↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 56

Аппарировал он сразу в свой домик, в котором за это время ничего почти не изменилось — разве что Гвеннит уже проснулась и сидела теперь на кровати, завернувшись в одеяло и подтянув колени к груди. Арвид оказался первым, кого она увидела — а Скабиора не разглядела, и он шагнул назад, в темноту, и тихо сел на ступеньки.

— Гвен, — Арвид, дрожа, подошёл к узкой кровати, на которой сидела, вжавшись в стенку и глядя на него с болью и ужасом, его любимая женщина. Гвеннит не плакала, как можно было бы ожидать — она просто отползала от него с каждым его шагом молча, а когда он подошёл совсем близко и, протянув руку, коснулся её предплечья, она медленно замотала головой, не сводя с него глаз, и прошептала с мольбой и отчаянием:

— Нет… нет-нет-нет! Уходи отсюда… Уходи от меня, Арвид!

— Гвен, — он присел на самый краешек, всё равно оказавшись совсем рядом с ней. — Гвен, послушай меня… пожалуйста. Я знаю, что наговорил тебе мой отец. Гвен, послушай! — умоляюще проговорил он, убирая руки, потому что она под его касанием замерла и глядела на то место, которого касались его пальцы, с почти животным страхом. — Выслушай меня, пожалуйста. Гвен. То, что он сказал — ложь. Ложь и обычная манипуляция, на которые он мастер.

— Нет, — она опять медленно и очень настойчиво замотала головой. — Нет. Он прав. Прав. Я чудовище… зверь. И я правда однажды могу убить тебя. И даже не пойму этого. Я убью тебя, Арвид, если ты не уйдёшь. Уходи. Пожалуйста, уходи. Уйди.

— Гвен, — проговорил он, не сводя с неё глаз, казавшихся сейчас почти чёрными из-за расширившихся зрачков. — Эту проблему очень легко решить. Если я стану таким же, как ты, ты больше не будешь для меня опасна. Мне просто нужно стать оборотнем — вот и всё. Если это единственный способ остаться с тобой — я это сделаю. В ближайшее же полнолуние. И тогда ты разрешишь мне вернуться? Подпустишь к себе такого же? Гвен?

К заполняющим её глаза страху и отчаянию добавилось выражение удивления, а потом и растерянности — она мигнула, потом замерла и проговорила неверяще:

— Ты… готов… стать… таким же? Ради меня?

— Готов, — он улыбнулся, чувствуя, как от облегчения, которое он почувствовал, когда из её голоса ушёл этот мертвенный ужас, ей стало тепло, и у нее начали подрагивать руки. — Я люблю тебя, Гвен. И это очень легко. Получится гармоничная пара, — пошутил он — и она слегка, еле заметно улыбнулась — одними глазами, но этого было достаточно, чтобы он мгновенно оказался рядом с ней и обнял её, и она не оттолкнула его — напротив, прислонилась очень устало, а потом, наконец, обняла и прошептала:

— Я не хочу никого убивать…

— Ты не будешь, — он прижал её к себе, притянул, взял на руки, пытаясь закрыть, защитить её от всего мира со всех сторон — но двух рук его на это, конечно же, не хватало. — Ты никогда никого не убьёшь. Я тебе обещаю… я клянусь. Я не позволю тебе. Я же аврор, — он нервно рассмеялся. — Ты никогда никому не причинишь зла.

— Я же чудовище, Ари… твой отец прав… я видела…видела, он показал мне, как это…

— Он подонок, — заговорил он быстро и горячо. — Трусливый и грязный подонок, который отлично умеет манипулировать и не имеет ни совести, ни чести, ни сердца… ничего. Он больше никогда не подойдёт к тебе даже близко, Гвен, — она подняла на него лицо, и он начал целовать его — торопливо, жадно и очень нежно. — Но я никуда не уйду от тебя. Никогда. Не гони меня, — он заглянул ей в глаза, и она, наконец, заплакала. И засмеялась.

И на сей раз он тоже заплакал. От облегчения, от того, что самое страшное всё же обошло его стороной, что он не потерял её всё же — и хотя он ещё не знал цену этого своего счастья, она его вовсе не волновала.

— Он сказал, что однажды я забуду выпить аконитовое, — прошептала она, позволяя ему привычно стирать слёзы большими пальцами. — Просто один раз позабуду — и всё. Оно ведь не срабатывает в таком случае, понимаешь? Один раз из семи — и всё…

— Я сделаю тебе напоминалку, которая не позволит забыть, — сказал он сквозь слёзы, тоже улыбаясь и счастливо глядя в её светло-серые глаза, сейчас полные слёз и в то же время невероятно счастливые. — А лучше даже не я, а закажем её у самого лучшего мастера. И ты никогда не забудешь, что бы ни было. Ну, а если и так — то я ведь аврор, Гвен. Я умею останавливать оборотней. Ты никогда не причинишь мне вреда — просто не сможешь. Я клянусь тебе.

— Правда? — прошептала она.

— Правда, — он кивнул — и она, глубоко-глубоко вздохнув, потянулась к его губам — и они умолкли на какое-то время, потому что ведь разговаривать и целоваться одновременно неудобно.

— Только не делай с собой ничего, — попросила она, вдруг прервав поцелуй и поглядев на него почти испуганно. — Ты такой ужас придумал… Не надо, пожалуйста!

— Я не буду, раз ты не хочешь, — кивнул он, ласково и серьёзно ей улыбнувшись. — Но не вижу в этом ничего страшного или особенного. Ну оборотень, ну и что…

— Нет! — она опять замотала головой — плача, и это было привычно и совсем не так жутко. — Нет, Ари! Не надо…

— Тогда не гони меня, — попросил он. — И не убегай от меня больше. Я всё равно же найду тебя. Видишь?

— Вижу, — она улыбнулась — и спросила: — Но как? Как ты меня тут отыскал? И… и где Крис? — вспомнила, наконец, она.

— Не знаю, — заулыбался он. — Но это он привёл меня сюда. Так что, он наверняка не против.

— Крис? Крис тебя привёл? Сам?

— Крис. Привёл меня. Сам, — он засмеялся и подумал, что больше всего сейчас хочет просто лечь и уснуть — рядом с ней. Силы кончились так внезапно, словно его кто-то заколдовал — он читал о подобном эффекте, конечно, и ему даже не раз приходилось наблюдать на других, как многочасовое напряжение, внезапно закончившись, полностью лишает человека сил, заставляя его буквально засыпать на ходу. — Я был неправ в отношении него, — признал он легко. — Он добрый, сильный и умный. Хотя всё, что я про него говорил, всё равно правда. Но это не важно.

— Важно, — возразила она. — Я ему рассказала… не хотела — но рассказала… он как-то так спрашивал, что…

— Я знаю, — кивнул он. — Но я и так бы тебя нашёл. Обошёл бы всю Британию, если бы понадобилось — и отыскал.

— Ты правда думаешь, что сможешь меня остановить, если что? — спросила она очень серьёзно.

— Правда, Гвен. Я готов доказать это тебе любым способом, который тебя устроит.

— Я тебе верю, — сказала она, закрывая глаза. — И я… Я так рада, что ты здесь… Я думала, что я умру без тебя, — прошептала она совсем тихо. Он уложил её и лёг рядом — они обнялись и почти сразу уснули, прижавшись друг к другу так крепко, что пожелай того хозяин этого домика, ему бы тоже нашлось место на этой узкой кровати.

…А Скабиор, оставив их наедине, вернулся в Лондон и, проведя остаток ночи в борделе, с утра ждал у министерства, держа в поле зрения тот самый общественный туалет, который по непонятной ему причине был выбран в качестве входа в Атриум министерства. И когда увидел, наконец, нужного ему человека, оказался рядом с ним так быстро, что тот даже заметить его не успел, пока Скабиор не заступил ему дорогу, демонстративно разведя в стороны пустые руки, дабы не оставить ему шанса сказать потом, что он заподозрил его в нападении.

— Мистер Долиш, — проговорил Скабиор, глумливо усмехаясь. — Какая внезапная встреча. Надо же.

— Скабиор, — если не ошибаюсь, — сказал Долиш. — Чем обязан?

— Я буквально на минутку, — заулыбался он. — Проходил мимо — и не удержался, решил глянуть на вас… Я смотрю, вы не слишком удивлены, верно?

— У вас ко мне дело? — холодно спросил тот, поднимая руку с невесть откуда взявшейся в ней палочкой.

— Да ну что вы? Какое у меня может быть дело к вам? — покачал головой Скабиор, демонстративно разводя в стороны пустые руки. — Мне просто очень уж хотелось поглядеть на человека, который так скверно воспитал собственного сына, что тот даже предпочёл компанию такой же твари, как я, любящим отцовским объятьям. Это ведь так необычно: аврорский сынок, выбравший себе в спутницы оборотня… Вы знаете, — продолжил он почти интимно, нагло пользуясь тем, что Долиш при всём желании не мог сейчас, в маггловской и весьма многолюдной в этот утренний час части Лондона применить к нему какое-либо заклинание, — вам очень повезло, что война уже давно кончилась. Потому что лично меня очень занимает вопрос: а смогли бы вы арестовать своего сына, если бы пришлось? Если б, к примеру, нас и связавшихся с нами объявили сейчас вне закона — как это было с магглорождёнными при Лорде? У Крауча, помнится мне, пороху хватило — а вот у вас с этим как? Мне кажется, что смогли бы, — проговорил он, оценивающе оглядывая его, замершего и словно окаменевшего посреди улицы. — Ну, хорошего дня вам, господин аврор, — Скабиор помахал ему, поклонился шутливо, развернулся — и растворился в утренней лондонской толчее.

Однако эта встреча оказалась не единственным сюрпризом, ожидавшим Джона Долиша в этот день. Ближе к обеду в их отдел вошёл его сын. Не обращая ни на кого внимания, Арвид прошёл через комнату, подошёл к сидящему за своим столом отцу, придвинул себе стул, наложил на них заглушающие чары и сказал:

— Есть разговор.

И, не дожидаясь реакции отца, заговорил жёстко и тихо:

— Слушай меня очень внимательно, ибо этот наш с тобой разговор — последний. Если ты ещё раз позволишь себе что-то подобное, я в ближайшее полнолуние отыщу оборотня, который меня укусит и обратит. А не найду — обездвижу того, кто откажет, порежу себе руку и сам занесу себе в рану его слюну. И тогда проблема отпадёт раз и навсегда. Я надеюсь, ты достаточно меня знаешь, чтобы понимать, что я не шучу. Это первое. А второе — сына у тебя больше нет. В нашу прошлую встречу ты запретил мне возвращаться в твой дом — на сей раз я сам не желаю тебя больше знать. Кем бы я ни считал тебя прежде, я никогда не думал, что ты — трус, дурак, подлец и подонок. Я ошибался. Очень жаль. Прощай.

Он встал, снял чары, развернулся — и быстро вышел, оставив отца сидеть за его столом, растерянного, ошеломлённого и ещё не до конца осознавшего то, что сейчас услышал. Кто-то подошёл к нему и сказал что-то, но Джон Долиш просто не услышал его — и, посидев так ещё какое-то время, молча встал и вышел, даже не убрав со стола бумаги. И до ночи бродил по улицам — просто так, бесцельно, не замечая, куда несут его ноги, не заметив прошедшего дождя, вымочившего его буквально до нитки, не заметив даже, как погас день, и пришла темнота — такая же, как та, что была сейчас у него внутри.

Глава опубликована: 11.12.2015
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Levana Онлайн
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Levana Онлайн
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
Levana Онлайн
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Levana Онлайн
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх