↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 447

Они стояли друг против друга — Леопольд со своей женой и его семья: мать, отец и сестра с зятем. Племянников не было, и одно это сказало ему куда больше, чем любые слова — Леопольд даже в первый момент дёрнулся было, чтобы уйти, но затем сразу же передумал. Рано или поздно он всё рано должен представить их друг другу — и, раз уж это уже случилось, проще будет закончить, нежели повторять всё это ещё раз.

Они сели за стол — Мерибет, с благодарностью забрав у Лорелей принесённый кекс, рассадила их наилучшим образом, устроив Леопольда и Лорелей не так, как велел этикет, а рядом друг с другом, а сама села по другую сторону от невестки. И всё же меняло это немногое — Леопольд, с трудом гася в себе раздражение, отмечал бросаемые его зятем и отцом на Лорелей взгляды, полные неприязни и любопытства, и холодный неприязненный взгляд сестры, одевшейся подчёркнуто буднично, так, словно бы она вообще не желала и не ждала никаких гостей. Всё это сильно нервировало его, довольно скоро он почувствовал хорошо знакомую тошноту — и, коротко извинившись, быстро вышел из комнаты. И едва успел добраться до ванной, как его вырвало — Леопольд потом, наверное, с четверть часа сидел на краю ванной, подставив ладони под струю холодной воды и время от времени умываясь и полоща рот. Не нужно было им сюда приходить! Чувство тревоги, возникшее в нём, едва он увидел лица отца и сестры, и которое он старательно пытался подавить, становилось с каждой секундой всё сильнее, и, в конце концов, Леопольд, не дождавшись, покуда тошнота спадёт окончательно, а руки и ноги перестанут дрожать, встал и, наспех приведя себя в порядок, отправился назад.

И ещё в коридоре услышал звучащие из гостиной необычно громкие и возбуждённые голоса. Охваченный нехорошим предчувствием, холодея при мысли о том, что могло бы заставить его семью так вдруг потерять лица перед практически незнакомой им женщиной и проклиная себя за то, что оставил Лорелей там одну, он почти что вбежал в гостиную — и замер, непонимающе глядя на стол, за которым сидело сейчас всего четыре человека.

— Где Лорелей? — севшим от волнения голосом спросил он.

Спор оборвался, и все сидящие разом на него обернулись.

— Она покинула нас, — с неприятной насмешкой сказала Шерил. — Ушла. И я, уж прости, не жалею.

— Почему? — пытаясь успокоиться и не сделать что-нибудь совсем уж непоправимое, спросил Леопольд.

— Потому что я сказала, что ей здесь не рады, — с вызовом произнесла Шерил, вставая и медленно выходя из-за стола. — И что, если она полагает, что, надев тебе на палец кольцо, она стала нам равной, она ошибается.

— Что ты сказала ей? — недоверчиво переспросил Леопольд, глядя на сестру так, словно увидел её впервые в жизни.

— Что думаю — то и сказала, — неприязненно проговорила Шерил, складывая на груди руки. — Это твоё личное дело — с кем жить, разумеется, но тащить эту грязь в наш дом не надо!

— Шерил! — резко воскликнула мать. Мужчины — оба — вскочили, и зять и отец Леопольда встали между ним и его сестрой, закрывая её от него… и явно принимая её сторону.

— Я кретин, что повёлся на твою идею, — зло сощурившись, сказал Леопольд бледной, как полотно, матери, одной оставшейся теперь за столом. — Ноги моей больше в этом доме не будет.

Он аппарировал — впервые после болезни — прямо из комнаты в их гостевой домик, где рванулся первым делом на кухню, на которой Лорелей проводила большую часть того времени, что бывала не с ним, однако та оказалась пуста. Обмирая от оглушившего его ужаса, что она просто ушла, даже позабыв, что аппарировать Лорелей самостоятельно не умеет, а пешком просто не успела бы уйти далеко, он позвал её — голос сорвался и дал петуха, и Леопольд кинулся в спальню… и увидел её, сидящую на кровати, под одеялом, уже переодевшуюся в ночную рубашку. Она что-то ела — приглядевшись, он узнал тот самый кекс, что час назад они с ней принесли к обеду — ела и плакала, и он, подойдя к ней на подгибающихся, подрагивающих ногах, сел рядом, отбросил поднос с её колен на пол — тот упал с грохотом, и крошки и куски кекса разлетелись по всей комнате — и обнял её, покрывая поцелуями её мокрое от слёз лицо.

— Прости меня, — горячо зашептал он, прижимая её к себе и начиная дрожать. — Прости меня, Лей, прости, прости…

— При чём тут ты? — почти испуганно проговорила она, тоже его обнимая и успокаивающе гладя по голове. — Я просто расстроилась, вот и всё… Хотя это было глупо, конечно.

— Не глупо, — он даже встряхнул её немного — и тут же снова прижал к себе. — Мы никогда туда не пойдём больше. Я клянусь тебе — никогда. И отсюда уедем — всё равно мне уже пора работу искать, сколько же можно жить за их счёт. Я уже в силах, я полагаю.

— Не надо, — она испугалась уже по-настоящему. — Тебе и целители говорят, что ещё рано… Не надо, пожалуйста! — попросила она настойчиво. — И мне нравится здесь… И сестру твою я могу понять — просто…

— Ты не должна её понимать! — крикнул он — и тут же, понизив голос, повторил: — Не должна. Это её проблема, а не твоя. Не хочет тебя видеть — не надо, будем, как прежде, встречаться пару раз в год на днях рождения у родителей… Или вовсе не будем.

— Ну конечно, — кивнула Лорелей, встревоженно на него глядя. — Что с тобой? — спросила она, наконец.

— Я испугался, — честно ответил он, устало облокачиваясь локтем о подушку. — Я безумно перепугался, что ты ушла. Я только представил, что не увижу тебя — и…

Он замолчал, нервно прижимая её к себе, и закрыл глаза.

— Лео, — очень мягко проговорила она. — Я не могу никуда уйти — мне попросту некуда. Понимаешь?

— То есть, ты осталась только потому, что тебе идти некуда? — после длинной паузы спросил он чужим, мёртвым голосом.

— Нет! — в отчаянии воскликнула Лорелей. — Нет же… Лео! Лео, — она высвободилась и уже сама его обняла, затащила на кровать, уложила, сняв с него только ботинки. — Я просто хотела тебя успокоить — сейчас и на будущее… Я глупая, — она легла на него, словно бы накрывая его собой, и он оттаял, улыбнулся пока ещё бледно и устало положил руки ей на спину.

— Видимо, я всё ещё не в себе, — сказал он, глубоко-глубоко вдыхая запах её духов. — Я безумно боюсь тебя потерять, Лей. Я даже представлять себе этого не хочу — не могу. Я действительно не смогу без тебя. Совсем.

— Конечно, сможешь, — возразила она.

— Нет, — усмехнулся он. — Я всё-таки что-то ещё соображаю — и знаю, что не смогу. И мне не обидно, — он коротко рассмеялся, вновь чувствуя сильнейшую, всепоглощающую слабость. — Я даже не знаю, что я о самом себе думаю — да что думаю… я понятия не имею, кто я теперь. Да и был, наверное. Я не знаю, — он устало вздохнул. — Всё думаю, как я до этого докатился… Я знал ведь, что нельзя даже и начинать. Но я как-то… Сперва думал, что остановлюсь в любой момент, а потом вообще, похоже, перестал думать. Хотя кое в чём мне всё-таки повезло, — он повернулся на бок, не отпуская её, и начиная проваливаться в сон.

* * *

— Что вы делаете? — спросила тем временем Мерибет, обводя медленным взглядом мужа, зятя и дочь.

— Лично я говорю то, что думаю, — сказала та, демонстративно садясь на своё место за столом и беря вилку. — И не вижу причин не делать этого и впредь. Или я в нашем доме уже не могу правду сказать?

— Правду? — слегка вскинула бровь Мерибет.

— Правду, мама, правду, — подтвердила Шерил, расправляя у себя на коленях салфетку. — Жена моего брата — шлюха, которую сотни и сотни мужчин имели…

— Шерил! — возмущённо перебила её Мерибет, однако та даже внимания на этот окрик не обратила и продолжила:

— …я даже представлять не хочу, в каких позах. И если мой брат почему-то решил так странно себя наказать — я не против, но меня от общения с этой тварью увольте. Мерлин мой, я вообще не представляю, как можно к ней попросту прикасаться! — воскликнула она, гадливо передёрнув плечами. — Не говоря уже о том, чтобы…

— Шерил! — вновь воскликнула её мать — и та на сей раз умолкла, дерзко и вопросительно на неё глядя.

— Вы оба с нею согласны? — спросила Мерибет у мужчин.

Ответил её муж — за обоих:

— Да, Бет. Мы с Шерил совершенно согласны. Потому что это ни в какие ворота не лезет уже. Мало того, что он опозорил всех нас и своим увольнением, и, особенно, наркоманией — чтобы наш сын и…

— Довольно, — Мерибет встала. — Я тебя поняла. Как и всех вас. Мне жаль, что вы все так считаете — но я не вижу никакого смысла с вами спорить. Пойду проверю котят — Мирра должна сегодня родить, что-то я беспокоюсь, — сказала она, складывая свою салфетку и кладя на сиденье своего стула. — Всем приятного вечера.

— А ты? — остановил её Колин. — Бет, а ты-то сама готова принимать эту женщину в нашем доме?

— Она жена моего сына, — пожала она плечами. — Говоря откровенно, я вообще не вижу здесь предмета для обсуждения. Да, мне неприятен выбор Лео — но это его выбор, не мой. С другой стороны, — она вдруг улыбнулась, — я слышала, что из таких женщин получаются самые лучшие жёны.

— Ну а я выбираю не иметь с ней никаких дел, — пожала плечами Шерил. — И это мой выбор. Нет, мама, — сорвалась она тут же, — но ты только представь — а если бы мы сегодня взяли с собой детей? И эта… женщина трогала бы их? Да?!

— А ты уверена, дорогая, что никто из присутствующих никогда не имел дела с «этими женщинами»? — очень мягко спросила у дочери Мерибет. — А потом, вернувшись домой, не брал этими самыми руками детишек?

Она улыбнулась всем и, отметив, как смешался не только её муж, но и зять, вышла из комнаты.

Она действительно пошла проверить готовящуюся рожать книззлу — однако потом в столовую не вернулась, а поднялась наверх, в спальню. Разделась и, постояв в ванной под душем, легла — и встретила поднявшегося к ней примерно через час мужа в постели, привычно читая книгу.

— Я не понимаю тебя, — сказал он, садясь в изножье и недоумённо глядя на жену.

— Спроси — я попробую объяснить, — сказала Мерибет, закрывая книгу и откладывая её в сторону.

— Ты мне, что ли, мстишь таким странным образом? — спросил он. — Через тридцать лет?

— Ну что ты, милый, — покачала она головой. — Я давно уже всё простила и пережила.

— Тогда зачем эта странная демонстрация… чего? Для чего ты сегодня позвала их вдвоём?

— У меня нет желания обсуждать сейчас это, — ответила Мерибет, перекладывая книгу на прикроватный столик и опуская свою подушку. — Если тебе непонятно моё желание поддержать сына — наш разговор ничему не поможет.

— Да куда уж ещё больше поддерживать-то? — возмутился её супруг. — Они и так уже третий… да какой третий — четвёртый месяц живут тут! Мы дали им кров и еду — на твой взгляд, этого недостаточно?

— На мой — нет, — сказала она спокойно. — Но здесь мы с тобой явно не достигнем согласия. Оставим это — я не хочу ссориться.

— Он сам разрушил всю свою жизнь! — раздражённо проговорил Колин. — Его никто не обижал, не ранил — нет, у него всё было великолепно! И он решил…

— Знаешь, — задумчиво прервала его Мерибет, — когда я впервые узнала, что ты ходишь к шлюхам — я была тогда, сколько я помню, на четвёртом месяце, нося Шерил — я хотела уйти от тебя. Немедленно. И развестись — рассказав всем причину. А потом я подумала, что отец мой просто убьёт тебя — и задумалась, что же мне делать. Так что, будь мой отец поспокойнее, — сказала она с самой милой улыбкой, — я бы ушла от тебя в тот же день. И никакого Лео бы вовсе не было.

