↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 35

Так и пошло… Архив Скабиор полностью рассортировал дней за десять. Результат вышел странный, хотя отчасти вполне предсказуемый: когда он пришёл на следующее утро, его встретили две молодых женщины в лимонных мантиях — похихикали, поулыбались ему… а потом вдруг зааплодировали. После одна из них подошла и, смущаясь, спросила:

— А с вами можно разговаривать?

— Можно, я думаю, — насмешливо отозвался он. — Почему нет-то?

— Ну… вы же… как будто бы под арестом, вроде бы? — сказала она неуверенно.

— Вроде бы, — кивнул он. — Но вот разговариваете же. И я не кусаюсь, — добавил он, улыбнувшись. — Во всяком случае, днём.

Медсёстры захихикали — а потом та, что заговорила с ним, решилась:

— А нам рассказали, как вы здорово с архивом справились… А вы не могли бы помочь и нам?

— Мог бы… наверное, — отозвался он с удивлением. — Только это не ко мне, а к мистеру МакДугалу — я вроде как ему подчиняюсь.

— А он нас послал к вам, — радостно пояснила она. — И сказал, что если вы согласитесь, то можете отправиться спасать нас. Согласитесь, пожалуйста!

— Я всё же его спрошу, — подумав, решил Скабиор. Медсёстры пошли за ним — МакДугал, увидев всех троих, сказал сразу:

— Дамы вот помощи просят. Не поработаете у них?

— Могу, — кивнул Скабиор. — Это же вам решать — куда мне…

— Ай, — отмахнулся МакДугал. — Здесь вы уже всё сделали — идите, конечно, если охота. А то у меня сейчас работа только с теми пациентами, которые обычно не лезут под руку и молчат — интересуетесь?

— Да не очень, — хмыкнул Скабиор.

— Загляните потом время отметить, — напомнил МакДугал. — Ну и на обед приходите, если возникнет такое желание.

— Да мы сами его покормим! — перебила его вторая медсестра. — Ну неужели же оставим голодным такого помощника! Только вам мантию нужно надеть, — добавила она тут же, обратившись уже к Скабиору, и спросила МакДугала: — Есть у вас лишняя?

— Была где-то… сейчас найду.

Вот так Скабиор оказался на втором этаже больницы Святого Мунго, где его попросили проделать фактически то же самое: помочь разобрать накопившийся за несколько десятилетий архив.

Он оценил иронию — или насмешку — судьбы: надо же было ему попасть именно сюда… И подумал, что может однажды встретить тут Гвеннит: до полнолуния как раз оставалась неделя… И, кстати — ему ведь тоже, по всей видимости, в этот цикл имеет смысл пить аконитовое. И любопытно, выдадут ли ему тут его?

Зелье выдали — тот же МакДугал, когда он днём вернулся пообедать, протянул ему характерный больничный флакон.

— За счёт заведения, — пошутил он.

— Это подарок или обязательство? — тоже пошутил Скабиор — и услышал ожидаемое:

— Увы, вы обязаны его пить, пока не закончите свои работы. Вас не предупредили?

— Может, и предупредили, — пожал он плечами, открывая флакон и морщась от знакомого запаха. — Я не помню.

Он выпил — залпом, и демонстративно скривился. Хотя вкус зелья не был особенно неприятным, Скабиор его ненавидел — просто за то, что это было такое. Однако выбора ему не оставили… Что же, во всяком случае, зелье, наверное, качественное — и можно будет погулять с Гвен по острову и поучить её толком охотиться.

— Так невкусно? — спросил с любопытством МакДугал.

— Да нет… не то, чтобы, — честно признал Скабиор. — Не в том дело. Не люблю прятать волка.

— Вы себя плохо от этого чувствуете?

— Нет, — пожал он плечами. — Просто — не люблю. Не понимаете?

— Нет, наверное, — подумав, ответил МакДугал. — Расскажете?

