Чистокровный спектр (джен)

Вторая половина месяца в портальном управлении традиционно была менее загружена, так что когда Эдриан сообщил о том, что будет пару дней отсутствовать, перенастраивая стационарный портал в школе авроров, Коллинз лишь кивнул да пожелал терпения — магический мир был абсолютно убеждён, что Аластор Грюм ужасный человек, общение с которым — тяжкое испытание, а каждому, кто вынужденно с ним контактирует, необходимо выписывать премии, выдавать умиротворяющий бальзам и добавлять пару дней к ежегодному отпуску.

В Аврорате, где была назначена встреча, неожиданно было тихо. Грюм сидел на стуле посреди приёмной и сверлил взглядом дежурного, который ёжился, краснел и вообще всячески пытался стать меньше, словно гнев Грюма прямо пропорционален месту, которое тот занимает в пространстве.

— Доброе утро, — поприветствовал Эдриан обоих.

— Здорово, — бросил Грюм и подмигнул единственным глазом. — Дай мне минутку, хочу убедиться, что сопляк всё сделает верно.

Дежурный вздрогнул и ещё ниже склонился на столом.

Эдриан подавил усмешку и подошёл ближе. В следующее мгновение ему потребовалась вся выдержка, чтобы не измениться в лице: на столе лежал пергамент, на котором чья-то дрожащая рука вывела набатом отдавшееся в ушах имя.

Заявление о пропаже Андромеды Тонкс.

— Кто-то пропал? — небрежно спросил он, усилием воли отведя взгляд от имени бывшей Блэк и рассматривая почему-то пустое помещение. — И где все? Почему никто не орёт, не бегает гиппогрифом клюнутый?

— С утра притащился один — жена у него пропала, — не заподозрив ничего лишнего, спокойно ответил Грюм. — Вместо того, чтобы сразу прийти — ждал три дня, потому что «в полиции заявление о пропаже принимают через семьдесят два часа».

— Грязнокровка, — риторически обронил Нотт, и Грюм кивнул.

Дежурный дёрнулся, и они оба с подозрением уставились на него.

— Тоже, что ли, из магглов? — с угрозой в голосе спросил Аластор, перегибаясь через стол. Парень не ответил, но и так было понятно, что удар попал в цель. — Ну так не будь грязнокровкой, — сплюнул он. — Я думал, ты просто новичок, а ты как этот кретин, свои маггловские законы навязываешь, — и, обернувшись к Нотту, пояснил: — Ещё и похвалил, что через три дня заявление принёс, представляешь?

— А смысл раньше суетиться? — возмутился дежурный, но голос дал петуха, и прозвучало жалко. — Может, его жена к подруге поехала, или, не знаю, просто решила от него отдохнуть…

— Идиот, — вздохнул Грюм. — Вот скажи мне, Нотт, где таких идиотов берут?

— В Гриффиндоре, — заржал тот, не упустив столь шикарный шанс потоптаться по больным мозолям Грюма.

— Ты полегче! — грозно насупился бывший аврор, но глаз его смеялся. — Ладно, вроде без ошибок заполнил, — присмотревшись к писанине дежурного, констатировал он и встал. — Ну что, пора?

— Да я уж жду не дождусь, когда ж мы наконец выдвинемся на объект.

— Зануда, — почти ласково улыбнулся Грюм и шагнул к порталу.

Встав рядом, Эдриан кивком дал понять, что готов, и Грюм активировал пространственные чары. Двумя минутами позже они сошли с платформы в небольшой комнатке, из окон которой открывался шикарный вид на изумрудную крону растущих в отдалении деревьев.

— Ну, добро пожаловать, что ли, — хмыкнул Грюм, отходя. — Хочешь чего? Чаю, экскурсию?

— Да, было бы неплохо, — рассеянно кивнул Эдриан, не двигаясь с места. Он почувствовал сопротивление при перемещении и теперь пытался понять, что это было, но ощущение было зыбким и не желало подставлять метафорический хвост, за который его можно было бы поймать.

Грюм бесшумно хмыкнул и вышел за дверь: понять, что Нотт не просто завис, а уже начал работать, было несложно, ну а мешать мастеру — он был не настолько глуп. И всё же час спустя он вновь возник на пороге. Нотт колдовал, и Аластор терпеливо ждал подходящего момента.

— Да? — спросил Эдриан, завершив сложную диагностику. Грюма он заметил сразу, но прерываться не хотелось, и он понадеялся, что тот не станет мешать — ожидания оправдались: у Грюма было много недостатков, но глупость в их число не входила.

— Перерыв? — предложил тот.

— Можно, — Эдриан убрал палочку и шагнул к двери. — И кстати, о проходном дворе. Над порталом кто-то немало потрудился, сбивая настройки. — Грюм споткнулся на ровном месте, словно внезапно запутался в ногах, и бешено завращал искусственным глазом. — Когда это было сделано, не скажу, следы давно стёрлись, но работал сильный маг. Защитный контур, отвечающий за свободу передвижения, а попросту ограничивающие руны — даже не магически затёрты, кто-то физически их вырезал с платформы. Ножом, что ли, ковыряли, на след заклинания не похоже.

По мере поступления подробностей Грюм медленно багровел, пока не сравнялся цветом с вареной свеклой и не взорвался. Эдриан даже заслушался цветистыми оборотами. Замолчал Грюм как раз перед дверью своего кабинета.

— Проходи. Что будешь?

— Кофе нальёте? — улыбнулся Нотт, устраиваясь в неожиданно удобном кресле, и не удержался: — Не похоже на вас.

— Что? — отвлёкся от расстановки чашек на столе Грюм.

— Да вот, — Эдриан похлопал по подлокотникам, — не слишком жирно для посетителей, которых вы почти наверняка приглашать будете на чашечку нотаций.

Аластор засмеялся — скрипуче, жутковато; лицо перекосило… Но Эдриан настолько привык к обезображенному виду Грюма, что перестал замечать шрамы, он видел истинные эмоции, и сейчас Грюм искренне веселился и был доволен.

— Насмешил, — отсмеявшись, он разлил кофе по чашкам и подвинул одну гостю. — Это я для тебя приволок. А так — вон, — и Грюм мотнул седой башкой в сторону.

Проследивший за направлением Эдриан увидел два даже на вид жутко неудобных стула.

— Тогда всё нормально, — улыбнулся он в ответ, — а то я даже немного заволновался, не испортили ли вас здесь.

— Я сам кого хочешь испорчу, — снова расхохотался тот.

Что бы ни болтали о Грюме, тот был простым и честным человеком. А ещё хитрым, злопамятным, язвительным… Эдриану нравилась его компания.

После кофе и болтовни ни о чём и обо всём Грюм устроил обещанную экскурсию, параллельно жалуясь на всё вокруг: характер в том был виноват или нашлась иная причина, но общаться с ним без необходимости никто не стремился, и Аластор, как оказалось, скучал по обычным разговорам.

— …и я как раз на последние экзамены успел попасть. Ты не представляешь, какое это жалкое зрелище! Теорию они, может, и вызубрили, но практика!.. Моргану раком в два тролля! Ступефаем пробивают щиты друг друга! Чуть что помощнее — здравствуй, Мунго. Даже банальные маскировочные заклинания… Ну, может, для магглов такое и годится, те дальше своего носа всё равно не увидят, а маги… Да дети спалят на раз. Мне реально страшно представить этот выпуск на улицах. Против твоих дружков выпустить — только после того, как с похоронной конторой договор подписан, потому что иначе гробовщики откажутся такой большой заказ выполнять, и тела придётся в морге бросить. Ну а в Лютном их по одиночке перебьют за месяц-другой. И это я уже не говорю про магглов! Видел, что кретин в дежурке творит? — Аластор сделал паузу, чтобы глотнуть воздуха — предыдущую тираду он чуть ли не на дном дыхании выпалил, и продолжил: — Молодец, говорит, мистер Как-тебя-там, что подождал трое суток несмотря на волнение. Мы, говорит, обязательно найдём вашу жену. Ну не дебил? — почти простонал он. — Ну кто же даёт такие обещания?! «Постараемся», «приложим все усилия», «задействуем лучшие силы», а гарантии — это не в Аврорат. Что он будет делать, если потеряшку не найдут? Или найдут, но тело обезображенное? Кто будет вдовцу объяснять, что мальчик — дебил с длинным языком? Тьфу!

— А вы не слишком строги? — осторожно возразил Эдриан. Аластор говорил правильные вещи, да и что ситуацию принимал близко к сердцу, было понятно, но трудно было поверить, что всё действительно насколько ужасно. — Не может же быть всё настолько плохо?

— Не слишком, — отрезал тот. Пожевал губу и спокойнее продолжил: — Я не говорю, что весь выпуск безнадёжен. Пара ребят выглядели неплохо, вроде перспективные, я бы взял таких… Но, пойми, Нотт, они неплохи для только поступивших в школу авроров, но никак не для выпускников. Вот твой приятель Тёрнер — пример отличного аврора. Ни тебе гонора в первые пару лет, ни самоуверенности. Или Бруствер — уж насколько я не хотел его брать, а парнишка доказал делом, что достоин бордовой мантии.

— А чего не хотели-то? — для поддержания беседы спросил Эдриан, не понимая, о ком тот говорит.

— Ну так бастард старика Ллойда не та характеристика, чтобы принимать с распростёртыми объятиями.

— Постойте, — опешил Нотт. — Вы говорите про того самого мальчишку, что вудуистка родила от Ллойда Бруствера?

— Дошло наконец, — закивал Грюм.

Эдриан потрясённо молчал.

Ллойд Бруствер был одиозной фигурой. Старик обладал мантикоровым характером и краповой хваткой. Акула в бизнесе, в семейных отношениях он вёл себя так же — бросал потомство на произвол судьбы, позволяя тем выживать самостоятельно. Его первая жена исчезла при невыясненных обстоятельствах, и об этом «Пророк» трубил долгое время. Как позже стало известно, Ллойду не понравилось, что его супруга тратит его деньги. Старшего сына он отправил в Хогвартс и полностью забыл о нём. Эдриан не помнил его имени, но знал, что тот был вынужден подрабатывать в Лютном лет с тринадцати и последовал по стопам матери — пропал. Вторая жена, не впечатлённая судьбой первой, сбежала через пару лет вместе с новорождённой дочерью — скупой супруг не желал тратиться на дармоедов. И потому когда общественность узнала о новой пассии Ллойда, ей предрекали ту же незавидную долю. Вот только чернокожая красавица вовсе не жаждала стать миссис Бруствер и сесть на шею богатому супругу, более того, она даже замуж за него не пошла, хотя и по сей день вполне официально считалась его любовницей. И вне брака родила сына… Который вырос и пошёл служить в Аврорат.

— У него же совершенно иной подход к магии, да?

— Да нет, почему? Он же в Хогвартсе учился. К тому же парнишка люто ненавидит что Тёмную магию, что старую магию, что вудуизм, — видимо, отношения с обоими родителями у него не сложились. Его взяли, хотя я был против, но потом стало понятно, что парнишка неплох, из него выйдет толк… Так вот я к чему веду: среди нынешних курсантов толковых днём с Люмосом не сыскать, и это меня злит.

— Ну вот и займётесь делом, — хмыкнул Эдриан, — если кто и может переломить ситуацию, так это вы.

Грюм польщённо улыбнулся и продолжил экскурсию.

— Не знаю, что я представлял, но точно не это, — немного разочарованно заметил Эдриан, когда они сделали круг по школе и вернулись к портальной комнате.

— Так школа же, — развёл руками Аластор.

Школа авроров действительно была… школой. Аудитории, лаборатории, библиотека, несколько отдельных гостиных, не факультетских, а разделённых по годам обучения, и спальни на троих-четверых курсантов. Единственным отличием были просторные залы для практических занятий.

— Хорошая защита стояла на тех помещениях, — утешительно заметил Эдриан. — Не в курсе, кто ставил? У такого мастера и поучиться не зазорно.

— Кто ставил — без понятия, а что «стояла»… Тоже заметил? — он вздохнул. — Кто-то целенаправленно гадил. С порталом я не заметил — не разбираюсь в пространственной магии, зато в защитной — получше многих, и то, что защитные контуры расшатаны — сразу заметил. И причём хитро так, не в лоб, а словно провоцируя несчастные случаи вплоть до внезапного падения всей защиты… Но ничего, — зловеще хмыкнул он и угрожающе оскалился, — я с этим разберусь.

— Не сомневаюсь, — серьёзно кивнул Нотт и переступил порог портальной комнаты, возвращаясь к работе.

Поскольку помимо чар пришлось заниматься ещё и восстановлением рун, провозился Эдриан дольше, чем рассчитывал, и так и не закончил. Вечером пятницы он вошёл в кабинет Грюма с гримасой усталости на лице и плохими новостями на губах:

— Нужен ещё день как минимум.

— Да я ж не тороплю…

— Я сам тороплю. И так на два дня управление бросил… Аластор, в понедельник я никак не смогу прибыть, обойдётесь пару дней без портала?

Тот улыбнулся, выбрался из-за стола и по-дружески хлопнул Нотта по плечу.

— Конечно обойдусь. Спасибо тебе. До сентября исправность портала мне неважна. Так что как сможешь, так и закончишь.

— Отлично, — облегчённо улыбнулся тот.

Поболтав несколько минут, они простились, и Нотт аппарировал домой. Но не отдыхать и расслабляться, а принять душ, переодеться и наконец навестить Малфой-мэнор — слишком давно он не получал сведений о том, как обстоят дела с ритуалом, а между тем Драко каждый вечер интересовался, когда можно будет вернуться домой и увидеть папу.

Когда Эдриан вышел из камина, перед ним тут же возник домовик, доложивший, что хозяин в саду. Притормозив на минутку, Нотт оценивающе посмотрел на камин и хмыкнул: Люциус обновил защиту, и та действительно внушала… но на взгляд мастера-пространственника это выглядело примерно как огромный камень, висящий над входной дверью.

— Привет, — сказал он, подходя к свободному креслу и без приглашения устраиваясь напротив хозяина. — Как дела?

— Хорошо, — устало улыбнулся Малфой, даже не пошевелившись.

— А если чуть подробнее? — выразительно нахмурился он.

Люциус вздохнул и, не меняя позы, лишь чуть повернув голову к другу, приступил к рассказу.

Похищение Андромеды прошло ровно по тому сценарию, который они и предсказывали. Миссис Тонкс не была настроена на общение с сестрой и даже не хотела ту впускать в дом, и лишь нежелание устраивать громкий скандал на собственном пороге на радость соседям заставило её передумать. Заверения Нарциссы, что они не враги, никакого действия не возымели, Андромеда не опускала палочку и не собиралась доверчиво поворачиваться не то что спиной, но даже боком.

— Ты был прав, единственным вариантом было незаметно подсунуть ей порт-ключ, так что мы с Бартом разделились: я аппарировал по данным тобой координатам, а он проник в дом.

Вот только Андромеда — даром что предательница — Блэк по крови, и на свой маггловский дом установила вполне неплохую защиту. Когда Барту всё же удалось преодолеть щиты, сестры вовсю сражались.

— Порт-ключ сработал очень вовремя… или совсем не вовремя, — вдруг досадливо поморщился Малфой. — Ещё бы пара минут — и я бы стал вдовцом.

— Люц! — воскликнул Нотт.

— Успокойся, — засмеялся тот, — я шучу. Наверное. В общем, Барт не стал вмешиваться в кошачью драку и, улучив удобный момент, кинул Андромеде порт-ключ. Я её тут же уложил и аппарировал домой. А через минуту Барт притащил Нарциссу. Раненую, но живую и дико злую.

Беспричинно испытав облегчение, Эдриан откинулся на спинку кресла и приготовился слушать дальше.

Когда Нарциссе была оказана первая помощь, привели в чувство Андромеду, но на конструктивный диалог та не была готова, и пришлось прибегнуть к запретным методам.

— Барта аж перекосило, когда я наложил Империус, — виновато сказал Люциус. — Зато на этом всё сопротивление и прекратилось. Меду напоили зельями, а пока шла подготовка к ритуалу, Нарцисса ей всё рассказала. И про историю семьи, и про опасность для детей… Та не могла возразить или сопротивляться, но на слух и способность запоминать подчинение не влияет…

— Так что, ритуал провели? — поторопил Нотт.

— Да. Вчера как раз. Барт регулярно диагностировал её — если честно, малоприятное зрелище, — и они с Финеасом уверили, что большего в краткий срок не достичь, и Андромеда готова.

— В каком смысле малоприятное? — не понял он.

Люциус пожал плечами.

— Пятна на ауре, не знаю, как иначе описать. Я в этой области мало смыслю, лучше Барта спроси, но на Андромеде был целый ворох сглазов, проклятий, следы каких-то явно не лечебных зелий… Теперь вот ждём, когда она очнётся, чтобы проверить, сработал ли ритуал, и если да — как именно повлиял на неё.

— Понятно… Что ж, она жива — уже хорошо.

— Эдриан! — возмущённо завозился Малфой, выпрямляясь в кресле, в котором уже почти лежал. — Мы не собирались её убивать! Потому и зельями очищающими да укрепляющими пичкали!

— И всё же её вы притащили в ритуальный круг не ради помощи ей, — напомнил он.

— И что? — не проникся Люциус. — Она бы и не узнала, что проклята, пока не натворила бы чего или вовсе не погибла бы, а так мы, обрати внимание, совершенно бесплатно, устроили ей участие в сложнейшем ритуале…

— Люц, — перебил он, — ты кого пытаешься в этом убедить? Меня или всё же себя?

Малфой нахмурился и отвернулся.

— Что говорит Барт? — выдержав долгую паузу, вернулся к теме Эдриан. — Когда она придёт в себя? Драко по тебе соскучился, всё спрашивает, когда увидит папу.

— Пойдём к тебе? — сразу простил нелестные комментарии тот. — Если состояние Андромеды изменится, Бартемиус сообщит — он с ней почти всё время проводит, отслеживая малейшие перемены. Говорит, это поможет понять, если с Драко что-то пойдёт не так. Как он? Мерлин, это я, получается, уже четыре дня сына не видел?..

Эдриан молча поднялся, и мгновением позже они уже шагали к камину.

— И кстати, Люц, то, что ты навертел на камине…

— Хорошо вышло, да? — самодовольно усмехнулся тот.

— Ужасно вышло, — безжалостно покачал головой Нотт. — Сейчас я не в настроении, но напомни установить тебе нормальную защиту, которая не слетит в тот момент, когда ты сам будешь перемещаться через сеть летучего пороха. Чего ты вообще сам полез?..

— Да переволновался из-за внезапного появления Снейпа, вот и… — он запнулся на полуслове и даже с шага сбился. — И кстати, о нём. Твои яды готовы. Сказал, что этим варевом можно перетравить половину Британии и хватит ещё и через пролив передать. Так что ты поосторожнее.

— Непременно, — заулыбался Эдриан. — Надо с МакНейром поговорить, и если он свободен, завтра устроим пикничок с геноцидом монстров.

— Та-а-ак… пожалуй, Драко я сегодня заберу. Не хочу, чтобы мой сын был в доме, где кто-то устраивает пикничок с геноцидом.

— Ой какие мы нежные, — засмеялся Эдриан и шагнул в камин.

1.12.2020