




В этот вторник Ойген проснулся рано. Очень рано — в половине восьмого. В девять часов начиналось очередное заседание суда по делу Саймона, и кто-то должен был выйти работать в кафе за него — и кому, как ни Ойгену, было вызваться добровольцем? Тем более, что у него был выходной.
Это было уже третье заседание, и сегодня слушали многочисленных свидетелей стороны защиты. Если на прошлом заседании успели заслушать и специалистов по безопасности, непосредственное начальство Саймона, и даже кого-то из руководства компании, сегодня же слово принадлежало его коллегам и тем, кто покинул АйЭлСи с положенной компенсацией, и даже тем, кто всё ещё в ней работал… Фил тоже должен был выступать, и Ойген, едва только проснувшись, уже маялся в отсутствии новостей.
И если бы только о Саймоне! Завтра Джозефу предстояла защита, и, хотя они накануне как следует всё отрепетировали втроём с ним и Рабастаном, не переживать о ней он не мог.
Рабастана дома, разумеется, не было, и Ойген, хмуро собираясь и отчаянно зевая, ворчал себе под нос:
— Это не человек. Это чудовище! Я бы умер уже давным-давно! Кошмар какой-то… как вообще можно так жить?
В кафе он вошёл ровно в восемь — и, приняв смену, сел за стойку, тупо глядя в почти пустой зал. Что вообще эти люди здесь делают, мрачно размышлял он, зевая и пытаясь найти в себе силы хотя бы просто посмотреть новости. А ведь два года назад он вставал в это время каждое утро — да нет, не в это! Намного раньше. И как-то выжил. И даже умудрялся работать и даже учиться! Чему-то.
— Да я просто герой, — со смешком сказал он сам себе — и пошёл заваривать чай. Всё равно от растворимого кофе толку чуть. Позавтракать дома он не то чтобы не успел — он даже и не рассматривал такую возможность, не желая ради какой-то еды просыпаться на полчаса раньше, но теперь, пожалуй, начинал об этом жалеть и задумался о том, чтобы что-нибудь заказать. Например, пиццу. Хотя съест ли он целую? Съест, наверное?
Вернувшись за стойку, Ойген задумчиво болтал в чашке ложкой, когда вдруг услышал:
— Вы такой грустный, — и, подняв глаза, увидел девочку лет, наверное, четырнадцати, и лежащую на стойке конфету. — Это вам, — сказала она, улыбнувшись — и ушла.
— Спасибо! — запоздало сказал он ей вслед и, развернув конфету, сунул её в рот.
Как он быстро привык к хорошей жизни, подумал он, жуя смесь карамели, орехов и шоколада. Привык просыпаться в десять, а то и позже, привык высыпаться, привык спокойно работать — и, наоборот, отвык вздрагивать от каждого телефонного звонка. А ведь они с Рабастаном, на самом деле, отлично живут! У них есть квартира, есть возможность делать то, что им нравится, у них даже гитара теперь есть!
Эти мысли немного его взбодрили. Ойген даже аську включил, но он-лайн сейчас никого не было. Работать ему отчаянно не хотелось, и он, пообещав себе, что начнёт часов в десять, открыл новости — и увлёкся разглядыванием фотографий недавнего парада, королевской семьи, садов, цветов и…
— Доброе утро, — голос Рабастана заставил Ойгена вздрогнуть. — Горячий завтрак заказывали?
— Ты мне принёс завтрак? — растроганно спросил Ойген.
— Принёс, — согласился Рабастан. — Я решил, что ты вряд ли поел, помыл и вытер за собою посуду — куда более вероятной мне показалась версия отсутствия завтрака.
— Я как раз раздумывал, что надо бы что-нибудь заказать, — признался Ойген, и Рабастан, протянув ему сумку, сказал:
— Иди ешь спокойно. И можешь подремать потом, если хочешь — у меня нет срочных дел, и я могу посидеть тут пару часов.
— Серьёзно? — просиял Ойген.
— Я собирался погрузиться в пучины ЖЖ, — пожал Рабастан плечами. — Мне совершенно всё равно, где это делать.
— Будешь рисовать ангела — не забудь придать ему портретное сходство, — сказал Ойген, вставая. Рабастан хмыкнул и махнул рукой — и Ойген отправился, наконец, завтракать… и спать. Благо диван в комнате отдыха был удобным, а в шкафу лежала пара пледов, один из которых с лёгкостью превращался в подушку. Заснул он мгновенно — и, кажется, давно ему не спалось так сладко. А, проснувшись, некоторое время лежал, жмурясь от чудесного ощущения, которое можно было описать одним ёмким словом «выспался». Потом открыл всё же глаза, поискал телефон — и похолодел, поняв, что того с ним нет.
Ойген вскочил и, буквально вылетев в зал, ещё издали увидел свою Нокию, мирно лежащую на столе рядом с Рабастаном. Тот повернулся на шум и вопросительно воззрился на почти подбежавшего к столу Ойгена.
— Мне звонили? — спросил тот.
— Шестнадцать раз, — кивнул Рабастан и придвинул ему исписанный лист. — Я позволил себе назваться твоим секретарём.
— Кем? — Ойген даже поперхнулся.
— Секретарём, — невозмутимо повторил Рабастан. — По-моему, это весьма солидно.
— Ну, знаешь, — фыркнул Ойген, просматривая записи. — А удобно…
— Это была разовая акция, — предупредил Рабастан. — Когда-нибудь ты наймёшь себе кого-нибудь на эту работу.
— Это будет очень когда-нибудь, — улыбнулся Ойген — и посмотрел, наконец, на часы. Двенадцать тридцать восемь. — Ничего себе, — он даже смутился. — Это я три часа проспал?
— Почти, — согласился Рабастан. — Мне было жаль и незачем тебя будить. Но раз ты проснулся — я, пожалуй, пойду, — он поднялся.
К своей досаде, среди звонков Ойген не обнаружил того, что действительно ждал: линолеум, который должны были привезти ещё вчера, так до сих пор и не доставили, хотя прошлым вечером и клялись сделать это «точно не позже полудня». Не то чтобы Ойген им верил, но…
Впрочем, опоздали они не слишком, появившись около двух пополудни с вопросом:
— Это который у вас дом? Мы туда подъехали?
Оказалось, туда, но не с той стороны, — и следующие четверть часа Ойген встречал и провожал их, а потом, бессовестно снова бросив свой пост, с минуту любовался плотным рулоном линолеума, оставленным грузчиками на полу. Ещё совсем немного, и у них будет свой офис. Самый настоящий — где можно будет сидеть и работать. И даже принимать посетителей!
Остаток смены Ойген обзванивал клиентов, отвечал на звонки и даже успел немного поработать — а, закончив, написал Энн смс:
«Заседание закончилось?» — но ответа не получил, из чего сделал вывод, что оно всё ещё длится, и телефон у неё выключен именно поэтому.
Так что, выйдя из кафе, он вернулся не домой, а поехал к суду — и ему даже пришлось ещё подождать с полчаса, покуда по ступенькам не спустились Фил и Энн, а затем уже Саймон, страшно ему удивившиеся и, похоже, обрадовавшиеся.
— Ты давно тут? — спросил на удивление бодрый Саймон — и сам же замахал на себя руками: — Наверняка нет! У тебя смена закончилась час назад… всё в порядке?
— Это был мой вопрос! — запротестовал Ойген. — Как прошло?
— Ты знаешь, — он благодарно и радостно посмотрел на ужасно гордого собой Фила, — всё неожиданно даже лучше, чем я мог надеяться. Ноттингемский шериф, в лице АйЭлСи, наконец предстал с другой стороны, и их нарушения всплыли уже официально — в том числе и нарушение ими моего трудового контракта. Может быть… нет, я не могу этого утверждать — но может случиться, что мне даже и не придётся ничего платить. Ну, или просто сумма будет не настолько пугающей, — добавил с улыбкой он.
— Так ведь это отлично! — воскликнул Ойген — и они все вместе направились обедать и праздновать пускай пока что и призрачную, но всё же надежду.
Вернувшись домой, Ойген вновь не застал Рабастана, и даже сумел спокойно поработать пару часов, сделав за это время на удивление много. А вечером они созвонились с Джозефом и ещё немного пообсуждали его защиту — и Ойген даже неожиданно для самого себя предложил вдруг:
— А хочешь, я завтра приеду? И подожду за дверью. Это же с утра?
— В десять, — ответил Джозеф. И… вдруг согласился: — Ты правда можешь?
— Не вижу никаких проблем, — совсем немного соврал Ойген. Ему опять придётся вставать слишком рано… но всё же не в половине восьмого. И потом, он ведь может просто взять с собой сэндвичи, и купить по дороге бутылку воды — и как жаль, что у него нет ноутбука! И у Джозефа не попросишь… а правда — что он делать-то будет всё это время? Под дверью?
Неожиданная проблема серьёзно его озадачила — и Ойген вдруг понял, что уже забыл, когда просто что-то читал. Не для дела, а просто так.
Для удовольствия.
— Асти, — спросил Ойген, когда тот вернулся домой, и они ужинали. — Скажи, а что-нибудь читаешь сейчас? Не для работы?
— Мемуары сэра Уинстона Черчилля, — немедленно отозвался тот. — Очень увлекательно. Взял в библиотеке, — добавил он, отвечая на невысказанный вопрос. — Я всегда любил воспоминания и дневники — чрезвычайно познавательно и интересно. А у него ещё и прекрасный слог — впрочем, я только недавно начал.
— А… о, — Ойген даже не сразу нашёлся что сказать. — Я завтра пойду на защиту Джозефа… верней, я пойду его ждать в коридоре — и думаю, чем заняться, — признался он честно. — Я понимаю, что ты сейчас это читаешь, и… но…
— Бери, — улыбнулся Рабастан. — Он и вправду пишет очень хорошо. Я думаю, один день я без сэра Уинстона переживу — тем более что ты вечером мне его вернёшь. Может быть, тебе понравится — но тогда я требую оставить приоритет за мной.
— Безусловно, — заверил его Ойген.
Впрочем, наутро он взял с собой ещё и пару компьютерных книжек, и ещё — на всякий случай, сам не зная, какой — несколько чистых листов и ручку. Подозревая, что, на самом деле, проведёт большую часть времени в телефонных переговорах.
С Джозефом они встретились в метро — и Ойген при всей своей нынешней бесчувственности всем своим существом ощутил, что того буквально трясёт. На самом деле: руки у Джозефа заметно дрожали.
— Я там сдохну, — пробурчал он трагично, и Ойген возразил:
— Нельзя. Не сейчас.
— Почему? — озадаченно спросил Джозеф, и Ойген очень серьёзно ответил:
— Нам линолеум привезли вчера. Мы его завтра класть собирались.
— Хорошо сегодня хоть не тринадцатое, — с нервным смешком добавил Джозеф. — Господи.
— И к тому же не пятница, — Ойген пожал плечами. — Вот тогда бы та ещё примета была…
Когда за Джозефом, наконец, закрылась дверь аудитории, Ойген, устроившийся на последнем в ряду стуле, достал книгу и, переведя телефон в виброрежим, открыл её.
И буквально провалился между страниц. Как же он, оказывается, соскучился по обычному чтению! Он же всегда обожал читать какие-нибудь истории — почему он совершено забросил это в последние месяцы? Кино — ведь это совершенно другое… да вообще ничто не может сравниться с хорошей историей.
А эта ведь это происходило ещё и в реальности, в мире, где он теперь живёт сам.






|
Агнета Блоссом
Alteya У него вообще очень неплохо с самоконтролем, учитывая ситуацию. Вот согласна про проституцию. Хорошо то, что он таки понял, в какой он роли - и ушёл сам, никого не убив. Это не самый лёгкий был выход. Всё же какой-то самоконтроль был у него. Вот с мозгами хуже ) 2 |
|
|
Агнета Блоссом Онлайн
|
|
|
Alteya
Агнета Блоссом Ну, мозги - такое дело. Зависит ведь от того, каким человек видит мир. У него вообще очень неплохо с самоконтролем, учитывая ситуацию. Вот с мозгами хуже ) А Ойген мир видел всегда солнечным и ... хорошим, добрым, правильным. И потому вляпывался не по-детски. Ещё и с его-то способностями. Лорд его на этом и поймал, на благодушии и наивности. Лорд не думал, что он потом будет чувствовать, его такое не интересовало. Да и метка обеспечивала покорность рабов, да... |
|
|
Агнета Блоссом
Alteya И вот с Мэри отчасти так же. Он же видит в ней хорошее. Долго. Ну, мозги - такое дело. Зависит ведь от того, каким человек видит мир. А Ойген мир видел всегда солнечным и ... хорошим, добрым, правильным. И потому вляпывался не по-детски. Ещё и с его-то способностями. Лорд его на этом и поймал, на благодушием и наивности. Лорд не думал, что он потом будет чувствовать, его такое не интересовало. Да и метка обеспечивала покорность рабов, да... И попадается. 1 |
|
|
Агнета Блоссом Онлайн
|
|
|
Агнета Блоссом
Alteya Ждёт, конечно. Он не то чтобы видит: он этого хорошего _ждет. Напрасно ждёт. Он же так старается. ) 1 |
|
|
Alteya
Агнета Блоссом Памда Nita клевчук [с выпученными глазами, с нервным тиком, оглядываясь по сторонам] А женсовет уже кончился? Или мне закрыть дверь с другой стороны? [мысленно] Зачем я вообще все это читаю? Я же не мазохист? 1 |
|
|
клевчук
Памда Я этот анекдот люблю с тех пор, как впервые надел красный галстук. Или даже с тех, как навсегда снял с костюмчика октябрятский значок.Ага. а мог бы ножичком полоснуть. и глаза добрые-добрые.) 2 |
|
|
Снейпо-Роно-Хагридо-хейтер
клевчук А комсомольский не примеряли?Я этот анекдот люблю с тех пор, как впервые надел красный галстук. Или даже с тех, как навсегда снял с костюмчика октябрятский значок. 1 |
|
|
Снейпо-Роно-Хагридо-хейтер
Alteya А вы с какой целью интересуетесь?)Агнета Блоссом Памда Nita клевчук [с выпученными глазами, с нервным тиком, оглядываясь по сторонам] А женсовет уже кончился? Или мне закрыть дверь с другой стороны? [мысленно] Зачем я вообще все это читаю? Я же не мазохист? 2 |
|
|
Агнета Блоссом Онлайн
|
|
|
Снейпо-Роно-Хагридо-хейтер
Чота вам нравится в наших разговорах?))) и потому вы тут?) А мы тут с удовольствием тусим, нас автор не гонит и не затыкает, а мы и рады, нравицца нам трендеть, да .. 3 |
|
|
Памда Онлайн
|
|
|
Alteya
Памда Она только не знала, что это не брат, а так всё в порядке, конечно.Она согласилась! Она же понимала, что он брата больного не бросит? Понимала. Какие вопросы? Я тут поняла, что почему-то вы повторяете, что Мэри сама согласилась, а также некоторые комментаторы - что Мэри сама ещё хуже. Но качества Мэри вообще никак не оправдывают Мальсибера и не делают его котиком и солнышком. Ну нехорошо он себя с ней повел. А в ее свободную волю я вообще не верю, поэтому "сама согласилась" спорный для меня аргумент. Даже если она с чем-то согласилась, она явно видела ситуацию не так, как он, потому что половину он ей не сказал, а другую половину переврал. 1 |
|
|
Агнета Блоссом Онлайн
|
|
|
Памда
😉 По поводу "солнышка" и "котика"(саблезубого) - это же наше читательское восприятие. Люди вообще неоднозначны как таковые; если я, к примеру, здесь активно не люблю вот такую Мэри - о чем это говорит? Ведь не о том же, что я бы этого "котика" в порыве чувства неземного пустила жить к себе в квартиру. А скорее о том, что Мэри для меня - персонаж отрицательный больше, чем Ойген. Я её не понимаю и она мне потому не нравится, сама бы я не вела себя так, как она себя ведёт. Ойген для меня более понятен. Не сказать, что он для меня ангел непорочный (среди живых людей таких ангелов я не встречала), но его мотивация и поведение для меня понятнее, чем мотивация и поведение Мэри. И потому Ойген для меня симпатичнее, чем Мэри! Представляете, какой пассаж... А Мэри меня здесь бесит. Не потому, что Ойген - мущщына, нет; просто так, как она себя ведёт, с людьми вообще себя нельзя вести. Была бы Мэри мужиком - точно так же меня бесила бы. 1 |
|
|
Снейпо-Роно-Хагридо-хейтер
Показать полностью
Alteya Уверены? Точно-точно? Вот прям наверняка?Агнета Блоссом Памда Nita клевчук [с выпученными глазами, с нервным тиком, оглядываясь по сторонам] А женсовет уже кончился? Или мне закрыть дверь с другой стороны? [мысленно] Зачем я вообще все это читаю? Я же не мазохист? Агнета Блоссом Снейпо-Роно-Хагридо-хейтер Да автор всегда рад ) Чота вам нравится в наших разговорах?))) и потому вы тут?) А мы тут с удовольствием тусим, нас автор не гонит и не затыкает, а мы и рады, нравицца нам трендеть, да .. Памда Alteya Да это-то какая разница. Брат или нет. Она только не знала, что это не брат, а так всё в порядке, конечно. Я тут поняла, что почему-то вы повторяете, что Мэри сама согласилась, а также некоторые комментаторы - что Мэри сама ещё хуже. Но качества Мэри вообще никак не оправдывают Мальсибера и не делают его котиком и солнышком. Ну нехорошо он себя с ней повел. А в ее свободную волю я вообще не верю, поэтому "сама согласилась" спорный для меня аргумент. Даже если она с чем-то согласилась, она явно видела ситуацию не так, как он, потому что половину он ей не сказал, а другую половину переврал. Не оправдывают. Разве что немножко. Он повёл себя очень нехорошо. Остановился, правда, вовремя. А почему не верите? КОлдовать он не может. Точно не может. Вот прям точно, ручаюсь. Магии в нём больше нет. А ситуация... а чего он не сказал и переврал? Что в беде? Сказал как есть. Что брат (не важно, есть ли там кровное родство - по сути уже брат) болен? Сказал. Даже не говорил ни разу, что любит. Но ухаживал, да. 1 |
|
|
Агнета Блоссом Онлайн
|
|
|
Alteya
Вот уже и поухаживать нельзя прям. Мужчины - воспитанные! - ухаживают за женщинами просто так, не из корыстных целей и не из непременного желания женицца! Не так ли?) Привыкнут вот так женщины к равноправию, и надумывают себе лишнего. Или застывают в изумлённом ступоре. Ой?! Что это?! Это за мной... ухаживают?!! Всё. Он мой теперь!!! Никому не отдам, себе оставлю!!! |
|
|
Агнета Блоссом
Alteya Так! Точно так )) Вот уже и поухаживать нельзя прям. Мужчины - воспитанные! - ухаживают за женщинами просто так, не из корыстных целей и не из непременного желания женицца! Не так ли?) Привыкнут вот так женщины к равноправию, и нащупывают себе лишнего. Или застывают в изумлённом ступоре. Ой?! Что это?! Это за мной... ухаживают?!! Всё. Он мой теперь!!! Никому не отдам, себе оставлю!!! И не говорите. Фигня какая-то получается ) 1 |
|
|
Памда Онлайн
|
|
|
Агнета Блоссом
Памда А меня Мэри тоже бесит. При этом Мальсибер для меня страшен.😉 По поводу "солнышка" и "котика"(саблезубого) - это же наше читательское восприятие. Люди вообще неоднозначны как таковые; если я, к примеру, здесь активно не люблю вот такую Мэри - о чем это говорит? Ведь не о том же, что я бы этого "котика" в порыве чувства неземного пустила жить к себе в квартиру. А скорее о том, что Мэри для меня - персонаж отрицательный больше, чем Ойген. Я её не понимаю и она мне потому не нравится, сама бы я не вела себя так, как она себя ведёт. Ойген для меня более понятен. Не сказать, что он для меня ангел непорочный (среди живых людей таких ангелов я не встречала), но его мотивация и поведение для меня понятнее, чем мотивация и поведение Мэри. И потому Ойген для меня симпатичнее, чем Мэри! Представляете, какой пассаж... А Мэри меня здесь бесит. Не потому, что Ойген - мущщына, нет; просто так, как она себя ведёт, с людьми вообще себя нельзя вести. Была бы Мэри мужиком - точно так же меня бесила бы. 1 |
|
|
Памда Онлайн
|
|
|
Мужчины - воспитанные! - ухаживают за женщинами просто так, не из корыстных целей Ну это не данный случай, тут цели вполне корыстные были |
|
|
Merkator Онлайн
|
|
|
Памда
Агнета Блоссом Вот таких «совсем живых» героев создала автор - читаем, восхищаемся, возмущаемся…)А меня Мэри тоже бесит. При этом Мальсибер для меня страшен. 1 |
|
|
Памда Онлайн
|
|
|
Merkator
Памда ... БоимсяВот таких «совсем живых» героев создала автор - читаем, восхищаемся, возмущаемся…) |
|