— Да что непонятного-то, — сощурился Скабиор. — Волк — такая же часть меня, как и видимый всем человек. А вы его запираете. Делаете вид, что его нет, и меняется только тело — это, наверное, не так страшно, — он раздражённо ударил пустым флаконом по столу. — А это враньё. Я согласен с тем, что волку в такое время не место рядом с людьми — я не убийца, что бы вы там ни думали. Но и прятать я его не желаю. Хотя сейчас, конечно, куда деваться.

— Я понимаю, — подумав, медленно проговорил МакДугал. — Думаю, это мнение, во всяком случае, имеет право на существование.

— Ну, надо же, — не сдержался Скабиор. — Какие у вас широкие взгляды.

— Ну, — добродушно кивнул МакДугал, погладив свою бороду, — я вообще весьма терпим. Обстановка, вы знаете, располагает, — он улыбнулся. — Мёртвые — они настраивают на весьма философский лад.

Скабиор чуть слышно вздохнул. Злиться на МакДугала было глупо — и несправедливо: тот с самого начала был действительно вежлив и искренне не считал его ниже или хуже себя — подобные вещи Скабиор чувствовал порой даже слишком сильно, и если уж не уловил ничего подобного — значит, улавливать было нечего. А уж идея заставить его пить дракклово аконитовое точно принадлежала не целителю — так что, как не крути, Скабиор был к нему несправедлив.

— Я был не прав, — сказал он, садясь. — И готов это как-нибудь компенсировать.

— А я соглашусь, — немедленно отозвался тот. — Мы уже говорили как-то — я очень давно хочу изучить механизм вашей потрясающей регенерации.

— Да, помню, — кивнул Скабиор. — Ладно… Что вам нужно?

— Немного крови… для начала. Если позволите.

— Позволю, — согласился Скабиор. — Раз сам предложил.

Ему было больше любопытно, чем неприятно — скорее всего, потому, что ему нравился сам целитель.

Так и пошло… Работал Скабиор неспешно, иногда оставаясь на весь день, иногда — уходя через минимальные пять часов. Обед он приносил теперь с собой, и обычно они с МакДугалом делились друг с другом — сочетания порой выходили забавные, и в конце концов они стали нарочно приносить что-нибудь необычное — и делать ставки, как быстро другой угадает, что это. Денег, конечно, они не ставили: на кону, как правило, было право первым выбрать себе еду изо всей сегодня имеющейся. Ближе ко второму полнолунию МакДугал всё же решился — Скабиор давно ожидал эту просьбу, и хотя уже решил согласиться, сам не предлагал, разумеется — попросить позволить ему увидеть трансформацию.

— Где предполагаете любоваться? — насмешливо поинтересовался Скабиор, пока что не давая ответа. — Здесь негде, а домой я вас, уж простите, звать не готов.

— Можно у меня, — преспокойно предложил МакДугал. — Я живу за городом, там тихо.

— Мы потом отсыпаемся сутки… если повезёт. И аппарировать далеко я вряд ли буду способен — есть у вас, где мне после вздремнуть?

— Найду, — кивнул тот.

— Никаких снимков, — предупредил Скабиор. — А если разбудите, пока сам не проснусь, ваше исследование на этом закончится.

— Можно спросить, почему?

— Спросить можно, — усмехнулся Скабиор.

Они рассмеялись.

— Потому что мы себя чувствуем не слишком хорошо в этот день, и…

— Это я знаю, — кивнул МакДугал. — Про снимки вы почему вспомнили? Я не собирался, но откуда у вас вообще такая мысль?

— Да мало ли, — ухмыльнулся он.

Видел он подобные колдографии. Смысла понять не смог, но разозлился ужасно — хотя, наверное, людям понять причину его злости было бы сложно: ну что такого? Естественный процесс, в общем-то. А объяснить кому-то, что вряд ли можно отыскать что-нибудь более интимное, нежели эти несколько бесконечных минут трансформации — и сам волк, который живёт в тебе, к которому ты никогда в своей жизни не прикоснешься, да и увидеть его не удается практически никому — невозможно.

— Даю слово, — очень серьёзно сказал МакДугал. — Никаких снимков. Непреложный обет хотите?

— Не стоит, — помедлив, ответил всё-таки Скабиор. Он чуял, что тот не лжёт — а если ошибся — он узнает. И найдёт способ объяснить, что обманывать некрасиво.

Дом МакДугала оказался основательным двухэтажным строением, сложенным из больших неровных камней. Они аппарировали туда из клиники, куда Скабиор пришёл вечером перед полнолунием — и сразу, сходу предупредил:

— Я сегодня на взводе — как всегда в этот день. Могу обидеть или, наоборот, оскорбиться — я бы на вашем месте был как можно вежливее, — пошутил Скабиор, оглядываясь и принюхиваясь. Дом пах жильём — местом, где живут давно и, кажется, в одиночестве, готовят еду, предпочитают яблоневые и вишнёвые дрова для камина, держат много книг и не слишком любят гостей. И животных не любят — или, во всяком случае, не держат. — Я могу осмотреться? — нахально поинтересовался Скабиор и, получив в ответ спокойный кивок, свернул в гостиную. Та казалась, скорее, полупустой, чем просторной. Рядом с камином, находившимся почти в центре ближайшей к коридору стены, стоял длинный и низкий стол, который можно было бы счесть журнальным, на нём в рабочем порядке были разложены бумаги и книги. У соседней стены стоял очень удобный на вид диван, на котором лежал смятый плед в чёрно-бежевую клетку, третья стена целиком была закрыта книжными полками, четвёртая же, если не считать окон, закрытых сейчас тяжёлыми тёмными шторами, была пуста — единственным украшением на этой аскетичной поверхности была крупная колдография, неуловимо, но вместе с тем явно похожей на хозяина дома девушки в синем шарфе с гербом Райвенкло, которая улыбалась и радостно махала в камеру, а снежинки кружили вокруг и опускались на её темные волосы. Скабиор оглянулся на МакДугала и спросил с любопытством:

— Дочка?

— Сестра, — коротко ответил он.

— Солидная у вас разница, — заметил Скабиор, подходя к колдографии и рассматривая девушку повнимательнее.

— Пять лет. Она погибла в Хогвартсе в девяносто восьмом, — ровно проговорил МакДугал.

Скабиор с шумом втянул воздух и так же выдохнул, радуясь, что стоит сейчас спиной к хозяину дома. Постояв так и выровняв кое-как дыхание, он обернулся с деланно безразличным видом, но выдержать его не сумел — сказал, сперва отведя взгляд, а потом, почти сразу, напротив, глянув МакДугалу прямо в глаза:

— Мне жаль.

— Это не вы, — спокойно ответил тот. — Забудьте. А вот там кухня — вам пригодится, я полагаю, когда вы проснётесь.

Они свернули на кухню, потом поднялись по лестнице… Скабиору действительно было любопытно, но ещё больше нравилось дразнить хозяина — однако тот позволил ему посмотреть даже свою спальню на втором этаже, а когда они вошли в соседнюю комнату, сказал:

— Это ваша комната на ближайшие день или два. Надеюсь, вам будет удобно.

Мебели здесь тоже было совсем немного: кровать, шкаф да прикроватная тумбочка. Здесь даже стула не было, хотя ни сам дом, ни его обстановка вовсе не создавали впечатления стеснённости в средствах — скорее, у хозяина дома было собственное представление о меблировке, не слишком совпадающие с общепринятыми. Зато места в комнате было много, и вся она, со стенами и скошенным потолком, выкрашенными белой краской, светлым деревянным полом и плотными тёмными шторами, производила стильное впечатление.

— Скромно, — насмешливо проговорил Скабиор. — Но мне большего и не нужно. Странный у вас дом, мистер МакДугал.

— Главное, что он вас устраивает, — невозмутимо ответил тот и добавил: — Если вы передумали, вы можете уйти, разумеется.

— Да нет, — он пожал плечами и начал снимать пальто. — Пора, — сказал он возбуждённо. — Не бойтесь, — Скабиор рассмеялся. — Выглядеть будет жутковато, но если вы давали мне качественное аконитовое, всё обойдётся. Хотя я настаиваю, чтобы вы встали к двери и держали палочку наготове. Мало ли, — сказал он очень серьёзно. — Меньше всего мне сейчас нужен ваш труп поутру.

МакДугал спорить не стал — кивнул и сговорчиво отошёл к двери, открыл её и взял в левую руку палочку.

— Я левша, — напомнил он очень спокойно.

— Я помню, — кивнул Скабиор, раздеваясь окончательно и складывая одежду на кровать. Поёжился — холода он не чувствовал, но его, как обычно, слегка потряхивало — и лёг ничком на пол.

Ждать пришлось недолго… Его накрыла привычная волна жара, предвосхищающая боль — а потом началось. Он не кричал — давно уже научился сдерживаться, во всяком случае, до тех пор, пока помнил себя. Сейчас же сознание не менялось — приходилось терпеть до конца. Наконец, всё закончилось… Мир стал другим: менее ярким, но более осязаемым, обоняемым и, в целом, живым. Скабиор… большой светло-серый волк внимательно смотрел на человека, тоже глядящего на него настороженно, но, скорее, с любопытством, нежели со страхом. От него пахло хорошим табаком, жареным цыплёнком, картофелем, шоколадным тортом, мятной зубной пастой и добротной кожей ботинок… и ещё массой всего: пылью архивных папок, немного смертью — видимо, снова работал с трупами — виски, чернилами, какими-то неизвестными Скабиору зельями… Волк поднялся — медленно, сперва сев, и только потом встав на все четыре лапы, и демонстративно потянулся. Зевнул, облизнулся — и медленно двинулся к человеку. Тот нервничал — и в то же время был возбуждён и невероятно заинтригован, и интерес его был вполне доброжелателен, хотя и приправлен немного страхом. Зверь не любил страх — но в таком соотношении тот был почти приятен, скорее, являясь подтверждением признания его, зверя, силы — а вот Скабиору нравился, тем более, что он не мешал человеку смотреть.

Он подошёл неспешно и, остановившись рядом, медленно поднял большую широкую лапу и тронул ею МакДугала. Тот улыбнулся и протянул руку — волк зарычал, скаля белоснежные крупные зубы, и махнул когтями в паре миллиметров от его кожи: волки не подают лапку, кретин! Тот, как ни странно, кажется, понял — убрал руку, сказал с едва заметной улыбкой:

— Прошу прощения, если оскорбил. Это было потрясающе. Я даже представить себе не мог ничего подобного.

Волк… Скабиор слегка зарычал — не зло, а так, для острастки. Ему не нравилось быть сейчас в доме: волки не любят закрытых пространств, и хотя сознание его оставалось вполне человеческим, он был сейчас слишком зверем, чтобы совсем того игнорировать. Потому он двинулся дальше, прошёл в дверь мимо МакДугала, и неспешно затрусил к лестнице, а потом и по ней — вниз. К двери.

Они вышли на улицу: МакДугал сам распахнул перед ним дверь, и Скабиор оценил этот жест, чувствуя, как тот нервничает и с какой силой сжимает в руке свою палочку. Дом стоял далеко от других, и нервничать было не о чем… Но удержаться он всё равно не мог. Скабиору это, впрочем, почти не мешало: он обнюхивал незнакомую, новую землю. Та пахла кротами, маленькими шустрыми мышками, ежами, лягушками, птицами и травой — многими травами, известными ему и не очень, и всё это казалось ему сейчас куда интереснее его безмолвного спутника. Здесь было так много новых звуков и запахов… Скабиор и в человеческом-то обличье чувствовал себя очень хорошо на природе, ему никогда не бывало в одиночестве скучно или тоскливо, а уж в зверином та и вовсе притягивала его к себе.

Пока он ходил по саду, МакДугал, кажется, успокоился — сел на ступеньки и, почти что расслабившись (разве что, палочки всё же из рук не выпустив), сидел, привалившись спиной к косяку и глядя на своего странного гостя. Ночь выдалась тёмная, тучи скрывали луну, но светлое тело зверя видно было достаточно хорошо.

Глава опубликована: 24.11.2015
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
vilranen Онлайн
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Kireb Онлайн
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх