↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 404

Скабиор бросил взгляд на циферблат напольных часов, украшавших на ферме гостиную, и в очередной раз постарался удобней устроиться в кресле. Стрелки упорно показывали половину пятого, и ему казалось, что они движутся чересчур медленно. Он не любил ждать, ему было скучно, да и предстоящая встреча в нём ничего, кроме раздражения, не вызывала, но деваться ему было на сей раз некуда.

Сова с официальным министерским письмом прилетела к нему два дня назад и, взглянув на имя отправителя на конверте, Скабиор тяжело вздохнул.

Мистер Сэмюэлсон со всем положенным министерским официозом озаботился известить мистера Винда о том, что, согласно утверждённому Министерством регламенту, присутствие мистера Винда или иного уполномоченного сотрудника Отдела защиты оборотней во время его ближайшего посещения МакМоахиров, находящихся на попечении вышеуказанного отдела, является не просто формальностью. И он настоятельно рекомендует шестого июня ровно в пять утверждённую процедуру в интересах его подопечных соблюсти полностью.

Письмо это было не то, что ожидаемым — но совершенно логичным, и Скабиор, читая сухие строки, прекрасно понимал это. В конце концов, предыдущие два визита он пропустил: в апреле — потому, что вот именно этого Сэмюэлсона в те дни ему только и не хватало, а в мае — уже по собственной глупости, закрутившись со стройкой и всеми теми делами, которые остались с апреля и грозили погрести его под собой. Судя по тому, насколько настойчивой оказалась сова, а в письме упоминалось «по всей вероятности, не дошедшее до вас уведомление» — Скабиор предположил, оно было отправлено самолетиком, и, если до адресата и добралось, то, скорее всего, до сих пор пылится в куче несрочной корреспонденции, а то и вовсе отправилось в мусорную корзину.

Честно сказать, предстоящей встречи он ожидал с определённой досадой и даже некоторым отвращением. Во-первых, потому, что до полнолуния, которое в июне оказалось двойным, оставалось всего несколько дней, и чувствительность — а с нею и раздражительность — уже начали возрастать, а во-вторых, потому что Скабиор допустил ошибку, пропустив майский визит Сэмюэлсона. И теперь придётся с ним объясняться — а ведь во всём виноваты были эти драккловы фении. Зачем он вообще с ними связался? Да пусть бы их и отправили… куда их там должны были — в какое-нибудь закрытое заведение, и сдали на опыты! Вот так иногда не позволишь себе пройти мимо, а потом одни неприятности.

Скабиор раздражённо вздохнул, провожая взглядом сбежавшую вниз по лестнице Дейдре. Да, вот туда бы ей и дорога, этой мордредовой девчонке! Она была младше, чем Гвеннит в то время, когда они с ней познакомились, но выглядела примерно на тот же возраст, если не старше — но больше ничем на его приёмную дочку не походила. Вот уж она-то точно не стала бы стоять тогда на мосту… и не влезь он тогда с этим фондом и «Лесом» — где бы она сейчас была и каким местом отрабатывала бы свой кусок хлеба? Да и захотела бы она вообще так жить... И жил бы он с этим спокойно… ведь жил бы? Можно подумать, он спокоен теперь! Когда эти драккловы дети стали частью его «Леса», кажется, куда больше, нежели он сам — и Мордред их знает, чему они учат здешних обитателей на самом деле, думал Скабиор, подразумевая отнюдь не это их ковыряние в земле.

И ладно бы только младших — но вот и старшие же вполне по-человечески с ними общаются… да что «старшие» — даже Бёр!

Скабиор вспомнил состоявшуюся с ним в середине мая беседу, когда он только пытался понять, что именно он пропустил — и тот, в ответ на удивление Скабиора тому, что он проводит в компании Дэглана и остальных много времени, продолжив потрошить кролика, сначала пожал плечами, а затем честно ответил:

— Ну, что мы с ним делаем… вот, на охоту ходим.

— И как? — поинтересовался Скабиор.

— Удачно, — коротко отозвался тот. И спросил: — Ты скажи толком, чего ты хочешь.

— Понять их хочу, — честно сказал Скабиор. — Они выглядят, — он задумался, — совершенно обычными. Я же знаю, что это не так — и не просто знаю, я чую! Но попади я в «Лес» вот сейчас — я не отличил бы их от остальных.

— Да они и не отличаются, — Бёр вытер нож. — Фенриру они бы понравились, — ответил он, немного подумав, и прямо спросил: — Ты их привёл, но они тебе не слишком-то по душе? Я же вижу, как ты смотришь на них, и чую, что злишься.

— Привёл, — поморщившись, согласился с ним Скабиор и неожиданно зло добавил: — А куда мне было деваться?

Он замолчал, и какое-то время они так и сидели: Бёр взялся за следующую кроличью тушку, а Скабиор просто наблюдал за его скупыми и точными жестами и за тем, как мёртвый зверёк на глазах превращается в заготовку для ужина. Наконец, Скабиор всё же сказал:

— Не важно, почему они здесь. Важен факт — и то, как быстро они освоились и якобы смирились с судьбой.

— Тебе это не нравится? — уточнил Бёр.

— Они кажутся совершенно спокойными — но я не верю, что за три месяца они всё забыли, — сказал Скабиор. — И да, мне это не нравится, особенно, когда я представляю на их месте себя.

— Тебе не «не нравится», — возразил Бёр. — Тебя это злит. Ты думаешь, что действительно знаешь, почему они так притихли? — спросил он, отложив тушку.

— А ты думаешь, я не прав? — усмехнулся в ответ Скабиор.

— Думаю, — кивнул тот — и в ответ на недовольное хмыканье пояснил: — Ты просто никогда на их месте не был. А я был. Я был немногим старше Кайлы, когда вернулся с охоты — а на месте лагеря спёкшаяся земля. Они тоже злятся, хотя изо всех сил стараются не показывать… слабость, и больше всего они злятся не на тебя и не на тех, в Министерстве, — сказал он, спокойно посмотрев смешавшемуся Скабиору в глаза, — а на себя. За то, что живы. А вот на кого и почему злишься ты?

Скабиор не стал тогда ему ничего отвечать — а Бёр, разумеется, не настаивал.

Но сам для себя он задумался, пытаясь отыскать ответ на заданный Бёром вопрос. На что он, действительно, злился? Конечно, на фениев — но это был слишком простой, а главное, неточный ответ. Потому что, по сути, причин к этому у Скабиора, в общем-то, не было, он даже не знал, были ли они хотя бы знакомы с Арвидом. Да это было, на самом-то деле, не важно, и зависело только от воли случая — потому что, если бы им представилась такая возможность, то что, собственно, должно их было остановить? Сострадание или сомнительные моральные ценности? Скажи кто такое ему ещё несколько лет назад, он бы рассмеялся наивному дураку в лицо. Враги — это враги, и те же волчата не слишком с аврорами бы церемонились. Но даже прекрасно это осознавая, всё равно смотреть на фениев спокойно и отстранённо у него просто не получалось.

Всё, что он мог сделать, чтобы найти ответ — это продолжать наблюдать за ними, и, чего уж там — за собой. Он и наблюдал, стараясь, когда выдавалась возможность, ужинать вместе со всеми и почаще сидеть с ними вечером у костра. Ему нравилось здесь — Скабиор понимал, разумеется, что место это принадлежит Фонду, и сам он здесь далеко не хозяин, но чувствовал он совершенно другое. Это было их место — и его, и волчат, и Эбигейл — это был их общий дом, и ему нравилось думать, что он имеет самое прямое и непосредственное отношение к его появлению. Даже тех, кто пришел сюда позже, он не сразу, но принял.

А вот фении оставались для него чужаками — и порой Скабиор ловил себя на желании вывести их на чистую воду и показать всем то, что он сам знал о них, пускай и с чужих слов. Рассказывать, это он знал, было совершенно бессмысленно — но если все те, кто сейчас так охотно с ними общался, увидели бы, что эти несчастные, потерявшие всё, подростки могут сделать с их разумом… что могут — если захотят — внушить им и заставить почувствовать, они бы иначе к ним относились. Но как это сделать — Скабиор придумать не мог, а реальность словно смеялась над ним, ибо, чем больше он наблюдал за МакМоахирами, тем яснее понимал, что они действительно отличаются от всех известных ему оборотней — но, к его раздражению, совсем не так, как ему бы хотелось. Они были умнее, сдержаннее и, в каком-то смысле, образованней многих — не говоря уж о дисциплинированности. Чем дальше — тем больше Скабиор убеждался в том, что, встреть он их при иных обстоятельствах, они бы ему понравились, и это злило его ещё больше.

…Часы показывали уже без пятнадцати пять, и Скабиор, вздохнув, поёрзал слегка на месте, но, увидев спускающуюся по лестнице Эбигейл, выпрямил спину и кивнул ей. Она в ответ слегка наклонила голову и, подойдя к нему, устроилась рядом, изучающе на него посмотрев — точь-в-точь так же, как смотрела дня три назад, когда они поздним вечером сидели у догорающего костра.

— Что тревожит тебя? — Эбигейл подошла совершенно бесшумно и опустилась рядом с ним на траву. Её лицо в отблесках костра казалось совсем молодым, и на мгновенье Скабиору почудилось, будто она по-прежнему Серая, а он — мальчишка, без году неделя оказавшийся в стае и до сих пор чувствующий себя здесь не слишком уверенно.

— Они никогда не станут здесь до конца своими, — негромко проговорил он, взглядом указывая на сидящих по другую сторону костра фениев: Кайла беседовала о чём-то с не так давно пришедшим в «Лес» пожилым оборотнем — худощавым мужчиной с залысинами и пересекавшим его лоб широким косым шрамом, а Дэглан очень тихо распекал за что-то недовольно глядевшую на него Дейдре.

— А ты этого хочешь? — спросила его Эбигейл, и Скабиор перевёл взгляд на огонь.

Конечно, он этого не хотел. Больше того: видя, как это происходит, как МакМоахиры становятся частью этого места в большей степени, нежели он сам, он раздражался и злился — хотя и останавливал себя, говоря, что это как раз хорошо, и, чем лучше они впишутся в здешнюю жизнь — тем больше шансов, что со временем они позабудут о мести. Так говорили ему разум и опыт — а сердце кричало, что это несправедливо, потому что это должен быть его дом, а вовсе не их. Он понимал, что слишком многого хочет: у него уже был один дом, тот, где сейчас поднимались к небу стены его башни, а здесь был второй… Скабиор всю жизнь прожил, не имея места, которое мог бы называть домом — и сейчас судьба подарила ему целых два, и оба — настоящие и невероятно ему дорогие, поэтому он изо всех сил гнал от себя мысли о том, что за подобные щедрые подарки, как правило, рано или поздно приходится чем-то платить. Но в его жизни сейчас не было ничего, от чего он был бы готов отказаться.

И ничего, что он был готов потерять.

Он так и не ответил на вопрос Эбигейл — и она не стала настаивать, а сказала после достаточно долгой паузы:

— Слишком мало времени прошло, чтобы судить. Волшебники разрушили весь их мир — ты хочешь, чтобы они за пару месяцев всё забыли?

— Я хочу быть уверенным в том, что они однажды не возникнут у меня на пороге, — ответил он. — Они связаны, конечно, контрактом… но что-то я сомневаюсь, что какой-то контракт остановил бы Фенрира. Всё можно обойти — вопрос лишь в цене…

— Скажи мне, — помолчав, спросила она, — кого ты пытаешься убедить в том, что, уже выбрав жизнь, однажды они передумают и пойдут на верную смерть ради мести?

Ему было, что ей ответить…

Он мог бы сказать, что контракт для МакМоахиров не был просто контрактом, сродни тому, которым он сам был навсегда связан с МакТавишем, контрактом, остававшимся единственной, но прочной нитью, которая до сих пор крепко связывала их, и Скабиор хорошо знал, как давят порой подобные вещи — а ведь его контракт практически никак не влиял на его жизнь. Что же тогда должны были чувствовать лишённые возможности отомстить фении, воспитанные на ирландских сагах, где несколько поколений мстит за своих родственников, он мог только догадываться — и думать о том, что их дети ведь никакими контрактами связаны уже не будут…

Но в то же время Скабиор прекрасно понимал, разумеется, что подобными мыслями просто накручивает сам себя, потому что даже палочку добыть или покинуть ферму, не нарушив контракта, они не могут. И что кому-кому, а ему-то есть, о ком беспокоиться по поводу мести помимо фениев: взять хоть гоблинов, косившихся на него в банке, или тех магглорождённых и их родных, кого он сдавал в войну по пять галеонов за голову… и ведь эта опасность была куда как реальнее — попытки-то уже были. А МакМоахиры… может, у них вообще никакого потомства не будет. И что думать о том, что может произойти лет через двадцать?

— Потому что я вполне могу себе это представить — у них отняли месть, и они будут искать лазейку. Я сам бы искал, — сказал Скабиор, совсем не будучи уверен в том, что говорит.

Уже договаривая, Скабиор разозлился сам на себя за эти слова: вышло трусливо и глупо, и совсем на него не похоже — но, к счастью, его реплика вызвала у Эбигейл не заслуженное презрение, а намёк на улыбку:

— Тебя они точно не тронут, — успокаивающе сказала она.

— Да при чём тут вообще я? — поморщившись, отмахнулся он — а потом посмотрел на неё с удивлением: — Почему ты так думаешь?

— Потому что они ели с тобой за одним столом, — спокойно пояснила она.

— Для них это важно? — недоверчиво спросил Скабиор.

— Важно, — кивнула Эбигейл — а потом к ним подошли двое самых младших волчат и устроились рядом с ними, и разговор оборвался.

В тот вечер Скабиор остался сидеть у костра допоздна, глядя на бегающие по остывающим углям багряные и синие огоньки, снова и снова прокручивая тот разговор в голове… но так и не смог отыскать ответы на несформулированные вопросы, которые продолжали мучить его.

Глава опубликована: 22.12.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх