↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 331

Большего от сокамерников они в этот день не добились — а на следующий «допросы» и «уроки» возобновились. Хотя, может быть, прошёл и не один день — здесь невозможно было отследить время: сумрачное освещение в пещере никак не менялось, а часов не было ни у кого. Их карманы вообще практически опустели: им не оставили ни магических, ни просто хоть сколько-нибудь опасных предметов — исчезли даже пряжки с ремней и очки Рионы О’Нил. Зато, словно в насмешку, им оставили лишь носовые платки и прочие безобидные мелочи — даже поношенные перчатки Арвида и сплетённый из зелёных ниток браслет Шона Маллигана, который подарила ему десятилетняя дочь.

Так или иначе, их жизнь в Билле Мёдба — Шатер Маб, как перевел Маллиган название этого места — вошла в размеренную колею, и ставшие вполне предсказуемыми допросы чередовались с «добровольной помощью на занятиях», где на пленников вновь и вновь обрушивались видения, причудливо свитые из обрывков воспоминаний и фантазий тех, кто осваивал колдовскую науку. Они были разными, но время от времени повторялись, словно ученикам нужно было закрепить пройденный материал.

…Гвеннит в чёрном у детского гроба…

…Гвеннит в белом свадебном платье рядом с незнакомым мужчиной, счастливая и смеющаяся…

…Гвеннит с незнакомым мальчиком лет семи — грязно и бедно одетые, в грязноватой узкой и длинной комнате, в которой есть только кровать с наваленными на неё неопрятной кучей грязными одеялами и пара каких-то мешков в углах. Плесень на стенах, отваливающаяся штукатурка…

…Гвеннит, сжигающая их общие колдографии…

…Гвеннит — в гробу… маленький мальчик, цепляющийся за его край…

…Гвеннит и мальчик в гробах, которые мрачноватого вида могильщик в одиночестве опускает в землю…

…Гвеннит, сидящая на полу в луже крови, расплывающейся под ней, и с ужасом обхватившая себя за живот…

Гвеннит… Гвеннит… Гвеннит…

Как ни странно, Арвид очень редко видел родителей — и вообще никого из посторонних. Чаще всего свою жену и — иногда — своего ещё не рождённого сына. Или… или уже рождённого? Сколько уже прошло времени? Арвид не знал…

Каждый «урок» давался ему всё тяжелее — впрочем, не только ему. Хуже всех приходилось почему-то О’Нил — возможно, она просто оказалась самой слабой из них, но и Арвид, и Причард, с которым они иногда обсуждали происходящее, сходились на том, что здесь что-то не так, и что ей действительно достаётся сильнее всех.

А потом вдруг их вывели разом из «общей камеры», всех, даже тех, кто с трудом понимал, что нужно куда-то идти, и повели по совсем другим коридорам в тот самый зал, освещённый огнем, пылающим в чашах, где они впервые услышали странную музыку. Арфа и теперь была здесь — и та самая женщина, которая сейчас сидела за ней, и народу вокруг было много. Большинству присутствующих Арвид дал от двадцати до сорока с небольшим — но были и дети, некоторые — совсем юные, вряд ли старше восьми, как ему показалось. Они все сидели на полу, полукругом, и молча смотрели на Моахейр.

Конвоиры молча толкнули пленников, заставляя опуститься на колени — и, наложив на них заклинания, не позволяющие подняться, тоже заняли места среди зрителей.

Моахейр тронула струны…

И музыка зазвучала.

Будто волна нежности пробежала по обращённым к Моахейр лицам — они расслаблялись, поджатые губы смягчались, а затем растягивались в блаженных улыбках, глаза освещались любовью и верой, и слёзы катились из них, смахиваемые подрагивающими пальцами. Она и сама улыбалась им — с такой же любовью и нежностью, и казалось, что её порхающие по струнам руки прикасались не только к ним, а осторожно гладили каждого, кто смотрел и слушал её в тот момент. Коленопреклонённые пленники слушали переливы арфы сперва отстранённо — и не сразу заметили, как музыка захватила и их целиком, а когда поняли, то освобождаться от наваждения им уже не хотелось. Им всем казалось, что они не слышали никогда и ничего прекраснее — да и что могло быть опасного в простой и такой светлой музыке? Им всем так не хватало хотя бы немного тепла и света в последнее время… А та звучала и звучала, наполняя собой всё вокруг — и люди плакали, все, кроме той, что заставляла музыку литься на них мягкой волной, и когда она негромко начала петь, вплетая свой голос в звуки арфы, когда позвала их к себе — они колыхнулись, словно колосья под ветром, и двинулись к ней, заворожённо и медленно. И пленники двинулись вместе с ними — заклятья мешали встать, но не лишали их способности передвигаться полностью. И они ползли — на коленях, спотыкаясь и падая, но пытаясь приблизиться к ней, движимые желанием только увидеть её поближе и коснуться хотя бы её простых белых одежд — и завидуя, отчаянно завидуя тем, кто был ближе всех и смог, первыми оказавшись рядом, благоговейно припасть к её ногам.

Она была Матерью — доброй, принимающей, всепрощающей и всё понимающей, такой, какой никогда не было у него, Арвида, и которую ему всё детство хотелось иметь. Сильной и мягкой, заботливой и оберегающей, той, к которой можно прийти — любым, и за которую не страшно умереть и убить, и не было ничего важней в этом мире, нежели служить ей, видеть, как проступает радость в её ясных глазах, как растягиваются в улыбке её неяркие губы, как проступает румянец на её бледной, почти белоснежной коже — и, может быть, даже почувствовать прикосновение её длинных пальцев к щеке и услышать:

— Я благодарна, дитя мое.

Арвид вдруг почувствовал это прикосновение и понял, что стоит, коленопреклонённый, прямо перед ней, и её ладонь лежит на его щеке, а губы шепчут заветное: «Я благодарна»… Он разрыдался, закрывая глаза и прижимаясь к этой ладони всем своим существом — казалось, в мире не существовало ничего больше, а сам он никогда не переживал большего счастья.

А потом вдруг всё кончилось, и Арвид обнаружил себя лежащим на земле в той же камере, скрытой за корнями деревьев. Ему было пусто и холодно, и он чувствовал себя невероятно усталым — даже чтобы просто открыть глаза, ему понадобилось так много сил, что он тяжело задышал и почти сразу же опустил веки, впадая в неприятную полудрёму, выбраться из которой у него не было сил. Сейчас та сцена казалась ему пугающей и неприятной — прежде всего потому, что он не понимал, что с ним вдруг случилось. Сил было так мало, что он даже не чувствовал холода — а ведь здесь было холодно, он хорошо помнил это. Он не заметил, как крепко уснул — а проснулся от вспыхнувшего яркого света. Застонав, он попытался открыть глаза, но света было так много, что стало больно — Арвид прикрыл их рукой и, щурясь, попытался увидеть его источник. Казалось, светился весь потолок пещеры, и яркий золотой туман наполнял трещины стен. Моахейр стояла в ореоле этого тёплого золотого свечения в окружении небольшой группы взрослых и довольно суровых юношей.

— Вчера я рада была увидеть своими глазами, что та ложь, которой наполнены ваши разумы, еще не до конца пустила свои цепкие корни в вашей душе, — произнесла Моахейр. — А значит, я смогу изгнать тени, которым вы позволили поселиться в себе, и вывести вас из того сумрака, в котором вы себя утопили. Даже из твоей души, — сказала она Причарду. Тот усмехнулся, и она очень мягко добавила: — Ваши жизни отныне и навсегда принадлежат этому месту — и вы разделите их со всеми нами, — она коснулась рукой одного из корней, и тот выгнулся, ластясь к ней, словно живое и разумное существо.

— Со всеми? — переспросил Причард — но никакого ответа не получил.

Возвращались в молчании — но когда узники остались одни, О’Нил тихо сказала:

— Я слышала в детстве легенды о школе, которая когда-то у нас была… школа царицы Маб. Старая, намного старше Хогвартса… вторгнувшиеся англичане её уничтожили — так говорили, но я теперь думаю — может, это она?

— Не уверен, — возразил Причард. — Ты не помнишь, когда стали пропадать дети? — спросил он у Арвида.

— Я отследил до окончания Второй магической, точнее не вспомню, — ответил Арвид. — Исчезновения начались под самый её конец — или чуть позже. Не знаю, я так глубоко не копал, да и с архивными данными там проблема. Скорее всего, до нас просто не дошли более старые случаи, так как в девяносто седьмом из архивов многое исчезало.

— Значит, это просто очередные маньяки, которые решили возродить «древнюю и благородную традицию», — резюмировал Причард. — Давайте думать, чем нам теперь это знание может помочь.

В какой-то момент их перестали допрашивать, поселив в душах смутную тоску по тем наполненным солнцем беседам — но жизнь пленников текла привычною чередой: их по-прежнему приводили в «класс» и иногда — слушать арфу. И никто из них не мог сказать, что из этого было страшнее — или… желаннее.

Потому что насылаемые на них во время «уроков» видения не всегда причиняли боль — время от времени они, напротив, бывали настолько прекрасны, что заставляли плакать от счастья. Арвид не знал, что видели остальные — а сам он поначалу иногда видел себя дома, с Гвеннит, с их сыном и со своими родителями, всех вместе… Очень часто они, впрочем, находилась не в доме, а рядом, на озере, в лодке — Арвид с отцом гребли, почему-то всегда просто руками, его мать сидела на носу, а Гвеннит с сыном — на корме, она держала руль и, смеясь, рассказывала малышу какую-то красивую, незнакомую сказку… В этих виденьях на ней всегда было очень простое, полотняное белое платье, схваченное ярко-зелёным вышитым поясом, а волосы были длинными-длинными и укрывали её, словно плащ. Если же Арвид видел их дома, то всегда — в гостиной, с зажжённым камином, сидящими за покрытым зелёной скатертью столом. Они ели сладкий пирог с изюмом и пили чай — и Гвеннит кормила их сына с такими же, как у неё, большими серыми глазами и мягкими тёмными волосами, вкладывая ему в рот маленькие кусочки прямо руками, а тот время от времени уворачивался и смеялся.

Приходить в себя после этих светлых видений ему было куда тяжелее, чем после самых жутких кошмаров и откровенных чувственных сцен: к постоянно мучившим его после подобных сеансов головным болям в таких случаях добавлялись то судороги, то сводящий с ума шум в ушах, иногда столь сильный, что он едва слышал сквозь него голоса товарищей, то слабость, от которой он порой даже не имел сил просто перевернуться и лечь поудобнее. То же он замечал и за своими товарищами, хотя каждый страдал по-своему, не рассказывая другим о том, что терзало их и стараясь сосредоточиться на том, что действительно было важно для выживания. Причард, как бы плохо ему ни было, раз за разом заставлял их повторять устав и анализировать то, что они видели или слышали в самой школе. Лица, имена, коридоры, классы, всё, что могло бы помочь с возможным побегом или хотя бы отвлекло от видений, терзавших их. Тяжелее всего приходилось Рионе О’Нил — почему-то ей мучители уделяли больше внимания. Уводили на «уроки» её, пожалуй, чаще, чем всех остальных, и чаще всех звали послушать арфу.

А это была отдельная пытка — сладкая, жуткая, ожидаемая и ненавистная…

Однажды О'Нил вернулась с очередного такого сеанса особенно бледной и привычно уже легла ничком, вжавшись в землю — но потом вдруг, сев, подалась к Причарду, близоруко щурясь, но стараясь смотреть ему прямо в глаза и сказала очень серьёзно, с тревогой в голосе:

— Сэр, я узнала её…

Глава опубликована: 25.08.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34381 (показать все)
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Как жаль, что я не могу порекомендовать ещё раз пять эту просто нереальной красоты историю! Прочла не один раз, и всегда - такое тепло на душе после прочтения. Спасибо, спасибо, спасибо!
Alteyaавтор
dorin
Как жаль, что я не могу порекомендовать ещё раз пять эту просто нереальной красоты историю! Прочла не один раз, и всегда - такое тепло на душе после прочтения. Спасибо, спасибо, спасибо!
Спасибо вам! )) Ужасно приятно. )
произведение просто невероятное! Самое объемное из всех, что я читала на фф. Ещё ни разу я не встречала похожий объём без воды, настолько прописанные мелочи, настолько все связано между собой, что не может не вызывать восторг! Ох, а сколько я проливала слез, то радости, то печали, не пересчитать)
Отдельной похвалы заслуживает ваш Снейп) Боже, это какое нужно иметь мастерство передать героя так, что ты ещё не знаешь, что это именно он, но чувствуешь, и буквально слышишь его язвительные интонации )
Моему восторгу нет предела! Спасибо огромное за Ваш труд!
Забыла спросить, у вас есть группа с иллюстрациями к этому фф? Порой очень хотелось увидеть детали, лица людей именно так, какими видите их Вы, а не как я их себе представляю))
Alteyaавтор
karamel0592
произведение просто невероятное! Самое объемное из всех, что я читала на фф. Ещё ни разу я не встречала похожий объём без воды, настолько прописанные мелочи, настолько все связано между собой, что не может не вызывать восторг! Ох, а сколько я проливала слез, то радости, то печали, не пересчитать)
Отдельной похвалы заслуживает ваш Снейп) Боже, это какое нужно иметь мастерство передать героя так, что ты ещё не знаешь, что это именно он, но чувствуешь, и буквально слышишь его язвительные интонации )
Моему восторгу нет предела! Спасибо огромное за Ваш труд!
Спасибо вам большое!)) очень приятно, что историю до сих пор читают.) Куда уж там ещё воду - и так конец несколько скомкан.(
karamel0592
Забыла спросить, у вас есть группа с иллюстрациями к этому фф? Порой очень хотелось увидеть детали, лица людей именно так, какими видите их Вы, а не как я их себе представляю))
Нету у нас группы. Только то, что в иллюстрациях. И вот на обложке как раз есть некоторые герои.
Показать полностью
Перечитать штоль в третий раз)
Alteyaавтор
Emsa
Перечитать штоль в третий раз)
А и перечитайте. )
Ta_nusia Онлайн
Перечитываю раз в четвертый, наверное. С удовольствием и наслаждением.
И созрела для вопроса: что же такое мистер Белби прячет "в самом дальнем сундуке в самом дальнем и глубоком подвале"?
Это где-нибудь уже рассказано?
Или нас только ждёт мини/миди (ох, как я люблю Ваши миди, особенно "Изгоев"🤭🤭🤭) вбоквел об этом и о джентльменах со стильными перстнями? 🧐
Ta_nusia
Вам ответит Бета, как главный по крипоте и кровь-кишочкам.
Да, для это в планах (неизвестно какой дальности) и живёт под кодовым названием "Он волком бы выгрыз бюрократизм" ))))
Ta_nusia Онлайн
Alteyaавтор
Да-да.))
Ta_nusia Онлайн
Я знала, что мой телефон меня подслушивает, но он ещё и подглядывает!
Подсматривает, что я читаю!
А так как читаю я сейчас "Обратную сторону луны"...
В общем, на каждой странице, где упоминается одна из значимых деталей облика Скабиора, вылезает реклама сурьмы. Марки Су-0, Су-1 и 2. С фоточкой (не Скабиора, сурьмы).

А вы ещё спрашиваете, почему комодики.
Alteyaавтор
Ta_nusia
Я знала, что мой телефон меня подслушивает, но он ещё и подглядывает!
Подсматривает, что я читаю!
А так как читаю я сейчас "Обратную сторону луны"...
В общем, на каждой странице, где упоминается одна из значимых деталей облика Скабиора, вылезает реклама сурьмы. Марки Су-0, Су-1 и 2. С фоточкой (не Скабиора, сурьмы).

А вы ещё спрашиваете, почему комодики.
Ой, а мне можно эту рекламу?))) сурьма полезная же.))
Ta_nusia Онлайн
Alteya
Да???
Вы точно эту сурьму имеете в виду?
https://images.app.goo.gl/g4uJKYzgq33rZ53D6
Alteyaавтор
Ta_nusia
Alteya
Да???
Вы точно эту сурьму имеете в виду?
https://images.app.goo.gl/g4uJKYzgq33rZ53D6
Нет!)))))
Ta_nusia Онлайн
🤭🤭🤭
miledinecromant
Ta_nusia
Вам ответит Бета, как главный по крипоте и кровь-кишочкам.
Да, для это в планах (неизвестно какой дальности) и живёт под кодовым названием "Он волком бы выгрыз бюрократизм" ))))
ЖДУН АКТИВИРОВАН
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх