Бартемиуса-старшего можно было биться о заклад, что официально на нём старинный чистокровный род прервётся.

«Интересно, кого он выберет наследником? — подумал Эдриан, обводя рассеянным взглядом гостей. — Наверное, неофициально Берт сможет получить часть наследства просто потому, что магия никого другого не подпустит. Но дом и средства точно отойдут другим людям. Сёстрам? Тем самым, с которыми Крауч порвал все связи?..»

— Я запрещаю гостям хмуриться! — легко стукнув его по плечу, подошедшая Бастиана улыбнулась и весело предложила: — Как насчёт танца с невестой?

— Почту за честь, дорогая Бастиана, — галантно поклонился он, выбрасывая грустные мысли из головы.

8.3.26