— Зачем ты опять, — со смесью смущения и раздражения проговорил он, — говоришь об этом? Ты сказала, что всё простила — и тут же…

— Конечно, простила, — кивнула она. — Но ты же спросил, почему я себя веду так, как веду — я тебе отвечаю. Мне жаль, если ответ тебе неприятен. Мне продолжать?

— Я не понимаю, какая тут связь? Ну, было, да, — он тряхнул головой, — но это-то я уж никак не могу сейчас изменить!

— Я разве говорила что-то об этом? — вскинула она бровь. — А связь прямая — я тебе объясню. Я когда-то поставила твою жизнь выше своей обиды и чести — а сейчас ставлю выше них жизнь сына. Хотя насчёт чести в данном случае я совсем не уверена, — добавила она задумчиво. — Не думаю, что в этом случае моя честь задета. Но выше обиды — в любом случае. Так что, если ты, всё обдумав, решишь, что тогда я была права — тебе придётся согласиться и с этим моим решением.

— Да ну, какая там жизнь? — буркнул Колин, глядя куда-то в пол.

— Ты сомневаешься, что мой папа убил бы тебя за такое? — спросила она с лёгким удивлением.

— Да нет, — мотнул головой Колин. — Кто б сомневался… А не отец — так твой брат.

— Берти мог, да, — кивнула, чуть-чуть улыбнувшись, Мерибет. — О нём я тогда тоже думала.

— Я про Лео, — пояснил Колин. — Ну не повесился бы он без неё, в самом деле. Ну, наняли бы ему сиделку, если уж надо бы было…

— Я так не думаю, — спокойно сказала она. — Никакая сиделка бы тут ничего не сделала. Я часто хожу туда, — пояснила Мерибет в ответ на вопросительный взгляд мужа. — Посмотреть — под чарами. Я не знаю, чему обучают женщин в борделях, но видит Мерлин: если бы я болела, я бы хотела, чтобы за мной ухаживали хотя бы вполовину так же заботливо и терпеливо. Ты знаешь характер Лео — так вот вспомни его лет в шестнадцать и умножь на сто. А она это даже не терпит — кажется, просто не замечает.

— Он её из борделя вытащил, да ещё и женился, — неприязненно хмыкнул Колин. — Она ему ноги должна мыть за это. А потом пить эту воду. С восторгом.

— Она и моет, — кивнула Мерибет. — И не только ноги. Про пить потом воду не скажу ничего — я не видела. Но стирает она руками — да и вообще, похоже, не знает почти никакой бытовой магии. Мне замена кажется вполне адекватной.

— Ну, значит, наш сын завёл себе жену-эльфийку, — фыркнул ничуть не впечатлённый Колин. — Ты предлагаешь сажать этого эльфа с нами за стол? Наших что, тоже туда усадишь?

— Интересная мысль, — ответила Мерибет. — Я думаю, Мирра будет рожать или ночью, или под утро — так что, я бы пока легла спать, боюсь, следящие чары разбудят нас сегодня очень рано.

— Я не желаю видеть эту шлюху в своём доме и сидеть с ней за одним столом! — категорично проговорил он. — Тебе придётся выбрать — она или я!

— Хорошо, милый, — мягко улыбнулась ему Мерибет, укладываясь и натягивая одеяло повыше. — Конечно.

Он тоже разделся и, погасив свет, лёг рядом с ней — и почти сразу заснул.

И проснулся посреди ночи, не сразу поняв, что его разбудило. В первый момент он решил было, что это следящие чары, и у Мирры начались роды, однако в комнате было тихо, а жена его мирно спала — а значит, дело было в чём-то другом. Он сходил в туалет, хотя и не чувствовал в этом особенной надобности, потом долго лежал, пытаясь понять, что же его так мучает — и, наконец, понял.

Он поставил жене ультиматум — а она ничего ему не ответила. Он хорошо знал жену, Колин Вейси, и прекрасно понимал, что её «хорошо милый, конечно» могло означать всё, что угодно — и что о её решении он узнает только тогда, когда она сама сочтёт нужным его ему сообщить.

Ему стало вдруг очень неуютно. Он тронул жену за плечо, и она, мгновенно проснувшись, обернулась и спросила вполне ясным, совсем не заспанным голосом:

— Уже начались роды? Я не слышала чар…

— Нет, — сказал он, напряжённо на неё глядя. — И что ты выбрала?

— Что, прости? — спросила она непонимающе.

— Я сказал: «или она — или я», — повторил он уже без прежнего апломба. — Что ты выбрала?

— Я не знаю, — светло улыбнулась она. — Ты сказал, что не хочешь сидеть с ней за одним столом и видеть её в нашем доме. Я не планирую ничего подобного — во всяком случае, в ближайшее время. Я ответила? — любезно поинтересовалась она.

— Ты не знаешь? — тупо переспросил он.

— Конечно же, нет, — мягко, как ребёнку, сказала она. — По сути, ты ведь поставил меня перед выбором не между тобой и некой женщиной — а между мужем и сыном. Мне сложно вот так сразу тебе ответить — я бы попросила паузу на обдумывание. Полагаю, если ты задашь мне этот вопрос спустя какое-то время, я уже смогу найти ответ на него.

— Я ничего не говорил о Лео, — хмурясь, возразил он, не понимая, как так у неё вышло — и не зная, что возразить толком. Потому что нормальная совершенно вещь, сказанная ей, превратилась в её устах во что-то чудовищное.

— Ну, конечно, сказал, — качнула она головой. — Вспомни, пожалуйста, как непросто мне было с твоей бабушкой — и как ты меня тогда защищал. И как говорил мне, что, если тебе придётся выбирать между мною и ей, и даже всей твоею семьёй — ты, безусловно, выберешь меня. Помнишь?

— Это другое! — запротестовал он, понимая, что уже проиграл.

— Вовсе нет, — ласково возразила она. — Лео — твой сын, только он упрямее тебя в десять раз и ему в сто раз хуже сейчас, чем тогда было тебе. В общем-то, перед ним как раз стоит очень простой выбор: мы, которых он последние лет пятнадцать видит пять раз в год по большим праздникам — и женщина, которую он выбрал себе в спутницы и спасительницы. Кого выберет он — у меня нет ни малейших сомнений. Так что, в данном случае вопрос только в том, что выберем мы — и мы вернулись к тому, с чего начали: ты поставил меня перед выбором между ним и тобой. И вот на этот вопрос я не могу тебе сходу ответить. Конечно, я предпочла бы не выбирать вовсе: совсем не обязательно приглашать их к нам снова, мне будет достаточно видеться с ними отдельно, без вас. Но если ты вновь потребуешь — я постараюсь найти ответ.

Она ласково коснулась кончиками пальцев его запястья — и зевнула, прикрывая рот ладонью.

А он молчал — с тоской понимая, что знает этот самый ответ.

И совершенно не хочет его услышать.

Потому что нормальные матери не отказываются от своих детей — а Мерибет была, без сомнения, замечательной матерью.

Глава опубликована: 01.03.2017
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34399 (показать все)
Ta_nusia Онлайн
🤭🤭🤭
miledinecromant
Ta_nusia
Вам ответит Бета, как главный по крипоте и кровь-кишочкам.
Да, для это в планах (неизвестно какой дальности) и живёт под кодовым названием "Он волком бы выгрыз бюрократизм" ))))
ЖДУН АКТИВИРОВАН
Мой любимый кусок лета и вообще жизни — тот, где я наслаждаюсь Вашим творчеством. И он наконец настал <3
Alteyaавтор
Elegant
Мой любимый кусок лета и вообще жизни — тот, где я наслаждаюсь Вашим творчеством. И он наконец настал <3
Спасибо! ))
Я все-же взялась за «Луну» и не могу оторваться. Прочла примерно 70% и жалею, что читаю уже в готовом виде, не в «онлайн» режиме, когда ждёшь новую главу и невероятные обсуждения в комментариях.


Какие живые герои, я внутри вашей Вселенной и мне очень сложно возвращаться в реальность.
Alteyaавтор
fialka_luna
Я все-же взялась за «Луну» и не могу оторваться. Прочла примерно 70% и жалею, что читаю уже в готовом виде, не в «онлайн» режиме, когда ждёшь новую главу и невероятные обсуждения в комментариях.


Какие живые герои, я внутри вашей Вселенной и мне очень сложно возвращаться в реальность.
Спасибо вам! ) Это так приятно. )

Я думаю, немножко можно и не возвращаться. Считайте это маленьким отпуском от реальности .)
Спасибо! Это было незабываемое путешествие.
Скабиор, Стая Фенрира, Гвен, оборотень-пожарный, оборотень-кузнец,британские и ирландские волчата- настолько все они разные, каждый по-своему интересен и объединяет всех Луна.

Два вопроса остались
«Скелет из сундука» Бэлби
Грейбек отец Кристиана?
Дневник Фенрира, вот что больше интересует.

А Хадрат, чувствую, ещё даст прикурить...
Alteyaавтор
fialka_luna
Спасибо! Это было незабываемое путешествие.
Скабиор, Стая Фенрира, Гвен, оборотень-пожарный, оборотень-кузнец,британские и ирландские волчата- настолько все они разные, каждый по-своему интересен и объединяет всех Луна.

Два вопроса остались
«Скелет из сундука» Бэлби
Грейбек отец Кристиана?
Спасибо, что прочитали. )

1. Однажды, может быть, у нас дойдут до него руки.
2. Нет, конечно, нет. )
fialka_luna

Про Хадрат будет дальше в серии. Читайте дальше. Да, она свою роль там сыграет.
Навеяло)

его сердце
пришито
к дому его семьи
будь ты из аврората
либо со взглядом змеи
погоди, не тяни
пока нити
уходят в плоть
волк бежит
скулит хоть,
но жив... рядом...
научился отслеживать
взглядом
дистанцию
повороты
не важно
кто ты
с миром - живи
нет? - утони в крови
скорей всего
он уже чует
твой запах
четырехлапо
вывернется
из кожи
волк
тебя
уничтожит
Whirlwind Owl Онлайн
Inconcsient
Красиво. На Маяковского похоже
Dreaming Owl
Inconcsient
Красиво. На Маяковского похоже
Спасибо!))
Показалось, что именно этот ритм подойдёт лучше всего)
Alteyaавтор
Inconcsient
Навеяло)

его сердце
пришито
к дому его семьи
будь ты из аврората
либо со взглядом змеи
погоди, не тяни
пока нити
уходят в плоть
волк бежит
скулит хоть,
но жив... рядом...
научился отслеживать
взглядом
дистанцию
повороты
не важно
кто ты
с миром - живи
нет? - утони в крови
скорей всего
он уже чует
твой запах
четырехлапо
вывернется
из кожи
волк
тебя
уничтожит
Ого! ух ты! Спасибо! Как здорово!
Alteya
Inconcsient
Ого! ух ты! Спасибо! Как здорово!
Вам спасибо за прекрасную вселенную, в которую хочется погружаться снова и снова.)
Alteyaавтор
Inconcsient
Alteya
Вам спасибо за прекрасную вселенную, в которую хочется погружаться снова и снова.)
Погружайтесь! ))
Удивил строгий министерский работник, который поёт по вечерам)
Alteyaавтор
fialka_luna
Удивил строгий министерский работник, который поёт по вечерам)
Ну, должен же он отдыхать.))
Взялась за «Луну» снова, всё же выбор остановила на ней.
И… уже на второй главе, после момента о смерти Амелии, на кусочках о привычках Кристиана, полученных от матери, на словах «он отправился во взрослую жизнь налегке» почувствовала такую нежность! Такой трепет! И явный всплеск гормонов удовольствия)

Был прекрасный вечер на море, а ваше произведение делает его ещё лучше. Спасибо, дорогая Алтея!❤️‍🔥
Вы знаете, насколько моему сердцу дороги ваши произведения. Вы давно знаете))
Alteyaавтор
Elegant
Взялась за «Луну» снова, всё же выбор остановила на ней.
И… уже на второй главе, после момента о смерти Амелии, на кусочках о привычках Кристиана, полученных от матери, на словах «он отправился во взрослую жизнь налегке» почувствовала такую нежность! Такой трепет! И явный всплеск гормонов удовольствия)

Был прекрасный вечер на море, а ваше произведение делает его ещё лучше. Спасибо, дорогая Алтея!❤️‍🔥
Уииии! ))) Как это приятно! )) Спасибо вам!)
Elegant
Вы знаете, насколько моему сердцу дороги ваши произведения. Вы давно знаете))
Я так рада этому. )) Так здорово !)
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх