Чистокровный спектр (джен)

Отходняк после активного колдовства накрыл Эдриана в конце рабочего дня. Вызвав Коллинза, он только собрался объяснить ситуацию, когда тот опередил:

— Шеф, жутко выглядите. Может, вам завтра отгул взять, а?

— А ты справишься без меня, Сэм? — усмехнулся он, отбрасывая официоз.

— Постараюсь, Эдриан, — легко принял новый формат общения Коллинз. — Но я серьёзно, краше в склеп относят.

— Не истощение, и то радует. Но, пожалуй, идея здравая. Да вот только мне птичка в красной форме шепнула, что ДМС уже жалуется на нашу работу. Что если заявятся в моё отсутствие?

— Вот и проверим заодно, какой из меня зам выйдет.

Довериться было сложно, но слабость и начавшееся головокружение недвусмысленно намекали, что спор пора заканчивать. Чем угодно, лишь бы поскорее переместиться домой и лечь.

— Ладно, — решился Нотт и, пошатываясь, встал. — Пойду к соседям, — кивнул он на стену, отделяющую их от каминного центра, — боюсь, до Атриума я не дойду.

Уже привычно отметив, что коллеги не утруждаются работой и зал пустует, Эдриан хмыкнул, доковылял до полки с летучим порохом и вошёл в высоченный камин.

Чуть не вывалившись из камина в Нотт-мэноре, он отмахнулся от причитаний Лаки и прямым ходом направился в спальню. Голова кружилась всё сильнее, руки дрожали, ноги подгибались, а сил ни на какое общение не осталось. Мелькнула мысль, что нужно поговорить с Флинтом насчёт сегодняшнего происшествия и выяснить, не его ли мётлы использовались гонщиками, но растворилась под давлением темноты, в которую Эдриана безжалостно затянула усталость.

— Эдриан… Эдриан… Эд, пожалуйста, очнись…

Он плыл во тьме и не испытывал ни малейшего желания выныривать из её ласковых объятий. Но настойчивый голос не унимался. Жалобные нотки напоминали интонации Эди, когда тот был чем-то расстроен, и только поэтому Нотт сделал над собой невероятное усилие и открыл глаза.

— Хвала Мерлину! — выдохнул Крауч с таким видом, словно получил амнистию. — Вот, выпей!

Эдриан хотел было отказаться, но ловкие руки уже подставили фиал к губам.

Через минуту всепоглощающая слабость отступила, и Эдриан осознал происходящее.

— Мерлин!.. — прокомментировал он собственное поведение и пристыженно прикрыл глаза. — Взрослый человек, а не понял, в какой момент остановиться.

— Ты как? — с опаской заглядывая ему в глаза, тихо уточнил Барт.

— Хреново, как ты сам догадался, раз уж притащил восстанавливающее зелье. Но теперь значительно лучше — благодаря тебе.

Барт тут же засиял.

— Сколько времени?

— Ты лежи, лежи! — не позволил Крауч подняться, мягко, но неуклонно надавив на плечо. — Десять вечера. Дети уже спят. Мы сначала удивились, что тебя долго нет, но мало ли что, ты же не обязан отчитываться. А когда дети пошли спать, они сказали, что ты всегда им сказку читал, ну я и заподозрил неладное. Сказку я им сам прочитал, Давина сказала, что у меня не очень хорошо получилось, и ты рассказываешь интереснее. А когда они уснули, я расспросил эльфа и узнал, что ты давно дома, но шёл как пьяный, который самолично зачаровал Стоунхендж. Ну и вот.

— Кое-что случилось, мне пришлось знатно выложиться на работе… — Эдриан вздохнул. — Не ожидал, что настолько сильно потратился. Не трясись, в обморок не упаду. Пошли в столовую, я готов сожрать всего кабана… — он запнулся, сообразив, что Крауч не в курсе охоты, которую Пожиратели смерти устраивали зимой, и махнул рукой. — В другой раз расскажу. Идём. И надо бы с Флинтом связаться… Или поздно уже?..

С Квентином он всё-таки решил связаться несмотря на время — риск был, и хотелось убедиться, что друг не пострадает из-за излишней воспитанности Эдриана. В доме Флинтов ещё не спали и на каминный вызов ответили тотчас же, а увидев измождённое лицо и услышав краткое «Это важно», лишних вопросов задавать не стали.

— Что с тобой? — первым делом спросил Флинт, а уже потом добавил: — Привет. Давно не виделись.

— Со мной случилась нелегальная гонка по маггловскому Лондону, — криво улыбнулся Нотт, внимательно наблюдая за сменой эмоций на лице Флинта. И удовлетворённо кивнул: — Так и думал!

— Эд…

— Насколько ты вовлечён? — не стал он слушать.

— Эд, я не…

— Квентин, я недостаточно хорошо себя чувствую, чтобы слушать отмазки. Давай начистоту, ладно?

— Как ты понял, что я замешан?

— А кто? Девлин бы рекламировал на каждом столбу новую метлу. «Чистомёты» не тянут ваш уровень. Опять же — то ты ноешь, что бизнес не идёт, то как воды в рот набрал, но довольный, хотя по официальной версии бизнес всё ещё застрял в мёртвой точке. Ну и скорость, Квин. Ты главный адепт скорости.

— Мда. Кто-то ещё в курсе?

— Вот это я и пытаюсь у тебя выяснить. Авроры успели арестовать несколько гонщиков, ещё большее число в Мунго, и как только их подлатают — тоже окажутся за решёткой. Вменить им лишь нарушение Статута можно… Ну и сопротивление аресту, конечно, но ты, уверен, и сам догадываешься, что многие с радостью пойдут на сотрудничество с Авроратом, если это будет сулить сокращение не то что срока, но даже размера штрафа. А потому ещё раз: кто в курсе твоего участия?

Присутствие Крауча Флинта смущало, но Эдриан не собирался прогонять того из-за чужих прихотей.

— Парень один из Лютного. Он помогал с организацией. И Кевин Гамп.

Эдриан немного успокоился, зато подскочил Крауч.

— Кэв не арестован?

— Ты его знаешь? — в унисон спросили Нотт и Флинт.

— Да, он… — Барт замолчал и неуверенно склонил голову к плечу. — Он кузен Регулуса⁽¹⁾, поэтому мы… ну… не то чтобы дружили…

— Что ты о нём думаешь? — перебил Эдриан. Он правда чувствовал себя ужасно, и потому привычные терпение и вежливость сегодняшним вечером не были его друзьями.

— Хороший парень, — без колебаний ответ Барт.

— Отлично, хорошего парня оставим в покое. Что за парень из Лютного, Квин?

— Он свой, — упрямо отмалчивался тот.

Эдриан вздохнул.

— Ладно, дело твоё.

— Слушай, я доверяю тебе, но…

— Что — но? — разозлился Нотт. — Я не из праздного любопытства спрашиваю. Ты понимаешь, что я дружу не только с вами, но и с аврорами? Я могу пусть не повлиять, но своевременно узнать о грозящей тебе опасности! Твой дружок в курсе операции, проводимой Авроратом?

— Какой операции? — не понял тот.

— А не знаю, — издевательски ухмыльнулся Эдриан. — Моих друзей это не касалось, как я думал, поэтому не интересовался.

— А если серьёзно? — нахмурился занервничавший Флинт.

— Я серьёзно, — устало потёр лицо Эдриан. — Знаю лишь, что операция отлично спланирована и подготовлена. Арест на среду, что ли, назначен, задействованы будут лучшие и проверенные авроры, так что кем бы ни был преступник, проскользнуть, сунув кому-то увесистый кошель, не удастся. Слежка достаточно давно установлена, все связи уже наверняка срисованы…

— Откуда ты вообще это знаешь? Неужто авроры действительно такие балаболы?

— Квин, дружище, ещё раз для тугодумов: у меня отличные отношения с несколькими аврорами. До недавнего времени были хорошие отношения и с Грюмом. Собственно, от него я и узнал про засаду.

— Не вовремя ты с ним поссорился, — досадливо поморщился Флинт.

— Я не ссорился. Грюм, например, считает, что я прикрываю ваши задницы, хотя я вообще ничего не прикрывал и как дурак подставился.

— Ничего не хочешь рассказать? — вкрадчиво спросил Квентин, и Эдриан расхохотался.

— Ты чего? — неуверенно улыбнулся Крауч, не понимая причин столько неуместного веселья.

— Ты что, не знаешь эту фразу, мой мальчик?

— Н-нет… А должен?

Нотт с Флинтом переглянулись.

— Ты серьёзно? — протянул Квентин. — Ты же в Хогвартсе учился!

— И что? — по-прежнему растерянно спросил Барт, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

— Тебя никогда не вызывал Дамблдор?

— Нет… Конечно же нет, — его голос обрёл силу от возмущения. — Я был образцовым учеником, старостой, лучшим выпускником, набравшим больше всего «превосходно» на ЖАБА! С чего бы меня, как какую-то шпану, вызывал директор?

— Слышал, шпана? — хохотнул Квентин, обращаясь к Нотту.

Несколько минут они смеялись, вспоминая школьные годы и беззлобно подтрунивая над образцовым учеником, но Эдриан всё же не позволил Флинту отмолчаться:

— Квин, кто твой человек в Лютном?

— Уизли.

— Кто?! — сорвался на крик Нотт и закашлялся. Рядом с открытым ртом сидел Крауч, таращащийся на Квентина с не меньшим изумлением.

— Да не кролик, брат его младший — Билли, — поморщился тот. — Он надёжный парень, несмотря на сомнительное родство.

— Хм!

— Его брат учился на пару лет старше, — снова влез с уточнениями Крауч. — И мы…

— Мы? — не упустил формулировку Эдриан.

— Мы же кузены, — смутился тот. — Вернее, я их племянник, но с Дариусом у нас всего пара лет разницы… Моя бабушка Чарис родная сестра их матери.

— Ох уж эти Блэки! — простонал Квентин.

— Подожди… — вдруг осенило Нотт. — Получается, что Лонгботтом… тоже твой кузен? — Барти потупился. — И с Беллатрисой ты кузен?

— Никто в наших семьях так не считал, — завозражал тот. — Прадеды были братьями — так себе родство.

— Квин прав — куда ни плюнь — обязательно попадёшь в потомка Блэков… Мордред, Барт, а ты уверен, что проклятие Давины не скажется на всех этих людях?!

— Эм…

— Мы тут как бы мою свободу обсуждали, — напомнил Флинт, но Эдриан отмахнулся от него:

— Не отсвечивай, и твоя свобода не пострадает. Я буду держать руку на пульсе, но будь любезен проявить осторожность.

— Буду должен, — серьёзно кивнул тот, однако Нотт снова не дал ему договорить:

— Я тут вспомнил, что мне нравилось летать, так что дашь мне одну из своих новых гоночных мётел на вечер погонять, и мы в расчёте. Тоже мне, должник нашёлся.

— Ты отличный друг, Эд, — засмеялся Квентин, вставая и делая первый шаг к камину. — Правда отличный. Но такой зануда!

— Спасибо, я в курсе. Грюм всё порывается вам ордена Мерлина вручить за способность терпеть такого несовершенного меня. Потом, правда, вспоминает, что вместо ордена вам метки поставили, и затыкается ненадолго. Как в следующий раз заведёт эту песню, скажу, что орден мои друзья больше не заслуживают.

Посмеивающийся Флинт помахал и исчез во всполохах зелёного пламени, а Эдриан с Бартом вернулись к волнующему их обоих вопросу: как проклятие скажется на дальних родственниках Блэков, в которых числилась половина чистокровной Британии, и если ничего не делать, не смогут ли маги догадаться о причинах недомоганий рядом с Давиной, сложить все совпадения воедино и вычислить виновницу.

* * *

С утра Эдриан чувствовал себя значительно лучше, и хотя слабость не прошла полностью, собрался идти на работу. Барт не посмел возражать, просто встал рядом, вывел кончиком палочки весьма запутанный узор и прочитал мудрёную фразу на смеси латыни и кельтского диалекта.

«Диагностика», — понял Нотт и в следующую секунду охнул.

Крауч удовлетворился реакцией, развеял зависшую в воздухе тусклую разноцветную сферу, наглядно отражающую состояние магического здоровья Эдриана, и сел за стол, так и не сказав ни единого слова.

— Значит, всё же выходной день, — усмехнулся Эдриан. — В последний раз я пропускал работу, когда Тео родился…

В эту минуту в столовую вошли дети, причём Давина с Драко о чём-то горячо спорили. Между ними шёл Эди, то и дело отпихивая то одну, то другого, не давая им сцепиться, Тео же важно шествовал впереди и каждые три шага оборачивался, чтобы убедиться, что мир ещё не нарушен.

— Итак, молодые люди, поведайте же нам, что вы не поделили, — с улыбкой обратился Эдриан к вошедшим детям.

Драко что-то быстро-быстро стал говорить, Давина же потупилась.

— Мальчик хочет, чтобы Тео стал его братом, — вдруг сказал Барт.

— Ты его что, понимаешь? — изумился Нотт.

— Ну да… — Барт удивлённо посмотрел на него, а затем засмеялся: — Детский язык не сложнее любого другого.

После завтрака непривычно свободный Эдриан вместе с детьми переместился во двор и провёл первую половину дня в праздности. Колдовать ему не стоило, он это прекрасно понимал, но соблюдать ограничение было сложно — рука сама тянулась за волшебной палочкой. И два часа спустя он признал, что нуждается в отвлечении — сосредоточиться на чём-то, что позволит не думать о запрете колдовать. Дел дома, конечно, хватало, но практически каждое предполагало использование магии, кроме…

Чистка территории всё ещё не была завершена, в Нотт-мэноре, пусть и в меньшей степени, нежели у МакНейра, но тоже требовалось обновление защитного контура. И кое-что Эдриан мог сделать без всякой магии — механическая работа по вырезанию рун на столбах, что закапывались по периметру и служили реперами, на которые позже завязывались чары. За полгода он успел сделать немало, но территория была большой, и до «готово» было бесконечно далеко.

Попросив Барта левитировать заготовки на удобное место, Эдриан устроился в теньке рядом с играющими детьми и до самого обеда занимался резьбой по дереву, получая истинное наслаждение от царящей вокруг мирной атмосферы. Когда подошло время дневного сна, он всё же решил отправиться в Министерство.

— Не работать — максимум бумажки переберу, отчёты напишу, — успокоил он заволновавшегося Крауча. — Колдовать не собираюсь, но посмотреть, как дела, должен. Не зря же я начальник.

Тот пробормотал что-то смущённо, мол, ничего не говорил, и Эдриан с улыбкой шагнул в камин — как бы то ни было, а забота Барта была приятна.

В Министерстве привычно царила рабочая суета. По Атриуму сновали озабоченные волшебники, в лифт на каждом этаже залетал рой самолётиков всевозможных цветов. Эдриан вышел на своём этаже и поразился тишине. В сердце прокралась тревога, кольцами оплетая разум. Миссис Солански встретила его больными глазами и лихорадочным румянцем на щеках. Только он собрался поинтересоваться, что случилось, как бедствие, обрушившееся на портальное управление, само подало голос — хлыстом бьющие злые слова звучали из кабинета Коллинза.

— Мистер Крауч, — ледяным тоном произнёс Нотт достаточно громко, чтобы экспрессивно отчитывающий его людей Крауч услышал, — извольте объяснить, по какому праву вы высказываете претензии моим сотрудникам.

Про неудовлетворяющую скорость работы управления тот начал говорить сразу, ещё даже не повернувшись, но замолчал тотчас же, как взгляд сфокусировался на Эдриане.

— Что с вами? — перебивая сам себя, удивлённо воскликнул Крауч.

— Истощение, сэр, — язвительно хмыкнул Нотт. — Вы в Министерстве не единственный, кто нуждается в нашем содействии. И как вам прекрасно известно, Аврорат всегда имеет приоритет над всеми остальными отделами. Отдел тайн отдельной строкой стоит в рейтинге. Но помимо них перед вами в очереди окажется и Мунго, и даже обливиаторы… Поэтому, уж будьте так любезны, ведите себя соответственно занимаемой должности и не орите на моих людей. Достаточно того, что я выложился по полной, помогая спасать Статут от падения, я не позволю по вашей прихоти довести моих людей до такого же состояния.

— Нотт… — кажется, Крауч хотел возмутиться, но проглотил рвущиеся с языка возражения, взял себя в руки и нормальным тоном сказал: — И всё же я жду исполнения моего заказа.

— Извините, сэр, — почти искренне улыбнулся Эдриан, — не дождётесь. Пройдёмте в мой кабинет, прошу вас, людям есть чем заняться помимо выслушивания угроз и оскорблений. Работы у нас слишком много, не стоит мешать. — Крауч поджал губы, сверкнул гневным взором, но без возражений покинул кабинет бледного до синевы Коллинза. — Вы требуете с нас так, словно подо мной пятьдесят человек работает. Но, сэр, оглянитесь, ваши запросы отработать нереально. И, уж извините, сами запросы дурацкие.

— Мистер Нотт!..

— Кто — поимённо! — кто отправится в Тулузу? Где вы взяли цифру — шестьдесят?!

— Я не хочу оказаться в положении, когда нам не хватит… — абсолютно не в своём стиле забормотал Крауч, и Эдриан готов был сплясать на столе от осознания, что ему удалось пробиться сквозь латы холодной строгости.

— И потому вы ставите себя в положение, когда со второй недели каждого месяца вообще не будете получать порт-ключи. Я объясню, — поднял руку Эдриан, призывая к терпению. — Мы всё ещё не закрыли строку с Тулузой.

— Но конференция уже в четверг!

— Я знаю, — осклабился Нотт. — Я вчера зачаровал более сотни порт-ключей за два часа. Сегодня у меня выходной, однако, — он развёл руками, предлагая осмотреться, — я почему-то не наслаждаюсь изысканным букетом восстанавливающего зелья, а вынужден беседовать с вами, доказывая очевидные вещи.

— Что вы хотите от меня? — после короткой паузы, смиряясь, спросил Крауч, как человек, которому очень хочется по-тихому заавадить источник проблем, но которому воспитание не позволяет перебивать разумные аргументы Авадой.

— Две вещи, сэр. Выбейте мне финансирование на восстановление прежнего состава портального управления. И скорректируйте свои требования в соответствии с реальным положением вещей. На заседание МКМ почти наверняка вы отправитесь вдвоём с Дамблдором, не нуждающимся в моих услугах, но второй порт-ключ можно отдать секретарю. Сорок — я вам обещаю, сэр, — сорок вы не получите.

— Вы изменились, Нотт.

— Нет, сэр. Но то, что сам я готов стерпеть, я не допущу в отношении людей, которые от меня зависят и на меня полагаются.

— Я не ошибся в вас. Впрочем, Грюм тоже был прав. — Его рот расчертила щель, обозначившая намерение улыбнуться. — Вы, мистер Нотт, ужасный зануда. Я пересмотрю бланк заказа.

И, чеканя шаг, Крауч покинул кабинет Эдриана, а затем и портальное управление. Нотт осел на стул. На словах план представлялся простым и понятным, на деле его реализация — просто разговор! — вымотала так, словно вчерашние гонки проходили в Австралии и именно туда Эдриан отправлял авроров. Политика, хитрость, интриги — всё это было чуждо слишком прямолинейному для выпускника Слизерина Нотту.

— Это было круто, шеф! — сияющая физиономия Коллинза возникла в дверном проёме, а потом он весь вошёл в кабинет. — Но теперь, когда вы защитили нас от дракона, возвращайтесь домой и используйте выходной день по назначению — отдохните.

Спорить даже желания не возникло. Улыбнувшись зааплодировавшим подчинённым, смущённый лорд Нотт проскользнул в каминный центр — снова пустующий! — и вернулся домой.

20.11.2020

1) Хеспер Гамп была прабабушкой Регулуса и Сириуса.

Вернуться к тексту