↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 261

В Аврорате тоже царило праздничное настроение. По случаю завершения масштабного дела Поттер планировал объявить об официальном вступлении в должности Кута и Вейси сразу, но затем, рассудив, что подобное назначение повлечёт за собой вечеринку, а проще говоря — грандиозную пьянку, Гарри решил, что делать это в четверг вечером — фактически своими руками сорвать последний рабочий день на этой неделе. Поэтому приказ он подписал, но оглашение решил отложить на завтра — и заранее предупредить Джинни о том, что вернётся домой глубоко за полночь и не слишком трезвым.

Впрочем, и Вейси, и Кут всё равно отправились праздновать — правда, по отдельности. Ричи Кут, наспех закончив дела, поспешил к своей девушке. Он давно планировал вытащить Мишель в кино, но последние недели выдались настолько напряжёнными, что о чём-то подобном можно было только мечтать — но сегодня они могли, наконец, сходить на какой-нибудь новый фильм, а потом просто погулять по вечернему Лондону и посидеть в каком-нибудь приятном местечке за ужином, никуда не торопясь. За главного он привычно уже оставил Джона Долиша, размышляя о том, что если когда-нибудь получит назначение на место руководителя отдела, ему понадобится заместитель, и почему бы не назначить на это место его. Поттер Долиша недолюбливает, конечно, но, с другой стороны, мало ли, кого там любит или не любит Поттер, работать-то с ним предстоит ему.

Леопольд Вейси запланировал для себя иную программу. Сегодня в «Спинни» пела леди Элейн — и как хорошо было бы послушать её за ужином, а затем продолжить приятный вечер уже иначе. Однако вечер начался не совсем так, как ему хотелось: Мадам сообщила ему, что у Идэссы сейчас перерыв, и Мадам может либо порекомендовать ему другую, либо он может подождать и начать ужинать в одиночестве — а после девяти вечера Идэсса к нему присоединится. Времени было уже почти восемь, другую Вейси не захотел, и потому, удобно устроившись в одном из кабинетов, неспешно и с удовольствием ужинал, наслаждаясь низким бархатным голосом прекрасной певицы. Как и многие мужчины в зале, он был заворожён плавно двигающейся в такт музыке фигурой на залитой светом сцене, лучи волшебных софитов заставляли её пышные светлые локоны мерцать, подобно отражению луны в вечно танцующем море. Леди Элейн казалась похожей то ли на вейлу, то ли на ту странную германскую родственницу русалок, чьё пение и красота заставляли маггловские экипажи направлять корабли прямо на острые скалы — если Вейси правильно помнил, самую прекрасную из них звали Лорелеей.

К моменту, когда Идэсса к нему присоединилась, Вейси совсем размяк от «Пиммса», который он предпочитал всем остальным алкогольным напиткам, хотя и никогда не признавался в этом коллегам, обычно на совместных вечеринках весьма умеренно употребляя нелюбимый огневиски или обычный джин. Здесь же стесняться ему было некого — не Идэссу же, в самом деле — и Вейси наслаждался вкусом и мягким, лёгким опьянением, который дарил этот сладкий напиток.

— Что ты ешь и что пьёшь? — спросил он Идэссу, подзывая симпатичную официантку в коротенькой облегающей мантии, под которой наверняка больше ничего не было. Идэсса улыбнулась и, бросив взгляд на содержимое его стакана, спросила:

— А ты?

— Я сегодня пью «Пиммс», — ответил он, тоже ей улыбнувшись.

— Тогда я тоже буду его, — кивнула она официантке и, переведя взгляд на Вейси, кокетливо попросила: — Закажешь мне ужин? Я голодная…

— Всё, что хочешь, — разрешил он. Ему всегда нравилось быть щедрым — вот только позволить себе подобное он мог не так часто. Но сегодня он разрешил себе забыть о деньгах, и это тоже весьма поднимало ему настроение.

Сделав заказ, Идэсса мягко улыбнулась Вейси и, повинуясь его жесту, пересела на его диванчик и с видимым удовольствием позволила ему себя обнять. Она молчала — и какое-то время они просто слушали леди Элейн, а Вейси перебирал пальцы Идэссы и гладил тыльную сторону её рук, а когда ей принесли ужин, сам начал её кормить. Ему всегда хотелось сделать это, но до сих пор всё как-то не складывалось, и он в какой-то момент так увлёкся, отрезая маленькие кусочки от сочного стейка и поджаренной на гриле спаржи и макая их в соус до того, как отправить их Идэссе в рот, что даже пропустил тот момент, когда музыка стихла и под оглушительные аплодисменты леди Элейн покинула сцену. Но ему было всё равно — в какой-то момент, не удержавшись, и поддавшись странной идее, которую он вряд ли стал бы осуществлять на трезвую голову, Вейси нарезал оставшееся мясо и, отложив приборы, взял один из кусочков пальцами и, макнув угощение в соус, вложил его в приоткрытые губы Идэссы. Она улыбнулась и легонько прихватила ими кончики его пальцев, и от этого прикосновения по его телу побежали мурашки. Он, задышав чуть сильнее, задёрнул портьеру, и взял следующий кусочек мяса.

…Она была даже слишком идеальной: Идэсса улыбалась ровно так и тогда, когда это представлялось ему правильным и уместным, и ела, на его взгляд, невероятно красиво, и так чудесно придерживала на секунду губами кончики его пальцев… а главное — она не болтала. Просто молчала — легко и естественно, и при этом казалась внимательной и даже искренней, хотя последнее, Вейси это прекрасно знал, никак не могло соответствовать действительности. Но думать об этом он не хотел — какая, в конце концов, разница, как оно там на самом деле, когда здесь и сейчас всё выглядит так, как выглядит?

— Сядь ко мне, — позвал он, коснувшись ладонью своих колен. Она села, и он в очередной раз поразился её интуиции, потому что она села именно так, как ему сейчас и хотелось: не верхом, а просто боком. Они молча пили «Пиммс» и ели клубнику — мелкую, сладкую, первую в этом сезоне. Когда Идэсса начала тихонько гладить его затылок, Вейси даже не заметил, и только, когда тяжесть, которую он ощущал после длинного рабочего дня, прошла, понял, насколько же она ему мешала. Он прикрыл глаза и, кивнув, устроил свой подбородок на плече сидящей у него на коленях женщины. Её пальцы задвигались чуть сильнее, и Леопольд, едва только не мурлыча от удовольствия, медленно провёл ладонью по груди Идэссы, запустив пальцы под её лёгкую золотистую мантию. Ему почему-то совершенно не хотелось домой, хотя обычно Вейси был весьма традиционен в выборе места для ласк, предпочитая всем прочим собственную постель. Но останавливаться и, тем более, двигаться куда-либо с места ему совсем не хотелось — и он продолжал ласкать её грудь, улыбаясь движению её пальцев на своей голове.

Потом они целовались — долго и тоже очень неспешно, и вид Идэссы, сидящей у него на коленях в расстёгнутой уже мантии, под которой было такое же золотистое полупрозрачное кружевное бельё, совсем вскружил Вейси голову. Они так и остались здесь, в кабинете, и в какой-то момент Леопольд развернул Идэссу к себе лицом — и зачем-то заглянул ей в глаза. Она почти сразу прикрыла их и заулыбалась, но было поздно — он взял её лицо в ладони, вновь поймал её взгляд, теперь уже безмятежный и соблазняющий, спросил требовательно и ласково:

— Тебя кто-то обидел?

— Нет, — покачала она головой, улыбнувшись слегка удивлённо, — нет, что ты? — но он успел заметить в глубине её глаз тень, призрак страха. И понял причину: все девушки подписывали магический контракт, запрещающий им разглашать какие-либо сведения о клиентах без их личного и однозначного разрешения.

— Не бойся, — сказал он негромко, разглядывая, словно впервые, её мягкое гармоничное лицо. — Я же знаю про контракт. И не хочу тебе зла. Я просто вижу, что ты расстроена.

— Нет, — снова возразила она, и на сей раз он увидел в её больших зелёных глазах тревогу — и обругал себя. А потом усмехнулся. Ну не умеет он вести с женщинами подобные разговоры вне службы — никогда не умел, да и учиться этому ему никогда не хотелось. Хотя вот конкретно сейчас он хотел бы это уметь.

— Не бойся, — повторил он, проводя левой ладонью по её волосам. — Ты же человек… каждый может быть иногда печальным, — он улыбнулся ей и коснулся подушечкой указательного пальца её губ. — Иди ко мне, — он привлёк Идэссу к себе и обнял, продолжая тихо гладить по волосам и спине. — Посиди так со мной. Просто посиди. Не надо ничего мне рассказывать.

Она замерла, уткнувшись носом в его левую ключицу и дыша так тихо, что он только чувствовал, но не слышал её дыхание. Леопольд продолжал гладить Идэссу по голове и плечам, сам удивляясь своему неожиданному желанию утешить её: чем-чем, а сентиментальностью он никогда в жизни не отличался. Возможно, ему хотелось таким вот образом отблагодарить её за те две ночи, когда ему было так скверно, а она непонятно с чего сидела с ним, держала его за плечи и вообще…

Что вообще, он думать не стал — воспоминание было не из приятных, так зачем было портить настроение и вечер? Идэсса совсем затихла, и Леопольд понял вдруг, что она просто уснула. Это почему-то невероятно тронуло его, и он замер, не желая её будить и уже жалея о том, что не увёл её раньше к себе. «Пиммс» ещё не выветрился из его головы, и мир вокруг словно слегка качался, убаюкивая и успокаивая его, и Вейси незаметно и сам задремал, пригревшись и устало уронив руки Идэссе на талию.

Он проснулся минут через сорок — протрезвевший, с затёкшими ногами, но почему-то в замечательном настроении. Посидел, слегка разминая ноги и руки, потом тихо, чтобы не напугать, позвал:

— Ида.

Она проснулась сразу, в который раз удивив его своей способностью делать это не вздрогнув и даже, кажется, не переменив ритма дыхания — просто подняла голову и отодвинулась немного назад, и он с улыбкой увидел на её лице отпечаток воротника своей мантии.

— Прости, — проговорила она, впрочем, совсем не испуганно.

— Я сам заснул, — признал он, засмеявшись. — Идём домой. Ко мне домой, — почему-то уточнил он.

Она легко встала с его колен, и он, поднимаясь, потёр затёкшие ноги и опять рассмеялся.

— С тобой хорошо, — ласково сказал он, погладив её по щеке с красными полосами на ней. — Или хочешь чего-то ещё? — спросил он, кивая на стол. Она покачала головой, и Вейси, открыв неприметную коричневую книжечку, в которой отображался счёт за ужин, оставил на столе несколько серебряных монет и, взяв Идэссу за руку, увёл её из кабинета через потайную дверь.

Вейси так не хотелось нарушать неожиданную теплоту этого вечера, что, едва оказавшись дома, он даже не пошёл в душ, а, сразу раздевшись и кивком велев Идэссе последовать его примеру, отправился с ней в постель.

— Хочешь, просто поспим, — предложил он, заключая её в объятья и осторожно касаясь её мягких губ — и буквально с секундным опозданием остро жалея об этом, потому что, на самом-то деле, ему совершенно не хотелось сейчас целоваться. Но она ответила ему таким же лёгким прикосновением, а потом вдруг погладила его по щеке подушечками своих ухоженных пальцев. — Не знаю, как, что и почему ты так делаешь, — шепнул он, — но продолжай, пожалуйста.

Она улыбнулась, и, он скорее почувствовал, чем увидел это в наполнявшей комнату темноте, снова коснулась его щеки пальцами. Её прикосновения были лёгкими и казались наполненными нежностью, но не возбуждающей, а тихой и успокаивающей, и он с наслаждением поддался ей и незаметно заснул, продолжая непривычно для себя счастливо улыбаться.

Глава опубликована: 06.06.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
vilranen Онлайн
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх