Чистокровный спектр (джен)

При написании отчёта Эдриан вспомнил о гонках и с удивлением констатировал, что в этом месяце Аврорат не обращался в управление за помощью. Мелькнула мысль выяснить, всё ли в порядке у Флинта, но ровно в тот момент в кабинет влетел голубой самолётик, развернув который он ошарашенно охнул.

«В суб. в 11 у меня. Будут все. Блядские столбы готовы. Поможешь? УМ».

Испепелив записку — посторонним явно не стоило знать о том, что у них с МакНейром могут быть общие дела, — Эдриан вернулся к отчёту с мыслью, что в субботу в одиннадцать он сможет задать интересующие вопросы самому Квентину.

Рабочая неделя выдалась удивительно лёгкой, так что по вечерам Эдриан чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы без риска переутомиться заниматься делами, и помимо порт-ключей Люциуса и камина Нарциссы, уделял время и собственному мэнору. Единственное, на что у него пока не хватало даже не времени, а душевных сил, это встреча с Кассиопеей Блэк. Порадовать её было особенно нечем, а достойные аргументы, что смогли бы изменить её мнение касательно преподавания ритуалистики в Хогвартсе, не находились. И всё же тянуть дальше было невозможно: учебный год начинался уже на следующей неделе, и принимать окончательное решение нужно было немедленно.

Барт вернулся в Нотт-мэнор, когда Эдриан закончил с письмом и как раз вызвал Тилли.

— Привет! Не помешаю?

— Нет, проходи. А ты — марш в совятню.

— Я хотел спросить насчёт леди Блэк, — проводив эльфа взглядом, как всегда неуверенно протянул Крауч. — У меня нет ни денег, ни авторитета, ни даже детей, за которых можно было бы сражаться, но, Эд, я клянусь тебе, ваши с Люциусом дети много значат для меня.

Эдриан ободряюще улыбнулся — он не сомневался в искренности Бартемиуса.

— Я хочу помочь, — продолжил тот. — Мне понравился план леди Блэк. Легко не будет, знаю, но после исчезновения Лорда — какие у нас шансы? Причём мне даже проще: пара лет — и я могу даже без оборотки по Косому разгуливать, я мёртв, и меня никто не ищет. И я всегда могу уехать — в конце концов, меня больше ничто не держит в Англии, отец лишил меня всего, что было мне дорого. Вы же никуда не денетесь, и это серьёзно играет против вас. Но с другой стороны, вы и не отступите. Я прошу тебя дать мне шанс доказать полезность…

— Барт, — наконец перебил Эдриан, — тебе не нужно ничего доказывать. Ты уже сто раз доказал свою полезность, успокойся. Хочешь помочь — я рад. Не знаю, как к этому отнесётся леди Блэк, но пока о тебе никто не знает, тебе ничто не угрожает. А что до детей… Я рассчитываю погулять на твоей свадьбе, друг мой, так что у тебя всё впереди. Интересы у нас всех схожие, независимо от того, как дела обстоят в конкретный отрезок времени. А теперь, когда вступительное слово произнесено, выкладывай, какая необычная мысль посетила твою гениальную голову.

— Мысль обычная, — пожал плечами тот. — И это скорее вопрос, чем идея. Ты сказал, что у леди Блэк есть веские причины, почему она не может жить в Хогвартсе. Опять же, именно на школу направлено её основное воздействие.

— И? — почти уверенный, что услышит сейчас секрет Кассиопеи, поторопит Нотт.

— И мы с тобой могли бы помочь ей устранить эти причины.

— Всё не так просто, — облегчённо покачал головой он. — В первую очередь потому, что леди Блэк не готова делиться своими тайнами и подпускать кого бы то ни было достаточно близко к себе, чтобы о тайнах можно было догадаться. — Он вздохнул и искренне сказал: — Я думал о том, чтобы принять удар на себя, но я не смогу с этим помочь. Сначала необходимо установить доверие, а это не вопрос нескольких дней.

— Можно я напишу письмо ей? — Эдриан недоумённо поднял брови. — Я не буду представляться, просто передашь в качестве мыслей союзника. А она уже решит, нужен ли ей такой союзник, как я.

Отказывать причин не было, Эдриан согласно кивнул, Барт просиял, и они разошлись, пожелав друг другу спокойной ночи. Нотт действительно отправился спать, Крауч же залез с ногами в кресло в гостиной и принялся строчить послание Кассиопее Блэк, которое должно было заставить её пересмотреть своё вполне категоричное решение.

* * *

МакНейр ожидал приглашённых помощников не в гостиной, а на поляне за домом, и каждому прибывшему пришлось самостоятельно искать хозяина. Эдриан услышал ржание Флинта сразу, как вышел из камина, и без колебаний двинулся к чёрному ходу, догадываясь, где найдёт друзей. И не ошибся: слева от открытой двери обнаружился грубо сколоченный стол и полукругом стоящие явно трансфигурированные кресла.

— Мерлин, одиннадцать утра, а вы уже пьёте! — всплеснул он руками и отрицательно помотал головой при виде левитируемой к нему рюмки. — Тебе вроде помощь с установкой защиты нужна была, а не собутыльники?

— Я гостеприимный хозяин, — отмахнулся от него Уолден. — Садись.

Эдриан не стал портить всем настроение и устроился за столом, смиряясь, что сразу же приступить к запланированной работе не получится.

Где Уолден достал деньги на нужные зелья, никто не стал спрашивать, как и критиковать качество нанесённых на реперы рун. Но позубоскалить дружеское расположение не помешало, конечно. Барт горестно повздыхал, глядя на столбики, но без лишних слов принялся пересчитывать защитную схему с учётом погрешностей в написании рун, чтобы понять, где нужно стоять магам, что и как долго говорить и какую силу вливать в будущий контур, чтобы макнейрские владения наконец обзавелись хотя бы подобием щита. А это заняло около часа.

Но наконец с подготовкой было покончено и пришло время колдовать.

…Уставшие, но довольные собой маги расположились вокруг широкого стола перед домом, с интересом согласившись отведать разрекламированных Уолденом кроликов. Обед получился простым, но вкусным, и за неспешным разговором за бутылкой какого-то экзотического пойла они провели в праздности ещё целый час, по молчаливой договорённости не касаясь ни одной из волнующих тем, пока Эдриан не заявил, что у него ещё есть дела на субботний вечер.

— Вот не мог свои дела не на сегодня назначить? — с обидой протянул МакНейр. — Так хорошо сидели…

В ответ Эдриан лишь криво усмехнулся.

Он с радостью помог другу, но мысли о собственных владениях, решить проблемы которых было совсем не так просто, не оставляли. Начиняя трупы монстров ядом, ему удалось неплохо проредить их общее количество, однако о том, чтобы назвать лес безопасным, речи по-прежнему не шло. По прикидкам Эдриана, ему предстояло вытесать и покрыть рунами ещё несколько тысяч реперов, чтобы согнать тварей в одном месте и надеяться, что они пожрут друг друга, а ему только и останется, что добить оставшихся. Благодаря регулярным заказам от Люциуса он больше не переживал о стоимости зелий, нужных для пропитки реперов, щедро вливая средства в мэнор, и однако же деньги были не главной проблемой.

* * *

Встреча с Кассиопеей, назначенная на шесть вечера, затянулась. Роль миротворца не была Эдриану нова, и всё же ощущалась значительная разница между дружеским окорачиванием разошедшихся магов, с которыми он был на равных, и попытки не дать главе рода Блэк произнести то, о чём и она сама позже пожалеет, и что для Эдриана раз и навсегда перекроет шанс достичь компромисса.

Кассиопея Блэк была тяжела в общении и не прикидывалась доброй бабушкой:

— Стара я для заигрываний, лорд Нотт, могу себе позволить не выбирать выражений.

И ему нечего было возразить, по большому счёту, потому что леди Блэк действительно была стара и действительно могла себе позволить говорить правду так, как желала, не считаясь ни с чьими мнениями и чувствами. И в этом крылась одна из самых серьёзных проблем.

— Леди Блэк, хотя бы дослушайте! — раз за разом перебиваемый Нотт едва не рычал. Подобным опытом — прикусыванием языка в общении со старшими — он не обладал. Лорд Нотт точно так же, как Кассиопея Блэк, привык говорить то, что думал. Если ему попадался на пути тот, кому он не мог высказать всё в лицо, Эдриан старался избегать такого человека и уходил от конфликта. Но молчать и проглатывать оскорбления? К такому он был непривычен и привыкать не стремился.

В разгар очередного напряжённого спора Эдриан вспомнил про письмо Барта и, ни на что особо не надеясь, вручил его собеседнице со словами:

— Вот, почитайте, а я пока соберу остатки терпения и избавлюсь от желания заавадить вас и заавадиться самому. Вы ужасный оппонент, леди Блэк, даже когда называетесь союзницей!

Та весело рассмеялась и неожиданно обрела благожелательный настрой. Впрочем, продержался он недолго.

— Кто автор? — взгляд хлыстом прошёлся по лицу Эдриана, так, что он невольно отшатнулся. Переносица нестерпимо зачесалась, как всегда бывало, когда кто-то пытался пробить ментальный щит, и в нём волной поднялась злость. Но Кассиопея отступила раньше, чем он взорвался. Извиняться она, разумеется, не стала, но тон потеплел. — Я не обвиняю тебя в раскрытии моей тайны. И всё же мне бесконечно интересно, кто в твоём окружении обладает столь мощным интеллектом.

— Тайны есть у всех, дорогая леди Блэк, — с задержкой, медленно проговаривая слова, ответил Нотт, стараясь усмирить гнев. — Я не читал послания, поэтому не знаю, что вас разозлило и восхитило. Что же до автора… он желает помочь, хотя кроме интеллекта не располагает иными ресурсами.

— Твой союзник истинный богач, — сдержанно протянула Кассиопея.

— Так вы согласны попробоваться на роль профессора ритуалистики? — устало усмехнулся Эдриан.

— Я подумаю, — величественно задрала нос Кассиопея, вставая. Эдриан тоже поднялся, отдавая дань воспитанию, и она заметила на долю секунды исказившую его лицо гримасу. — И не кривись. Уж ты-то должен понимать, что решение слишком важное.

— Да, мэм. Прошу меня простить.

— За что ты извиняешься? — остановилась она, оборачиваясь и склоняя голову на бок, будто рассматривала забавного зверька. — Ты ведь не вину испытываешь, а злость.

— За то, что не сумел скрыть недовольства очередной задержкой, причин которой не могу понять, — с ошеломляющей искренностью ответил Эдриан и посмотрел ей в глаза. — Вы либо доверяете мне — а непреложный обет делает любые ваши сомнения ничтожными — и ведёте себя соответственно, либо не доверяете — и тогда я не понимаю, зачем мы тратим время на эти разговоры.

— Ты действительно не понимаешь?

— Нет, леди Блэк, — с отчаянием покачал головой он и подошёл ближе, беря её за руку. — Вы поверили мне, назвали хорошим человеком, рассказали свою историю, которую вряд ли знает много людей. И вы взяли с меня непреложный обет. Что вам ещё нужно?

Неожиданно Кассиопея тепло улыбнулась и свободной рукой погладила Эдриана по щеке.

— Способность доверять. Прости старуху, лорд Нотт, я разучилась за столько лет.

— Хотите познакомиться с моими детьми? — неожиданно предложил он. — В Нотт-мэноре вы будете в абсолютной безопасности, даю вам слово. Я закрою камин, всю территорию, если хотите, чтобы никто, даже мои близкие друзья, которым я доверяю, не смогли проникнуть в то время, когда вы будете в моём доме. Посмотрите на детей, как они живут, спросите, какой я отец… Той частью обета вы перекрыли мне воздух, леди Блэк. Я не могу даже вам самой высказать, что думаю по этому вопросу. Так позвольте хотя бы так, опосредованно, доказать, что вы можете мне довериться.

В глазах Кассиопеи разгорелся интерес, и он удвоил напор:

— Давина истинная Блэк. Ей недавно исполнилось четыре года, и она абсолютно уверена, что мир создан для её удобства. Признаться, я пока не придумал способа, как убедить её в обратном…

— Я приду.

Согласие было столь неожиданным, что он не поверил.

— Придёте?

— Завтра. Надеюсь, у тебя нет планов на ланч?

У Эдриана были планы, и много, а ещё был Барт. И Квентин, с которым он договорился встретиться и наконец обсудить гонки. И встреча с Нарциссой, написавшей, что она навела справки о семьях с детьми, которые по возрасту годятся в сокурсники Давине и Драко… Но он прикусил язык и кивнул.

— Десять утра вас устроит?

— Устроит. Открой камин… И, Нотт…

— Я вас не разочарую, — легко улыбнулся в ответ на угрозу он.

* * *

Несмотря на позднее время, по возвращении домой Эдриан приказал Лаки привести Барта, а сам сел за написание писем с извинениями. Крауч, к счастью, ещё не спал, и вскоре явился с книгой в руке.

— Как всё прошло?

— Ужасно утомительно, — честно сказал он, — но последние десять минут вышли плодотворными. И потому… Барт, в десять у меня с ней встреча здесь. И я прошу тебя исчезнуть на пару часов.

— Оу…

— Прости. Знаю, я говорил, что ты можешь чувствовать себя как дома…

— Да всё в порядке! — поспешно замахал руками тот. — Ты что, Эд? Я всё понимаю. Она поставила условия, да?

— Да, — досадливо поморщился Нотт. — Я должен доказать, что мне можно доверять… Кстати, она впечатлилась твоим письмом.

— И?..

— Думаю, завтра она примет решение.

— Я могу помочь?

Эдриан задумался и через минуту пожал плечами.

— Сейчас мне нужно лишь одно: убедиться, что завтра утром у меня не будет внезапных посетителей. Мэнор я закрываю на время её визита, так что…

— Я понял. Надеюсь, в преддверии нового учебного года Снейпу будет не до дружеских визитов, и я смогу спокойно поработать в лаборатории Люциуса.

— Прости… — повторил Нотт. — Как продвигается подготовка к ритуалу?

— Мальчик давно готов, — с улыбкой отчитался Крауч. — Теперь вопрос в Нарциссе. Люц против. В понедельник на связь должен выйти поставщик — мы только его и ждём, всё остальное готово, — и после этой встречи будет ясно, решился Люциус или нет.

— Всё остальное подготовлено для двух ритуалов? — напрягся Эдриан и поставил кляксу. Выругавшись, удалил след чернил, дописал пару строк и запечатал первое из писем. — Барт, если выдастся удачный момент, поговори с ним. Я и сам хочу, но пока боюсь что-то загадывать.

— Конечно. Драко заслуживает иметь маму.

Эдриан облегчённо улыбнулся и занялся следующим письмом.

Вручив конверты домовику, он вышел из кабинета и осмотрелся. От того, какое впечатление Нотт-мэнор произведёт на Кассиопею, зависело слишком многое. Дом, сам Эдриан и, конечно же, дети — в обязательном порядке должны были ей понравиться. Он попытался оценить всё непредвзято и вздохнул. Мэнор был стар, и это было очевидно даже на первый взгляд, но было ли это недостатком? Толстые стены за века пропитались магией источника и живущих в доме магов, служа не только в качестве разделителей помещений и опоры перекрытий, стены впитывали излишки детской магии, делая стихийные выбросы безопасными и гася возможные атаки. Магия искрилась и переливалась повсюду вокруг, нужно было лишь присмотреться.

Минимализм в обстановке, почитаемый Эдрианом за единственно возможный стиль, почти наверняка покажется любому Блэку признаком бедности, но с этим он ничего не мог поделать. Нотты действительно веками не могли похвастать богатствами, а сейчас хозяин предпочитал вливать средства в то, что было по-настоящему важно — в безопасность и удобство, — а скромное убранство гостиной его полностью устраивало.

Спал Эдриан плохо — волновался, а с утра, проводив Барта перед завтраком, склонил голову к плечу и принялся наблюдать за кушающими детьми, пытаясь прикинуть, стоит ли их предупреждать или же непосредственная реакция лучше подойдёт.

К этому времени его письма дошли до адресатов, и домовик то и дело звал Нотта к камину. Сначала Люциус решил сообщить, что будет ждать новостей, а пока займётся с Бартом последними проверками в ритуальном зале. Эдриан не удержался от напоминания, что для всех будет лучше, если Малфой проведёт общий ритуал для Драко и Нарциссы. Затем с Нотт-мэнором связался Квентин и уверил, что не будет ломиться в гости в ближайшие часы. А за десять минут до встречи камин вспыхнул снова, и взволнованная Нарцисса попросила связаться с ней сразу после завершения переговоров с Кассиопеей.

— Ладно, но Люциус просил о том же… Может, давай в мэноре встретимся? — Довольной миссис Малфой не выглядела, но всё же согласилась на предложение. Она уже прощалась, когда Нотт перебил неожиданным вопросов: — Цисси, скажи честно, как Блэк, что ты думаешь о моей гостиной?

Он посторонился, позволяя собеседнице увидеть гостиную из камина, и вопросительно замер.

— Ну… — Нарцисса немного нахмурилась. — Мы привыкли к совершенно иному, — дипломатично сказала она после паузы.

— Думаешь, Кассиопее будет некомфортно?

— Прости, Эдриан, но в твоих спартанских условиях будет некомфортно любому.

— Ясно.

— Не обижайся, пожалуйста, — она улыбнулась, но не нашла слов для утешения.

— И в мыслях не было. Но мне вот комфортно. Может, мебель и старая и выглядит не слишком привлекательно, но зато она действительно удобная… Ладно, я понял, что задерживаться здесь с леди Блэк не стоит.

— Терпения.

— Очень актуальное пожелание! — рассмеялся он и, простившись с Нарциссой, устроился в кресле перед камином, ожидая появления гостьи.

Длинная стрелка со щелчком переместилась на цифру двенадцать, и Эдриан перевёл взгляд на часы. Секундой позже раздалось первое «бом!», а в камине взметнулось пламя.

Нотт встал, чтобы поприветствовать леди Блэк… и по его лицу расплылась торжествующая улыбка. Он победил. Теперь неважно, что и как он скажет, Кассиопея пришла не одна, а значит — она уже доверяет ему целиком и полностью.

— Добро пожаловать в Нотт-мэнор, — согнав с лица выражение триумфа, Эдриан поклонился и протянул руку, помогая гостьям выйти из камина.

8.12.2020