↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 457

Они стояли на поляне раскинувшегося за «Лесом» леса. Семнадцать человек — Эбигейл, ушедшие с ней волчата, Сколь, Хати, Скабиор… и Гвеннит. Он взял её с собой в последний момент, не предупредив никого, кроме самого Варрика — и когда тот ответил согласием, аппарировал домой, где Гвеннит вместе с Арвидом уже собирались спать, и требовательно поманил её к себе.

— Я хочу, чтобы ты пошла сегодня со мной, — сказал он, как когда-то часто говорил прежде, и она, обрадовавшись и встревожившись разом, кивнула. — В «Лес», — добавил он, глянув на Арвида.

— Скажешь, зачем? — шепнула она, и он, не сразу сообразив причину вопроса, хотел было уже отказать, скорей по привычке, нежели потому, что имел причину молчать, но почти сразу сказал:

— Ты никого, кроме волчат, не увидишь — и никто больше не увидит тебя. Обещаю.

Гвеннит обернулась на мужа, и Скабиор, верно истолковав её взгляд, взял неприятный разговор на себя:

— Арвид, — он подошёл к зятю. — Я хочу позвать Гвен с собой. В «Лес». Даю слово: никто, кроме… — он запнулся, сообразив, что Арвиду-то про волчат ничего не известно. — Вернее будет сказать, что её не увидят там МакМоахиры.

— Вы уверены? — помолчав, спросил Арвид.

Ему хотелось сказать «Нет!» и запретить этот внезапный визит. Зачем? Вот так, вдруг, на ночь глядя? Он знал, что ответов он не получит — но, если он скажет «нет», или потребует их, то… То Гвеннит, скорее всего, останется дома — он знал, что она не захочет его расстраивать и не станет тревожить: слишком тяжела была для него эта тема, и она знала это — так же, как его тесть.

Нет. Он не хотел так.

Он не будет вести себя, как отец. Они помирились, конечно, и сейчас были даже, пожалуй, ближе, чем когда-либо, но это вовсе не значило, что Арвиду нравилось в нём всё. Джон Долиш, будь бы он на его месте, ни за что бы не отпустил туда жену — но Арвид полагал, что Гвеннит вольна самостоятельно принимать такие решения.

— Хочешь Непреложный обет? — спросил Скабиор.

Вполне серьёзно.

— Нет, — покачал головой Арвид. — Я вам верю… Вы не станете рисковать ею. Надолго вы?

— Может, на ночь, — неопределённо сказал Скабиор.

Он был почти что уверен, что они вернутся намного раньше, но в подобных вопросах лучше перестраховаться. Скабиор хорошо себе представлял, как страшно в подобной ситуации ждать человека, скажем, к полуночи — а дождаться только к утру.

— Хочешь, я не пойду? — негромко спросила Гвеннит, подходя к мужу и обнимая его за талию.

— Не хочу, — улыбнулся он ей, на миг накрывая её руки своими. — Возвращайся к завтраку, — он поцеловал её и ласково провёл по щеке ладонью. — Я почитаю немного и лягу. Хорошей ночи тебе, — он снова её поцеловал.

— Хорошей ночи, — шепнула она — и повернулась к Скабиору.

— Оденься теплее, — попросил он. — И побыстрее, — добавил он, взглянув на часы.

…И теперь она стояла с ним рядом на лесной поляне, где уже был сложен погребальный костёр. Тоже, в общем-то, символический — Варрику понравилась эта идея, и Скабиор вместе с волчатами складывали поленья и ветки всю первую половину дня, накрыв их непроницаемым для дождя куполом и тщательно высушив. Рубили не магией, как это делал Скабиор для того, другого костра, а обычными топорами — и складывали костёр тоже просто руками, аккуратно и тщательно прокладывая дерево высушенным мхом.

Потом они все вместе готовили трапезу. Поминальную трапезу — и всё, что они жарили и пекли, и всё, что собирались там пить, было сделано ими самими.

А Варрик прощался.

Пока что не с ними, а с остальными обитателями «Леса», и прежде всего — с МакМоахирами, с которыми в последнее время общался довольно много. Они уважали его — за принятую за своих в бою смерть и за то, что даже после неё он их не покинул, и слушали его обычно очень внимательно.

Все трое — даже Дэглан, который был куда задиристее сестёр.

О чём Варрик говорил с ними на прощанье — долго, часа полтора — не знал никто, но МакМоахиры после этого разговора ходили тихими до самого вечера, а сталкиваясь со Скабиором, смотрели на него так пристально, что тому стоило определённых усилий делать вид, что он не обращает на это никакого внимания.

Впрочем, сегодня ему было действительно не до них — и их взгляды лишь напомнили ему о том, что нужно будет защитить ту лесную поляну от чужих глаз, в том числе и от МакМоахиров, чтобы не позволить им встретиться с Гвеннит. Он понимал, разумеется, что никакого смысла прятать её от них нет: пожелай они узнать, как выглядит его дочь и жена человека, которого они до сих пор считали предателем, они сумели бы сделать это очень легко — но показывать им Гвеннит сам не желал. Хотя, возможно, так было бы лучше…

…Но сейчас, стоя вместе с ней и с волчатами под сеющим, больше похожим на водную пыль, дождём, он думал не о них, а о том, что сегодня его жизнь станет немного беднее, что волчата потеряют того, кто был для них почти что отцом, а Эбигейл станет вдовой — теперь уже до конца. Ему было горько, горько и грустно, и чувство это было для него незнакомым и смущало его. Он не привык о ком-то грустить, и терять близких не привык тоже — хотя бы потому, что до сих пор такого с ним не случалось. Скабиор никогда не позволял себе привязаться к кому-то достаточно сильно для того, чтобы его смерть причинила боль — но так было до того, как он познакомился с Гвеннит. Она изменила его самим фактом своего присутствия в его жизни, и в какой-то момент он перестал быть одиночкой — и сейчас, похоже, ему в первый раз пришло время за это платить. Он ругал себя за то, что невольно спровоцировал эту… Мордред знает, как назвать то, что должно было произойти — смерть? Умирают ли призраки? Что вообще происходит с ними, когда они исчезают?

Скабиор посмотрел на стоящую совсем рядом с ним Эбигейл. Она не плакала и на первый взгляд казалась вполне спокойной — только вот не смотрела ни на кого, держалась чуть поодаль и ни на мгновенье не отрывала взгляда от Варрика.

Так же, как и он — от неё.

Они так и стояли все под дождём, и никто не хотел начинать — и в каждом, Скабиор видел это по лицам, жила надежда, что сейчас Варрик скажет, что он остаётся, и они все вернутся домой, и всё будет, как прежде. В конце концов, остался же он дольше, чем хотел поначалу, пережив с ними ещё одно полнолуние — редкую вторую луну за один месяц, да ещё и долгую.

Особенную.

Скабиор вдруг подумал, что, даже выбирай Варрик время ухода заранее, он не сумел бы найти более символического момента. Если уж уходить — то сейчас… И всё-таки Скабиор отчаянно и безнадёжно надеялся, что он передумает и останется.

Но когда Варрик заговорил, надежда эта растаяла.

— Спасибо вам всем, что пришли, — заговорил он, медленно обводя их взглядом. Дождь усилился, каплями стекая по лицам и маскируя бегущие по ним слёзы, но никто и не подумал от него прикрываться. — Мне жаль оставлять вас, — его голос звучал печально и искренне, — но если я не уйду сейчас, возможно, я никогда уже не смогу этого сделать и останусь здесь навсегда. А я, — он вскинул голову, — не хочу навечно остаться между двумя мирами. Я оставляю их на тебя, — он подплыл к Скабиору и заглянул ему в глаза, и тот на миг ощутил ледяной холод и трепет, очень напоминающий страх. — И я уверен, что если ты однажды предашь их, я найду способ вернуться, — проговорил он так тихо, что Скабиор не был уверен, что это вообще прозвучало вслух, а не у него в голове. — Но я знаю, что такого не будет, — добавил Варрик, и Скабиору показалось, что его глаза потеплели — но, может быть, ему просто очень хотелось такого. — Береги их, — сказал он уже чуть громче, — и её, — он обернулся к Эбигейл, а затем подплыл к ней. — Я дождусь тебя, — он протянул свою полупрозрачную руку и коснулся её плеча. — Но прошу тебя — не спеши. Ты прожила всего половину жизни — у тебя впереди ещё столько же лет и, может быть, больше. И я, — он сделал паузу и вот теперь действительно очень тепло улыбнулся, — буду рад, если ты однажды решишь разделить их с кем-либо.

Эбигейл молча кивнула — сейчас она стояла спиною к ним всем, и Скабиор, глядя на её спину, думал, что не заметил, когда она успела от них отвернуться — но ничего не ответила… хотя, может быть, сделала это так тихо, что никто из них не расслышал.

А Варрик сделал жест, словно сжимая плечо Эбигейл, а затем отплыл к костру и, поднявшись наверх, сказал им:

— Я горжусь каждым из вас. Будьте сильными и всегда держитесь друг друга, — и, в последний раз оглядев их всех, скомандовал: — Пора. Прощайте.

Скабиор поднял палочку и выпустил заклинание — но Эбигейл успела первой.

Костёр вспыхнул — и вместе с первым потянувшимся вверх светлым дымом растаял и призрак. В этот момент дождь хлынул сильнее — а потом, почти сразу, вдруг перестал, и поднявшийся ветер, холодный и свежий, быстро разметал закрывавшие небо тучи, и буквально через четверть часа они все увидели звёзды.

Впервые в этом новом году.

А когда костёр догорел, они ели — стоя там, над углями и пеплом — и пили яблочный самогон и сидр, и вспоминали, и плакали, уже не стесняясь. А далеко за полночь, когда они уже почти собрались расходиться, Гвеннит, заплаканная и грустная, подошла к Эбигейл.

— Я знаю, сейчас не время, — слегка виновато сказала она. — Но я очень хотела вас попросить.

— Говори, — Эбигейл кивнула.

— Когда-то вы так помогли нам, — торопливо заговорила Гвеннит, смущаясь с каждой секундой всё больше. — С Кристи. И, может быть… вот сейчас… он просто все дни с моими родителями, и это здорово, но, — воздух кончился, но она тут же вновь его набрала, — мои родители сейчас должны будут уехать, и… в общем, — она облизала губы, — вы не могли бы побыть с ним?

— Ты очень плохо умеешь лгать, — ответила ей Эбигейл. — Скажи как есть — зачем это тебе?

— Мне не нравится, что он видит только их и нас, — краснея, ответила Гвеннит, смущённо опуская глаза, но тут же их подняла и настойчиво повторила: — Пожалуйста! А то из женщин он видит только меня и маму — а мне так хочется, чтобы он привыкал к тому, что они бывают и сильные!

Эбигейл молча разглядывала её пару секунд, а затем, прикрыв на мгновенье глаза, кивнула:

— Это разумно. Хорошо, я приду, — она вдруг протянула руку и убрала мокрые пряди с её лица и предложила: — Хочешь, завтра? — и когда Гвеннит радостно закивала, пообещала: — Я буду у тебя без четверти девять. Удобно?

— Да! — просияла Гвеннит. — Спасибо! — она подалась было вперёд, но вовремя сдержалась и, опять покраснев, отступила. — Спасибо вам, — повторила она.

Расходились они ближе к рассвету — и когда все волчата уже ушли в дом, а Скабиор с Гвеннит собрались аппарировать к себе прямо отсюда, Эбигейл отвела его в сторону и сказала:

— У тебя очень мудрая и добрая дочь, — и, в ответ на его удивлённый вопросительный взгляд добавила: — Я обещала несколько дней посидеть с её сыном. Доброй ночи, — она коротко сжала его плечо и, развернувшись, ушла вслед за волчатами.

Глава опубликована: 11.03.2017
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Neposedda Онлайн
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх