Чистокровный спектр (джен)

Люциус прибыл к завтраку вместе с сыном. Эди привычно напрягся, Давина с Тео, тут же забыв про еду, бросились знакомиться, ну а ошарашенный Драко застыл на том месте, где отец отпустил его руку, и огромными серыми глазами смотрел на всё вокруг. Не прошло и пары минут, как Драко оттаял и за руку был притащен Теодором к столу. Никакого непонимания между детьми не возникло несмотря на то, что лепет Драко взрослые не могли разобрать — сами дети его понимали отлично.

За чашечкой кофе Барт определился с дневным досугом и решил остаться с детьми. Палочка, найденная для него Уолденом, не совсем подходила для тонких манипуляций, но неплохо слушалась, и он уверил, что на этом этапе большего не нужно.

— Я не стану ничего предпринимать в твоё отсутствие, — пообещал он Люциусу. — Проведу диагностику, если что-то будет непонятно, пороюсь в библиотеке — ты знал, что у Эдриана совершенно чудесная коллекция древних инкунабул? Всё, что мне нужно, это твоё разрешение взять кровь мальчика.

— Разрешаю, — произнёс ритуальную фразу Малфой, и свежий след на запястье Крауча от непреложного обета потускнел, принимая изменение условий.

Проведённый у МакНейра день был полон смеха. За два дня восстановить десятилетиями разрушающуюся магическую защиту было нереально, однако сделано было немало, и теперь хозяин мог не волноваться о несанкционированных визитах магглов.

Кроликов Уолл готов был вручить и Малфою, но тот поспешно отказался, скорчив гримасу оскорблённой невинности.

— Давай мне, — хитро подмигнул Эдриан, — это же я рабочую силу привёл.

В итоге МакНейр пообещал на неделе непременно переместить в Нотт-мэнор и ушастую оплату, и клетки, и даже еду для живности на первое время, и гости простились.

Дети вчетвером носились по саду с молодыми деревьями, которые почти не давали тени, а Крауч сидел под единственной сохранённой с прошлых времён яблоней и что-то чёркал на пергаменте.

— Как дела? — обозначил своё присутствие Эдриан.

Барт подпрыгнул, отчего листы разлетелись по траве, и облегчённо выдохнул только через секунду, узнав Нотта.

Однако ответа на свой вопрос Эдриан так и не получил, потому что соскучившиеся дети с весёлыми воплями уже неслись к ним. И возобновить разговор удалось лишь через полчаса.

— Мне нужна подходящая палочка, — первым делом сообщил Бартемиус, когда мужчины расположились в гостиной. — Что смог, я проверил, но для подтверждения теории и тем более получения точных данных без нормальной палочки не обойтись.

— Так что ты узнал-то? — пряча надежду за привычной маской, Люциус растягивал слова и разливал принесённое из дома вино с выражением вселенской скуки.

— Не знаю, — покачал головой тот. — Когда я разбирался с проклятием, отгоняющим от Давины родственников, кое-что заметил странное. Это было и у Беллы, и у её дочери. Теперь я вижу то же самое у твоего сына.

— И что это?

— Люц, прекрати перебивать и дай ему уже сказать! — возмутился Эдриан.

— Прости, — скрипнул зубами Малфой. — Продолжай.

— Я понимаю, что тебе не терпится узнать подробности, — примирительно улыбнулся Барт, — но пока мне нечего тебе сказать. С этой палочкой я не могу…

— Попробуй с моей! — снова перебил Люциус, протягивая палочку рукояткой вперёд.

Барт сначала отшатнулся, потом выпучил глаза, но быстро справился с собой и, осторожно приблизившись, с недоверчивым выражением на лице взял палочку. Однако через пару секунд со вздохом вернул:

— Прости, ещё хуже. Это сердечная жила дракона, да? Мне совсем не подходит.

— Что тебе нужно?

— Люц!

— Эд, прошу, заткнись, — повернувшись к Нотту, серьёзно попросил Малфой и снова сосредоточился на Крауче. — Я достану тебе палочку, только скажи, что тебе нужно.

— Я не знаю, — потупился тот в ответ и покраснел. — Раньше у меня была рябина и волос единорога, и она прекрасно подходила. Но Уолден вчера мне предложил именно такую палочку — короче моей, правда, но это ведь неважно, — и я почувствовал себя настоящим сквибом. Вот это бук и волос из гривы фестрала, — он поднял свою новую палочку. — Но кроме базовой диагностики…

— Значит, нам нужно к Эймсу, — решительно произнёс Люциус.

— Аврорат…

— Срать мне на Аврорат! — рыкнул он, и Эдриан закатил глаза, смиряясь, что Малфой впал в раж и доводы здравого смысла на него не действуют. — Завтра…

— Завтра, — перебил Нотт, — ты отправишься в Японию, а Барт не покинет мой дом до тех пор, пока не будет обеспечен подходящей волшебной палочкой и надёжной маскировкой, и пока я не буду убеждён, что он действительно оправился после Азкабана и домашнего ареста и способен в случае чего постоять за себя и не попадёт в Азкабан снова. Я доходчиво изложил?

И Малфой, и Крауч смотрели на него широко открытыми глазами. Амплуа властного лорда не было привычным, но удивительно шло Эдриану и хорошо удавалось.

— Люциус? Мы поняли друг друга? — настойчиво потребовал он ответа, и Малфою не оставалось ничего иного, кроме как согласно кивнуть. — Прекрасно. Барт? — Крауч тоже быстро кивнул. — Замечательно. Теперь вернёмся к обсуждению. Я постараюсь узнать, что творится в Лютном, и если стало безопасно, обещаю, что помогу Барту посетить Эймса. Пока же предлагаю ограничиться теоретизированием. Возражения есть?

Малфой с Краучем переглянулись и синхронно покачали головами.

— Можно?.. — подал голос Барт и тут же смущённо умолк.

— Говори давай, — успокоительно улыбнулся Эдриан.

— Если можно, я бы сварил несколько зелий — иногда не заклинание, а именно зелье может ответить на вопрос, присутствуют ли определённые чары.

— Моя лаборатория в твоём распоряжении, — не колеблясь ни секунды, пообещал Малфой.

— Спасибо. И… Если можно было бы достать кровь Нарциссы…

— Будет, — кровожадно ухмыльнулся Люциус.

— Люц, — снова предостерегающе воскликнул Эдриан.

— Это для исследовательских целей! — мгновенно парировал тот с невинной улыбкой, но острая сталь в глубине глаз выдавала далёкий от добродушного настрой.

Эдриан хотел было возразить, но задумался о ситуации и в результате решил промолчать. Реальный вред жене Люциус причинить не сможет, миссис и мистер Малфой не зря обменивались непреложными обетами совсем недавно, а небольшое кровопускание Нарциссе не повредит — тем более речь идёт о её собственном горячо любимом сыне. Иными словами, повода вмешиваться не было.

В разговоре он некоторое время не участвовал, слушая, как постепенно прорисовывается план дальнейших действий. Так, Барту был предоставлен доступ не только к общим помещениям в Малфой-мэноре, но и к лаборатории, и даже библиотеке — после нескольких реплик Крауча о инкунабулах Нотта на древних языках Люциус наконец признал, что парень достаточно умён и образован. Драко же было решено на время отсутствия отца поселить вместе с Теодором — хотя младший Малфой поладил со всеми детьми, ближе всего по возрасту ему был именно родной сын Эдриана. А чуть позже, когда настало время ужина и Нотт поинтересовался мнением своего детского сада, решение утвердили окончательно, и Люциус поспешил откланяться — отправить сына в гости без горы вещей ему казалось невместным.

* * *

Тёмно-розовый бумажный самолётик стукнул в дверь кабинета Нотта, сделал круг по приёмной и влетел в щель боком, спланировав на стол.

— Шеф, всё в порядке? — поинтересовался Коллинз, заглядывая в кабинет секундой позже.

— Пока не знаю, — степенно ответил тот, разворачивая записку.

Интенсивность расцветки намекала, что в Аврорате не всё благополучно, но не обязывала бросать все дела и нестись по вызову. В отличие от текста, состоящего всего из одного слова, выведенного знакомой рукой: «Срочно!»

— Кажется, не всё в порядке, — усмехнулся Эдриан, вставая из-за стола.

В Аврорате что-то происходило — это было понятно ещё на выходе из лифта по гулу, доносящемуся через закрытые двери. Эдриан нажал на ручку и распахнул дверь — шум резко усилился, но на его появление никто не обратил внимания, все носились с сосредоточенными лицами, со всех сторон слышались восклицания. И лишь когда он был уже на середине зала, в паре ярдов от кабинета Грюма, его наконец заметили.

— Нотт! Ты-то нам и нужен!

Говорившего он не знал, но остановился и кивнул.

— Что нужно?

— Ща я тебе скажу, что нам нужно, — тяжело дышащий Грюм возник рядом словно из воздуха, подхватил Эдриана под локоток и подобно Хогвартс-экспрессу потащил к ближайшему столу, не замечая слабых попыток сопротивления. У Нотта даже не успело появиться чувство опасности, как его толкнули к столу с разложенной на нём картой, буквально уронив на стул. — Смотри. Точки видишь? Нужны порт-ключи по этим адресам.

Эдриан проглотил рвущиеся с языка комментарии, более внимательно вгляделся в карту и присвистнул:

— Серьёзно? — подняв взгляд, он удивлённо посмотрел на Грюма и стоящих вокруг авроров. — А Луну с неба не надо? А то вы не стесняйтесь, мне нетрудно помочь с ерундовой просьбой.

Грюм скривился, будто его заставили проглотить фаршированный флоббер-червями лимон.

— Ну что ты за человек?.. Что не так?

— По важности или по алфавиту сгруппировать возражения? — ехидно склабился Эдриан.

— Как пожелаете, — гася недовольство шефа, вперёд выступил ещё один аврор, — мистер Нотт, главное, подскажите, как исправить ситуацию, чтобы вы смогли предоставить нам порт-ключи.

Эдриан взглянул с уважением на незнакомого высокого мужчину с гладко зачёсанными волосами, с невозмутимым видом ожидающего ответ, и кивнул.

— Карта слишком мелкая, координаты не задать — может переместить в стены зданий. Никакой информации о рельефе — запросто может выкинуть в десятке ярдов над землёй или, что ещё хуже, под землю. И, кажется, вы напрочь забыли о Статуте. Порт-ключ на маггловскую улицу?.. Я-то сделаю, но подписанное Скримджером разрешение желаю увидеть до того, как приступить к работе.

— Какой же ты зануда, — пробурчал Грюм, но его перекрыл начальственный бас:

— Как приятно встретить ответственного человека. Мистер Нотт, рад познакомиться лично.

— Мистер Скримджер, — Эдриан встал и ответил на рукопожатие.

— Моё разрешение у вас есть, карту сейчас принесут другую, — он выразительно глянул на подчинённых, и двое авроров тут же сорвались с места. — Статут уже находится под угрозой, именно потому нужна ваша помощь.

— Что произошло?

— Грюм? — обратился Скримджер к раздражённому подчинённому. — Потрудитесь ввести мистера Нотта в курс дела.

На минуту в Аврорате повисла тишина, через которую Скримджер прошествовал к своему кабинету, и разлетелась вместе со стуком захлопнутой сворки.

— Сука! — выразил общее мнение Грюм и повернулся к Нотту. — Про гонки слышал?

Эдриан кивнул без уверенности. О гонках на мётлах, разумеется, слышали все, — наравне с квиддичем этот вид спорта пользовался успехом. А в чём-то даже превосходили командную игру: не нужен был стадион, участвовать мог каждый маг, и соревнования проводились намного чаще, а значит, зрители имели больше возможностей получить удовольствие и от наблюдения за профессиональными летунами, и от ставок на вполне легальных тотализаторах, и даже самостоятельно поучаствовать в первых турах. Однако Грюм явно имел в виду нечто иное…

— Новый вид развлечения, — не дав времени на обдумывание, Грюм поспешил разъяснить ситуацию, — кретины устраивают гонки по Лондону. Днём. С минимальной защитой — дезиллюминационные чары и всё. Выбывшие буквально падают магглам на головы. Первый раз был месяц назад, и мы… Хм! — он проглотил ругань в последний момент и, скрипнув зубами, переформулировал: — Не сумели отреагировать своевременно. Но сейчас мы уже знаем, что нас ожидает. Сообщение уже поступило, обливиаторы метнулись по сигналам — точки на карте это как раз они. Но прошёл только первый этап гонки, то есть отсеялись самые криворукие летуны на древних «Чистомётах».

— Не продолжайте, — поражённый Эдриан качнул головой, мгновенно оценивая серьёзность надвигающейся катастрофы. — Давайте координаты, я начну готовить основы.

Он развернулся на каблуках и быстро зашагал обратно в коридор, к лифту.

«Снова планы под низзлов хвост, — думал он, нетерпеливо постукивая ногой, пока лифт со скрежетом полз на нужный этаж. — Придётся Краучу остаться ещё без нескольких пунктов в заказе».

Введя Коллинза в суть дела, он сразу же приступил к работе. На подготовительном этапе сосредоточенность не была нужна, и мысли крутились вокруг летунов. Сам Эдриан квиддич не любил с самого детства: посещение чемпионатов было ему не по карману, а школьные игры не впечатляли. Но вот просто летать ему нравилось, и когда выдавался случай, он брал метлу у кого-нибудь из сокурсников и расчерчивал небо размытой линией… Но гонки? Квиддичистам были важны скорость и слётанность, так что на тренировках парни регулярно соревновались, кто быстрее, и каждый раз победитель был новый — всё же «Чистомёты» и даже девлинские «Нимбусы» хоть и позиционировались скоростными, больше были ориентированы на манёвренность и удобство летуна. Если только…

Мысль озарила настолько внезапно, что Эдриан едва не сломал пластину порт-ключа, резко сжав пальцы.

Если только Флинт не занялся изготовлением мётел для гонок.

Квентин слишком много жаловался на то, как разборки между Пожирателями и Авроратом сказывались на бизнесе, а чуть позже и вовсе откровенно ныл, что сбежавший в Америку Вайтхорн губит всё их дело. Но потом — как отрезало. Изредка упоминал, что много работы, затем стал хвалиться «Полуторкой»… Но Эдриан слишком хорошо его знал, чтобы поверить, что Флинт сидел на попе ровно несколько месяцев и ничего не делал. Особенно в свете новой информации. Гонки над маггловским городом были чем-то принципиально новым…

Авроры возникли на пороге как раз когда Эдриан был готов начать. Работа закипела. Он, конечно, старался не отвлекаться, но не отметить слаженность их действий не мог. Парни не мешали ни ему, ни друг другу, молча обновляли пергаменты со свежими координатами, молча забирали готовые порт-ключи. Без суеты и метаний, деловито и споро — даже просто наблюдать было приятно.

Когда в работе возник перерыв — второй этап гонки завершился, — Эдриан не удержался:

— С вами очень приятно работать, парни.

— Спасибо, лорд Нотт, — улыбнулся тот, что выглядел помоложе. — Мистер Грюм нас предупредил, чтобы мы не мешали и не лезли под руку.

— И у вас отлично получилось, — он улыбнулся. — Как дела у ваших коллег в поле?

— Не слишком хорошо, — подал голос второй, несколько минут назад вернувшийся со списком координат. — Только что слышал ругань Грюма… Но подробностей не было.

— Двоих летунов арестовали, трое в Мунго с серьёзными травмами, — сообщил Тёрнер, входя в кабинет. — Обливиаторы немного в шоке, авроры злятся. Ничего интересного. Стеф, возвращайся, как только засекут, где проходит третий этап гонки…

— Понял, — отозвался молодой и, сверкнув улыбкой, испарился.

— Как дела? — обратился Тёрнер уже к Нотту.

Тот развёл руками.

— Как видишь. Все планы снова низзлу под хвост.

— В ДМС тобой недовольны. — Тёрнер покосился на второго аврора, но тот старательно притворялся глухим, и в конце концов он махнул рукой. — Я слышал от приятеля, что вы не выполняете их заказы, и Крауч готов к разборкам.

По лицу Эдриана расплылась улыбка, но он быстро её согнал — о «тайном плане» кроме него самого и Коллинза никто не должен был узнать.

— Разберусь… Неделя всего-то прошла, а они уже хнычут так, что всё Министерство в курсе!.. А вот и третий этап стартовал, — протянул он, через открытую дверь видя бегущего Стефана.

— Не буду мешать, — поспешно простился Тёрнер, пропустил коллегу и отбыл.

Работа возобновилась. Когда два часа спустя парень в очередной раз прибежал в кабинет, чтобы сообщить, что гонка окончена, и больше не нужно порт-ключей, Эдриан не удержался от усталого стона.

— Эм… Прости, я так и не спросил твоего имени, — попытался обратиться он к молодому аврору, который остался один в кабинете. Рик как-то его называл, но порт-ключей было много, и ненужная информация успела благополучно выветриться из головы.

— Стефан Уоккер, сэр.

— Да, очень приятно, Стефан. Скажи, ты не в курсе, ситуация в Лютном стабилизирована? Грюм закончил свою охоту? А то лето на носу, а единственный достойный магазин детской одежды находится именно там.

— Почти, сэр, — легко выдал тот служебную тайну, польщённо улыбаясь, что аж начальник портального управления обращается к нему с вопросом. — Арест запланирован на среду, так что если ничего экстраординарного не произойдёт, в четверг можете спокойно отправляться на Лютный проспект, уверен, все лавки уже будут работать по привычному расписанию.

— Спасибо. — Эдриан внимательно посмотрел на парнишку, прикидывая, из какой чистокровной семьи тот может происходить. Фамилия Уоккер не была ему знакома, однако грязнокровки называли Лютный переулком и никак иначе, да и обратился к нему Уоккер правильно, назвав лордом, а не мистером, несмотря на расхожее в Министерстве правило, опять же служба в Аврорате у чистокровных не пользовалась особой популярностью… Вывод был простым: чистокровной была мать парнишки. — Ты отлично проявил себя, при случае я непременно сообщу об этом Грюму.

— О! Спасибо, сэр!

Когда за Стефаном закрылась дверь, Эдриан улыбнулся. Да уж, число друзей в Аврорате росло стремительно. Кто бы мог предположить что-то подобное ещё пару лет назад?..

19.11.2020