↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 54

Арвид Долиш и вправду прекрасно знал своего отца — однако даже он не смог представить того, что произошло через пару недель, за которые Джон изучил Гвеннит так хорошо, что вполне мог бы написать её подробную биографию. Узнал и про то, как и когда её обратили, и про её родителей, мужественно не оставивших свою дочь в беде… Джон запретил себе думать о том, каково это — когда твой ребёнок становится одержим в одночасье такой вот тварью, попросту запретил — и больше не думал. Узнал и про Скабиора… и в первый момент был, несмотря на весь свой жизненный опыт и определённый цинизм, шокирован. Потому что помнил его — очень хорошо помнил и знал, ещё со времён войны, да и недавний приговор, взбудораживший всех, как раз про него напомнил. Жаль, что то полнолуние пришлось не на его дежурство… В первый момент Джон даже почувствовал облегчение, решив, что Арвид просто не знает о том, с кем общается его предполагаемая невеста — а узнав, конечно же, поговорит с ней, всё выяснит… и не сможет, просто не сможет её не оставить. Однако его ждало разочарование: поскольку он теперь практически следовал по пятам за мисс Уитби, он очень быстро для себя обнаружил, что его сын уже в курсе — и, похоже, ничего не имеет против. Совсем эта девица задурила ему голову…

И что же это за год такой отвратительный? Он ещё не закончился, а у них уже нападений оборотней больше, чем за предыдущий — и это ведь только начало зимы. Нападений, убийств и обращений… Столько обращённых было разве что в довоенное время, при Грейбеке. Хотя нет, оборвал Джон сам себя, это он, конечно, преувеличил. И всё же, что-то они зачастили, особенно на юге Британии и в Уэльсе, к примеру, буквально в прошлое полнолуние было нападение в одной из деревень под Бристолем… А вместо того, чтобы ужесточить наказания, эта чокнутая дамочка Уизли протащила-таки свой закон об общественных работах — конечно, легко быть добренькой за чужой счёт! И ведь ради кого протащила, стерва! — он даже сплюнул в сердцах. Ради этого отвратительного ублюдка, который крутится рядом с невестой… девушкой его сына! А ведь Джон помнил его — помнил, скольких отловленных по лесам магглорождённых он лично сдал во время второй войны. Хотя не ему, конечно же, вспоминать об этом…

Он вообще не любил вспоминать то время. Сейчас никого это уже не интересовало, конечно — но он всегда считал, что авроры должны оставаться вне политики при любой власти и исполнять то, о чём давали присягу: Служить и Защищать. Вот он и служил и защищал... как умел и как требовали того в то время законы, которые вовсе не он принимал. Конечно, он понимал, что обвинение в краже магии стоит меньше кучи дракклового дерьма, но не он принимал законы — он следил за их соблюдением и просто служил. У него тогда был маленький сын, у него была занятая этим сыном жена — и, в конце концов, его мнение никогда никого не интересовало. Да он и не имел его толком… просто не думал, честно исполняя приказ.

А потом Поттер выиграл войну и в один момент из преступника стал героем, и был грандиозный праздник — и траур, последовавший за ним. Страну пришлось восстанавливать по кирпичику почти с нуля… Он знал, конечно, с того самого мига, как Кингсли вдруг занял кресло министра, знал, что служить дальше ему будет непросто — и что о повышении можно забыть, по всей видимости, навсегда. Хорошо, что хоть не уволили… Он ждал увольнения и раздумывал уже, что будет делать, оказавшись на улице — но нет, увольнений оказалось совсем немного, и аврората они почти не коснулись. Те, кто сел за сопротивление в Азкабан, вернулись, и теперь это они, что называется, заказывали музыку — и Джон подумал тогда, как ему повезло, что он сам никогда не рвался в начальники. Поначалу на него косо поглядывали, однако со временем работа взяла своё — а профессионалом он был отличным, да и волшебником не из худших, так что всё, вроде бы, вернулось на круги своя… И всё же осадок, мутный, словно в паршивом виски, остался — он так и не стал до конца своим тем, кто вернулся, да и многие молодые смотрели на него не то, чтобы с неприязнью, скорей, с осторожностью. Впрочем, приятели у него тоже остались — те же, что были прежде, и они иногда собирались выпить пива или чего-то покрепче, и, в целом, жизнь текла своим чередом.

Потом молодые начали делать карьеры — как тот же Причард, к примеру. Яркий, нахальный, он с самого начала, с самого первого своего патрулирования в той самой алой мантии (когда умудрился даже арестовать кого-то, причём совершенно по делу) обращал на себя внимание и не скрывал, что хочет взобраться наверх: сперва получить право самостоятельно вести расследования, а потом двинуться дальше и вырасти до начальника отдела. Про дальнейшее он тактично — или хитро, как посмотреть — молчал, понимая, конечно, что место главы всего аврората ждёт Гарри Поттера… а может, и в самом деле желая остановиться именно там, где сейчас и пребывал — и надо признать, что очень уж это место ему подходило. Когда-то Джон думал, что подчиняться мальчишке будет досадно и неприятно — но нет, как оказалось, если человек — профессионал, то возраст не так уж и важен. А Причард был профи, и аврорат был у него в крови — а ещё он прекрасно умел управлять людьми. Слизеринец, что с него взять — шутили над ним, и он весело соглашался и даже одно время демонстративно носил факультетский галстук. Он вообще любил пошутить — что над собой, что над кем-то, однако оскорбительной грани никогда не переходил сам и не позволял этого делать другим. И, в общем, работать с ним было легко — хотя Джон порой и не мог отогнать воспоминания о том, каким забавным он был, когда только появился в отделе.

Однако воспоминания воспоминаниями, а Джон изучил не только факты — он скрупулёзно выяснил всё о характере и привычках девушки. Проследил её ежедневный путь с точностью до пары ступенек, внимательно понаблюдал за подружками, даже с ее начальником побеседовал. И, наконец, сложив для себя из всех этих кусков головоломку по имени Гвеннит Уитби, отчётливо понял, что может предпринять по этому поводу.

…Гвеннит тогда только вышла из министерства — одна, потому что Арвид в последний момент был вынужден задержаться — и столкнулась с Джоном Долишем. Впервые.

— Мисс Уитби, — сказал он, крепко беря её под локоть. — Нам с вами нужно побеседовать. Но не здесь. Я полагаю своим долгом показать вам кое-что.

И прежде, чем она успела хоть что-то ответить, он аппарировал вместе с ней прямо в какой-то дом — судя по запаху, старый и давно уже не жилой. Он произнёс «Люмос максима», и комната, в которой они оказались, осветилась ярким белым светом: обычная гостиная, в которой, похоже, была серьёзная драка: мебель была перевёрнута, карнизы оборваны, а одна из штор разодрана в клочья… Джон Долиш повёл Гвеннит за собой, до боли сжимая её локоть — девушка была ему за это почти благодарна, потому что после аппарации голова у неё кружилась, хотя обычно она отлично её переносила. В доме было невероятно, нереально тихо — Гвеннит никогда не слышала такой тишины — и их шаги звучали здесь непристойно громко.

Они поднялись по лестнице, и остановились у дверного проёма с выбитой… нет — с разбитой в щепки дверью. Долиш втолкнул девушку внутрь и пошёл следом сам, освещая мощным Люмосом покрытое бурыми пятнами и брызгами помещение. Под ногами захрустело — Гвеннит глянула вниз и увидела, что пол усыпан мелкими осколками стекла, перемешанного с щепками, видимо, от двери. Кажется, в комнате жил когда-то ребёнок, наверное, мальчик: покрашенные в голубое стены с нарисованными корабликами и дельфинами, лёгкие белые занавески в синюю клетку — совершенно чистые, лишь на одной несколько темных брызг… Раскрытая детская книжка с картинками в углу — целая, бери и читай…

И — запах… В комнате стоял странный, едва уловимый железистый запах. Кровь. Гвеннит всегда её чуяла — начиная с чужих месячных и заканчивая порезанным вчера пальцем проходящей мимо женщины. Когда-то её это пугало, но после она привыкла и уже давно перестала замечать это… или же ей так казалось.

Здесь, в этой комнате, её пролилось до отвращения много.

— Смотрите, — жёстко сказал Долиш. — Это кровь, мисс Уитби. В этом доме когда-то жила семья — муж, жена и их маленький сын. Муж был оборотнем — и однажды забыл выпить зелье и убил их. Это детская. Смотрите очень внимательно, мисс, — он подвёл совершенно безвольную сейчас Гвеннит к обломкам детской кроватки. — Вот здесь было совершенно растерзанное тело двухлетнего мальчика, мисс — мы так и не сумели опознать его по лицу. А вот тут, — он указал на большое бурое пятно, — лежало то, что осталось от его жены, которая пыталась защитить сына. Прекрасный был человек, говорят, — усмехнулся он, — добрый, вежливый… Повесился в камере, когда узнал, что наделал. Но их-то было уже не вернуть. Вы понимаете, что рано или поздно на их месте будет Арвид? Все ошибаются. Всегда. Однажды у вас будет длинный день, мисс Уитби, — заговорил он мягко, — и вы вернетесь домой уставшей — с вами ведь уже наверняка бывало такое, верно? Привычно поднимитесь на самый верх, в свою уютную небольшую квартирку, откроете дверь, скинете обувь, повесите манию на крючок, а затем нальёте себе имбирного чая и пойдёте в постель — а тот заветный флакончик так и останется стоять на столе. Аконитовое пьётся семь дней — достаточно пропустить один или просто случайно ошибиться — и всё, — голос Джона звучал почти сочувственно и очень печально. — А когда луна покажется в небесах, вы станете зверем, но в этот раз, когда взойдет солнце, вы проснетесь, ощущая во рту дразнящий солоноватый привкус — и осознаете, что натворили. Как вы сможете с этим жить? В вас притаилось чудовище, мисс Уитби — а чудовищам не место рядом с людьми. Я ничего не имею против вас лично, — добавил он мягче, — но я не могу позволить вам однажды убить моего единственного сына.

— Убейте меня сейчас, — тихо проговорила Гвеннит, глядя на него пристально и серьёзно. — Я оборотень — вы аврор. Вам ничего не будет. Убейте меня. Пожалуйста.

— Я не убийца, — пожал он плечами. — Да и нет в этом никакой нужды. Оставьте моего сына в покое, найдите себе такого же оборотня — и живите с ним где-нибудь в безлюдном месте.

— Я люблю Ари, — прошептала она, даже не замечая, как назвала его.

— А если любите — уйдите, — жёстко проговорил Долиш. — Это лучшее, что вы можете сделать: обезопасить от себя своего любимого человека. Напишите ему письмо, — предложил он так, словно бы это только что пришло ему в голову, — попрощайтесь с ним — и уходите. Не место вам среди людей.

— Да, — прошептала она. — Да… Я напишу. Напишу.

Она развернулась и медленно пошла к выходу — и он не стал ей мешать, напротив, вежливо проводил до двери и даже предложил проводить, аппарировав вместе с ней, но она отказалась, а он не стал настаивать.

Он был действительно хорошим аврором, Джон Долиш. И прекрасно знал, когда нужно нажать — а когда остановиться. Вот сейчас следовало её отпустить — он и отпустил.

И оказался прав.

Потому что Гвеннит, аппарировав домой, и вправду написала письмо Арвиду, затем, не решившись сама его отнести и подсунуть под дверь, пошла на почту и отправила его совой. А потом вернулась на работу и попросила отпуск: и что-то было такое в выражении её лица, что её отпустили без звука. Она вернулась домой, собрала свои вещи — их оказалось совсем немного, большей частью одежда да книжки — и аппарировала в маленький домик на Оркнейских островах.


* * *


Тем же вечером плотный приземистый господин в длинном тёмном плаще с капюшоном, надежно скрывающим лицо, прошёл по Лютному, внимательно оглядываясь по сторонам, и свернул в одну из самых неприметных и тёмных его подворотен, где его ждал не слишком чисто одетый мужчина с испещрёнными шрамами лицом и руками. Господин перебросился с ним парой фраз и вложил ему в руку предмет, чрезвычайно напоминающий туго набитый кошель — а когда тот открыл его и наклонился, пытаясь разглядеть содержимое, навёл на него палочку и еле слышно проговорил «Обливиэйт». Постояв так пару секунд, он быстро ушёл по направлению к Диагон-элле, завернул за угол, смешался с толпой и скрылся в белоснежном здании с отполированными бронзовыми дверями, а его собеседник ещё долго стоял, с недоумением и радостью разглядывая невесть откуда взявшийся у него в руках кошелёк — а потом сунул его в карман и радостно зашагал в сторону «Белой Виверны».

А где-то в Уэльсе некий господин, развернув свою утреннюю газету, с удовлетворением покивал, читая эксклюзивный репортаж о том, что таинственный оборотень, похоже, теперь переместился в окрестности Бристоля. Скормив своему вомбату пару черешков сельдерея, он решил позволить себе лишнюю чашку кофе — ибо новости того стоили, давая надежду на то, что авроры, наконец-то, уберутся из его леса.

Глава опубликована: 09.12.2015
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34364 (показать все)
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
Alteyaавтор
vilranen
Про обоих, как все же сложатся отношения. И вообще про Сириуса, как он адаптируется в новом мире
С трудом, я думаю.)))
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Alteyaавтор
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Спасибо!)))
Neposedda
Автор, спасибо за удовольствие от прочтения) написать такой объём без «воды» - ооооочень дорогого стоит! Читается легко и складно.
Сейчас только посмотрел - этот фанфик стоит на 2 месте по объему. На первом - "Молли навсегда".
А когда-то я считал МРМ гигантским...
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
Alteyaавтор
James Moran
Я сейчас на 367 главе, и смутил один момент. "Никогда в жизни в трезвом уме он не пришёл бы сюда — и ему ведь предлагали остаться…" и следом, через пару абзацев - "иногда всё же бывал здесь, освоив тонкое искусство говорить с родственниками о политике и погоде". Поттер к родственникам на Тисовую бухой что ли шляется?)
Пассаж про Поттеровскую ностальгию по детству золотому выглядит странно и отчетливо попахивает стокгольмским синдромом. Аврору Поттеру не до проработки детских травм?)
В первом случае имеется в виду, что он не пришёл бы сейчас (наверное, надо добавить?). ) А в целом - он, конечно, сюда ходит и с роднёй общается. Какой стокгольмский синдром? Всё это было сто лет назад. Это просто родственники - и я, кстати, не сторонница тех, кто считает, что Гарри мучили и издевались. Обычно он рос - особенно для английского ребёнка. Да, старая одежда - но, в целом, ничего особенного.
И он давно оставил все обиды в прошлом. Близости у него с роднёй особой нет - но и обид тоже. Так... иногда встречаются. Там ещё племянники его двоюродные, кстати.
А ностальгия... она не по золотому детству. А просто по детству. Не более.
Показать полностью
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Alteyaавтор
James Moran
Alteya
Пожалуй что) иначе какая-то внутренняя несогласованность получается.

Ностальгирующий по детству в чулане Поттер вызывает у меня разрыв шаблона. Каждому своё, конечно, но это уже как-то нездорóво.
Я вообще не нахожу заселение ребенка в чулан сколько-нибудь нормальным, не считая всего прочего. Это, конечно, не мучения и издевательства в физическом смысле, но в моральном - вполне.
Общаются и не с такими родственниками, безусловно, но зачем? Лишнее мучение для всех.
Вы преувеличиваете.)»
Ну правда.
Чулан - это плохо, конечно. Но в целом ничего ужасного с Гарри не случилось, и Гарри это понимает. И - главное - никакой особой травмы у него нет. Вы говорите о человеке, которого в 12 чуть Василиск не сожрал.))) и у которого до сих пор шрам на левый руке.
А главное - это же его единственная кровная родня. И он в чем-то их даже вполне понимает.
В конце концов, он уже действительно взрослый. И
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Alteyaавтор
Levana
Случилось бы ужасное, было бы поздно. Кроме чулана были еще решетки на окнах, кормежка под дверью и многое другое. Хотя я могу представить некое общение Гарри с Дадли, но не с тетей - во многом потому, что ей и самой вряд ли это нужно. Она попрощаться-то с ним сил в себе не нашла.

Не удержалась - по следам недавней дискуссии)
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Alteya
Levana
Это уже потом в рамках борьбы со страшной магией.
Причём борьбы, в общем, на равных - вернее, как с равным. Гарри абсолютно не забитый и не несчастный ребёнок, обратите внимание. И любить и дружить умеет - а значит… у него есть такой опыт. Вопрос: откуда?
А тетя… в книгах они прощались. Пусть и странно.
И ей тоже тяжело и сложно, и она тоже не идеальна и просто человек - и похоже, что Гарри это понял.
Поставьте себя на ее место.))
Не могу. Как бы я ни относилась к родителям ребенка (хотя сестра ей не угодила лишь тем, что волшебница, и тянулась к ней, и защищала от Северуса), ребенок это ребенок. Мне было бы стыдно селить его в чулане. Да и с чего бы? Его принесли младенцем. Расти его, люби его и будет тебе второй сын.
А Гарри такой просто потому, что это не психологический роман, а сказка)
Alteyaавтор
Levana
Вы не так смотрите.))
Во-первых, они с Вернером и вправду могли хотеть второго ребёнка - а тут Гарри, а трёх они уже не тянут. И это обидно и больно.
Во-вторых, не будет он сын. Потому что он волшебник, а петуния знает, что волшебники, подрастая, уходят в свой другой мир - куда им зола нет, и который уже отнял у неё сестру. Она знает, что они для Гарри - просто временная передержка, и что он уйдёт от них, обязательно уйдёт, и они станут чужими. Как с Лили. А вот своего второго ребёнка у них уже из-за него не будет…
А ещё она боится Гарри. Боится магии… а деваться некуда. И выбросы эти магмческие неконтролируемые… и вот случись что - они же никак не защитятся.
Та же надутая тетушка - это же, на самом деле, жутко. Особенно жутко тем, что Гарри этого не хотел! Оно само! А значит, непредотвратимо.
Представьте, что у вас дома живет ребёнок с автоматом. Играет с ним, возится… и с гранатами. А забрать вы их у него не можете. И он иногда их просто куда-нибудь кидает… или вот теряет. Может и чеку вынуть… не до конца… и вот граната лежит… где-то… почти без чеки… а потом котик пробежит, хвостиком заденет, чека выскочит окончательно и бум…
А вы ничего не можете с этим сделать.

Петуния, мягко говоря, неидеальна. И я ее не то чтобы люблю. Но понимаю.))

И раз уж мы приняли описанную реальность, придётся принять и то, что Гарри не просто так, в целом, нормальный ребёнок с нормально сформированным навыком привязанности. А значит…)))
Показать полностью
Можете же. Язык держать за зубами, например. Они ж его провоцировали регулярно. И пугающих выбросов у Лили не показали. А дети... дети они все вырастают и уходят жить своей жизнью, это нормально. И про третьего это все ж теория, не подкрепленная текстом)
Ну и насчет того, что не будет сыном - что ж тогда бедным родителям Геомионы говорить, она одна у них.
В общем, Роулинг хорошо про нее сказала - человек в футляре. Нет, она не садистка конечно, но человек неприятный. И мне кажется, сама не захочет поддерживать это общение. Хотя в жизни всякое бывает)
Alteyaавтор
Levana
А мне кажется, захочет. Но показать это ей будет сложно.))

И дети уходят обычно все же не совсем. Общаются, дружат, гостят… а тут…
И у петунии ведь тоже травма.)) она же тоже хотела стать волшебницей. А увы…
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Alteyaавтор
ansy
Alteya
а где в Луне/Монете все это кроме вскапывания? аж стало интересно почитать у вас про отношения взрослого Гарри с родственниками, а где - не помню
Да нету. ) Мелькало где-то, эпизодами, но я и не вспомню, где.)
Loki1101 Онлайн
Очень понравилось! ^_^
466 глав, с ума сойти! Давно меня в такой запой не уносило)))

Есть пару ошибок, но в общем - очень здорово ;)


>> 378 глава
звезду с кровавой, словно кровь, лентой,

>> У Скабиора с МакДугалом разговор о его сестре заходит, когда тот впервые приходит к МакДугалу домой. А потом в 384й главе они опять говорят о ней, но как будто того разговора не было

>> 392 глава:
Поколдовал над канализацией и восхитился светящимися червячками, и даже кустом малины, который «никак нельзя никуда переносить».
396 глава:
она собиралась посадить на месте его захоронения кусты малины. И делать это пора было уже сейчас — тем более что стройка должна была развернуться, по большей части, с другой стороны дома

>>396 гл
А вот самому Арвиду было куда сложнее — единственный ребёнок в семье, он никогда не имел дела с такими маленькими детьми: слишком молодой для того, чтобы насмотреться на них в семьях друзей и знакомых, сам он был единственным ребёнком у своих тоже не имевших братьев и сестёр родителей.
Alteyaавтор
Loki1101
Спасибо! ))
Да, текст большущий. ) Видимо. ошибки неизбежны. )
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх