↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 128

Выговорившись, Гарольд резко умолк, не решаясь посмотреть на своего собеседника.

— Вам не стоило, наверное, всё это мне рассказывать, — сказал, помолчав, Уоткинс, снова сжимая его запястье. — Но я всё равно рад, что вы это сделали — и я обещаю вам, что никогда никому не расскажу ничего из того, что услышал.

— Да кому тут рассказывать, — вздохнул Гарольд. — Вы извините…

— Вы очень неосторожны, — мягко произнёс Уоткинс. — Вы ведь не знаете меня совершенно… разве можно быть таким откровенным в подобных вещах с полузнакомым человеком?

— Вы же меня в дом впустили, — дёрнул Гарольд плечом. — Какой же вы незнакомый после такого…

— Да у меня же нечего красть, — Уоткинс улыбнулся немного грустно, — какая в этом опасность? Что вы могли бы взять? Денег там почти нет… разве что, хамелеонов можно продать было бы — но это так глупо: вы стали бы первым, на кого все подумают. Так что я ничем совершенно не рисковал, как видите… а вот вашей историей, мне кажется, могли бы заинтересоваться что авроры, что тот самый ваш кредитор… Но я не скажу никому, обещаю.

— Да мне уже всё равно, — устало вздохнул Гарольд. — Я что ни делаю — выходит сплошная нелепица… я и умею-то толком разве что аппарировать с лёгкостью — но и этого не вышло в самый нужный момент… а ещё оборотень, — добавил он с грустной насмешкой.

— При чём же тут оборотень? — удивился Уоткинс.

— Ну как же… говорят ведь, что они и ловкие, и сильные, и опасные… а какой я опасный…

— Вам хочется быть опасным? — улыбнулся Уоткинс.

— Конечно, хочется! — искренне сказал Гарольд. — Всякому хочется… вам разве нет?

— Нет, — покачал головой он. — Мне вовсе не хочется, чтобы меня боялись… у меня и так не слишком много друзей — и…

— Вот потому и немного! — воскликнул горячо Гарольд. — Если б боялись — у вас бы их было полно! Всякий был рад бы с вами дружить!

— Ох, Гарри, — попытался покачать головой Уоткинс — и, хотя рога не позволили ему сделать это по-настоящему, жест получился достаточно очевидным. — Какие же у вас странные представления о дружбе… Дружба — это уважение, и ещё общие интересы и удовольствие проводить время вместе, при чём же тут страх?

— Ну, не знаю, — недоверчиво и упрямо сжал губы Гарольд. — Уважение… интерес… да кому я могу быть интересен-то? — он дёрнул плечом. — Во мне нет ничего особенного — а вот, если б я был опасным…

— Вы путаете страх с уважением, — улыбнулся Уоткинс. — Это не то, чтобы плохо — просто до ужаса непрактично.

— Почему непрактично? — озадаченно спросил Гарольд.

— Потому что, путая понятия, вы можете перепутать и то, что они выражают, и начать добиваться совсем не того… и когда получите — даже и не поймёте, почему вас это совсем не радует, — охотно пояснил Уоткинс. — Вот смотрите, — с удовольствием продолжил он, поймав вопросительный взгляд собеседника. — Вы говорите, что хотите быть опасным, потому что с опасными все хотят дружить, верно?

— А то, — кивнул Гарольд. — Конечно, хотят.

— А что такое, по-вашему, дружба? — почти что ласково спросил Уоткинс.

— Дружба? — переспросил юноша — и умолк, пытаясь подобрать хоть какие-нибудь слова. — Ну, дружба… это же все знают! — воскликнул он, наконец, даже всплеснув руками. — Ну как такие вещи можно сказать?

— Описать, — ненавязчиво поправил его Уоткинс. — Тогда просто — какого друга вы бы хотели?

— Сильного! — тут же ответил Гарольд.

— Почему?— улыбнулся Уоткинс.

— Чтоб защитил, если что, — с некоторым удивлением сказал Гарольд. — Если бы у меня были такие друзья, я бы…

— Это не друзья, — возразил Уоткинс. — Это покровители — которые в ответ на защиту потребуют чего-то ещё.

— А вот друзья не потребовали бы, — упрямо возразил Гарольд.

— То есть друг — это человек, который защищает, не требуя ничего взамен?

— Да, — широко улыбнулся Гарольд. — Точно!

— А зачем? — вкрадчиво спросил Уоткинс. — Зачем ему это?

— Ему? Ну, просто… просто, мы же друзья! — Гарольд почему-то занервничал.

— Если я правильно понял, — мягко проговорил Уоткинс, — для вас друг — это человек, который вас защищает, не требуя ничего взамен. Но, если под другом понимать именно это — значит, и он будет ожидать от вас того же, ведь верно?

— Он? — растерянно переспросил Гарольд. — От меня?

— Ну конечно, — улыбнулся Уоткинс. — Если друг — это тот, кто безвозмездно защищает друга, то вы для него будете другом — а значит, тем, кто безвозмездно защищает его. Верно?

— Ну… да, — совсем растерялся Гарольд, который никогда в жизни вообще не задавался подобным вопросом.

— А вы сможете дать ему это? Защитить его?

— Нет, конечно! Я говорил же — мне затем и нужны друзья, чтобы…

Он умолк, осознав, наконец, то, что пытался донести до него собеседник.

— Тогда получается, что дружить могут только одинаково сильные люди, — спокойно подытожил Уоткинс. — Иначе дружбы не выйдет — а получится покровительство, а это совершенно другое дело.

— Значит, — упавшим голосом проговорил Гарольд, — у меня вообще никогда никаких друзей не будет.

— Почему же? — кажется, удивился Уоткинс. — Вы просто не туда смотрите… Дружба — это и вправду обмен между равными, но ведь речь может идти не обязательно о силе! Можно просто интересоваться чем-то одним — или схожим… вот, если бы вы, к примеру, любили улиток, или стриллеров, или хамелеонов — или просто каких-нибудь рептилий, земноводных, моллюсков…

— Они странные, — смущаясь, признался Гарольд.

— Кто именно? — уточнил Уоткинс.

— Эти… круглоглазые. Хамелеоны. Я в первый раз так перепугался…

— Вы испугались хамелеонов? — удивился Уоткинс. — Но они безобидные совершенно…

— Да не их, — вздохнул Гарольд.

Пришлось признаваться…

Выслушав, Уоткинс рассмеялся — до слёз и, стирая их рукавом пижамной куртки в широкую бело-голубую полоску, сказал:

— Ох, простите меня! Следовало вас предупредить, безусловно — надо было сказать, что они исчезают, когда пугаются. Надеюсь, вы сами тогда не пострадали?

— Нет, что вы, — помотал головой Гарольд. — Это вы простите меня — я вам там устроил разгром… и… и, вы знаете… я… я потом прошёл вообще по квартире и всё посмотрел, — мучительно краснея и запинаясь, проговорил он.

— Посмотрели — и ладно, — успокаивающе проговорил он, касаясь кончиками пальцев тыльной стороны его руки. — У меня нет там никаких секретов… я понимаю: вам было интересно посмотреть, как я живу. Ничего страшного — вполне понятное любопытство.

— Почему вы не злитесь?! — не выдержал Гарольд. — Почему вы никогда ни на что не злитесь?!

— Но здесь не на что злиться, — кажется, удивился Уоткинс. — Вы ничего дурного не сделали: опрокинули банки, рассыпали корм — но так вы ведь всё собрали и починили. А что по квартире прошли — так это же обычное человеческое любопытство, на что тут сердиться?

— А это?! — в непонятном отчаянии выкрикнул Гарольд, ткнув пальцем в рога.

— Ну, — почти беззвучно рассмеялся Уоткинс, — учитывая, что вы должны были сделать со мной вместо этого, злиться на рога с моей стороны было бы несколько неблагодарно, вы не находите?

— Вы… странный! — сердито, растроганно и смущённо-резковато выкрикнул Гарольд. — Я бы убил за такое, наверное…

— Мне кажется, убийство — это не ваше, — очень стараясь казаться серьёзным, сказал Уоткинс. — На вашем месте я бы больше не пробовал… кто знает, что и кому вы отрастите в следующий раз, — он всё же не выдержал и опять засмеялся.

Гарольд открыл было рот — а потом не удержался и тоже прыснул, и захохотал, мотая головой из стороны в сторону.

— А знаете — я иногда прихожу их кормить, а потом сижу и смотрю на них, смотрю… а сложно их содержать? — отсмеявшись, спросил он.

— Кого именно? — уточнил Уоткинс. — Улиток несложно.

— Я даже не знаю… А хамелеонов трогать совсем нельзя?

— Почему нельзя? — удивился Уоткинс. — Можно, конечно. Но без меня лучше не стоит — их надо приучить к своим рукам поначалу. Но потом, если вы захотите, я вас познакомлю — они с удовольствием сидят на руках, тем более, если они такие горячие, как у вас. Вы не больны? — спросил он заботливо.

— Не, — мотнул головой Гарольд. — У нас всегда так — у оборотней.

— Тем более вы им понравитесь, — уверенно сказал Уоткинс. — Будете заходить в гости? Я вечерами обычно дома и всегда буду рад вам.

— Я приду, — серьёзно и тихо ответил Гарольд. — Спасибо вам, — он вдруг ужасно смутился — или решил, что смутился, хотя испытываемое им чувство на смущение было похоже лишь отчасти: ему хотелось разом и убежать, и сделать что-нибудь очень хорошее, и рассказать что-нибудь, чтобы показать, что он совсем не такой идиот, каким, вероятно, представляется Флавиусу. Но никаких нужных слов он не отыскал — только попрощался и пообещал, что в следующий раз зайдёт завтра.

И только уже на выходе из Мунго сообразил, что даже не спросил Уоткинса ни о здоровье, ни о том, когда же его обещают избавить от рогов.

Глава опубликована: 06.02.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх