↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 218

Гвеннит закричала, громко и пронзительно, и резко села в кровати, отбрасывая одеяло в сторону. Рядом заплакал малыш, напуганный этим маминым криком — и зашевелился сонный Скабиор, которого Гвеннит, едва очнувшись от сна, обняла, порывисто и очень крепко.

— Ты что так вопишь? — спросил он, тоже просыпаясь и обнимая её, испуганную и нервно дрожащую.

— Крис, — прошептала она, обхватывая его за шею и горячо и пылко целуя его лицо.

— Что ты? — испугался он, садясь и прижимая её к себе. — Что такое?

— Просто сон, — пробормотала она, замирая у него на руках и зажмуриваясь. — Очень реальный… и очень страшный.

— Сон — это ерунда, — успокаивающе проговорил он, гладя её по волосам. — Ну, тише. Тише, маленькая… смотри — ты Кристи перепугала, а ведь мы с тобой собирались выспаться.

— Крис, — умоляюще проговорила она, — не ходи никуда сегодня до бала… пожалуйста, не ходи!

— Я не могу, маленькая, — вздохнул он. — Расскажи мне, что тебе снилось. И возьми Кристи на руки — ему тоже, кажется, страшно.

— Я громко кричала? — спросила она, беря сына и устраиваясь уже вместе с ним на руках у Скабиора, который даже глаза прикрыл от затопившей его теплоты, ощущая этих двоих в своих объятиях. Его маленькая стая… да нет — нет, они не стая. Они — семья, самая настоящая семья… к Мордреду стаи. Они — его, и только его. А Кристи вообще не волк — человек. Его человек. Его крестник…

— Громко, — кивнул он, успокаивающе гладя её по плечам. — И страшно. Ну, расскажи мне, что ты увидела. И самой тебе так станет легче… ну?

Она рассказала — задрожав на словах о ноже и спрятав лицо у него на плече, прижимаясь к нему и прижимая к себе сына — и он, обнимая их и говоря что-то ласково-утешительное, задумался. Очень уж описанное ей помещение напомнило ему ту самую командирскую палатку, оставшуюся у другой половины стаи — а женщина с ножом крайне смахивала на Хадрат. Вещий сон? Не сказать, чтоб он верил в них… Однако они бывают — это он тоже очень хорошо знал. И пренебрегать возможным предупреждением было бы глупо.

— Я совсем не туда собираюсь сегодня, — начал он, — это во-первых. А во-вторых — если я окажусь в этом месте, я обещаю тебе никогда не садиться спиной к выходу и следить за той женщиной в оба.

— Ты знаешь её? — быстро спросила Гвеннит. — Знаешь, где это?

— Знаю, — кивнул он. — И, пожалуй, вообще не стану там оставаться один. А если останусь, не буду сидеть… И сон твой не сбудется, — он улыбнулся и поцеловал её в лоб. — Хотя мне там вовсе нечего делать, и не думаю, что я там когда-нибудь окажусь. А теперь успокаивайся — и пойдём, что ли, чаю выпьем. Всё равно все проснулись.

— Ночь же, — улыбнулась она.

— Ночь, — согласился он. — Самое время для чая. Идём — надо перебить этот сон.

* * *

Утро понедельника выдалось солнечным и прохладным, а главное — сухим. Дождь, пусть даже и перемежающийся солнцем, в последний месяц шёл почти ежедневно, и сухое ясное утро давало, наконец-то, надежду на то, что и день будет таким же. В конце концов, скоро лето…

— Что-то ты слишком нервничаешь, — сказала Джинни, в пятый раз переделывая перед зеркалом свою причёску. — Думаешь, министр прямо за завтраком на тебя бросится и покусает?

Гарри, вернувшийся домой лишь накануне вечером и тут же рухнувший спать, только мрачно на неё посмотрел, думая о том, что быть бы ему сейчас не здесь и собираться совсем не на торжественный завтрак — да только кто ж его спрашивает. Ему следовало быть сейчас совсем в другом месте, а он вместо этого вяло выбирал галстук и очень старался отвечать Джинни впопад.

— Хорошо бы, — попытался пошутить он. — Но вряд ли. Не может мне так здорово повезти.

Джинни бросила на него острый взгляд — и, оставив в покое свои волосы, решительно подошла, взяла один из разложенных им на кровати галстуков и сама повязала его Гарри.

— Да что он может сделать? — сказала она с подчёркнутой лёгкостью. — Запретить этот ваш маленький заговор и заставить МакГонагалл с тебя баллы снять?

…Торжественные завтраки второго мая в Хогвартсе стали уже традицией. Обычно всё проходило достаточно скромно: Большой Зал украшали, министр говорил очень короткую речь, потом все ели. В общем, процедура была вполне отработана. Школьников в этот день после обеда отпускали в Хогсмид, даже если день был будним, и гулять и праздновать они обычно продолжали уже там, избранные гости, допущенные на это мероприятие, расходились сразу же после завтрака, и обычно часам к одиннадцати всё уже заканчивалось.

Этот завтрак ничем не отличался от предыдущих — разве что речь министра показалась Поттеру чуть более пафосной, нежели его опусы в предыдущие годы, в конце концов, он мог и ошибиться, да и кто эту политизированную ерунду слушал? Никто — кроме, разумеется, журналистов, которых тут было так много, что они, кажется, вполне могли составить ещё один факультет. Вместо этого Гарри посвятил себя вдумчивому разглядыванию Большого зала и старающихся незаметно жевать учеников — как делал это каждый год. Сейчас, впрочем, его внимание было сосредоточено на сидящем совсем близко от преподавательского стола Джеймсе, который сиял так, будто это мероприятие было организовано в его честь. И Гарри вполне понимал сына… и, что скрывать, был польщён этой его откровенной радостью. Его сын гордился своим отцом — кто бы на его месте не радовался?

После министра пришёл и его черёд обратиться к «будущему Магической Британии» — и он, повторяя на новый лад уже привычную свою речь, просто смотрел на устремлённые на него юные лица, которых он видел уже так много за свою жизнь, на их блестящие живые глаза, которые, даст Мерлин, никогда не увидят настоящую войну. И думал, что они все когда-то были такими — восторженными первокурсниками, только начинавшими свою жизнь и представлявшими, что впереди их ждёт только хорошее.

Когда завтрак был завершён, и все начали расходиться, министр неожиданно подошёл к Гарри и, отведя его в сторону, то ли попросил, то ли приказал:

— Нам нужно побеседовать с вами, мистер Поттер. Полагаю, один из пустых классов вполне подойдёт.

Изобразив удивление, Поттер кивнул и пошёл следом, с раздражением размышляя о том, что сохранить фонд в тайне всё же не вышло, и министру успели уже доложить, а ведь у него и без этого сейчас проблем более, чем достаточно.

Они зашли в пустой класс, и министр, самостоятельно наложив на дверь чары, протянул Гарри какую-то папку и жёстко спросил:

— Думали устроить мне сюрприз, мистер Поттер?

Поттер взял папку, открыл её и, очень внимательно прочитав находящийся там устав фонда, на котором уже красовался причудливый узор, образованный оттисками многочисленных министерских печатей, пожал плечами и спросил с лёгким недоумением:

— Мадам Спраут, полагаю, не ожидала, что её инициатива будет вам столь интересна.

— Мадам Спраут, значит? — усмехнулся министр. — Вы держите меня за идиота, мистер Поттер, и мне это не нравится. Вы думаете, кто-то поверит в то, что это инициатива мадам Спраут? А вы, значит, знать ничего не знали?

— Отчего же не знал? — вскинул брови Поттер. — Мой долг как Главного Аврора всё знать и предотвращать противоправную деятельность, — напомнил он довольно прохладно. — А проблема с оборотнями остро стоит как перед авроратом, так и перед ДМП — и не вы ли совсем недавно призывали обратить на неё особое внимание?

— Хотите сказать, вы всё просто знали и вообще ни при чём? — начиная злиться, спросил министр. — И кандидатуру мистера Винда предложили не вы? — сощурился министр. — Того самого, за которого вы так бились, когда Визенгамот принимал закон об общественных работах?

— Его кандидатуру утвердил совет попечителей, — ответил Поттер. Если б министр только знал, насколько не вовремя помянул мистера Винда! — Их выбор понятен: полагаю, мистер Винд — для многих вообще единственный известный оборотень.

— Очень сложно поверить, что вы не имеете отношение ко всему этому, — покачал головой министр. — И то, что вы отпираетесь…

— Я не отпираюсь, — пожал Поттер плечами, не слишком заботясь о том, чтобы скрыть собственное раздражение. — Вы преувеличиваете мою роль — но я всецело поддерживаю это достойное начинание. Хотя бы ради мисс и мистера Мун, которым не поможет избежать Азкабана даже полное оправдание по всем статьям, кроме участия в краже и неправомерного использования колдовства — а я не хочу отправлять в Азкабан детей.

— Хотите сказать, что всё это, — министр сердито ткнул пальцем в папку, которую так и держал в руках Поттер, — затеяно ради этих двух юных преступников? И вы думаете, я в это поверю?

У Гарри вдруг мелькнула мысль, как было бы хорошо просто оглушить сейчас Господина Министра — и поставить куда-нибудь тихонечко в угол. Или припомнить уроки трансфигурации и сотворить из него, например, лишнюю парту — и оставить здесь, пока не хватятся. Это идея слегка подняла ему настроение — не настолько, чтобы заставить улыбнуться, но достаточно, чтобы в ответе заменить раздражение недоумением:

— Насколько я помню, господин министр, идея оказать поддержку Департаменту магических популяций, в котором вы когда-то работали, и широко осветить его деятельность в прессе, напустив на всех пресс-службу, принадлежала непосредственно вам. И вряд ли после этого кто-то может предполагать, что официальные начинания отделов в этом, теперь широко популяризированном вами же департаменте, могут не быть вам известны.

Поттер умолк, глядя на министра предельно вежливо и слегка вопросительно. Тот нашёлся с ответом не сразу, но потом всё-таки сказал, сердито и растерянно хмурясь:

— Вам следовало обсудить это, прежде всего, со мной! Как и мадам Спраут, конечно. В конце концов, я могу попросту наложить вето на всё это начинание!

— Разумеется, — не удержался от улыбки Поттер. — Но, раз уж вы решили наложить вето на эти документы — то вы, конечно же, тщательно их изучили и, бесспорно, обратили внимание на то, что в совет попечителей входят пять действующих членов Визенгамота. И если вы будете против — на что имеете, согласно нашему законодательству, полное право — их голосов более, чем достаточно для того, чтобы спорный документ рассмотрел Визенгамот полным составом. Видите ли, господин министр, — заговорил Поттер мягко, — даже пострадавший мистер Белби понимает важность этого начинания и, как вы видели, передаёт фонду доходы от продажи аконитового зелья. А мнение ирландцев в кои-то веки настолько совпало с мнением англичан, что глава одного из самых влиятельных кланов тоже нашла для себя допустимым войти в совет попечителей. Боюсь, Визенгамот встанет на их сторону, а, увы, не на вашу. Не говоря уж о том, что и госпиталь святого Мунго тоже поддержал эту инициативу. И я бы не дал за вашу дальнейшую политическую карьеру ни кната.

— А что же вы сами туда не вошли? — съязвил министр, но эта реплика больше походила на попытку сохранить лицо, а не на желание уязвить собеседника.

— Фонд — это не способ политической манипуляции, — серьёзно ответил Поттер. — Это способ решить проблему, общую для всей магической Британии, которой эти дети могут дать надежду. Надежду огромному числу волшебников на то, что, если с ними что-то случится — они не будут предоставлены сами себе. И я сейчас говорю не только об оборотнях, но и об обычных волшебниках, которые, увидев всё это, скажут, что раз министерство поддерживает даже оборотней, уж их-то оно точно без помощи не оставит. Магической Британии нужно сильное министерство — давайте делать его таким вместе, иначе торжество этого дня не будет иметь никакого смысла — закончил он, посмотрев министру в глаза.

— Если бы вы сразу пришли ко мне, я бы с самого начала поддержал вас, — укоризненно проговорил министр. — А теперь нам придётся в спешном порядке вносить коррективы в программу запланированных на день торжеств и менять убранство бального зала. Вы представляете, какая это будет морока для хозяйственного департамента?

— Пусть подадут жалобу на Отдел помощи оборотням — и можно на нас заодно, — весело отозвался Поттер. — Сегодня в полдень в Атриуме мадам Спраут собирается официально объявить об основании фонда — и затем торжественно открыть сейф для капиталов фонда в Гринготтсе. Уверен, если вы захотите присоединиться и открыть церемонию, попечительский совет фонда будет рад уступить эту почётную обязанность вам.

— В полдень? — буквально схватился за голову министр. — У нас же катастрофически мало времени! Ну что у вас за манера — вечно всё оставлять на последний момент! — сказал он уже почти покровительственно.

— Привычка — вторая натура, — улыбнулся Поттер. — Я предупрежу мадам Спраут и совет попечителей, что вы почтите церемонию открытия своим присутствием.

— Предупредите, — кивнул министр, снимая чары и открывая дверь. — А с департаментом магического хозяйства сами будете разбираться, — предупредил он.

— Непременно, — кротко кивнул Поттер, думая о том, что министр выбрал на редкость неудачное место для того, чтобы ему что-то тут выговаривать.

В конце концов, в этих стенах он слышал отповеди и похлеще.

Это его школа.

Её он защищал, и здесь же когда-то Волдеморта убил.

А потом взял и утопил в Чёрном озере, или даже сбросил с моста.

Во всяком случае, так теперь говорят в народе — ведь только народ всегда знает, как было на самом деле.

Глава опубликована: 24.04.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор Онлайн
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор Онлайн
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор Онлайн
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор Онлайн
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор Онлайн
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор Онлайн
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор Онлайн
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор Онлайн
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор Онлайн
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх