↓
 ↑
Регистрация
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Всего иллюстраций: 8
Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 36

А Скабиор веселился. Почуяв ежа, он с лёгкостью выследил его и, осторожно трогая тыльной стороной лапы, покатил к дому. Дошёл до крыльца — и, оставив свою «добычу» у ног МакДугала, лёг рядом, слегка помахивая хвостом. Тот наклонился, разглядывая трофей — и расхохотался, до слёз.

— Я бы пошутил — да не знаю, не опасно ли это сейчас с вами, — сказал он, утирая глаза. Волк… Скабиор поднял морду, на которой явственно виднелась улыбка, и несколько раз с силой махнул хвостом, досадуя, что они заранее не договорились о какой-нибудь самой простой сигнальной системе: к примеру, один мах — да, два — нет. — Если принять это за согласие, — вопросительно проговорил он — Скабиор снова махнул хвостом один раз, а потом тявкнул негромко, — я бы сказал, жаль, что у нас тут нет кроликов: если бы те разоряли мой сад, пожалуй, сейчас можно было бы попросить вас найти их норы. Но увы: тут только кроты, а от них вы меня вряд ли избавите: волк — животное благородное, а главное, крупное, так что даже пытаться не буду.

Он протянул руку и задержал её вопросительно над головой волка. Тот поглядел-поглядел — да и поддел её влажным холодным носом, и МакДугал осторожно коснулся, наконец, его шерсти. Это оказалось приятно — и ужасно смешно, потому что прикосновение это было деликатным и аккуратным, как если бы тот трогал очень хрупкое или нервное существо. И Скабиор не удержался от шутки: быстро отдёрнул голову и схватил его руку зубами — аккуратно, чтобы не поцарапать ненароком — и замер, наслаждаясь мгновенной волной ужаса, захлестнувшей человека, почти сразу же сменившейся откровенным облегчением и несколько нервным смехом. Ему вдруг стало интересно, как это — бороться с человеком на равных, без всякой магии, просто двое на двое, как, на самом-то деле, и должно быть.

Волк-Скабиор поднялся и встал передними лапами МакДугалу на колени. Тронул носом палочку, зарычал тихо и мотнул головой. Тот замер — зверь глянул ему в глаза, снова толкнул палочку, на сей раз лбом, и опять зарычал.

И переставил лапы ему на плечи.

И тот… понял. Покачал головой, сказал извиняющимся тоном:

— В следующий раз. Я вам доверяю, но всё же должен поставить защиту, прежде чем выпускать из рук палочку.

Это было разумно — но ужасно разочаровало волка… Скабиора, и тот отпрыгнул, недовольно рыча, и в несколько прыжков скрылся за домом, вынуждая МакДугала встать и пойти следом. Не хочет бороться — пусть хотя бы побегает…

Они так и провели эту ночь — то бегая вокруг дома, то, когда МакДугал совсем выдыхался и почти умоляюще просил о передышке, его спутник милостиво делал паузу, и они лежали на земле, иногда совсем рядом друг с другом. А под утро волк… Скабиор сам вернулся в дом — поднялся по лестнице и лёг на пол в предоставленной ему комнате, вытянувшись и положив морду на передние лапы, глядя невероятно тоскливо прямо перед собой.

А когда трансформация завершилась, он поднялся — сперва на четвереньки, потом на колени и, наконец, встал, дошёл, чуть прихрамывая, до кровати, на которой лежала его одежда, и тяжело сел. Поёжился, медленно натянул рубашку — и лёг, завернувшись в одеяло. Бельё было накрахмалено и пахло свежестью — это было так непривычно, что Скабиор приподнял голову и поглядел удивлённо на сидящего поодаль МакДугала.

— Даже не помню, когда спал на крахмальных простынях, — проговорил Скабиор.

— Вам неудобно? — осведомился тот. — Я не подумал, что с непривычки…

— Неудобно с аппарацией промахнуться зимой и уснуть на камнях в снегу, — хмыкнул Скабиор. — А тут просто странно. Я спать… если вы не против.

— Позволите ещё одну пробу взять? Прямо сейчас. Я быстро.

— У вас вампиров в роду не было? — он рассмеялся чуть хрипловато. — Вы из меня всю кровь выцедили… да берите, — он вытянул руку — хотя он сейчас и держал её совершенно спокойно, вены всё ещё были набухшие и выделялись так, что кровь взять смог бы, кажется, даже стажёр-первогодка. МакДугал же сделал это очень быстро и почти безболезненно — кровь потекла яркая, ярче обычной венозной, и побежала быстро, как будто бы под давлением, не свойственным человеку.

Залечив ранку, целитель поднялся:

— Как проснётесь — ванна слева по коридору, кухня — по лестнице вниз, берите всё, что захочется. Не стесняйтесь, если меня не будет или я сплю — сказал бы «чувствуйте себя как дома», но, поскольку я не представляю себе, как это, пожалуй что не рискну, — пошутил он, сохраняя свой обычный невозмутимый вид. — Я бы предложил вам какое-нибудь зелье для облегчения вашего состояния, но прежде, чем я определюсь с дозировкой, следует понаблюдать за вами в динамике — не хочется чтобы получилось как в прошлый раз.

— Да не надо ничего, — Скабиор закрыл глаза и с наслаждением прижался щекой к прохладной подушке. — Всё отлично.

Тело привычно ломило, но усталость была сильнее — и Скабиор быстро провалился в сон, мутный, тяжёлый — но, как он надеялся, долгий.

Однако на сей раз ему не слишком-то повезло: проснулся он уже к вечеру. А значит, ему предстояло маяться до утра, если не дольше, не имея ни сил, ни возможностей лежать, сидеть, стоять, да даже хотя бы поесть что-нибудь… вот разве что вымыться можно было попробовать. Он сообразил вдруг, что ведь ни разу в этот день не был в душе — просто не имел подобной возможности прежде. Идея ему понравилась: он поднялся, тихо ругаясь себе под нос, машинально, по приобретённой годами привычке накинул пальто прямо на рубашку, сгрёб остальную одежду — и босиком, оставив ботинки у кровати, отправился в ванную.

Та оказалась огромной — совершенно неожиданно для такого, в общем-то, скромного дома — и при одном взгляде на ванну Скабиору невероятно захотелось лечь в горячую воду. Может быть, там будет полегче… ну вдруг? Он повернул краны и, в ожидании, пока ванна наполнится, сел прямо на пол — не слишком красиво, конечно, зато удобно, да и кого здесь было стесняться? Так и сидел и смотрел на воду — и только когда ванна наполнилась, и он поднялся, чтобы раздеться, Скабиор увидел большое, в рост, зеркало на двери, совершенно запотевшее сейчас от горячего воздуха. Сбросив рубашку — пальто вместе с остальной одеждой давно уже лежало на полу — он высушил поверхность зеркала и вгляделся в него, разглядывая себя с острым любопытством. Конечно, увиденное ему не понравилось, но он всё равно долго себя рассматривал, отмечая припухшие немного суставы, тёмные круги под глазами, бледные, сильнее обычного шелушащиеся губы, напряжённые, в тонусе, мышцы… понятно теперь, почему всё так ныло — странно ещё, что так слабо.

Скабиор, наконец, отошёл от зеркала и лёг в ванну — и застонал от блаженства: обжигающе горячая вода уняла боль, растворила её в себе, успокоила ноющие суставы, постепенно расслабила напряжённые мышцы… он почувствовал, что засыпает и успел подумать, что это неразумно и даже, пожалуй, небезопасно, и что будет смешно, если он тут утонет — и неприятно, когда вода остынет… и вроде бы лишь на секунду закрыл глаза…

…и проснулся от того, что мучительно не может вдохнуть, а его легкие словно разрываются и горят. Выпрямился резко, отплёвываясь и кашляя, соскользнул назад, расплескав воду и судорожно хватаясь за края ванны, снова вынырнул — и, свесившись через край, долго откашливал воду из лёгких, одновременно пытаясь сдержать нервный смех. Чем, видимо, и привлёк к себе внимание хозяина дома — тот постучал в дверь, спросил с лёгкой тревогой:

— У вас всё в порядке? Мне войти?

— Всё нормально, — отозвался между приступами кашля Скабиор. — Я просто… воды глотнул. Нечаянно. Я выйду сейчас, — добавил он неохотно.

— Не обязательно, — было слышно, как усмехается тот. — Если вода приносит вам облегчение — оставайтесь хоть до завтрашнего утра, у меня душ на работе есть. Но я бы с удовольствием сейчас быстро осмотрел вас, — признался он.

— Заходите, — продолжая кашлять, сказал Скабиор.

Тот вошёл. Убрал одним взмахом палочки всю разлитую на пол воду, спросил:

— Вы уверены, что вам не нужна помощь?

— Я же сказал, что в порядке, — раздражённо отозвался Скабиор. — Ну? Что вы хотели посмотреть?

— Вы не могли бы подняться? — не заметив его раздражения, вежливо попросил МакДугал. — Благодарю вас, — он закрыл дверь, чтобы не впускать прохладный воздух, и приступил к осмотру. Потом спросил: — Вам легче после купания?

— Да, — он вздохнул поглубже, успокаиваясь, и даже добавил: — Извините.

— Вы не самый грубый человек, с которым мне доводилось сталкиваться, — улыбнулся МакДугал. — Тем более, сегодня у вас карт-бланш на грубость. Если позволите, я возьму кровь — и могу вас снова оставить. Если нужно, могу подсказать чары, позволяющие сохранять воду сколь угодно долго горячей, а вам — не тонуть, уснув.

— Что, и такие есть? — удивился Скабиор, протягивая ему руку.

— Да чего только нету… Вот разве что с глажкой проблемы, — пошутил МакДугал. — Вы сядьте, пожалуйста — стоя неудобно. Вот так, — он пристроил руку снова опустившегося в воду Скабиора на край ванной и быстро проделал всё требуемое.

— Ну, а теперь перейдём к полезному и приятному, — кивнул Скабиор, призвав свою палочку.

А когда они закончили разучивать чары, и МакДугал ушёл, Скабиор долил горячей воды в ванну, наложил чары — и вновь задремал, а потом и уснул, наслаждаясь незнакомым ощущением лёгкости и тепла в этот самый отвратительный в месяце день.

Он проснулся часа через два — отдохнувший и чувствующий себя превосходно. Полежал ещё какое-то время, посгибал руки-ноги, радуясь отсутствию каких-либо неприятных или болезненных ощущений, и всё-таки вылез из ванной. Кинул в горячую воду свои бельё и рубашку, поколдовал немного, отстирывая грязь, вытащил их, высушил — и оделся. Взял складную опасную бритву, которую всегда носил с собой во внутреннем кармане пальто, и тщательно выбрился, потом прибрал за собой всё — и отправился вниз, на кухню: сутки почти прошли, чувствовал он себя замечательно и был готов попробовать что-нибудь съесть.

К своему удивлению, по дороге на кухню он заметил свет в гостиной и, заглянув туда, обнаружил МакДугала, что-то с увлечением пишущего за низким журнальным столиком, сидя на расстеленной на полу перед ним шкуре.

— Доброй ночи, — окликнул его Скабиор. Тот поднял голову — и вдруг очень смутился и, быстро поднявшись, вышел к нему навстречу.

— Я не ждал вас так рано… съедите чего-нибудь, или рано ещё? — спросил он.

— Я вас смущаю? — очень удивлённо спросил Скабиор. — Не хотел отвлекать вас…Могу сам всё сделать и…

— Я сам собирался поужинать, — отмахнулся МакДугал, но смущение его слишком заинтриговало Скабиора, чтобы делать вид, что он ничего не заметил.

— Тогда в чём дело? — поинтересовался Скабиор. — Я вас смутил — почему?

МакДугал почему-то вздохнул и покачал головой:

— Видит бог, я хотел избежать неловкости, — он шагнул в сторону, открывая ему вид на гостиную. — Это волчья шкура, — пояснил он. — Она настолько давно у меня, что я попросту не подумал, как это будет выглядеть. Прошу меня извинить за это.

— Да ничего, — растерянно проговорил Скабиор. — Всё нормально.

Он озадаченно потёр лоб, не представляя, как реагировать. Сама по себе волчья шкура на полу его совершенно не смутила — он не в первый раз видел такую и никогда никаких ассоциаций между ней и собою не проводил. Это-то и озадачило его чрезвычайно: сам факт того, что подобная мысль вообще пришла в голову человеку… волшебнику, и что ассоциация эта у него не просто возникла, а по-настоящему смутила его, был удивителен. Это могло значить столько всего сразу, что он растерялся, не зная, как реагировать — ему хотелось обдумать эту странность спокойно, а значит — явно не сейчас.

— Один-один, — сказал Скабиор. — Вы меня тоже смутили. Я шёл на кухню — не знаю, выйдет ли у меня уже что-нибудь съесть, но я бы попробовал. Вы, помнится, обещали мне рассказать о результатах вашего изучения меня — есть уже что-нибудь?

— Кое-что есть, — кивнул МакДугал. — Пойдёмте на кухню — я расскажу, хотя пока что говорить почти не о чем. Собственно, на данный момент единственное, что я знаю: во время трансформации заметно меняется состав крови, и, в частности, процент содержания в ней кислорода. Это такой газ, благодаря ему мы дышим — его магглы в восемнадцатом веке открыли, и Статут, в общем, никак нам узнать о нём не помешал, и те же алхимики взяли его в оборот практически сразу. Так вот, при трансформации в человека обратное изменение состава крови происходит заметно быстрее… Пока это всё. И я не могу удержаться от очередной просьбы, — добавил он со слегка смущённой улыбкой.

— Опять? — картинно застонал Скабиор. — Вы издеваетесь?!

— Не сейчас, — рассмеялся МакДугал. — В следующем месяце. Я хотел попросить вас позволить мне взять кровь у волка.

— М-м, — задумчиво протянул Скабиор. — Теоретически, я не против… Но на деле не представляю, как среагирую. Вы ведь видели: сознание, безусловно, сохраняется, но инстинкты становятся в разы сильнее. Не поручусь, что буду полностью адекватен. Но попробовать можно — обещайте не настаивать, если поймёте, что мне эта идея вдруг разонравилась, — попросил он серьёзно.

— Обещаю, — не менее серьёзно кивнул МакДугал.

За разговором они дошли до кухни и устроились там: Скабиор за большим столом, а МакДугал — на правах хозяина — у плиты. Пока он жарил бекон для яичницы, а потом и её саму, его гость молча разглядывал кухню.

— Это было забавно, — проговорил, наконец, Скабиор. — Вы неплохо держались.

— Ваша слюна всё равно ведь остаётся опасной, — отозвался сквозь шипение яичницы МакДугал. — И когда вы схватили зубами меня за руку… Это было сильное чувство, — он усмехнулся и снял сковороду с огня.

— Не доверяете? — засмеялся Скабиор. — И правильно, — он сглотнул, с шумом вдыхая запах еды. — Но я был осторожен: я бы почуял, если бы у вас на руке были ранки, и не стал бы рисковать. Я говорил же: сознание сохраняется.

— Вы просто словно пьяны, да? — с любопытством спросил МакДугал, раскладывая яичницу по большим тяжёлым тарелкам светло-коричневой глазурованной глины.

— И близко нет, — фыркнул Скабиор, придвигая себе свою и осторожно пробуя небольшой кусочек. Сможет он есть или нет, станет понятно сразу — и вовсе незачем глотать много сразу. Он посидел с минуту, прислушиваясь к своим ощущениям, но ничего, кроме голода, не почувствовал — и, наконец, с удовольствием приступил к трапезе. Какое-то время они ели молча, но когда закончили, МакДугал спросил:

— А на что это обычно похоже? Можете описать?

— Попробую, — с сомнением кивнул Скабиор. — В обмен на кофе, — добавил он, отрывая от хлеба маленькие кусочки и кидая их в рот. — В целом, это больше похоже на сексуальное возбуждение — и мозг не то, чтобы не работает, но, как бы сказать, отходит немного на задний план. Представьте, что вас буквально снимают с женщины, — усмехнулся он, — причём с женщины, которая вам нравится, и которую вы очень сильно хотите практически всегда, когда видите. И вот, наконец, получили — и тут вас прервали. Лично я способен собраться, конечно, и быстро взять себя в руки — но это требует усилий и хотя бы краткого времени.

— Интересное сравнение, — отозвался МакДугал, возясь с кофейником. — Вы знаете, я не подумал о том, чтобы придумать простейшую сигнальную систему: хотя бы обозначить да и нет.

— Я тоже об этом подумал уже ночью, — вновь кивнул Скабиор. — Кофе отлично пахнет — и у вас не осталось того шоколадного пирога, что вы ели?

— Даже так? — изумился МакДугал. — Это было вчера и, увы, в кафе. Но у меня есть масляное печенье. Вы любите сладкое?

— Люблю иногда, — признался Скабиор. — Особенно после полной луны — оно придаёт сил и просто радует.

Они проговорили ещё с пару часов, после чего МакДугал засобирался в Мунго, а Скабиор, попрощавшись, аппарировал к себе — но спать не лёг, а пошёл бродить по своему острову под мелким накрапывающим дождём.

Глава опубликована: 25.11.2015


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 34009 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая главаСледующая глава
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх