↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 283

О визите в валлийский заповедник драконов Скабиор узнал в четверг, когда Поттер после урока, таинственно и хитро заулыбавшись, напомнил ему про тот разговор с Гермионой и сообщил, что утром в субботу их ждут — если, конечно, у мистера Винда нет других планов. Планов у него не было, и ранним утром последней субботы июня Скабиор и зашедшие за ним Гарри и Гермиона камином отправились на одну из самых необычных экскурсий, какую только можно себе представить. Перед тем, как отправиться в это маленькое путешествие, Гермиона предупредила Скабиора, что у неё с Гарри там несколько важных дел, он же отправляется с ними в качестве сопровождающего. Пока они будут беседовать с директором, он сможет посмотреть заповедник — и она рассказала о своём девере Чарли Уизли, влюблённом в драконов и много лет работающим с ними в Румынии.

— И у меня к вам личная просьба, — сказала она напоследок: — Сделайте лицо посерьёзнее, вы же не просто так, вы тоже служащий министерства — мы представим вас, как человека из Департамента магических популяций.

— Вряд ли вас кто-нибудь там узнает, — поддержал её Гарри. — Драконологов мало интересует светская хроника, тем более в Уэльсе, в лучшем случае спортивный раздел — они живут в своем закрытом мирке. Так что ваша слава до них, скорее всего, не докатилась, — подмигнул он слегка растерявшемуся Скабиору.

Они вышли из большого камина на серые каменные плиты пола, вытертые до блеска от времени. Их встречали — и пока Гермиона и Гарри любезно беседовали со статной высокой дамой, которую ему представили как саму Блодейин Ток, директора заповедника, Скабиор держался тихо и скромно — о, он был наслышан о мадам Ток. У неё были коротко остриженные тёмные волосы и шрамы от ожогов на сильных руках. По Лютному до сих пор ходила байка о том, как один браконьер со слезами радости встретил пришедших за ним авроров после того, как был пойман здесь и провёл в заповеднике почти целую ночь. А ещё, глядя на следы от ожогов, он вспоминал другого обитателя Лютного, который каким-то чудом выжил после того, как один из драконов дыхнул на него своим пламенем. Жуткое зрелище… когда Скабиор увидел его, то подумал, что лично он предпочёл бы погибнуть, чем жить таким вот живым огарком.

Закончив беседу, мадам Ток представила Скабиору его сопровождающих — Джарви Ригдебита, жилистого темноволосого парня с весёлым взглядом и глубокой свежей царапиной на носу, и Энбетестира Моргана, высокого и широкоплечего брюнета лет сорока, левое предплечье которого украшала сложная татуировка — и, попрощавшись, ушла вместе с Гарри и Гермионой.

— Итак, — сказал Джарви, радостно потирая руки, — туристов у нас тут, как правило, не бывает, так что опыта проведения экскурсий ни у кого из нас нет — и мы предлагаем начать с небольшой прогулки. Затем мы покажем вам молодняк и парочку взрослых особей — одна у нас сейчас как раз спит, её можно будет даже потрогать. А самых маленьких можете покормить — если не испугаетесь, — он подмигнул им.

— Огонь у них такой же горячий, как у больших, — предупредил Энбетестир, ещё при знакомстве предложивший звать его просто Тиром. — Но они менее агрессивны и не так опасны.

Они вышли наружу и оказались на небольшой площади в окружении самых разных построек из серого камня. Деревушка драконологов находилась на небольшом плато — солнце слепило Скабиору глаза, и ему понадобилось какое-то время, чтобы разглядеть открывающийся оттуда потрясающий вид на значительную часть заповедника, который даже без драконов был невероятно красив своей суровой, нетронутой красотой: изломанные хребты гор, зелёные каменистые склоны, заросшие вереском, на которых можно было различить светлые точки овец, пасущихся в отдалении, синие озёра в низинах — всё это казалось сейчас настолько мирным, что вызывало желание неспешно прогуляться в свое удовольствие.

А вот запах он различил сразу — вернее, целый букет запахов, от которых волосы у него на затылке встали дыбом. Будь он простым человеком, то, пожав плечами, просто назвал бы этот запах специфическим, но вторая половина его сущности безошибочно говорила ему: здесь пахнет хищниками — мощными и беспощадными, куда крупнее и опаснее его самого. Ему понадобилась пара секунд, чтобы различить аромат палёного камня, навоза, совсем слабый — мяса и крови — и самый главный: сухой мускусный запах самих драконов.

— Большая часть заповедника закрыта для любых посетителей, — говорил тем временем Энбетестир, — кроме профессиональных драконологов…

— …и самоубийц, — вклинился Джарви. — Сами они называют себя браконьерами, но мы предпочитаем этот термин: он куда точнее отражает суть.

Скабиор хмыкнул. И действительно, в заповедник нормальные люди не лезли — а кто лез, тот, как правило, делал это только один раз и потом ничего уже никому рассказать не мог. Потому и ценились подобные ингредиенты на рынке весьма высоко, и было их очень немного.

— …так что собственно места обитания драконов вы не увидите, — продолжил, театрально вздохнув, Энбетестир. — Мы с вами отправимся в загоны — для начала к подросткам. Взрослые особи гнездятся выше в горах — там целая система пещер, и даже мы туда почти не ходим.

Драконы… с ума сойти. Он до сих пор не верил, что стоит тут, в одном из самых охраняемых мест Британии — и что сейчас, возможно, он сможет потрогать настоящего, живого дракона, причём, не опасаясь, что это станет последним его действием.

— А как они попадают в эти загоны? — с любопытством спросил Скабиор.

— В разные загоны — по-разному, — охотно принялся объяснять Энбетестир. — Некоторых мы готовим к отправке в другие места на разведение, а в тот, к которому мы сейчас идём, попадают подростки, изгнанные матерью из гнезда и не способные пока к самостоятельной жизни.

В этот момент их накрыла какая-то тень — и Скабиор, машинально подняв голову, замер с приоткрывшимся ртом. Потому что высоко в небе над ними парил дракон — настолько большой, что его крылья на какое-то время полностью закрыли солнце.

— Не волнуйтесь, они высоко, — сказал Джарви. — А здесь, к тому же, ещё и чары — они тут не сядут. Валлийские зелёные не слишком жалуют людей — они обычно не агрессивны и предпочитают овец. Однако продолжим — мы сейчас отправляемся к загону с экземплярами, попавшими под выбраковку.

— В смысле? — не отводя глаз от кружащей в небе рептилии, и кажется, даже ощущая её внимательный взгляд, с некоторой задержкой спросил Скабиор.

— Вы понимаете, — охотно начал рассказывать Джарви, — драконы размножаются не так быстро, как многие думают — самка откладывает яйца раз в несколько лет. Но поскольку живут они долго, а смертей насильственных или от болезни в заповеднике бывает немного, нам приходится регулировать размер популяции искусственным образом. Потому что территория заповедника у нас ограничена, и на ней может жить ограниченное число особей — и её численность поддерживаем не только мы, но и сами драконы. Если же их не выбраковывать искусственно, то они либо начинают пытаться расширить ареал своего обитания…

— …чего им, разумеется, никто не позволит после инцидента в Илфракомбе в тридцать втором, — недовольно добавил Энбетестир. Джарви согласно кивнул и продолжил:

— Либо сами будут уничтожать слабый молодняк. А в таком состоянии они опасны и агрессивны, и чтобы этого избежать, приходится проводить отбраковку. Увы — их судьба не завидна, — вздохнул он. — Они доживают до двух лет, а потом…

— …А потом приходится сделать необходимое, — закончил за него Энбетестир. — В конце концов, заповеднику тоже нужно на что-то жить, и откуда-то же появляются все эти кожаные вещи, — он кивнул на его пальто, сердечные жилы для палочек — да, наконец, мясо и печень? Впрочем, это уже контролирует министерство — вон за той горной грядой, — махнул он куда-то влево, — хозяйство, где занимаются заготовкой ингредиентов.

— Драконолог только произносит последнее заклинание, — негромко добавил Джарви, — потому что просто отдать их на убой — нечестно. Они все же не скот, — закончил он сурово.

— Сейчас у нас как раз есть несколько экземпляров, — сказал Энбетестир, — которых готовят к отправке в Норвегию отдельно от остальных, обрабатывают, поят зельями, обследуют — мы с вами заглянем туда ненадолго, а потом посмотрим на молодняк, попавший под выбраковку.

— Но сначала вам надо переодеться, — заулыбался вновь Джарви. — Иначе у нас могут быть неприятности, если наш гость превратится в жаркое.

— Да и вообще у нас не любят, когда тут что-нибудь случается с министерскими работниками, — пошутил Энбетестир, глянув на Скабиора. — Мы потом просто в бумагах утонем, если что — так что оденьтесь, пожалуйста.

— Я не против, — усмехнувшись, ответил Скабиор. — Хотя я, в общем-то, защищён, — он демонстративно тронул своё пальто.

— Во-первых, — покачал головой Джарви, — на ваше пальто явно пошла хвосторога, а у нас заповедник монопородный — только валлийские — наших питомцев оно будет нервировать, они не привыкли.

— Не ровен час, — хохотнул Энбетестир, — ещё примут вас за противника, покушающегося на их угодья. Боюсь, даже мы можем не успеть — и тогда у меня останется для вас лишь одна хорошая новость: вашим родным не придётся тратиться на похороны.

— И потом, — добавил Джарви, — драконы — это еще и навоз, и отрыжка остатком их ужина, которая вполне может оказаться на вас — в общем, давайте побережём этот модный шедевр… а вот ботинки можно оставить, — сказал он, едва бросив на них взгляд.

Они пересекли плато и вошли в маленький неказистый домик, в котором хрипло бубнило голосом Ли Джордана колдорадио, висели чьи-то мантии, стояли несколько пар грязных сапог, а на столе явно после трапезы остались чайник и кружки. Запахи говорили о том, что в этом помещении бывает много народа.

Внимательно оглядев Скабиора, сопровождающие выдали ему куртку (он с удивлением отметил, что вся её подкладка покрыта рунами), перчатки, шляпу с прикреплённой спереди прозрачной пластиной и нечто вроде конусообразной кожаной юбки, а затем, когда он надел всё это, уже на улице его опрыскали каким-то резко пахнущим зельем, пояснив:

— Волшебный рецепт: два в одном — убивает опасную для драконов заразу, прежде всего оспу — и запах ваш отобьёт. Ну, что же — теперь краткая инструкция по безопасности. Состоит из одного слова: аппарация.

— При любой нештатной ситуации аппарируйте, — согласно кивнул Джарви. — Не пытайтесь помочь или спасти кого-то — просто аппарируйте. Я надеюсь, это понятно?

— Один труп всегда лучше двух, — поддержал его Энбетестир. — А вы понятия не имеете, как с ними обращаться — на них далеко не каждое заклинание действует, да и те нужно знать, как и куда посылать. Вы всё запомнили?

— Да, — кротко сказал Скабиор. Эти люди — оба — вызывали у него уважением своей силой, которую они не скрывали, но которой и не бравировали, и их настойчивость вовсе не показалась ему избыточной: он сам бы на их месте повторил всё несколько раз — слишком высока была ставка в случае малейшей ошибки.

— Тогда идёмте, — предложил Джарви.

Они вышли из домика и пошли по тропинке, огибая горный склон справа.

— Мы пришли, — сказал через несколько минут Джарви, останавливаясь. — Наши красавцы. Время кормления вы уже пропустили — они едят на рассвете — но зато они сыты и благодушны. Впрочем, советую не делать резких движений и помните: если что — аппарируйте.

Скабиор слушал его краем уха — замерев, он смотрел на шестерых драконов, нежащихся на вышедшем из-за туч солнышке. Их ярко-зелёная шкура была гладкой, и отливала то золотом, то синевой, и огромные твари казались отсюда, издали, сказочно красивыми и почти безопасными.

— Сейчас они сыты и дремлют, — пояснил Джарви.

— А это, — Скабиор сглотнул, — самцы или самки?

— Кто как, — улыбнулся Джарви.

— А как вы определяете? — не сдержал Скабиор любопытства. — На вид они все похожи…

— Непрофессионалу увидеть разницу почти невозможно, тем более, издалека — сказал Джарви. — Я покажу потом таблицы и макеты, если вам действительно интересно.

— Интересно, — отстранённо кивнул Скабиор.

На самом деле, сейчас ему вовсе не было интересно.

Ему было страшно. Не человеческим, а совершенно животным страхом, от которого все волоски на теле вставали дыбом, а мышцы сжимались, готовясь то ли атаковать, то ли бежать. Один из драконов вдруг поднял голову и посмотрел прямо на них — а потом лениво поднялся и, приоткрыв крылья, неспешно пошёл в их сторону. Его взгляд — несмотря на золотистый окрас глаз — был холодным, и заставил Скабиора инстинктивно попятиться и выхватить палочку. И от ощущения тёплого дерева в ладони, такого привычного и надёжного, ему стало спокойней — и он ощутил вдруг мрачноватое торжество: о да, бесспорно, как оборотень и хищник он бы даже и не попытался соперничать с этой тварью, но вот как волшебник и как человек… В конце концов, кто из кого варит зелья и кто чью шкуру носит на плечах? А?

— Уходим, — приказал Энбетестир. — Быстро и плавно.

Они отошли обратно — за склон горы, и уже там услышали недовольный, но на удивление мелодичный рёв, сопровождающийся вспышкой.

— Они не любят чужих, — пояснил Энбетестир. — Но они сыты и сердятся не всерьёз.

— Но пламя у них самое настоящее, — улыбнулся Джарви. — Пойдёмте к детёнышам? И у нас на обследовании как раз сейчас есть отличная самка — её пока усыпили, и можно её потрогать и рассмотреть внимательно.

На сей раз они шли достаточно долго — и, в конце концов, подошли к большому загону, где в ещё одном, поменьше и с маленьким прудиком, от которого поднимался пар, резвились, плескаясь в горячей воде, пять небольших, размером с крупного пса, дракончиков.

— К ним можно подойти поближе, — предложил Джарви.

— Им уже больше недели, поэтому вы можете угостить их, — сказал Энбетестир, выдавая Скабиору миску с нарезанными кусочками мяса. Скабиор невольно сглотнул слюну — что поделать, держать в руках отличную сырую баранину и не иметь возможности съесть ни кусочка было для него маленьким испытанием — и, сам над собой посмеявшись, шагнул в крытый загон, где было очень жарко, но чудесным образом вовсе не душно.

Драконыши — или как правильно называются детёныши у драконов, драконята? Скабиор понятия не имел, поскольку никогда прежде не задавался этим вопросом — встретили его не то, чтобы радостно, но возбуждённо, учуяв издали запах мяса. Скабиор присел на корточки и, взяв первый кусочек, положил его к себе на ладонь и, протянув руку, защищённую от ядовитых зубов толстой перчаткой, начал подманивать к себе одного из детёнышей, который, похоже, ничуть его не боялся, и, подбежав, ловко выхватил из его руки своё угощение. Скабиор протянул ему ещё кусок — ощущая при этом, как буквально всё его существо противится этой неестественной близости, и потому ещё настойчивее продолжая кормить детёныша. Съев четвёртый кусок, дракончик сыто рыгнул — и прямо в Скабиора плеснула струйка яркого горячего пламени. Куртка и перчатки его защитили, конечно, но испугался он всё равно здорово — так, что шарахнулся в сторону и сел с размаху на землю. К нему тут же метнулся Джарви, однако Скабиор, ещё даже не до конца успокоившись и дыша тяжеловато и часть, улыбнулся ему и сказал:

— Всё отлично — я просто не ожидал. Это здорово, если честно.

— Осторожнее, — с совершенно невозмутимым видом сказал тот. — Они дети — но пламя у них настоящее. Шрамы от него не свести никакой магией — и ожоги заживают хотя и быстро, но болезненно.

— Дети, — усмехнулся Скабиор, вытаскивая из своей чашки ещё один кусок мяса и снова подманивая к себе зверя. — Интересно, а совсем взрослые бывают такими маленькими?

— Совсем взрослые — нет, — ответил Джарви, садясь рядом с ним на траву и отмахиваясь от сунувшегося было к нему дракончика. — Хотя есть и достаточно мелкие виды…

Пока он читал лекцию о видах драконов, Скабиор раздал всё оставшееся у него мясо, и они, покинув загон, неспешно отправились к следующему пункту экскурсии — к загону, где крепко спала погруженная в магический сон большая драконица. Её шкура, к которой, наконец-то, можно было прикоснуться без всякой защиты, была гладкой и тёплой, и казалась атласной на ощупь — Скабиору доводилось держать в руках и выделанную, и просто только недавно снятую с валлийского зелёного кожу, однако на ней этот эффект почему-то не сохранялся…

Скабиор долго ходил вокруг, разглядывая огромную тварь. Он трогал её, и нюхал, и даже, не удержавшись в какой-то момент от любопытства и думая, что его никто в этот момент не видит, лизнул — он перетрогал всё, до чего смог добраться, включая мощные когти и даже выглядывающие из-под верхней губы клыки. Поначалу ему было до одури жутко, и прикоснуться к этому смертоносному существу, способному уничтожить его в буквальном смысле одним дыханием, он себя заставил с большим трудом, но чем дольше он оставался здесь — тем больше его завораживала эта мощь, живое воплощение смерти, мирно спящая сейчас под наложенными на неё чарами. В конце концов, его пришлось уводить фактически силой — потому что на обычный зов он просто не откликался, и на обратном пути Джарви его спросил:

— Вы сами-то никогда не думали о том, чтобы стать драконологом? Я вижу, они вас очаровали.

— Не думал, — ответил Скабиор. — Я, в общем-то, к животным отношусь довольно утилитарно — что к овцам, что даже к драконам — но за предложение спасибо. Польщён.

— Это было фантастически, — сказал Скабиор, когда они с Гарри и Гермионой вышли из камина у него дома, унося с собой в качестве подаренных им на прощание сувениров по драконьему зубу и когтю. — Я был уверен, что куда-куда, а туда не попаду никогда. Спасибо, — искренне сказал он.

— Теперь вы просто обязаны сдать УЗМС как минимум на «Выше ожидаемого», — засмеялась Гермиона.

— Надеюсь, вам как раз попадутся драконы, — сказал Гарри. — Вы ведь везучий, насколько я могу об этом судить, верно?

Глава опубликована: 28.06.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Levana Онлайн
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Levana Онлайн
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
Levana Онлайн
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Levana Онлайн
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх